Бюро особых магических услуг Госпожи Джин

Когда ты танцуешь на моей лихорадке

Я просто закрываю глаза.

Ты вызываешь у меня шок.

Ты вызываешь у меня дрожь по всему телу

Когда ты преследуешь меня в лицо.

Когда ты играешь со мной в любовь

Считай до следующей встречи.

      С трудом борясь со злостью внутри себя, Драко с силой сжимал талию девушки. Взгляд Нарциссы задержался на нём, вклиниваясь в радужку глаз. Без особого усилия, он быстро выстроил стену, мгновенно вытеснив её сознание из своего. От недовольства чёрные глаза Нарциссы сузились. Но она быстро взяла себя в руки и, улыбнувшись, посмотрела на Джин, которая будто окаменела. — Какой приятный сюрприз! — Нарцисса с улыбкой протянула руку Джин. Та, словно задумавшись, медленно ответила на рукопожатие. — Мне очень приятно наконец познакомиться с вами?.. — Джин… — Гермиона старалась говорить уверенным голосом, но он чувствовал исходящее от неё напряжение. — Джин Онг. — Онг? — Нарцисса удивлённо приподняла брови и быстро взглянула на Люциуса. — Это что-то восточное? — Да, я была удочерена в Китае, но когда я достигла совершеннолетия, — у Джин немного дрогнул голос, когда её руку взял в свои Люциус и прикоснулся к кисти поцелуем в знак приветствия. — Я вернулась в Европу и обосновалась… — В Нидерландах, — опередил её Драко, сжав её талию. — Но не будем заставлять гостей ждать. В конце концов, у вас сегодня приём. Нарцисса повернулась к Поттеру, и тот неловко ей улыбнулся от неожиданности. Драко понимал, что она делает, но Поттер смотрел ей прямо в глаза. Злость Драко усиливалась: всё шло не просто по наихудшему сценарию, а катилось с головокружительной скоростью. Он надеялся, что Поттер хотя бы заметит её присутствие в своей голове и не будет так сильно думать о Грейнджер. Люциус тем временем не сводил глаз с Драко. В частности, его взгляд был прикован к костюму, который Драко создал с помощью трансфигурации около пяти минут назад. Конечно, от отца не ускользнула эта деталь. Как и Драко, Люциус не любил вещи, созданные трансфигурацией, говоря, что в них нет души. Он привил Драко любовь к дорогим тканям и научил его терпению в ожидании костюмов из ателье. — Драко… — Люциус окинул взглядом туфли Драко, которые были служебными ботинками аврора. Драко мгновенно представил, как его туфли из драконьей кожи превращаются в обычные классические туфли, подходящие случаю. Кончиком палочки он закончил руну, мысленно проклиная себя за то, что совсем забыл об этом моменте. Повисла небольшая пауза, затем Люциус снова посмотрел Драко в глаза и слегка усмехнулся. — Кажется, ты забыл, что значит быть аристократом. — Прошу прощения, но мой костюм, который я планировал надеть на бал, оказался в непредвиденной ситуации, — произнёс Драко достаточно громко, чтобы его услышала Нарцисса. — Поэтому мне пришлось оставить Джин на попеченье Поттеру, чтобы ненадолго вернуться домой в квартиру, чтобы… Ну, я расскажу вам эту историю позже. — Буду ждать, — глаза Нарциссы вспыхнули. Она раскрыла веер и прикрыла им лицо. Из-под веера вновь на Драко глянули чёрные глаза, пытаясь пробиться через окклюменционную стену. Но Драко лишь покачал головой, с лёгкой улыбкой Нарцисса сдалась: — Идите, мы найдём вас, когда освободимся, — она повернулась к ожидавшим гостям с лучезарной улыбкой. — Идём, — Драко убедился, что их больше никто не слышит и понизил голос. Он прожёг ненавидящим взглядом Поттера, что ответил ему не меньшим энтузиазмом. — Вы идиоты… Джин ловко высвободилась из его объятий, осматриваясь по сторонам и наблюдая за хозяевами поместья. Драко с шумом выдохнул и, почти схватив девушку в охапку, начал тянуть её за собой. Они завернули за живую изгородь, и тут он почувствовал, как ему в спину между рёбер упёрлось остриё палочки. — Отпусти её, — прошипел Поттер, и его шёпот ещё больше разозлил Драко. — Я же предупреждал тебя. — Ты её едва не подставил, кусок идиота, — Драко рывком развернул на себя девушку и прижал её спиной к изгороди, с угрозой смотря на неё. — Если ты не