Вкус красный

Дорогие читатели!

Хотим обратить ваше внимание, что у нас участились комментарии с обращениями к одному автору, а так же по-прежнему многие обращаются к Writer-feather как к девушке. Это мужчина. Мы ещё раз напоминаем! У работы два автора: MiLaNia🐾 и Writer-feather😈

Мы РАЗНОПОЛЫЙ ТАНДЕМ! А значит всё будет намного интереснее.

Спасибо за любовь к нашим работам! ❤️

      Первые лучи рассвета только начали проглядывать из-за горизонта, а Париж уже был окутан густой серой пеленой облаков. Эйфелева башня, обычно стоящая высоко и гордо, просто оказалась скрыта из виду. Ощущения подобный пейзаж вызывал не самые приятные. Каждого, кто лицезрел такое утро, словно обволакивало чувство беспокойства и неуверенности. Несмотря на это люди уже вовсю суетились по городу, но более чем ленивым шагом и в заметном медленном темпе. Густой туман оседал в сознании зловещим ощущением, что что-то определённо пойдёт не так, но никто точно не знал, что именно. Кому-то и вообще знать было не положено. Чимин подпрыгнул на кровати от того, что вдалеке по небу прокатился раскат грома — низкое и зловещее предупреждение, эхом разносившееся по улицам. Пак вышел на балкон и с тоской в сердце обнаружил дождь, усиленно барабанящий по тротуару в громком и настойчивом ритме.       Несмотря на общее чувство грусти и неопределённости, витавшее в воздухе, в этом пейзаже было что-то завораживающее. Парень знал, что за день сегодня. Он плохо спал и выглядел очень уставшим. Пак сделал глубокий вдох и поднял взгляд на клубящиеся облака над своей головой, которые отбрасывали на город мягкий рассеянный свет. Спустя несколько минут ливень уже показался Чимину по-своему нежным, успокаивающий, практически похожим на заботливый шёпот. «Жду тебя в 19:00. По адресу ***, наберёшь меня, тебя проводят. Одевайся обычно, потому что сегодня украшением мероприятия стану я».       Тэхён несколько раз прочитал сообщение, пришедшее от друга. Казалось бы простой текст, ничего особенного, но было в нём что-то по-настоящему зловещее. Он не думая ни секунды, набрал друга, чтобы услышать его голос. — Бля, чёт мне страшно, — первое в чём признался Ким. — Я обязательно буду, ЧимЧим. — Не бойся. Ты-то с чего? Перфоманс сегодня у меня, — Пак очень старался сохранять самообладание, чтобы ещё больше не волновать нервного друга. — Да, я не за себя, а за тебя боюсь, — уже тише произнёс Тэ, снижая тон голоса. — Там будет Юнги. Я говорил тебе вчера. Он обещал, что всё будет хорошо, — с надеждой проговорил Чимин. — Кстати об этом… Чонгук приезжал и попросил меня передать тебе кое-что. Ты просто обязан найти способ поговорить с ним. Видишь ли, ему что-то жизненно необходимо тебе сказать, — заговорщицки с испугом прошептал Ким и добавил. — Блин, вид у него при этом был… Пиздец. Чимин, мне страшно. — Если только до клуба, потом не знаю, где я буду, — честно дал расклады Пак.       Чимин посмотрел на часы. Машина приедет через полчаса и отвезёт их с Джином на место. Пак нервно сглотнул и особо не стал задумываться, что надеть. Парнишка просто натянул первые попавшиеся вещи, ведь перед мероприятием его ждали визажист и стилист.       Стоило Чимину выйти из дома, как он сразу ощутил в воздухе прохладу, которая поначалу показалась ему вполне обычной. Парню хватило сделать несколько шагов вперед по дорожке за Джином, как вдруг он понял, что температура мгновенно упала, а воздух оказался поистине сухим. Пак сел вместе с Кимом на заднее сидение дорогого автомобиля и отправился на встречу с судьбой в полной тишине. Парнишка наблюдал в окно за тем, как небо плотнее затягивала дымка, окончательно отсекающая даже возможность прохождения солнечных лучей. Внезапная смена и странные погодные условия, заставляли Чимина чувствовать себя неловко и встревоженно. По мере того как летело время, буря лишь разбушевалась сильнее. Оказавшись на месте и убедившись, что Сокджин занят, парнишка заперся в ванной комнате с телефоном. — Дак что там, Тэ? — тихо спросил по видеосвязи Пак. — Приедет твой мачо? Меня он уже вряд ли хоть чем-то напугает. — Сказал, что успеет перед началом шоу, — беспокойно прошептал Ким, прикрывая рот ладошкой. — Я тоже скоро приеду. Уже собрался.       