Помощник Ким

      У Чонгука есть друзья — ничего особенного на первый взгляд, они как будто бы у всех есть. На самом же деле понимание этого оказалось неожиданно приятным. Тэхён поймал себя на том, что улыбнулся, когда Намджун, — казалось бы, подчиненный Чонгука, обязанный соблюдать субординацию, — назвав того идиотом, десять минут менторским тоном выговаривал за поездку в Пусан без охраны. Говорил медленно, веско роняя слова, и на полном серьезе грозил разорвать с ним все деловые отношения, если подобное повторится.       — Я словно в старшие классы вернулся, — вздохнул Чонгук, сидевший рядом с Тэхёном на заднем сиденье, тогда как Намджун вел машину. — Только и делаю, что получаю выговоры сегодня.       — Хочешь сказать, что не всегда был весь из себя такой идеальный и правильный? — не сдержал ехидного комментария Тэхён. Да-да, не время и не место, но оно само, честное слово. Просто они живы, относительно здоровы, выбрались из знатной заварушки — самый подходящий момент для неуместной радости, нет?       Чонгук на его слова только закатил глаза, а ему как-то внезапно вспомнилась татуировка на пояснице… Как много о человеке может сказать такая незначительная, на первый взгляд, но такая пикантная деталь.       — Я знаю, что сглупил, слишком расслабился и поступил опрометчиво, — продолжил разговор тот, обращаясь к Намджуну.       — Да как тебе вообще в голову могло прийти уехать без охраны? Нужно было всего лишь позвонить, и мои ребята бы примчали и сопроводили.       — Говорю же — расслабился. Решил, что опасность отступила, а еще с головой ушел в рабочие дела и в решение… — бросив взгляд на Тэхёна, — личных проблем, — и устало потёр переносицу.       — Ну, знаешь, господин Чон, ты…       — Да отстань ты от него, — вмешался Тэхён. — Видишь, и без того еле держится: у него впереди инквизитор Чон Хосок, а затем поход в зоопарк, по ошибке названный собранием акционеров, еще и ты тут со своими нравоучениями. Дай ему в себя прийти хотя бы. — И на самом деле этот переросток все правильно говорил: будь ситуация иной, он бы даже поддержал воспитательную беседу, но прямо сейчас Чонгука хотелось по-человечески поддержать.       Чонгук, что примечательно, посмотрел на него удивленно, явно не ожидая таких слов, но вмешиваться не стал.       — Думаешь, я зверь какой-то? — Намджун продолжал говорить негромко, однако эмоции все же пробивались: в легком подрагивании голоса, в том, как то и дело скрипела обивка руля под ладонями. Не совсем железный, значит. И тоже переживает за Чонгука. — Вы чуть не погибли. И всего этого можно было избежать, будь рядом я или кто-то из моих людей.       — Я был рядом с Чонгуком, — парировал Тэхён.       Намджун, открывший было рот в намерении что-то сказать, осёкся. Бросил на него взгляд через зеркало и… смолчал. И черт знает, что у того крутилось в голове, Тэхён даже угадывать не брался. Только спустя минуту тишины Намджун выдал:       — Спасибо, что спас его. Но твой босс — идиот, просто чтобы ты это знал.       Это что, у них с терминатором что-то вроде перемирия тут намечается? Или Тэхёну все же стали хоть немного доверять и считать за человека? Удивительные дела творятся.       — Он и твой босс вообще-то, — хохотнул в ответ. — А потому правильнее было бы сказать, что это наш, — выделяя это слово интонацией, — босс — идиот.       — Я все еще здесь, — вмешался Чонгук. — Так что не будете ли вы так добры перестать обсуждать мои умственные способности?       — Да, господин Чон, — спаясничал Тэхён.       — Конечно, господин Чон, — внезапно поддержал его Намджун.       — Спелись, — высказался Чонгук, но не зло. Было заметно, что тот немного расслабился, да и в целом атмосфера в машине перестала давить.       Интересно, что Чон Хосок оказался куда более краток в своих высказываниях. Когда они вошли — помятые, потрепанные жизнью, — тот оглядел обоих с головы до ног и, поморщившись, произнес, характерно так растягивая гласные:       — Ой, балбе-е-есы… — И, честное слово, у Тэхёна от одного только взгляда этого человека живот в узел скрутило. — Так, — звонко хлопнув в ладоши, — времени у нас мало, потом расскажете мне в подробностях, как вы так умудрились. Сначала приведем вас в порядок.       