Мой маленький (большой) секрет

      Пожалуй у каждого в жизни было то самое отвратительное утро, и Тэхён искренне думал, что оно настигало его уже несколько раз. Когда у него вышел ячмень перед фотосессий, когда застрял в лифте на три часа и опоздал на олимпиаду по рисованию, когда заболел ветрянкой в ночь перед последним экзаменом десятого класса. Всё это пустяки по сравнению с тем, каким утро встречает Тэхёна сегодня.       Сегодня оно начинается со слов:       — Бляяяяять, — когда ноющая боль даёт о себе знать. — Почему всё тело болит? Чимин?       Сознание позволяет вспомнить все подробности вчерашнего дня и место его пребывания, за время пока он пытается встать с постели. Находит вещи на полу и надевает, корчась от ломоты в теле.       — Доброе утро, ягодка, проснулся, наконец, — в комнате появляется Чонгук с кружкой в руках и до раздражения милой и широкой улыбкой.       — Доброе, не то слово, меня как-будто поезд переехал или я пробежал марафон. Мышцы болят адски, двигаться не могу, — с жалобным, недовольным видом Тэхён еле как натягивает на себя джинсы. — Где Чимин?       — Уехал два часа назад, у него важный экзамен перенесли на сегодня. Подорвался как сумасшедший, приказал прибраться, закрыть дом и валить, но мне было жалко будить тебя.       — Видимо последствия нашего ночного марафона вас не коснулись. В следующий раз я не собираюсь принимать вас двоих по очереди, — Тэхён бурчит, расхаживая по комнате в поисках своего второго носка. Его вид оставляет желать лучшего в отличие от Чонгука, который уже успел принять душ и похозяйничать на кухне, сварив себе кофе.       — Хочешь в следующий раз принять двоих одновременно? — Чонгук приподнимает бровь в удивлении.       — Это означает, что я больше не хочу никого из вас вообще, — вместе с носком находятся и очки, которые Тэхён сразу надевает, обозревая комнату.        — Сколько время вообще, мне в школу хоть бы ко второму уроку успеть?       — Время давно перевалило за двенадцать, котёнок, можешь успеть к последнему, — посмеиваясь, произносит Чонгук, допив свой кофе.       — Блять, что за утро-то такое? Меня дома отец наверняка уже с ружьём ждёт. Где мой телефон? — он шарит по карманам брюк и, к счастью, находит там мобильник, который не брал со вчерашней ночи. — Два пропущенных от мамы, как-то странно мало.       — Тебе сколько лет вообще, только не говори, что шестнадцать? Надеюсь твои родители не придут рвать меня на куски? — всё ещё с издёвкой произносит Чонгук, прекрасно зная, что Чимин не приволок бы к ним несовершеннолетнего.       — Ты как-то не интересовался вчера, сколько мне лет, когда трахал до потери сознания.       — Ты вчера не упоминал, что тебе нужно ночевать дома, как примерной школьнице, иначе родители отругают.       — Иди нахуй, Чонгук, — Тэхён выходит в коридор.       — Тебе там больше понравилось вчера, — говорит вдогонку, прежде чем Тэхён хлопает дверью, спешно выходя на улицу. Ему бы побыстрей домой попасть и попытаться не встретиться с отцом на пороге.       — И чего все такие психованные сегодня, — Чонгук как ни в чём не бывало уходит на кухню за дополнительной порцией кофе.       Он единственный, кто не торопится и не проклинает утро всеми возможными, непристойными словами. Неторопливо пьёт свой кофе, вздыхает, что еды в доме совсем нет, расставляет всё по местам на кухне и идёт в комнату, где тоже нужно прибраться. Собирает раскиданные вещи Чимина, снимает постельное белье, пропахшее потом и заляпанное смазкой, спермой и ещё хрен пойми чем. Относит всё в ванную и кидает в корзину для белья. Ему совсем не трудно убрать за собой и остальными, здесь и убирать толком нечего, не то что в квартире Чимина, которая в другом городе.       Чонгук находит ключ на вешалке для одежды, закрывает дверь и оставляет его под ковриком, чтобы Чимин точно нашёл. Идёт к своей недалеко припаркованной машине, открывает дверь и прежде чем сесть, хватается за спину, ойкнув. Тэхён не один пострадал, видимо, Чонгук тоже сорвал поясницу, но не сильно, терпимо, да так, что Чонгук не обращает на это внимание.       На самом деле Чонгук мог уехать ещё с утра вместе с Чимином, им как раз по пути, заодно подбросил бы друга, но выбрал остаться и разбудить Тэхёна, на что Чимин фыркнул, послал его как и Тэхён, на три буквы, и уехал на такси. Чонгуку захотелось встретить утро с этим робким парнем, который на самом деле та ещё скотина, как оказалось. Продрых до обеда, повозмущался, послал — и это вместо «спасибо» за самый улётный секс в его жизни. Чонгук усмехается, вспомнив сонный вид парня: волосы торчат, лицо помято, на одной стороне след от подушки и пахнет от него Чонгуком. Его парфюмом, телом, будто весь Тэхён принадлежит ему одному.       — Мы ещё увидимся, котёнок.