Тэхён отодвинул телефон от себя и продемонстрировал стильную свободную, шёлковую рубашку и чёрные штаны в обтяжку. — Как всегда красив и чертовски сексуален, — отпустил комплимент Чимин. — Ну, там же будет мой Гуки, — суетился Тэ. — О, он написал только что. Юнги приедет, но тебе нужно будет встретиться с Чонгуком. — «Намджун совершил оплошность» так сказал твой вампир моему, — Кима затрясло, он отказывался уже понимать происходящее. — Джун плохо знает Джина, это пугает, — переживал Пак, потому, что именно ему сейчас предстояло оказаться перед залом, полностью забитым вампирами. — Тем не менее, что он может против хищников? Мой брат всего лишь человек. Такой же как мы, — внезапно Тэхён осознал ещё кое-что. У этого человека свои планы, — произнёс Пак и тут же увидел испуг на лице товарища. — Что такое? — Бля, он не знает, что я в Париже… — прошептал Тэ. — Хотя вряд ли это станет проблемой. — Хорошо, тогда в 18:45 у клуба, а то напугал, — выдохнул Чимин. — Я скоро буду. Помни мою просьбу про Гука, — повторялся Ким. — А где я его найду? — засуетился Пак. — Он обещал прорваться за сцену незадолго до твоего выступления, — Тэ тщательно вспоминал все указания, полученные от Чона. — Главное, чтобы всё получилось, после уже не выйдет. Сразу будет подписан контракт, да и вообще, потом совсем ничего не возымеет никакого значения, — Пак осознавал бедственность собственного положения и очень волновался. — Хотя Юнги и просил не торопиться, думаю, что Чонгук всё сделает правильно, — Тэхён искренне старался сохранять позитивный настрой. — Ты же лучше других знаешь, что от меня не зависит то, что будет происходить в зале, — обречённо выдохнул Пак. — Меня после выступления никуда не выпустят. Сокджин предупреждал, — всхлипнул Чимин. — В смысле? Что происходит? Куда не выпустят? — вот теперь Тэхён прям запаниковал. — Никуда! Ты прекрасно знаешь правила. Я уйду только с тем, с кем подпишу контракт, — пояснил Пак. — Но… Это же будет твой принц? Тот самый Мин Юнги, да? — беспокойство за друга перешло на новый уровень, смешиваясь со страхом. — Я хочу верить, что да, — раздался очередной всхлип. — Надеюсь, Юнги оставил Гуки инструкции. С этими хищниками так сложно, — продолжал причитать Ким. — Главное, что тебе такое не грозит, — выдохнул Пак, он хотел в это верить. — А вдруг Джин и меня решит распять как тебя… — бездумно ляпнул Тэхён. — Распять??? — взвизгнул Чимин и тут же закрыл рот ладошкой. — Прости, я не то имел ввиду. Просто у меня уже мыслей других нет. Я так сильно боюсь за тебя и безумно напуган сам. Он гонит тебя на сцену перед стаей вампиров, — прошептал Тэ. — Не стаей, а толпой… или? — Пак запнулся и занервничал. По хорошему, вампиры — хищники, а значит звери, но это означало бы, что Мин по природе своей такой же, но парнишка считал иначе. — Или. Я не знаю, друг, — Ким запаниковал. — По плану там будет шоу-представление. Потом контракт и всё, — губы дрожали, а язык еле ворочался во рту, потому, что Чимина сковал страх.       Ненадолго Ким завис, потом посмотрел через камеру на друга и крикнул: — Давай сбежим? Ну, пожалуйста. Я никогда в жизни так сильно за тебя не волновался… У меня совершенно дикое предчувствие. Помнишь же те страшные видео «кормёжки»? — Тэхён сам уже сотрясался от охватившего его стресса и боязни. — Я не могу, правда. Это долг нашей семьи, тем более я с рождения готовился, — набрался мужества Пак, произнёс свою дежурную фразу и положил трубку.       Парнишка покинул своё убежище и вышел во внутренний двор. По мере того как день продолжался, погода только ухудшалась. Густой туман опустился на город вместе с проливным дождём, льющимся с небес. Чимину даже пришлось сощуриться, чтобы хотя бы разглядеть новенькую афишу перед зданием, там были красивые пляжи — обещание райского отдыха. Парень шагнул с крыльца и угодил ногой в лужу. Все улицы были залиты дождевой водой, а туман всё ещё оставался настолько плотным, что даже свет фонарей и фар автомобилей не могли пробиться сквозь него. Это было похоже на толстую белую стену, которой, казалось, не было конца. Пак чувствовал себя пленником без надежды на освобождение и счастье. Туман и проливной дождь казались бесконечными, а Чимин стоял ощущая себя жертвой, пойманной в ловушку не только Джином, но и этой странной погодой. Уровень беспокойства резко возрос, а каждое движение или шум внутри здания заставляли вздрагивать. Спустя несколько часов приготовления парня были практически завершены, и он смог встать у окна, чтобы надышаться полной грудью. Звонить родителям он даже не собирался, лишь ждал, когда зазвонит телефон. Тэхён прибыл как и обещал: — Я тут, — оповестил парнишка, вваливаясь на территорию заведения. — Вижу тебя, бегу, — крикнул Пак и понёсся по лестнице вниз, чтобы остановить охрану и объяснить, что этот гость «свой».       