За Чонгука тот взялся лично, а вот вокруг Тэхёна коршунами кружили аж три девушки, одна из которых делала что-то непонятное с его лицом, накладывая слои косметики, вторая колдовала с волосами, а третья пыталась реанимировать руки. Ну ладно, может, и зря переживал, не так все и страшно в итоге оказалось, как ему думалось, или просто привык уже?       Правда, когда вместе с новыми костюмами внесли корсет, где-то там снизу и сзади сжалось все, что могло сжиматься.       — Ну, нет! — Он вскочил на ноги и попятился. — Я эту пыточную хрень на себя не надену! А если попытаешься меня заставить, то скручу в рулон и засуну тебе в задницу, так и знай!       Хосок угроз ничуть не испугался, только бровь заломил скептически и окинул его задумчивым взглядом.       — Какие у тебя интересные сексуальные фантазии, однако. Но давай ты потом со своим Чонгуком так экспериментировать будешь. А сейчас… — и наклонил голову вбок, — ну-у, осанку ты вполне держишь. Ну-ка, пройдись.       Кажется, он никогда еще не держал спину настолько прямо, как сейчас — пока шагал туда-сюда под сканирующим его взглядом человека, буквально решавшего его судьбу.       — Тебе бы на подиум, — заметил Хосок. — А не в кабинете свою симпатичную попку просиживать. Что скажешь? Могу познакомить с нужными людьми.       — А… э-э-э… — Тэхён завис.       — Не смей уводить моих сотрудников, — вмешался Чонгук. — И, если ты подзабыл, то мы ограничены во времени, — демонстративно глянув на часы.       — Смотри, какой собственник, надо же, — манерно махнув рукой. — Но ты прав. Одевайтесь, мальчики, я подожду вас в холле.       Хосок и его девушки вышли, оставляя их наедине. Тэхён уже привычно облачился в строгий бежевый костюм, правда, поматерился шепотом, пока воевал с галстуком, но в целом справился на отлично. А, закончив, уставился на свое отражение в зеркале — и, черт возьми, он выглядел так, словно и не совершил совсем недавно спринтерский забег по пересеченной местности, спасаясь от похитителей. Как с помощью косметики да укладки можно достичь такого эффекта — он не представлял, чего там такого нужно намазать — не имел ни малейшего понятия. Но выводы сделал правильные: скрыть можно многое, как и создать иллюзию благополучия. Интересно, как часто Чонгуку приходилось прибегать к чему-то подобному? Все толстосумы так делают? Все эти звезды, которые сияют с экранов мониторов, тоже замазывают макияжем свою усталость или еще что похуже? Почему-то раньше он о чем-то таком не задумывался и просто завистливо ненавидел тех, кто богаче.       — Ты отлично выглядишь, — Чонгук подошел к нему сзади и, приобняв за талию, посмотрел на его отражение в зеркале.       — Ты тоже, — честно ответил Тэхён, неприкрыто любуясь своим начальником. Весь такой идеальный в своем черном костюме, даже складки на брюках будто лежат исключительно так, как надо; прическа волосок к волоску, и не скажешь, что недавно все было в крови; лицо без единого изъяна, никаких тебе кругов под глазами и ссадин. Вот уж действительно — владелец огромной корпорации. Суровый. Строгий. Уверенный в себе. Только вот Тэхён прекрасно знал, что там скрывалось под слоями штукатурки да одеждой с иголочки. А потому, развернувшись, обнял Чонгука в ответ. — Продержишься?       — Я постараюсь, — и взгляд такой… теплый. Вот оно! То, что отличало Чонгука, каким Тэхён его воспринимал с самого начала, от Чонгука теперешнего — глаза. И как бы тот ни пытался держать лицо, сейчас он прекрасно видел запрятанные ото всех эмоции.       — Я бы предложил тебе послать все на хер и благополучно забить, но… ты же у нас слишком ответственный, господин начальник, — он осторожно взял в ладони лицо Чонгука, ласково, чтобы не причинить боли. — А потому разнеси по-быстрому этих старых мудозвонов, подпиши там свой контракт и поедем домой — жрать какую-нибудь жутко вредную еду и обжиматься в кровати. Что скажешь?       — Скажу, что звучит как отличный план, помощник Ким.