***

      Тэхён смотрит в камеру телефона и пытается разгладить торчащие волосы перед тем, как войти в дом. Тихо открывает незапертые как обычно ворота, так же тихо старается открыть скрепящую входную дверь. Та поддаётся и, видимо, из жалости не скрипит, даже двери жалко Тэхёна, который получит знатных пиздюлей от отца, как только войдёт.       В доме тихо, из зала слышны отголоски телевизора и ничего больше. Тэхён с опаской проходит дальше, пока его не замечает выходящая из кухни мать.       — Тэхён, ты где был? — мама с громким возгласом подбегает, осматривая его. — Я тебе звоню, ты трубку не берешь, что случилось. Господи, тебя били? — она осматривает Тэхёна, пытаясь найти следы побоев, но кроме парочки красных пятен на шее ничего не замечает.       — Тшш, мам, тише, отец дома? — Тэхён боится, что отец может услышать возгласы матери и немедленно выйти на шум. Увидит его внешний вид и сразу поймёт, что тот не ночевал дома.       — Нет, он уехал на работу рано утром. Я собиралась ему звонить вот только, и ты пришёл. Скажи, что случилось, Тэхён?       — Всё в порядке, мам, я ночевал у друга, он позвал меня на вечеринку вчера, и я ушёл ночью. Только отцу не говори, пожалуйста, мам. Он не должен знать, что я нарушил домашний арест, — больше всего Тэхён не хочет врать маме, она его любимый и единственный понимающий человек. Поэтому соврать про вечеринку проще, чем сказать правду о том, что он участвовал в групповушке и теперь еле ходит от боли в теле. Мама всегда его поддерживала, утешала, прикрывала от отца, помогала, чем могла, и Тэхён ценит её. Может у него от неё такой покладистый характер?       — Тэхён, — мама прижимает его к себе, — в следующий раз пришли мне хотя бы смс или позвони, я же переживаю. Отцу ничего не скажу, только, пожалуйста, не уходи больше по ночам. У тебя поступление скоро. Не буду вести себя как отец, но скажу, плохая компания тебя сгубит. И не увлекайся девочками, потерпи немного сынок, вступительные экзамены через месяц. Всё же было хорошо, что не так с тобой последнее время? — мама прижимает сильнее, и Тэхён льнёт, чувствуя вину за то, каким является. — Прими душ, от тебя пахнет, и возьми тональник у меня в комнате, замажешь шею, у тебя сегодня репетитор.       — Спасибо мам, — Тэхён обнимает сильнее, вдыхая родной запах, знакомый с самого детства. Он так благодарен маме за всё: что не стала ругать, поняла чем он занимался на «вечеринке» и даже согласилась прикрыть перед отцом. Все матери такие добрые или только Тэхёну повезло?       Первым делом Тэхён идёт в душ смыть с себя чужой запах. После задерживается перед зеркалом, рассматривая себя. На шее несколько засосов, как и на всём теле до живота. Мелкие укусы в виде следов от зубов, красные пятна на ягодицах и ещё несколько на бёдрах и талии. Тэхён смотрит и вспоминает каждую деталь, как и каким образом был получен тот или иной засос или пятно. Проводит по ним пальцами и неосознанно вздыхает, прикрывая глаза. Большинство отметин оставил ему Чонгук, но и Чимин пару раз засосал его шею.       Чонгук. Вспомнив его, Тэхён на пару секунд переносится во вчерашнюю ночь, воспроизводя в памяти парня, нагло втрахивающего его в кровать, чуть ли не до потери сознания.       