Когда друзья оказались в обьятиях друг друга, то, казалось, погода смиловалась. Тёмные, тяжёлые облака начали расходиться, открывая под собой светлое вечернее небо. На мгновение даже показалось, что мир возродился, начисто омытый дождём. Словно началось что-то прекрасное и новое. — Бля, Чимин, ты такой заебенно красивый, — Ким снова кинулся обнимать хрупкую фигурку и в очередной раз расплакался. — Не реви, — буркнул Пак, — ты чего?       Их единение было тёплым и чистым, а в воздухе от этого витало ощущение надежды и обновления, как будто всё было возможно. Здесь и сейчас, рядом с Тэхёном, с его поддержкой. По крайней мере, на какое-то время тревоги, терзавшие душу Чимина, были подавлены, отодвинуты на второй план красотой природы и чувствами близкого друга. — Ты вот всё равно не вкуриваешь. Одно дело знать, что ты готовился, а другое, — Ким всхлипнул, — ощущения, знаешь ли, меняются, когда ты понимаешь, что нужно отдавать любимого ЧимЧима монстрам… — Твой Гук такой же, — спокойно отреагировал Чимин.       В тот самый момент рядом с парнями появился мужчина. Как всегда безумно красивый и в строгом костюме, который напал на них с неожиданным вопросом: — Кто тут монстр? — Чонгук погладил Тэхёна по спине и чуть поклонился Чимину.        Голова вампира наклонилась вбок, пока он заинтересованным взглядом осматривал обоих. — Ну вот, я же говорил, что Гуки приедет. Теперь точно ничего страшного, — обрадовался Ким. — Боишься? — спросил Чон и прижал к себе Тэхёна. — Я опасаюсь за друга… — признался Тэ и снова всхлипнул. — А ты, Чимин, боишься? — продолжал спрашивать Чон. — Нет, наверное уже нет, — безэмоционально произнёс Пак.       Именно сейчас он твёрдо осознал одну простую вещь: чем ближе было выступление, тем сильнее и быстрее атрофировалось его чувство неуверенности и опасения. — Что тебе сказал Джин о сегодняшнем дне? — обеспокоенно спросил Чонгук. — Приехать, переодеться, навести лоск, выступить и подписать контракт, — твёрдо отчеканил Пак. — Как-то всё просто. Остался тогда лишь один вопрос: почему он передумал отдавать тебя Юнги? — вампир задумался и сразу заметил испуганный взгляд Пака и панику в глазах Кима. — Как передумал? — вот теперь страх уверенным темпом вернулся обратно и волной накатил на Чимина. — Вот так. Он что-то затеял, хотя это лишь мои подозрения. Намджун выглядит напряжённым. Мы одной с ним крови и человеческие эмоции нам не чужды… — постарался обьяснить Чон, но вышло немного сумбурно, потому, что вампиры эмпаты и чувствовали больше, чем могли показать или описать словами. — Беги успокаивайся и готовься.Тэ иди с ним, — спокойно проговорил Чон, а потом окликнул парней. — А, и Чимин. Я должен буду кое-что тебе потом сказать, если ситуация выйдет из-под контроля. Пока всё в рамках… Это излишние хлопоты. — Хорошо, я пойду, а то опоздаю, — практически шептал Чимин, но знал, что слух вампира позволит мужчине услышать. — Идите. Присмотри за ним, Тэхён, — поддержал Чон.       Сокджин целенаправленно шёл по коридору. Его резкие шаги эхом разносились по всему пространству. Ким был поглощён отработкой своей речи перед началом мероприятия. В его глубоком голосе слышались нотки властности и уверенности в том, что он задумал и о чём говорил. В воздухе вокруг него витала вседозволенность, которая с каждым сказанным словом создавала практически осязаемое ощущение его силы и контроля над ситуацией.       