прекратишь выкручиваться, то я прокляну тебя. В глазах Джин загорелся недобрый огонь, и она резко отвела его руку в сторону. Светлые волосы упали на её шею, по которой пробежали мурашки. Грудная клетка девушки быстро поднималась и опускалась. Она обхватила себя руками, и её руки слегка дрожали. Джин сжала свою волшебную палочку так сильно, что костяшки её пальцев побелели. Драко невольно закатил глаза. — Я спас вас обоих. От полного провала, — Драко схватил её за локоть, снова заслуживая грозный взгляд. — Я же предупреждал тебя, что сам отведу тебя в поместье и помогу. Это и меня касается. Когда ты перестанешь быть такой упёртой дурой! — Мы бы и без тебя справились, — Поттер попытался встать между ними, но Малфой преградил ему путь, оттолкнув его назад. — Да? — с насмешкой спросил Драко, отступая на шаг от Гермионы и оглядывая её. — Ну-ка, расскажи мне, — он понизил голос до угрожающего шёпота. — Умнейшая ведьма столетия… Что ты почувствовала, когда переступила врата? Он заметил, как она быстро сглотнула и бросила взгляд на Поттера, который пристально смотрел на неё. Что-то неприятное шевельнулось в груди Драко, словно никто, кроме него, не имел права смотреть на неё. Особенно так. Его так бесило, что на ней прекрасно смотрелось голубое платье с мягкими воланами, расходящимися к низу, и что цвет этого платья сочетался с цветом платка, который был у Поттера в кармане. Он чуть не заскрипел зубами от раздражения и выхватил этот платок из кармана Гарри, сложив его в свой собственный карман. На возмущённый взгляд Поттера и порыв вернуть платок Драко отбросил рукой его снова в сторону, пригвоздил взглядом и заслужил выставленную на него волшебную палочку. — Я почувствовала какой-то барьер. — Джин подняла руку, словно не замечая их перепалки, и потёрла шею, на которой начали проступать красные пятна. — Барьер? Я ничего не почувствовал, — Поттер, наконец вспомнив, что он на задании имени себя, растерянно повернулся на Грейнджер, как будто в поисках ответов, и выразительно провёл руками по своему телу, проверяя наличие барьера. — Может быть, вам ещё нужны подсказки? — Драко закатил глаза и слегка махнул рукой. Всё это начинало его утомлять. Вместо того чтобы дружно благодарить его, они смотрели на него как на врага. Вечно уверенная в своей правоте, неугомонная и вызывающая сразу весь спектр его чувств, ненавистная Грейнджер и Мальчик-который-сидит-уже-у-него-в-печёнках. — Чёрт… — Джин окончательно смутилась, и её фарфоровая кожа нового облика покрылась розовыми пятнами. — Вот чёрт! Драко хмыкнул, кивнув в знак согласия. А Гарри, как китайский болванчик, переводил взгляд то с Гермионы на Драко, то с Драко на Гермиону. — Что? — с хрипом непонимающе спросил он. — Она моя жена, — жёстко выделил Драко, и его лицо исказилось в угрожающей гримасе, которая была адресована Поттеру. Поттер замер на месте. — Миссис Малфой. Чары поместья признали её и откликнулись на её присутствие. Каждый раз, когда я возвращаюсь домой, я чувствую это тепло барьера. Поттер, Салазар, если бы ты интересовался жизнью чистокровных, то знал бы об этом и не подставился как последний сквиб. Он так сильно ненавидел его в этот момент. Хотелось максимально ударить его и сломать нос, разбить губу. Но этого бы никогда не простила мама. Как всегда самоуверенный Святой Гарри Поттер снова чуть не угробил всё и не подставил под удар не только Малфоя, но и Грейнджер, а заодно и безопасность его родителей. Драко всё ещё помнил угрозу Гермионы, что будет, если что-то пойдёт не так. И пошло не так всё. Грейнджер смотрела на Драко тяжёлым взглядом, но не спешила извиняться. Он подошёл ближе и навис над ней. — Я спас тебя от разоблачения, Хани, — прошипел он ей в лицо. Она вскинула голову и выдохнула. — Вот как всё было. Мы вместе прошли через барьер в первый раз, затем я оставил тебя с Поттером и вернулся домой, а потом снова один перешёл барьер. Потому что мама почувствовала два вторжения. Тебе стоит меня поблагодарить. Она упёрлась рукой ему в грудь, пытаясь