Тело Тэхёна постепенно приходит в норму и уже не так сильно болит с момента, как он проснулся. Мышцы всё ещё ноют, и задница побаливает, но, в целом, после душа стало намного лучше. Тэхён водит по телу, пока думает обо всём, что произошло: о Чонгуке, их тройничке и Чимин, которого он обязательно отпиздит, как только тот приедет снова. За то, что не предупредил, за минет, который впрочем был офигенным, за поцелуи, за мятную смазку, которую Тэхён ненавидит, но Чимин её опять купил. За все косяки будет отдуваться Чимин, хотя справедливо разделить пиздюли между ними и Чонгуком.       По правде, Тэхён всем доволен и даже сверх этого слова. Так хорошо ему не было никогда, и столько внимания и ласк он наверное так же никогда больше и не получит. Ему понравилось всё: от запретных поцелуев до самого секса, который не испортила даже мятная смазка. Просто Тэхён не сможет сказать Чимину, что ему было хорошо. Поругается немного, а потом, устав, ляжет и всё-таки произнесёт: «А всё-таки было охуенно».       Тэхён умеет быть разным и подстраиваться под обстоятельства. Это не лицемерие — это умение промолчать вовремя. Дома он послушный сын, почитающий своих родителей, в школе — примерный ученик, выполняющий все задания. С друзьями — смешной и открытый, с незнакомцами, по большей части, — отстранённый. В любви — ласковый, робкий и терпеливый, как это было с Аёнг, в постели, отдающий себя без остатка и развратный. Он разный с разными людьми и меняющийся в разных обстоятельствах. Тэхён привык подстраиваться, меняться, уступать лишь бы людям с ним было комфортно. Его привычка перечить, ворчать и недовольствоваться проявляется не на всех, по большей части на друзьях, перед которыми не стыдно ругаться матом и показывать свою плохую сторону.       Такая сторона Тэхёна больше всего открыта Чимину, перед которым уже ничего не стыдно. Он с ним спал, куда ещё хуже? Теперь в это число войдёт и Чонгук, раз Тэхён так легко послал его утром, хотя тот старше него.       Тэхён не фальшивый, он самый настоящий, просто не всем доверяет.       Вечером звонит Чимин узнать, как Тэхён себя чувствует. Парень на него не ворчит и даже не ругается за мятную смазку, спокойно рассказывает, как чудом не спалился перед отцом, и про то, как теперь у него побаливает зад. Чимин на это только смеётся и говорит, что Чонгук недавно приходил и попросил натереть спину мазью. Потом они ещё долго обсуждают ту ночь, пока Тэхён не улавливает из прихожей голос репетитора.       — Чим, ко мне репетитор пришёл, надо идти, — Тэхён нехотя встаёт с кровати, где пригрел место, и идёт встречать репетитора.       — Я не знаю, когда смогу приехать или позвонить, у меня экзамены, и если я их сдам, меня возьмут по обмену в Нью-Йорк, — напоследок сообщает самую главную новость Чимин. — И ещё, тётя Наён возвращается домой на следующей неделе, так что домик тоже теперь занят.       — Почему ты раньше не сказал, что собираешься уезжать?       — Мне предложили только неделю назад.       — Чимин, ты молодец, желаю удачи с экзаменами. Я буду присылать тебе ободряющие смс, ты только скажи, в какие дни у тебя экзамены? — Тэхён искренне рад за друга, потому что тот действительно много старается, чтобы достичь успехов в университете.       — Я потом пришлю тебе даты.       — Мне правда надо идти, пока, Чим, и удачи, — Тэхён сжимает губы, не желая разрывать разговор с другом и идти к репетитору.       — Спасибо, ягодка.       Чимин отключается, и Тэхён почему-то сразу вспоминает Чонгука с его глупым прозвищем «котёнок», и как совершенно по-другому из его уст звучало «ягодка». Улыбается, сжимая телефон в руке, и только потом понимает, как быстро он переключился с Чимина на Чонгука.