***

      С «по-быстрому» он точно погорячился. Потому что эти «старперы» и «быстро» — вообще понятия не совместимые. Чем больше Тэхён слушал, тем больше бесился, честное слово. Инвесторы (он даже в мыслях это слово произносил с матерной интонацией) делали все возможное, чтобы затянуть процесс. Доебывались до каждого пункта договора, ездили по одному и тому же, просто в разных формулировках, даже пытались указать Чонгуку, что он совершает ошибку, собираясь взять под крыло конкурента: мол, потребитель отсутствие выбора не оценит.       — Господин Пак, напомните мне, что стало с теми двумя проектами, которые вы продвигали в прошлом году? — низкий, уверенный голос Чонгука, выступающего с трибуны, отбивался от стен. — Если мне память не изменяет, то провалились оба, а из-за убытков нам пришлось сократить штат разработчиков. — Лысеющий, хмурый и весь такой потный господин Пак зло поджал губы, но, не выдержав тяжёлого взгляда Чонгука, опустил голову, признавая поражение. — Уж простите, но не вам указывать мне, как поступить.       И, черт, если бы не узкие брюки, которые в угоду модному крою сдавливали все, что можно, у Тэхёна бы встал. Чонгук выглядел так, что лично Тэхёну хотелось как минимум отсосать ему прямо здесь… Идеально прямая спина, выступающая линия челюсти, тяжелый взгляд, а голос… мамочки. Чонгука не смущали ни десятки направленных на него глаз, ни каверзные вопросы, ни попытки сбить его с толку или увести тему в сторону. Он не позволял манипулировать собой, а если собеседник пытался вывернуть его слова наизнанку, Чонгук совершенно спокойно приводил аргументы, почему тот не прав.       Он испытывал какую-то совершенно иррациональную гордость. Его заслуги в том, как идеально Чонгук отбивал, а то и возвращал сторицей все атаки, было ровно ноль, но грудь аж распирало от того, насколько Тэхён был горд.       А еще возбуждение, да. Ну кто бы мог подумать, что хоть что-то в нудном и длящемся, кажется, целую вечность собрании может заводить. Да он вообще даже не предполагал, что чужая уверенность — это настолько горячо. И теперь вот ёрзал на стуле, пытаясь держать себя в руках.       И… ну, может, это совсем уж непонятное желание, но Тэхёну очень хотелось встать за спиной Чонгука, устроить ладони на плечах, давая понять, что поддерживает. Его воля — он бы этих стариков ссаной тряпкой отсюда погнал… Но, к сожалению, приходилось вести себя прилично.       Интересно, если он случайно включит пожарную сигнализацию, то все закончится, или же собрание придется проводить заново? Рассудив, что, скорее всего, второе, Тэхён оставался сидеть на месте, то и дело бросая на Чонгука восхищенные взгляды.       — Ты их уделал! — с восторгом произнес, когда собрание закончилось и они вернулись в кабинет Чонгука. — Это было… охуенно!       — Мне удалось отстоять все пункты, — Чонгук устало опустился в свое кресло. — Так что вынужден согласиться с тобой — действительно, охуенно. Я бы выпил, но нельзя… А потому, будь добр, приготовь мне кофе, пожалуйста.       На этот раз Тэхён даже не спорил, как миленький рванул к своей «любимой» шайтан-машине, чтобы хоть как-то помочь Чонгуку. Видел, что тот вымотался, но сделать ничего не мог. Им оставалось дождаться господина Кана, подписать этот злосчастный договор и наконец-то поехать домой.