Складывалось странное впечатление, что мужчина на работе сейчас чувствовал себя как дома. Его нисколько не напрягало тёмное и роскошное помещение. Он так органично сочетался с богатой мебелью, которая его окружала. Когда мужчина, наконец-то, вошёл в свой тускло освещённый офис, яркий экран его телефона озарил дорогое убранство. Дубовый стол и кожаные диваны притягивали взгляд, но не Джина. Изящная современная мебель замерцала в полумраке, отбрасывая глубокие тени. Смартфон освещал комнату, а чёрные тени практически танцевали вокруг его владельца. Воздух здесь был насыщен манящим ароматом элитных духов, добавляющих элегантности и утонченности атмосфере. Ким остановился, и в то же мгновение у него в руках зазвонил телефон: — Алло, слушаю, — гипнотическим голосом спросил Сокджин, так как был уверен, что невозможно не испытывать чувство благоговения перед ним в такой момент.       Его ожидания не оправдались, он услышал довольно резкий требовательный тон: — Джин, я еду. У тебя готов наш контракт с Чимином? — грубо рыкнул Мин. — Да, готов, — произнёс Ким с хитрым выражением лица, которое Юнги, к сожалению не увидел. — Тогда обещай, что как только я приеду, то просто буду наслаждаться зрелищем. — Я, да и ты тоже, — почти по змеиному прошипел Сокджин. — Вход чист? Я сегодня не особо хочу светиться. Цель у меня одна, ты знаешь… — Юнги оставался требовательным и рассчитывал на понимание со стороны организатора. — Тебе понравится, — протянул Джин. — Надеюсь… — заподозрил неладное вампир. — До встречи клыкастик, — стал откровенно издеваться мужчина. — Ты умереть вздумал? — взревел хищник. — Не злись, — язвил Сокджин. — Поздно, — предостерегал Мин. — До встречи, — бросил Сокджин и отключился.       За кулисами уже во всю шли приготовления, от чего Тэхён очень нервничал. — Чимини! Чимин! Чимин! — Тэ постучал в дверь. — Когда начало? Ты готов? — Да, входи. Всё хорошо, — спокойным голосом отвечал Пак. — Ты готов? — спросил Ким. — Да, наверное, да, — энтузиазма в парнишке поубавилось, но он знал, что пути назад нет.       Чимин стоял у огромного окна, сквозь которое струился мягкий свет заходящего солнца, лаская его точёный профиль. Белая рубашка из тончайшей ткани, словно шёлковый туман, обтекала изящную линию плеч, подчёркивая хрупкость и одновременно скрытую силу его фигуры. Пиджак глубокого алого оттенка, будто сотканный из закатного неба, сиял тончайшей золотой вышивкой, словно россыпью звёзд. Небольшие драгоценные камни, вкраплённые в рисунок, мягко переливались, словно подчиняясь самому свету. Чёрные брюки с высокой талией подчёркивали идеальные пропорции его тела, завершением образа стали туфли, сверкающие безупречным глянцем. Тонкая цепочка с бриллиантовым кулоном легко ложилась на ключицу, привлекая взгляд к изящной линии шеи. На тонких пальцах играли кольца, обрамлённые платиной, их бриллиантовый блеск перекликался с серьгой в ухе, едва уловимым акцентом подчёркивая утонченность образа. — Какой ты красивый, — на глаза Тэхёна выступили слёзы. — Спасибо, но меня немного трясёт, — признался Чимин. — Скажи мне, почему у нас такая судьба… Как я её избежал? — испугался Тэ. — Чудом, друг. Просто таковы правила, — загрустил Чим. — Ненавижу правила, — надулся Тэхён. — Мой выход, — парнишка ещё раз посмотрел на часы, потом на себя в зеркало и встал с места. — Я болею за Юнги! — заорал Тэ. — Я хочу верить, что это будет только он… — прошептал Чимин. — Иначе и быть не может, братишка, — успокаивал его Ким. — Все я пошёл… — никак не мог решиться танцор, внутри него всё ныло от страха и ожидания. — Я сейчас запла́чу, — завыл Тэ. — Не надо, а то я тоже запла́чу, — ответил ему Чим и ласково улыбнуся. — Тебе нельзя, тебя ждёт твой прекрасный мужчина, — уговаривал друг. — Да и макияж потечёт, — постарался отшутиться парнишка. — Пусть один из многих хищников, но зато он ждёт и желает только тебя! — наставлял и успокаивал Тэхён то ли себя, то ли Пака. — Всё иди в зал, изображай гостя, ищи Чонгука, — настаивал Чимин, а сам мечтал кинуться на шею друга и поддаться искушению сбежать. — Ни пуха, — смахнул слезу Ким. — К чёрту! — Пак покинул гримерную, делая шаг в неизвестность и оставляя друга в одиночестве.       