***

      Следующая неделя проходит как обычно, без каких-либо происшествий. Тётя Наён возвращается в домик на летний сезон, и мама Тэхёна даже успевает сходить к ней в гости. А Тэхёну до сих пор кажется, что в доме пахнет Чонгуком. Кажется, если он войдёт в комнату, то обнаружит там его спящим, но его там нет. Тэхён заходит и кроме заправленной постели ничего там не находит. Садится, проводит по ней рукой и пытается вспомнить всё, что повторил бы снова.       Перед тётей Наён совсем не стыдно, не стыдно больше и перед собой. Тэхёну нравятся парни, и ничего уже не изменить, он постепенно осознаёт и принимает настоящего себя.       Через два дня у Тэхёна выпускной, через четыре — последнее тестирование, и он официально закончит школу. Строгий, чёрный, классический костюм для выпускного, подготовленный мамой, висит в шкафу. Атласная лента, «Выпускник 2024» бережно лежит на столе, и Тэхён изредко на неё оглядывается, не веря, что, наконец, заканчивает школу. Становится грустно от мысли о расставании с друзьями и вероятной возможности больше их никогда не увидеть. Некоторые из них поступают зарубеж, а другие поступают в местные вузы, которые находятся далеко.       Жизнь жестокая штука, и расставаться с теми, с кем учился 11 лет, больно, хоть не все это признают. Каждый день Тэхён видел их невыспавшиеся лица, видел взлёты, неудачи и падения, как и они видели его. От души смеялся, когда кто-то тупил у доски и умудрялся одновременно ещё и шутить. Разнимал драки, успокаивал, да и бывало сам был в числе тех, кого успокаивали. Пытался беспалевно помочь на контрольной другим, брал ответственность за классный журнал и носил запасные ключи от класса. Каждого одноклассника Тэхён знал почти наизусть, и поэтому со всеми общался по-разному, ну кроме той самой компашки любимчиков.       Со школой связано много воспоминаний, которые можно перечислять бесконечно.       Школа для Тэхёна пройденный этап, теперь его ждёт светлое будущее и, вероятно, много новых знакомств. Хотелось верить, что у него всё получится, что он сможет поступить и оправдать ожидания родителей.