***

      Если господин Кан у Тэхёна каких-то негативных эмоций не вызывал — ну, подумаешь, лис прожжённый, то вот внучок его с первого взгляда производил впечатление высокомерного быдла — как раз та категория толстосумов, которых Тэхён не переносил. Такие считали людей со средним уровнем достатка мусором под ногами, не более. Как-то резко захотелось перебраться из офисного кабинета на улицы, а костюм сменить на свои старенькие джинсы — в его мире хотя бы послать можно. Правда, в этом случае велика вероятность огрести от телохранителя, которого Кан-младший даже на деловую встречу с собой притащил, благо тот остался за дверью кабинета.       Кан-старший вежливо поприветствовал Чонгука, поклонился уважительно, тогда как младший буркнул себе под нос что-то невнятное, типа «здрсте», и едва обозначил поклон. Честное слово, так и подмывало влепить подзатыльник: понятно, почему никто не хочет оставлять этому придурку управление компанией. И, если у Тэхёна аж полыхало, то Чонгук на такое поведение даже бровью не повел — вот это выдержка.       — Что ж, приступим, — улыбнувшись, произнес Чонгук и предложил присесть за стол. Тэхён знал, что им нужно обсудить некоторые пункты, что-то там уточнить, но по сути управиться должны были скоро.       Он же здесь нужен был для галочки, это на собрании инвесторов имело смысл сидеть да слушать голоса выступающих. Именно поэтому, когда телефон завибрировал входящим, а на экране высветился «киборг-убийца», Тэхён бросил вопросительный взгляд на Чонгука. Получил в ответ короткий кивок и, извинившись, вышел из кабинета.       — Все в порядке? — стоило ему ответить на звонок, раздался голос Намджуна. — Чонгук не берет трубку.       — Он занят там сейчас подписанием какого-то супер-важного договора, — ответил, подмечая, что в приемной никого не было. И, если сотрудники — сказавшись ему, естественно — разошлись по домам, так как рабочий день закончился, то куда делся тот стремный тип, что пришел с Каном-младшим? — А что?       Инстинкты, которым Тэхён привык доверять за свою еще короткую, но наполненную событиями жизнь, призывали проверить. Может, тот просто вышел в уборную, и он тут себе напридумывал и вообще зря переживает, однако ноги сами понесли его в сторону ближайшего туалета.       — Мы взяли тех ребят, что пытались похитить вас, — судя по звукам, Намджун был за рулем. — Я уточню информацию и приеду за вами или отправлю кого-то. Не выходите из офиса до тех пор, ясно?       Охраны внизу было вполне достаточно, чтобы обеспечить безопасность, и потому не было смысла весь рабочий день таскать за собой телохранителя, когда они находились в здании.              — Ясно, — Тэхён даже зачем-то кивнул. Он после вчерашних приключений и сам не горел желанием выходить куда-то без телохранителей. Ну их на хрен, такие встряски. — Что-то уже удалось узнать?       И, если честно, он не рассчитывал, что Намджун начнет перед ним отчитываться: тот всегда давал понять, что всего лишь терпит его присутствие. Однако он все же правильно все понял сегодня в машине — лед между ними треснул. Потому что Намджун взялся отвечать:       — Наемники, которым заплатили за то, чтобы Чонгука привезли живым. Имен еще не назвали, но… мои ребята умеют убеждать, — прозвучало так зловеще, что по загривку продрало мурашками, и Тэхёна невольно передёрнуло. — Уверен, что через час у меня будет вся информация.       В уборной никого не оказалось, Тэхён шагнул внутрь и, оглядевшись, толкнул одну за другой дверцы кабинок. Пусто. Может, телохранитель Кана-младшего просто вышел на улицу, а у него некстати разыгралась паранойя?       — Я слышал, как они говорили про богатенького малолетнего идиота, — вспомнил он подслушанный разговор. — Значит, это должен быть кто-то довольно молодой, — выходя в коридор, заметил он.       — Принял, — лаконичное в ответ. — Наберу, как закончу.       И сбросил вызов. А Тэхён так и стоял в коридоре, решая, что именно делать. Продолжить впустую искать чужого телохранителя, доверившись своему чутью, или вернуться к Чонгуку, рядом с которым и должен находиться, как его личный помощник?       — Айщ! Огребу ведь от Чонгука потом, что шлялся черт знает где! — выругался в сердцах. Но пускай. Он найдет способ задобрить своего начальника, да и объяснить причины отсутствия сумеет.       Вот сейчас только уточнит на посту охраны, выходил ли тот придурок, убедится, что зря параноил, и вернется в кабинет к Чонгуку. Внутренне одобрив собственный план, Тэхён быстрыми шагами двинулся в сторону лифтов, но…       — Нет! — женским голосом, явно испуганным.       Тэхён притормозил рядом с приоткрытой дверью, ведущей на лестницу, и прислушался.       — Умереть хочешь? — злое мужское шипение. — Так мы это быстро устроим.       Стоп. Происходящее явно выходило за рамки рабочих отношений. Осторожно, пытаясь не шуметь и мысленно уже выписывая премию административно-хозяйственной части за смазанные петли, он чуть толкнул дверь. Протиснулся в образовавшуюся щель, стараясь держаться ближе к стене, и глянул вниз.       Юна. Испуганную девушку прижимал к стене телохранитель Кана-младшего. Вот же хмырь!       — Пожалуйста, не надо… — взмолилась Юна. — Я ведь ничего не сказала никому и…       — Тебе было велено убраться из Сеула вместе со своим парнем-охранником. Но ты, кажется, настолько тупая, что не понимаешь с первого раза. — Ублюдок от души тряханул ее за плечи, припечатав спиной к стене. — Слушай сюда, дура, если до тебя не доходит, — сжав пальцами одной руки ее щеки. — Ты — соучастница преступления. Как и твой парень. Посмеете открыть рот, и вам конец — если мы не убьем, то загремите в тюрьму. Этого хочешь?       Щелкнуло. Этот голос… Голос!       Тэхён стоял в прострации, пока мозг, обрабатывая информацию, вернул его на целую вечность назад. Стройка, на которой он пытался спрятаться. Страх за свою жизнь. И раздраженное: «Точно. Охраннику заплатили, чтобы погулял до утра, а камеры отключены». Так четко, словно это было вчера… Чувствуя, как суматошно заколотилось в груди сердце, Тэхён абсолютно новым взглядом посмотрел на телохранителя Кана-младшего. Это был он! Никаких сомнений! Голос один в один.       — Я не знала, что вы планируете похищение господина Чона! — вскрикнула та. — Если бы знала, то ни за что не согласилась бы! Я ни в чем не виновата… Я не хотела ничего плохого, — она всхлипнула.       А?.. Шестеренки в голове скрипели от натуги, но что-то да начало складываться… У Юны парень работает в охране и вполне мог отключить камеры в тот день, когда похитили Чонгука. А сама Юна, постоянно присутствующая в приемной, прекрасно знала, когда ее генеральный уходит домой. Почему она согласилась провернуть что-то подобное — было непонятно, но с этим можно и потом разобраться. Сейчас стоило решить более насущные проблемы.       — Ну, точно тупая, — хмырь отпустил девушку и, отступив на шаг назад… достал пистолет. — Тебя проще прикончить, чем потом разгребать.       Пиздец.       — Н-не надо, — та замерла в ужасе. — Пожалуйста, прошу вас, я сделаю, как вы сказали, и уеду… Прошу! Я беременна…       — Раньше надо было думать.       По ушам резанул, к сожалению, очень знакомый звук щелкнувшего предохранителя.       И Тэхён… прыгнул. Едва приблизившись к верхней ступеньке, оттолкнулся от пола и каким-то невообразимым образом сумел преодолеть целый лестничный пролет. И всем своим весом врезался в не ожидавшего ничего подобного хмыря, сшибая того с ног, и вместе с ним по инерции проехался по бетону.       Наверное, ему стоило работать ебучим акробатом в каком-нибудь цирке, не иначе. Ибо вышло шедеврально. Никогда в жизни он так не прыгал, честное слово, он это запишет в личные рекорды. Потом. Если выживет.       Кажется, он вывихнул плечо. Но пока слишком страшно для того, чтобы испытывать боль.       Женский крик и приглушенный хлопок ворвались в уши. Но лежать некогда, Тэхён вскочил на ноги, пинком выбив из чужих рук пистолет, так что тот пробрякал по ступенькам вниз, схватил за запястье испуганную девушку и потянул за собой, выдохнув:       — Бежим.