оттолкнуть его. Отойдя от живой изгороди, Гермиона пристально посмотрела на него. — Я пришла сюда только для того, чтобы увидеть ваше дерево. Остальное меня не интересует… Внезапно музыка, которая до этого момента наполняла пространство украшенного сада, предназначенного для бала, стихла. А затем тишину разорвал усиленный заклинанием голос. Драко быстро оглянулся и увидел своих родителей, стоявших на небольшом возвышении. Нарцисса направила на Люциуса свою палочку, которая упиралась ему в горло. — Я рад видеть вас всех в нашей скромной обители, — с улыбкой произнёс Люциус, и вокруг раздались тихие смешки. Драко лишь слегка закатил глаза. Его отец, как обычно, был верен себе. После того как оковы тёмной силы исчезли, он стал более открытым и доброжелательным, что очень удивило всех. Внезапно Драко задумался о том, как бы сложилась их жизнь, если бы Тёмного ублюдка никогда не существовало. В этот момент мимо него пытались незаметно пройти Грейнджер и Поттер. Драко стремительно притянул к себе Джин, обхватив её за талию. Она раздражённо ударила его, и он почувствовал, как вокруг них поднялся ветер, колышущий её платье. — Стой смирно. Я буду следить за тобой. Даже не пытайся убежать, — угрожающе прошептал он ей на ухо. Драко поставил её перед собой и продолжал удерживать за талию обеими руками. — Я не позволю тебе одной разгуливать по моему поместью. Хоть на какое-то время она затихла и просто стояла, а Люциус произнёс короткую речь, которая была встречена аплодисментами. В это время Поттер сбоку от него пыхтел от возмущения, что ещё больше портило и без того плохое настроение. Сегодня Драко чувствовал, что должно произойти что-то, что серьёзно нарушит его планы. С того дня, когда они окончательно поссорились с Поттером, они не замечали друг друга, избегая встреч и не желая общаться. Но Поттер не забыл загрузить его работой, и с самого утра Драко провёл в своём кабинете, составляя отчёты за последние три недели. Обычно Поттер сам занимался этим, но в этот раз переложил всё на Малфоя. Голова болела и гудела от напряжения. Он вышел из кабинета, кажется, даже забыв, как выглядит солнечный свет, и потянулся, обратив на себя удивлённый взгляд секретаря Аврората. — Мистер Малфой? — Жанна удивлённо приподняла брови, увидев его. — Я думала, вы уже уехали… — Куда уехал? — спросил Драко, подходя к стойке. Он взял стакан и налил себе зачарованной горной воды, которая хорошо утоляет жажду. — Мистер Поттер ушёл полчаса назад, — сказала Жанна, посмотрев на часы, висящие на стене за спиной у Драко. Она слегка нахмурилась. — Я думала, вы пойдёте вместе, ведь это приём вашей семьи… Стакан замер на полпути ко рту, а он пристально посмотрел на женщину. Она заметно побледнела под его взглядом. С грохотом он поставил стакан и обхватил руками стойку. — Что?.. — Я подготовила пригласительные для мистера Поттера и его сопровождения вчера вечером. Приём вашей матери… — сказала пожилая женщина, бросив на него виноватый взгляд. Но он уже не слышал её речи. Едва не столкнувшись в коридоре с одним из своих напарников, Дином Томасом, он бросился вперёд по коридору. Поворот, ещё один поворот, переполненный лифт — и вот он уже на самом дне Атриума, у камина. Он переместился в свою спальню, быстро трансформировал мантию аврора в смокинг, который смог придумать, и закрутился в вихре аппарации, чтобы совершить первый прыжок. Они всегда встречали гостей у главных ворот — это было традицией его семьи, когда всё ещё было хорошо, до того, как события настолько сильно запятнали уважение к его фамилии. Драко огляделся, пытаясь найти или каштановые кудри, ведь Грейнджер была по-настоящему сумасшедшей, или тёплый блонд в сочетании с лохматой макушкой его начальника, но тут их не было. Внутри него всё похолодело, когда он увидел их впереди, прямо перед его родителями. Она прошла через ворота. Теперь она возмущённо вздрагивала в его руках, будто любое его прикосновение было ей неприятно. Как же ему хотелось сжать эту тонкую шею. — Честь