***

      Тэхён нервно поправляет сползающую ленту и нервно оглядывается вокруг, наблюдая суету одноклассников перед торжественной церемонией вручения аттестатов и прощания со школой. В классе стоит шум, и трудно уловить хотя бы суть того, что здесь происходит. Девочки бегают от одного к другому, раздавая цветы, которые нужно будет вручить учителям во время церемонии в актовом зале. Парни возятся с неудобными костюмами и галстуками, которые были вынуждены надеть, потому что их заставили. Кто-то делает селфи на память, запечатляя последние совместные моменты, а Тэхён никак не может разобраться с лентой, чтобы та не спадала с плеча.       — Давай помогу, — Аёнг подходит незаметно, что Тэхён даже вздрагивает от неожиданности. Осторожно касается плеча, чтобы правильно перевернуть ленту, и крепит с изнаночной стороны булавкой. Разглаживает и отстраняется, чтобы полюбоваться результатом. Вновь подходит и поправляет воротник белой рубашки, заправляя под него чёрный галстук. — Теперь отлично. Хорошо выглядишь, Тэхён.       — Спасибо, Аёнг, — он искренне улыбается и обнимает хрупкое тело девушки, сжимая как в последний раз.       Если бы в жизни Тэхёна не перевернулось всё с ног на голову, если бы не менялась его ориентация, если бы не появился в его жизни Чимин, а теперь и Чонгук, то вероятно он бы всё ещё любил Аёнг. Сегодня она прекрасна, синее длинное платье в пол с разрезом до колена, не сильно глубокое декольте, а на шее милый кулон с синим камушком. Волосы собраны в небрежный пучок, из которого торчат кудрявые пряди. Длинные серьги, лёгкий макияж и атласная лента, как у остальных. Она грустно улыбается и держит Тэхёна за руку, пытаясь продлить контакт после объятий. Тэхён мысленно извиняется перед ней за то, что не может дать ей того, что она так искренне хочет. Любви, которую заслужила, но так беспощадно отобранную у неё обстоятельствами.       Когда им вручают аттестаты, многие плачут, в основном девочки, размазывая туш по глазам. Среди мальчиков тоже есть те, кто тихонько смахивает непрошенные слёзы.       Потом долгая фотосессия, прощание с учителями и краткая, но мудрая речь от директора. Уже во дворе школы девочки опять плачут, пытаясь обнять каждого из одноклассников, прежде чем попрощаться окончательно. Обещают почаще устраивать встречи и не забывать про их общий чат. Каждому грустно и по-своему весело, каждый пытается скрыть слёзы, пока их не заметили.       Полкласса уходят сразу, решив продолжить в клубе, кто-то идёт прогуляться по парку, и в их числе Аёнг. Она смотрит на Тэхёна, и тот видит, как первая слеза скатывается с её глаз. Тэхён подходит к ней сам и в последний раз обнимает, сжимая хрупкие плечи.       — Прости, — Тэхён должен был сказать эти слова.       — Тебе не за что извиняться, ты ничего не сделал, Тэхён.       — Ты же понимаешь, почему я извиняюсь? — уверен, что понимает, и он прав.       — Ты не виноват, что мои чувства появились именно к тебе, — она не злится, скорее недоумевает, почему Тэхён просит прощение, если любит она.       — Хочу, чтобы между нами не осталось обиды.       — Не говори глупостей, Тэхён. Я никогда не держала на тебя обиду, для меня ты всегда останешься лучшим другом и моим бро, — Аёнг отстраняется, улыбается и действительно совсем не держит обиды.       — Давай не будем прекращать наше общение? Постараемся хотя бы переписываться и хоть изредка встречаться, так ведь можно, — Тэхёну грустно, Аёнг действительно стала дорога ему за все эти годы. Он любит её как сестру или друга, это другая любовь, которой любишь дорогих тебе людей.       — Хорошо, — она стирает слёзы со щёк и снова улыбается, прежде чем уйти и помахать ему рукой.       Двор школы почти пустой, остаются лишь Ван, Туан и Тэхён. Эти двое тоже уходят в другую сторону, прощаясь с Тэхёном у ворот школы. Теперь Тэхён один. Он медленно шагает в сторону дома, решая проветрить голову и отойти от всей этой суматохи выпускного и слёзных прощаний. В голове крутятся образ милой Аёнг и её последний счастливый взгляд. Отпустила. Она отпустила его, как и все чувства, что испытывала. Тэхён рад, что она смогла это сделать, и счастлив её согласию дружить и дальше.       