Помощник Ким

      — Ебать, ты ляля, — первое, что выдал Юнги, стоило Тэхёну сесть за столик напротив него.       Друг ждал его в небольшом баре, находящемся в заднице Сеула: знакомое место, куда они периодически захаживали.       — Да пошел ты, — огрызнулся он, впрочем, не злобно, а, скорее, по инерции. — Так получилось, — буркнул уже спокойнее.       А получилось так потому, что домашнюю одежду Чонгук ему выдал, даже смену белья не пожалел, а вот из парадно-выгребного, в чем можно было бы показаться на улице, кроме костюмов нихрена у Тэхёна не имелось. За шмотками надо бы сунуться в квартиру, которую он как бы все еще снимал, чем Тэхён и собрался заняться этим вечером. Заодно и встретиться с Юнги вышло, а то в последние дни совсем про друга подзабыл, занятый свалившимся на него Чон Чонгуком и целым ворохом новых проблем.       — Не, выглядит круто, базара нет, но, бля, чувак, еще пара часиков в этом районе — и тебя стопудово грабанут.       А вот это факт. В подобных местах собирались или работяги из тех, что вкалывали по пятнадцать часов, не вылезая, вечно в копоти или масле, или такие же, как они с Юнги — мелкие воришки, стремящиеся прийти к красивой жизни незаконным путем. А Тэхён тут как белая ворона смотрелся в своих серых, идеально приталенных брюках и белоснежной аж до зубовного скрежета рубашке. Пиджак напяливать, ясно дело, не стал, как и галстук, рукава закатал, даже пару пуговиц расстегнул, но это не сильно спасало — все равно выглядел как этакий офисный дэнди.       — Да нет у меня ничего другого, — беря придвинутый ему стакан с пивом. — Не мог же я в домашней одежде Чонгука сюда заявиться.       Он не стал уточнять, что у того и домашние шмотки дороже и лучше по качеству, чем все вместе взятое барахло Тэхёна. Серьезно, он вполне мог бы выйти в такой одежде на улицу. Но это как-то уж совсем нагло было бы с его стороны.       — Значит, так у него и живешь? — заинтересованно сверкнул глазами Юнги.       — Сам в ахуе, веришь? Думал, выставит меня, но нет, нихрена. Привозит по утрам на работу, увозит вечером… Не то чтобы я недоволен, но ощущение такое, словно под постоянным присмотром и контролем.       — Ха-ха, нашел себе папика? — расхохотался друг.       — Завали, ради всего святого, а? — попросил Тэхён. — А то не посмотрю, что ты мне друг, ей-богу, втащу.       А все потому, что задело за живое. Тэхёна и самого периодически посещали мысли, что он полностью живет за счет Чона, и халяву-то он, конечно, любил, но когда это единоразовая акция, а не на постоянной основе. А ведь, по сути, он почти неделю живет у Чонгука… Это круто, спору нет: квартира охрененная, да даже та комната, в которой его поселили — просто мечта. Жрачка такая, которую он себе ни в жизнь ежедневно не позволит, не блюда от шефа в трёхзвёздочном ресторане, конечно, но очевидно, что продукты были качественные и недешевые. Из минусов — дебильное чувство, что он теперь Чонгуку обязан, да еще и Юнги масло в огонь его безрадостных мыслей подливал. Хорошо, что они тогда не переспали, а то точно бы себя содержанкой ощущал.       — Да ладно-ладно, — тот поднял ладони в успокаивающем жесте, — чего ты так завелся? — И тут на лице Юнги мелькнуло осознание, а брови взлетели вверх. — Ты что, трахался с ним?!       Вышло громче, чем хотелось бы, и Тэхён зашикал, замахав руками.       — Да не ори ты, придурок! — оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто на них не смотрел. — Не спал я с ним! Не спал.       — Но хочешь? — подозрительно щурясь.       — Нет! — ответил слишком быстро.       — Не пизди.       — Да я не… — попытался было оправдаться Тэхён, но ожидаемо ничего не вышло.       — Я тебя слишком хорошо знаю, чтобы повестись на эту херню, — перебил Юнги. — У тебя на роже такая паника написана, ты меня не обманешь. Рассказывай давай, что у вас происходит.       Тэхён открыл было рот, чтобы огрызнуться, что ничего и никому он рассказывать не обязан, да тут же и закрыл. Ну, а с кем еще, как не с Юнги, поделиться тем, что волновало? В конце концов, это буквально единственный человек, которому он абсолютно доверял, ну еще бабуля, но та запросто могла даже родного внука не вспомнить, не говоря уже о том, что он ей там рассказывал. Залпом допив оставшееся в стакане пиво — для храбрости, не иначе — Тэхён все же заговорил:       — Мы целовались, — начал он медленно, а напоровшись на скептическое выражение лица Юнги, добавил, уже куда эмоциональнее: — Бля, понимаю, что ничего такого, и вообще, это было по пьяни, но с тех пор этот придурок не вылезает из головы.       — Дебил, — уронил веское, впрочем, полностью созвучное с мыслями Тэхёна о самом себе.       — Да знаю я. Просто он весь из себя такой ебать крутой начальник, а на коленях у меня ёрзал, как… Ну, ты понял, — не стал вдаваться в подробности. — И ты не думай, я башкой-то все понимаю: ну кто я и кто он? Максимум, что между нами может случиться, это перепих без обязательств. Но это, во-первых, будет выглядеть так, будто я с ним сексом расплачиваюсь за жилье и все остальное, а во-вторых, большую часть времени Чон меня раздражает. А знаешь, в чем самая большая проблема? Что мы практически все время вынуждены так или иначе контактировать. Чонгук таскает меня на все собрания, чтобы я послушал голоса присутствующих, на все встречи за пределами компании — тоже. Часто вызывает к себе в кабинет для поддержания легенды, что я его помощник. А потом сам же везет к себе домой! И это пиздец, Юнги! Просто ебаный пиздец! Потому что Чон — привлекательный, это глупо отрицать, он выглядит как мечта всех, от шестнадцати до семидесяти. И пусть я и зарекся хоть как-то с ним сближаться, держать себя в руках изо дня в день становится все труднее.       После длинного и эмоционального монолога Тэхён потянулся к стакану, но обнаружил, что тот пуст. Юнги, понимающе хмыкнув, подвинул ему свой, опустошенный наполовину.       — М-да, дела, — протянул задумчиво, глядя, как Тэхён допивает его пиво. — Слушай, тебе ведь просто надо продержаться немного, так? Чувак, не влюбись в него, ради бога, пойми, что такие, как мы с тобой, таких, как Чон, можем заинтересовать разве что в качестве любопытной игрушки на один раз. Он тебя потом словно щенка вышвырнет, а ты будешь ходить, сопли на кулак наматывать да марать слезами мою жилетку. Ты, конечно, большой мальчик и расставание уж точно переживешь, но нахер тебе эти сложности нужны?       — Ты прав, — устало потирая переносицу и давя большими пальцами на виски. — Да я и сам все это знаю.       — Ну так если знаешь, то не тупи, Тэ. Не сдались тебе все эти пиздострадания, не до них сейчас. Забыл, что ты вообще-то недоубийц Чона ищешь? Да и тебя самого чуть на запчасти не порезали. Разберись с долгами, а потом уже делами сердечными занимайся, раз уж так неймется. И забудь о Чон Чонгуке, не твоего поля ягода.       — Ты прав, — повторил Тэхён со вздохом. Он и правда думал точно так же, как Юнги, но как же сложно, черт, просто взять и выкинуть человека из головы, если тот уже там засел. — Давай еще по стакану пива? Потом мне надо до квартиры доехать за вещами.       — Давай, — согласился Юнги и поднялся на ноги, чтобы дойти до барной стойки.       А Тэхён, оставшись ждать его за столиком, потянулся в карман за телефоном, который, кстати, ему тоже как-то всучил Чонгук. Мотивировал тот свой поступок простым «мне нужно, чтобы ты был на связи».       «Когда вернешься?» — гласило входящее сообщение.       Догадаться, от кого оно, было несложно, даже не глядя на значок контакта. Вот же черт! Как нянька контролирует. Еще бы спросил, где он и с кем, чего нет-то? Вообще, Тэхён всего лишь подчиненный Чонгука, а не… кто? Не парень. Не любовник. Совсем нет. Так какого хрена тот ему написывает вечером в субботу, а? Это его свободное время, которое он волен тратить, как ему угодно. Вот. Но приятно же в глубине души. Очень-очень глубоко. Но Тэхён сто процентов снова себе чего-то лишнего придумал, а Чонгук просто не хочет вставать ночью, чтобы впустить его в дом, вот и все.       «Через пару часов», — лаконично ответил он и поспешил спрятать телефон в карман, чтобы не сидеть полным кретином и не ждать ответа.       В этот момент как раз вернулся Юнги, неся в руках два стакана, до краев наполненных пивом.

***

      По-воровски оглядываясь по сторонам, Тэхён достал из кармана ключи и осторожно, зачем-то стараясь не шуметь, отпер входную дверь. Петли заскрипели, и они с Юнги шагнули в темный коридор. На ощупь включив свет, он наклонился было, чтобы разуться, но потом рассудил, что это вовсе не обязательно — все равно вещи таскать вниз, в машину Юнги. А ключи потом можно и в ящике оставить, ничего с ними не…       — Явился, — от прозвучавшего неожиданно близко женского голоса Тэхён подпрыгнул на месте, хватаясь за сердце и расширившимися от удивления глазами глядя на замершую перед ними хозяйку квартиры — женщину слегка за пятьдесят, точнее не скажешь, пропахшую сигаретами и дешевым алкоголем. — Я уж думала, самой придется от твоих вещей избавляться.       — А… э… А что вы тут делаете? — выдал он первое, что пришло в голову.       — Это, вообще-то, моя квартира, если ты не забыл, — прозвучало хриплое в ответ.       — Но снимаю-то ее я, — парировал Тэхён. Ну серьезно, нахрена так людей пугать? У него чуть сердце не выпрыгнуло.       — Поговори мне еще тут! — возмущенно, с неприятно-визгливыми нотками в голосе. — Это ты на звонки не отвечаешь, я вообще без понятия: живой ты или уже прирезали тебя в какой подворотне. Нахрена квартире простаивать? Пришла вот твои вещи на свалку унести, чтобы новых жильцов найти.       — Хоть бы окончания аренды дождались, — буркнул он.       — Слушай, ты… — уже откровенно агрессивно заговорила она, но тут вмешался Юнги.       — А мы как раз пришли за вещами Тэхёна, — миролюбиво, стараясь успокоить явно разозленную хозяйку. — Сейчас сами все лишнее вынесем, а потом и ключи вам отдадим. Да, Тэ?       — Угу, — согласился он. Дамочка та еще сука, но ругаться сейчас и правда было не с руки. Забрать все нужное да свалить. Одежду и еще парочку мелочей пока к Чонгуку увезет, а остальное, что прямо сейчас было не нужно, пусть у Юнги дома полежит.       — Ну выносите, — доставая из пачки сигарету и тут же закуривая. — И только попробуйте взять что-то лишнее, — шаркая ногами по полу, она удалилась на кухню.       — Вот же грымза, — негромко прокомментировал Тэхён. — Пошли быстрее соберемся и свалим отсюда.       