открыть этот бал я предоставляю своему сыну, — донёсся до него усиленный заклинанием голос отца. — Вместе с его прекрасной спутницей. В этот момент музыка изменилась, превратившись в нечто похожее на вальс. Драко с усилием воли натянул на своё лицо улыбку. Родители, как и ожидалось, решили превратить его появление в грандиозное событие. Поэтому он хотел прийти в обычный день тихо и спокойно. Джин, которую он держал за талию, застыла от неожиданности. И тут их уже нашёл волшебный софит. — Почему ты стоишь на месте, любовь моя? — мягко, с едва уловимым сарказмом, спросил Драко, обходя её и увлекая за собой ближе к центру импровизированного банкетного зала. Белый гранитный танцпол быстро расширялся в разные стороны, и Драко ловко ступил на него, наконец разворачивая к себе девушку. — Ты так хотела на бал, теперь наслаждайся! — протянул Драко с издёвкой. Драко с мрачным удовлетворением заметил, как расширились от удивления синие глаза Джин. Девушка нервно сглотнула, чувствуя на себе множество взглядов. Со всех сторон раздались аплодисменты. Когда он положил руку ей на талию, взял её ладонь и поставил в позицию, сохраняя между ними совсем небольшое расстояние, она покачнулась. — Ты хоть умеешь танцевать? — с усмешкой спросил Драко. Его злость никак не хотела утихать, как будто он достиг предела, за которым нет пути назад. Джин ответила ему дерзко, вызывающе приподняв брови: — Умею. И первой начала двигаться, толкая его бёдрами. — Тогда улыбайся, — прошептал Драко, чуть наклонившись и касаясь губами её уха. — Это ведь не будет для тебя слишком затруднительно? Он услышал недовольное шипение и продолжил кружить её в танце, соблюдая ритм шагов. Затем на танцпол вышли родители, и Нарцисса каждый раз бросала на них взгляд, который Драко пока не мог понять. В этом взгляде было что-то похожее на удовлетворение и уверенность в чём-то. Ни то, ни другое не нравилось Драко. Он быстро нашёл взглядом Поттера, который стоял один за пределами танцпола. Однако его взгляд был настолько пронзительным, что, казалось, прожигал насквозь, даже сквозь танцующие пары. — Давай, соблюдай свой контракт, ты должна делать вид, что являешься моей девушкой, — Драко поймал её взгляд, когда она осматривалась по сторонам. Джин приподняла бровь и улыбнулась. Её улыбка получилась почти искренней, но в то же время пугающей. — О, Малфой, с удовольствием наступила бы тебе на обе ноги или даже хуже, — проворковала она с улыбкой, стараясь сохранять дружелюбный тон. — А если твоя рука опустится ещё ниже, я прокляну тебя на недельную диарею. Драко усмехнулся, разворачивая её дальше. Все больше людей заходили на танцпол и всеобщее внимание схлынуло. Её голубое платье развевалось при каждом движении, и это невольно напомнило ему о Святочном бале. Драко снова перевёл на неё взгляд сверху вниз. Да, это была Джин, но она хмурилась совсем как Грейнджер. Тогда он впервые взглянул на неё как на девушку, и ему не понравилось то, какие чувства это в нём вызвало. Хорошо, что Пэнси умела подавлять эмоции, переключая в другое русло. Гермиона почувствовала его взгляд и посмотрела на него. — Что? — спросила она с некоторым раздражением, мгновенно испортив момент. — Платье похоже… — Драко покачал головой, разрывая зрительный контакт. — Неважно. Музыка стала более мелодичной, и он повёл её к краю танцпола. Отступив назад, он склонился к её руке, чтобы поцеловать её. Но в последний момент он остановился, так и не коснувшись её кожи. Он чувствовал на себе взгляд матери, который нельзя было спутать ни с каким другим. К ним тут же подошёл Поттер, своим нервным настроем собирая взгляды. — Где там твоё древо? — зелёные глаза начальника быстро сканировали его лицо. — Ты туда и не попал бы, даже если бы я тебя пустил. Туда вход открыт только для членов семьи, — Драко развернулся, осматриваясь. — Твоя задача — отвлекать моих родителей, пока мы занимаемся делом. — Никуда ты с ней не пойдёшь! — снова угроза от Поттера. Мысль о его сломанной челюсти разгорелась в Драко с новой