Он идёт минут пять, глубоко погрузившись в свои мысли, и с первого раза даже не слышит сигнал машины позади себя. Когда сигнал повторяется, он оборачивается и видит серую BMW, за рулём которой сидит так хорошо запомнившийся ему Чонгук.       — Привет, котёнок, давно не виделись, — он останавливается возле парня, высовывая голову из окна.       — Чонгук? Что ты тут делаешь? — кого-кого, а Чонгука он никак не ожидает увидеть. Откуда он вообще знает, где находится школа Тэхёна? И это даже не главное. Нахрена он приехал, вот в чём вопрос.       — Приехал поздравить с окончанием школы. Запрыгивай, покатаю.       — Как ты узнал, где я учусь? — не двигаясь с места.       — Один наш общий друг подсказал.       — Чимин, сука, — теперь понятно, у кого слишком длинный язык.       — Почему именно Чимин? — усмехаясь.       — У нас больше нет общих друзей. Я тебя вообще второй раз в жизни вижу. Ты приехал ко мне в школу и просишь сесть к тебе в машину? Не думаешь, что это слишком странно выглядит? — выглядит действительно странно, и Тэхён, если честно, тушуется. Что Чонгуку от него надо? И если не Чимин, то кто сказал, в какой именно школе учится Тэхён? И в какой день у него выпускной в школе? Слишком всё странно и подозрительно. — Если думаешь, что я сяду к тебе, то можешь сразу уезжать и не тратить время.       Чонгук смеётся, во весь голос и так звонко, что слышно в ближайшей паре метров. Выходит из машины и подходит к Тэхёну, который уже не на шутку злой и хмурый, по большей степени из-за придурковатого смеха Чона. Облизывает колечко в губе, молчит пару секунд, заглядывая в глаза напротив.       — Ты подумал, что я тебя похищать собрался? Типо сталкер-маньяк? Господи, котёнок, до чего же ты смешной. Тебе, привет, от тёти Наён, кстати, — Тэхёну кажется или улыбка так ни разу и не сошла с лица Чонгука с момента, как тот подъехал? — Она пригласила тебя на ужин вечером в честь выпускного.       — Что ты делал у тёти Наён? — с каждой минутой у Тэхёна рождается всё больше вопросов. По сути он его вообще не знает, второй раз в жизни видит.       — Давай мы сядем в машину, я довезу тебя до дома и всё расскажу. Откуда я знаю тётю Наён, кем прихожусь Чимину и зачем приехал к тебе. А то картина, как я смеюсь, а ты стоишь с хмурым лицом, слишком странно выглядит.       — Сначала ты скажешь, зачем приехал, а потом я подумаю садиться к тебе в машину или послать.       — Какой же ты зануда, Тэхён, — Чонгук откидывает голову назад в жалобном стоне. — Ты понравился мне тогда, и я захотел увидеть тебя ещё раз, познакомиться нормально. А ты занудный кретин, который испортил всю романтику. В моей голове всё было по-другому. Знаешь, какой план я придумал. Ты садишься ко мне в машину сразу, может по-началу с недоверием, но потом расслабляешься и понимаешь, что я не маньяк. Мы разговариваем, ты смеёшься, по дороге я покупаю тебе кофе. Я признаюсь, что приехал, потому что ты меня зацепил, и смотрю как ты смущаешься. В той обстановке всё звучало бы не так дико, как сейчас. Ты одним своим кислым лицом и словами «я не сяду к тебе в машину», — передразнивая, — испортил весь мой план.       — Ты больной? — Тэхёну даже смешно стало, и он едва сдержался, чтобы не заржать в лицо этому идиоту. — Скажи ещё, ты в своей голове даже диалоги со мной вёл, и в конце мы обязательно поцеловались. Не знал, что психически больные так свободно ходят по улицам.       Тэхён больше не сдерживается, смеётся, правда не в лицо Чонгуку, а в сторонку. Чон сам улыбается, смотря, как укатывается Тэхён, который минутой ранее выглядел как злой ёжик. Напыженный такой, что вот-вот лопнет.       — Вот же насмешил ты меня, придурок. Людей с шизофренией я ещё не встречал. Теперь мне ещё страшнее садиться к тебе в машину. Вдруг я опять не буду соответствовать твоему «плану» в голове, — и снова смеётся.       — Ты за словами-то следи, котёнок, иначе язык откушу. Я же психбольной, мне ничего не будет.       — Пошли, психбольной, подвезешь до дома, — направляется к машине. — Так уж и быть, подыграю твоему сценарию. Мало ли что ты там себе ещё напридумываешь, если я уйду.