Мин расположился в самом тёмном углу зала и стал наблюдать за сценой. В самый неожиданный момент свет стал кроваво красным, а софиты осветили самый центр. Вампир весь напрягся и сжал кулаки. Всё его животное естество орало, что что-то не так и что ему не понравится. Появился конферансье: — Рады вас приветствовать на нашем ежегодном шоу. Надеемся, вы получите удовольствие от наших нововведений… — он кашлянул и посмотрел за сцену. — Сегодня будет не просто представление, а аукцион. Все вы именитые гости и привыкли к честности. Именно для вас мы отобрали самые сверкающие бриллианты для пополнения ваших коллекций, а чтобы вам стало ещё интереснее… Первый лот.       Ведущий мероприятия сделал драматическую паузу. Того требовал сценарий. Ведь сегодняшняя презентация призвана была перевернуть весь мир вампиров с ног на голову. После молчания мужчина продолжил, но с большим задором: — Как известно, товар нужно не только осмотреть, но и пробовать на вкус, — хищный оскал и дьявольская ухмылочка. — Сегодня не будет обычного шоу… Каждый сможет продегустировать нашего донора и принять решение: покупать или нет.       Мин попытался было встать с места, но Чон остановил его одним жестом. — Не вмешивайся. Мы не знаем о ком или о чём речь, — прошептал вампир, ощущая гнев, закипающий в мужчине рядом с ним. — Не делать резких движений и поспешных выводов? — рыкнул Юнги. — Мой совет: да, — постарался не сомневаться в себе Гук.       Между диалогом и событиями в зале прошла секунда, но её было достаточно, чтобы распалить костёр внутри Мина. На сцене появился Чимин с завязанными глазами и оголённой шеей. Лицо Юнги исказилось смесью гнева и отчаяния, плечи мужчины резко опустились вниз, словно на них рухнула тяжёлая ноша. Глаза ярко горели разочарованием, а губы скривились в хмурой гримасе. Хищник искал глазами Джина, при этом несдержанно вскочил с места, а потом каждое его движение, сопровождалось гневным рыком. Было ясно, что вампир борется внутри себя, но это оказалось бесполезным занятием. Эмоции некогда холодного и равнодушного мужчины бурлили яростно прямо под поверхностью, как кипящий котёл, готовый вот-вот выплеснуться наружу. Обычно спокойные руки Мина задрожали от силы чувств, и сам воздух вокруг него сильно вибрировал от мощнейшего недовольства. Это был момент, застывший во времени, словно портрет грубых и необузданных эмоций. Секунда, и Юнги наконец заговорил: — Я убью его, Гук! — Стой, мы не можем рисковать, — подорвался мужчина и попытался остановить старшего хищника. — Это Чимин, — процедил уже в клыки Мин. — И что? Он — не первый твой донор, — Чон очень старался сдержать старшего.       Возможно, ему бы и удалось, но продолжение действия на сцене окончательно перечеркнули все попытки. — Итак, господа, есть желающие попробовать? — произнёс ведущий, а по залу в то же мгновение прокатился восхищенный гул.       Вампиры не привыкли так открыто потреблять живительный напиток. Джин был сейчас наставником доноров и служил на благо Великого Запрета. Не все, но многие сразу же догадались, чего добивается Ким. — Чонгуууук… — глаза Юнги налились кровью. — Я вырежу весь зал, если хоть капля его крови сейчас прольётся.       К Чимину подошли двое, один из которых оказался сам Ким Сокджин. Мин разозлился, движения стали резкими и импульсивными, кресло позади хищника рухнуло на пол. — Юнги, — Чонгук подорвался следом, но уже ничего не смог сделать, потому что просто напросто застыл, его сковало, как и всех в зале, а гул тут же стих. — Не трогать, — повелительно произнёс Мин, голос его эхом отразился от стен, потом мгновение, и он оказался на сцене. — Кровь не должна проливаться… Никогда! — возмущение заполнило вампира, который тут же резко обернулся на организатора этого «спектакля» и сверкнул глазами. — Ну, а что? Надо что-то менять, — произнёс Джин и почувствовал, что может понемногу двигаться. — Только один хищник знает вкус крови своего донора, являющегося членом таких семей как Пак и Ким! — гнев хищника медленно сходил на нет, голос становился более холодным и равнодушным. — Однообразие утомляет, — Сокджин театрально поднял руки, на манер «сдаюсь». — Однообразие? И чтобы прервать вековую традицию… Из всех хищников ты выбрал меня и моего донора? — Юнги смерил мужчину взглядом. — Зато какое шоу, — человек откровенно храбрился перед вампиром.       Мину надоел этот фарс, изначально цель прихода была лишь одна, менять её он не планировал. Именно поэтому, он махнул рукой своему помощнику: — Чонгук, забирай Чимина за сцену. — приказал Юнги, даруя и тому свободу движения.       