силой, но ситуация разрешилась сама собой. — Мистер Поттер, — ленивый голос отца раздался прямо за спиной, а Джин снова вздрогнула рядом с ним. — Вы пьёте или, может быть, курите? Составьте нам компанию. Драко понимал, о чём речь. Люциус, вероятно, не признавался в этом даже самому себе, но он искал любые способы добиться амнистии. Через пару лет он сможет покинуть поместье, однако волшебную палочку сможет получить ещё не скоро. А для Люциуса это было подобно тому, чтобы стать сквибом, на что он никогда бы не пошёл. Поэтому он и пытался привлечь к себе внимание Гарри Поттера, который активно участвовал в судебных процессах против Пожирателей Смерти, но выступал на его слушаниях с оправдательной речью. — Да, — Поттер бросил спасительный взгляд на Малфоя, но он лишь оскалился в жесте: «Пошёл ты». — Большая честь для меня. — Я пока покажу Джин, где дамская комната, — Драко повернулся на отца, но тот уже был полностью сосредоточен на Поттере. — Мама тебя искала, хотела поговорить с тобой, — Люциус бросил на него быстрый взгляд. — Не расстраивай её, она так долго тебя ждала. — Это может подождать несколько минут, — Драко снова начинал злиться, но старался говорить спокойно, что не укрылось от взгляда отца. Люциус слегка наклонил голову. — Миппи! — воскликнул он. Внезапно, с громким хлопком, рядом с ними появилась эльфийка в розовом кружевном платье. Она быстро взглянула на Джин и поклонилась ей в реверансе. — Приятно познакомиться… — Миппи, проводи, пожалуйста, нашу гостью в дамскую комнату и затем верни её сюда, — сказал Люциус, смягчив голос и глядя сверху вниз на эльфийку. Затем он медленно перевёл взгляд на Джин. — В этом огромном поместье можно легко заблудиться…

***

Её словно пронзило электрическим разрядом, когда Малфой дотронулся до оголённой кожи её спины. Гермиона с трудом выдохнула и перевела взгляд на прекрасную эльфийку, которая смотрела на неё, не отрывая взгляда. Глаза эльфийки сияли в свете вечерних огней, которые переплетались в кронах деревьев. — Да, Миппи справится, спасибо, — Джин быстро склонила голову перед мужчинами и поправила свой клатч на руке. Миппи быстро засеменила впереди неё, и Гермионе ничего не оставалось, чтобы проследовать за ней. Тяжёлый взгляд сопровождал её спину. Эльфийка прошла вперёд и открыла взмахом руки тяжёлую на вид дверь в поместье. Она ожидала всего: тяжёлого воздуха подземелий, спёртого запаха костей или кислого и тошнотворного запаха крови. Ведь поместье не принесло ей ничего хорошего, только боль, страх и страдания. Миппи оглянулась, проверяя, идёт ли Гермиона за ней, и она, глубоко вдохнув, шагнула вперёд. Тут было… светло. Огни по обеим сторонам огромного холла, разделённого двумя лестницами, загорались поочерёдно. Стены были отделаны светлым материалом. На потолке красовалась огромная сверкающая люстра, а почти все столики были заняты букетами цветов в вазах. В воздухе витал стойкий аромат роз. — Миссис желает воспользоваться большой комнатой или подойдёт небольшая? — огромные глаза снова уставились на неё. — Подойдёт небольшая… — задумчиво пробормотала Гермиона и, осознав, задохнулась от шока. — Миссис? Я не замужем, Миппи, ты ошиблась. Эльфийка склонила голову, и её большие уши качнулись. — Миссис скрывает это? — с небольшим сомнением спросила она. — Эльфы чувствуют связи людей… Гермиона прикрыла глаза и мысленно отругала себя. Конечно, она должна была помнить об этом. Она быстро наклонилась и взяла маленькие ручки эльфа в свои. — Миппи, ты можешь никому об этом не говорить? — она с мольбой смотрела в её глаза. — Пожалуйста, это важно для меня… — Если миссис будет так удобно, то Миппи никому не скажет, — согласно закивала эльфийка, а её уши затрепыхались. — Миппи оторвёт себе язык и выбросит за границы поместья, пусть миссис будет уверена! — Не надо, — Гермиона выдохнула с облегчением. — Просто никому не говори. Можешь мне показать другое? — огромные глаза смотрели на неё с интересом. — Мне нужно увидеть фамильное древо Малфоев… — Мистер Малфой