На то, чтобы покидать в дорожную сумку весь его нехитрый скарб, много времени не ушло — он никогда особенно не успевал обрастать вещами, да и не задерживался надолго на одном месте, чтобы скопить достаточно барахла. Вот уж действительно — тот, у кого ни гроша за душой. Отчего-то подумалось, как бы переезжал Чонгук — страшно представить, сколько всего пришлось бы перевозить. Может, так даже лучше — не привязываться ни к месту, в котором живешь, ни к людям? Только вот было в этом что-то иронично-грустное, ведь и Чонгук, который имел деньги и кучу вещей в своем собственном доме, и Тэхён, у которого не было почти ничего, были одинаково одиноки. Ну, у него Юнги есть, и этого вполне достаточно. А другие люди… От них не стоит ждать ничего хорошего уж точно. Уж лучше одному.       — Мы закончили, — зайдя на кухню, Тэхён положил на стол перед хозяйкой связку ключей. Вообще, стоило бы еще залог забрать, но он был мизерным, а оставаться здесь дольше необходимого не хотелось — все инстинкты матом вопили, что надо уходить.       — Ох, как вы быстро управились, мальчики, — натянуто-дружелюбно улыбнулась она. — Проверю, не прихватили ли чего моего.       Тэхён закатил глаза, но спорить не стал, вместо этого прошел вместе с хозяйкой в комнату и спокойно дожидался, пока она все осмотрит.       — Ну что, убедились, что все на месте и все цело? — спустя минут десять не выдержал он.       — Еще ванная, подожди, — та неспешно направилась в нужную сторону, Тэхён следом за ней.       — И что я оттуда украду? Душевую лейку? — предчувствие того, что что-то не так, вопило все сильнее, у него ладони зудели от беспричинного волнения. — Надо валить, — одними губами прошептал он Юнги, который нетерпеливо перетаптывался в коридоре.       Друг нахмурился и, не говоря ни слова, направился на кухню, вероятно, чтобы выглянуть в окно. А Тэхён замер в проходе в ванную комнату, со все возрастающим волнением глядя на то, как нарочито-медленно хозяйка оглядывалась вокруг. Тянет время — окончательно уверился он.       — Вы нас сдали, — не спросил — констатировал. Она заметно вздрогнула и перевела на Тэхёна испуганный взгляд. — Зачем?..       — Они угрожали мне, — отступая назад и вжимаясь в древнюю стиральную машинку, словно бы пытаясь увеличить расстояние между собой и Тэхёном. — Сказали, что изобьют, если я не позвоню им, когда вы придете…       — Кто? — в ответ эта дура решила расплакаться, и Тэхён рявкнул: — Кто, блять, это был?!       — Я не знаю, не знаю, — она замотала головой. — Просто пришла одним вечером проверить, что тут как и… Двое мужчин, здоровые. Сказали, ты им денег должен.       — Блять, — выругался Тэхён. Хотелось хотя бы оплеуху дать, но не бить же женщину. — Юнги! — позвал громко, бегом влетая в кухню. — Надо…       — Бежать, — тот смотрел в окно. — Там две машины припарковались, быстрее, Тэ.       Они успели вылететь на улицу и припустить в сторону машины Юнги, когда со стороны донеслось громкое:       — Стоять! Стоять, я сказал, сука!       Тэхён узнал мужчин, двоих так точно — те самые придурки, что пришли к нему выбивать долги в тот роковой вечер. Выжили, гады. И что-то ему подсказывало, что эти ребята не слишком-то счастливы, что Тэхён их буквально под пули подставил в прошлую встречу, и наверняка хотят отомстить. Радуясь, что Юнги припарковался за поворотом, а не у самого подъезда, он запрыгнул на переднее пассажирское и мысленно вознес благодарность всем богам, когда они тронулись с места. Но радость оказалась недолгой, стоило только выехать со двора, как Юнги произнес:       — Блядство!       — Что? — уже догадываясь, какой будет ответ, Тэхён глянул в зеркало заднего вида, и точно — черный внедорожник набирал скорость, стремительно нагоняя их.       Твою же мать!