Вампир рассматривал Сокджина и ждал того момента, когда Чон унесёт Пака на безопасное расстояние от его же куратора. Затем, не дожидаясь удобного случая, начал: — Да, ты выиграл и вынудил меня… Этот мальчик оказался прекрасной приманкой. — Так ты понял? — Джин ехидно улыбнулся. — Да, ты специально привёл его на площадь, где я отдыхал, специально дал нам заранее встретиться, — Юнги злился на то, что поддался. — О, да, — шептал Ким, нутром ощущая, что сейчас грянет гром. — Ты заранее как-то узнал, кто я, но вот сведений о моих «талантах» из старых фолиантов не получил, да? — ухмыльнулся вампир, поднял глаза на зал и заставил всех окончательно замереть, включая Джина… — Ты ничуть не изменился… — на выдохе произнёс Ким и застыл.       Чон отнёс Пака в гримёрку, где их уже ждал взволнованный Тэхён. Чимин дышал загнанно, то и дело всхлипывая в тишине помещения. — Успокойся, Мочи, — причитал Ким, снимая с глаз парня повязку. — Ты как? — Чонгук щёлкал пальцами перед лицом парнишки. — Я ничего не понял. Меня не выпустили на сцену? Они держали меня и завязали глаза, — голос Пака дрожал. — Ты был там под софитами! Как на подносе!. Будто тортик на тарелочке для этих хищников! — ревел Тэхён, косясь на Гука, который спокойно принимал негодование парня относительно личности вампиров. — Джин хотел дать всем попробовать твоей крови, — помогал с рассказом Чон. — Он решил тебя разлить по бокальчикам… Как графинчик с винишком, — совсем завыл Тэ, сжимая друга в объятиях. — Он что??? Совсем сошёл с ума что ли? Нельзя! — еле выговорил Пак, сел на диван и налил себе стакан воды. — Он назвал это разнообразием, — рявкнул Чон. — Всё хрень собачья, факт в том, что мой брат — конченый псих!!! — Тэхёну стало совсем не по себе.       Теперь-то случай представился, чтобы Гук мог выполнить поручение, возложенное на него Мином. Вампир сел рядом с парнишкой на диван в полоборота и попросил не перебивать. Чонгук начал длинный рассказ. Как водится, издалека. — Чимин, нам запрещено обсуждать это под страхом смерти, особенно с людьми, но Юнги попросил меня сделать это для тебя, — практически шептал вампир, а в комнате тут же повисло напряжение. — На лекциях вам рассказывали, что есть несколько видов вампиров, те, о ком мы сейчас поговорим, называются чистокровными. Никто не знает кто они и где живут. Ни один подобный вампир будучи в своём уме не раскроет себя даже сородичам. Это для них опасно. Пить кровь чистокровных категорически запрещено. Естественно, что находятся полоумные, кто считает, что испив «чистой» крови станут сильнее, но правда такова, что подобный ритуал несёт лишь смерть. Высшие существа уже не встречаются в нашем мире, но они словно белая кость всей нашей расы. Те самые потомки первородных князей. Они те, чья кровь не смешана с ведьминской или человеческой. Элита, которая держится в тени по двум причинам. Во-первых, потому, что у нас у всех есть законы, по которым мы живём. Появление чистокровного означает всеобщее подчинение. Никто не вправе ослушаться их. В этом и состоит основная проблема. Вампиры настолько привыкли считать себя на верхушке мира в пищевой цепи, что скорее всего не примут простого приказа. Поэтому если прямой потомок первородных встретит сопротивление, он просто силой воли подчинит любого. Их внутренняя сила так велика, что порой они опасны сами для себя. Весь секрет таится в составе их крови, — шёпотом завершил повествование Чонгук, наблюдая за ошарашенный парнем. — Кровь же тех, кого породил простой союз разных существ, так или иначе смешана с человеческой. Кто-то из нас, вроде меня, является обращённым, такая кровь тоже ослаблена. В отличие от вампиров королевской крови, если угодно, — Чон с трудом произносил слова, вытаскивая наружу великую тайну. — Мне искренне хочется верить, что Юнги не сделает глупость и попробует договориться с Джином просто деньгами. Заберёт тебя себе, не раскрывая правду о себе. Видишь ли в чём загвоздка: никому, ни вампирам, ни людям вроде Джина не стоит знать, кто он такой на самом деле… Если что-то пойдёт не так, то он уж точно воспользуется силой своей крови…

Испуг Тэхёна.

Замешательство Чимина.

Сомнения Чонгука.

Три совершенно разных эмоции смешались в башенный коктейль…

      К этому времени все гости аукциона уже прекрасно поняли, кто перед ними. Юнги уселся в кресло, которое Джин приготовил для себя, чтобы наблюдать за трапезой хищников и расправой над Чимином.       Всё в итоге вышло из-под контроля, потому как даже проверенный Намджун склонил голову в присутствии Юнги. Уж этот коварный вампир, не так давно был готов пойти на всё, ради этого прекрасного человека, держащего целый корпус неокрепших доноров. Джин пообещал ему за содействие не только себя и своё тело, но и молоденькую кровь. — Никто не должен был знать. Поздравляю, ты сорвал джек-пот,— вампир обратился к Сокджину. — Ты увидел чистокровного, теперь я — твоя смерть…       Мин восседал в кресле с холодным взглядом, пронзающим зал, подобно резкому ледяному ветру. Его глаза были похожи на костры алого пламени, лишённые какой-либо теплоты и эмоций. Мороз и безразличие, исходившие от него, казалось, просачивались в воздух, вызывая мурашки на теле Сокджина, который волею судьбы сейчас оказался рядом. Виновный поднял взгляд на Юнги и не смог скрыть собственный чистый ужас, ползущий змеей по спине. Окружающая обстановка ярко-красного зала с оттенками бордо, некогда знакомая и безопасная, превратилась в место страха леденящего душу. Тени, казалось, вытягивались, как длинные цепкие пальцы и тянулись к Сокджину из каждого угла. Аура вампира в сочетании с окружающей их жуткой атмосферой всячески мешала Киму сохранять самообладание. Руки дрожали, и он чувствовал, как бешено колотилось его обычное человеческое сердце, пока он сам пытался найти в себе мужество заговорить. Ким не успел произнести ни звука, потому что первым стал разбираться в ситуации Мин. — Намджун, давай уже шевелись и приведи ко мне этого предателя и новатора, — махнул пальцами Юнги, позволяя ещё одному вампиру двигаться. — Так что там с позором семьи, Джин? Быть укушенным нельзя? А если я прикажу им? Им всем… — Вы не можете! — судорожно заорал и сразу перешёл на уважительный тон Ким, до конца не осознавая силу существа перед собой. Сейчас он мог лишь ошарашенно и испуганно смотреть. — Ты же смог… Мало того, попытался сделать из меня идиота… Намджун, вяжи его, — снисходительно приказал Мин, а Джун сразу подчинился и двинулся к человеку. — Я не этого хотел! Просто давно уже пора было разнообразить шоу и показать всем, что я могу! — истошно орал Джин, отбиваясь от второго вампира. — Ты показал шоу… Воистину… У тебя на сцене сидит самый высший вампир, — с сарказмом произнёс Юнги и похлопал в ладоши, отпуская власть над Кимом. — Браво, — Джин тут же стал аплодировать, хлопки разрывали гробовую тишину зала с застывшими хищниками. — Если я узнаю, что тут происходит что-то подобное… Если хоть один из доноров потеряет в зале каплю крови или хоть один вампир раскроет пасть в присутствии других, Джин… — Мин сделал паузу и поднял яростный взгляд, — тебе не жить. — Да, что в этом такого, их учат и выращивают на закуску! Все эти доноры и их потомки — просто еда! — завопил Сокджин, пытаясь пробудить в древнем вампире старые привычки и порядки.       Он мечтал о чужом согласии с его убеждениями, ожидал, чего угодно, но явно не того, что услышал. — Тогда и ты тоже еда, — ровным тоном резюмировал Юнги. — Намджун, приказываю… Кусай!!! — Нет, нет, нет!!! Не смейте меня трогать. — бился в истерике уже бывший куратор, кидая пренебрежительные взгляды в сторону хищников. — Я вообще не желаю теперь быть, как вы. — А ты и не станешь. Ты — просто Е-Д-А! — по буквам отчеканил чистокровный и повелительно махнул Намджуну двумя пальцами в сторону Джина. — Нееет! Я не хочу. Вы не имеете права!!! — орал на весь зал нарушитель традиций, стараясь преодолеть шок и скованность, все мысли были лишь о побеге, которым руководил животный страх. — Имею, ты же просто ЕДА! — издевался Мин наблюдая за тем, как вампир склоняется над прекрасным телом бывшего любовника. — Нет, — сквозь слёзы произнёс Джин, практически принимая неизбежную смерть. — Намджун, не трогай — резко приказал Юнги за мгновение до укуса, который призван был обескровить красивое тело. — Я не закуска, не как они, — всхлипывал мужчина, проглатывая остатки гордости, чтобы признать свою ошибку.       Нельзя было злить Мина, роковой ошибкой стала демонстрация превосходства, которая на деле провалилась в самую тёмную пропасть под названием отчаяние. — Ты такой же, как они, — грозным голосом чеканил вампир. — Отпустите меня, и такого больше не повторится, — попытался договориться Сокджин. — Я не могу тебе верить! — отрезал Мин. — Этого под арест, в крепость его ненадолго. С тобой я разберусь позже, — рыкнул чистокровный и встал, но бежать к Чимину не торопился.       Воздух вокруг вампира словно стал неподвижен. В зале несостоявшегося аукциона царила полная тишина, которая ощущалась, как прелюдия к финалу. У зрителей, бывших в сознании, но неподвижными, начало зарождаться глубокое осознание вины. Появление и раскрытие личности высшего вампира, рождённого таковым и практически всесильного, находилось за пределами понимания всех присутствующих. Ничто ранее не могло вызвать в хищниках одновременно уважение и страх. В присутствии такого существа каждый «страшный вампир» отчётливо смог ощутить на себе чужую силу. Сидеть и не двигаться по чьему-то приказу, было для бессмертных по меньшей мере унизительно и немного пугающе. Зрители испытывали сейчас одинаковые эмоции, коими стали благоговение и страх, смешанные с чувством благодарности за то, что именно их выбрали стать свидетелями такого захватывающего зрелища явления высшей силы. Чистокровный немного помолчал, подготовился и заговорил, обращаясь к залу. — Я предупредил вас всех! — слова были сказаны тихо, но тем временем отозвались эхом внутри каждого.       Через пару мгновений Мин воспользовался своей силой, стирая напрочь воспоминание у всех об этой ночи, и исчез за кулисами.       Чимин после услышанного выглядел ещё более хрупким и дрожащим, особенно, в тусклом свете лампочек на зеркалах. Брови оставались озабоченно нахмурены, а пальцы нервно теребили ткань костюма. Потому что встревоженный взгляд ну никак не отрывался от лиц Чонгука и Тэхёна. Пак всё это время переваривал правду, то и дело пытаясь почерпнуть хоть какое-то утешение в дружеском присутствии. Не смотря на все слова поддержки и правду, страх в глазах парня, так или иначе, всё равно оставался будто осязаем. Тэ сидел рядом, рассматривая близкого друга со спокойным выражением лица, в то время как его сердце уже разрывалось от сочувствия. Ким не выдержал и сел рядом с Паком, крепко схватившись с ним за руки. — Я хочу хотя бы так попытаться придать уверенности в скором светлом будущем, — мягким голосом и добрым тоном шептал Тэ.       Напряжение в комнате было почти осязаемым, пока они все вместе ждали развязки этой истории, всё ещё надеясь, что буря минует всех. Они словно застыли во времени, ожидая, когда Мин Юнги лично известит их о том, что всё в порядке. — Ты понял, что я тебе сказал? — контрольно спросил Чимина Гук, при этом ещё и успокаивая Тэ. — Д-дааа, — парнишка ответил чуть менее уверенно, чем планировал.       Внезапно дверь открылась: — Тэхён, Чонгук, оставьте нас… — холодно рубанул чистокровный, а донор вздрогнул и сжался от страха.