хотел миссис показать его? Миппи не может проводить, но может сказать, куда идти. Хозяйка будет недовольна, если Миппи сама пустит миссис туда… Мастер не может туда войти после того, как остался без палочки, и хозяйка запретила всем туда ходить, и Миппи тоже, хотя Миппи очень нравится смотреть на древо, оно такое красивое и живое… А ещё там очень тепло, а без мистера Малфоя в поместье одиноко. Миппи очень скучает и… — Подожди, Миппи! — Джин поспешно приложила ладони к дрожащим губам эльфийки, потому что в её глазах уже стояли слёзы. — Не нужно расстраиваться. Я просто тоже хочу увидеть это красивое дерево, вот и всё. Миппи взмахом руки призвала к себе вышитый кружевами розовый платок и утробно в него высморкалась, затем испаряя платок на своей ладони. — Миппи покажет, куда идти, а дальше миссис должна справиться сама… Джин завернула за очередной угол, но загадочная дверь так и не появилась. Она в изнеможении прислонилась к стене, осознавая, что не помнит дорогу назад. Как же она была зла на Малфоя. Но сейчас она мечтала, чтобы он был рядом. Позади раздались шаги, но не те, которых она ожидала. С замиранием сердца Джин обернулась и встретилась взглядом с обладателем любопытных чёрных глаз. — Мисс Онг, вы заблудились? — Нарцисса подошла ближе, её длинное тёмное платье с тихим шорохом волочилось за ней. — Неужели Миппи не помогла вам? Гермиона снова почувствовала, как что-то слегка касается её сознания, словно его щекочут пёрышком. Она сосредоточилась на том, чтобы выстроить стену. Постепенно, кирпичик за кирпичиком, ей удалось закрыться от взгляда Нарциссы. Лёгкая улыбка тронула губы миссис Малфой, и она подошла ближе. — Расскажите мне, как вы познакомились? Я хочу услышать вашу версию. Драко уже поделился со мной своей историей, но мне хочется узнать подробности. Мужчины не всегда понимают, как зарождаются романтические отношения, не так ли, дорогая? — Нарцисса нежно коснулась её плеча. Гермиона сглотнула и отвела взгляд от Нарциссы, стараясь скрыть дрожь в руках. Они с Малфоем не успели обсудить, что будут говорить о своих отношениях, и теперь Гермиона не знала, что он уже рассказал Нарциссе. — Это такая ерунда, ничего романтичного в этом не было, — Джин прикрыла глаза, пытаясь сдержать силу, которая рвалась наружу из-за напряжения и страха. Она уже видела, как от порыва ветра взлетел один из локонов Нарциссы. — Не скромничайте, — сказала Нарцисса, смеясь и раскрывая веер, чтобы прикрыть им половину лица. — Я воспитывала своего сына как джентльмена. Он должен был произвести на вас впечатление. Гермиона почувствовала, как её окклюменционная стена прогнулась под натиском чёрного взгляда Нарциссы, но устояла. Миссис Малфой с тихим смешком и громким щелчком сложила веер и стукнула себя по ладони, указывая рукой вперед на стену. — Кстати, раз уж вы заблудились, я бы хотела показать вам наше семейное древо. Я надеюсь, вы станете частью нашей семьи, а значит, скоро вы будете там, верно? — Нарцисса пошла вперёд, касаясь рукой места между двумя светильниками. Часть стены с шорохом растворилась, превратившись в дымку, и за ней показалась дверь. — Нет! — дрожащий голос всё-таки вырвался на свободу, а пряди её светлых волос взметнулись вверх. Огромным усилием воли Джин погасила вокруг них едва не начавшийся ураган. Но было уже поздно. Нарцисса замерла, глядя на неё с приоткрытым ртом. Затем её губы сомкнулись, и на лице появилась улыбка, что не несла для Гермионы ничего хорошего. — Ничего страшного, мы посмотрим лишь одним глазком… Гермиона больше не слушала её. Она сосредоточилась на себе, пытаясь сформулировать отчаянную мольбу, вложив в неё весь свой страх, который выражался всего двумя словами. Драко, помоги. Пытаясь контролировать ситуацию, Гермиона отправляла свой призыв через толстые стены поместья в нужном направлении. Она боялась открыть глаза и повторяла свой призыв. В голове у неё проносились варианты развития событий. Она понимала, что на оглушение Нарциссы и стирание её памяти уйдёт не больше минуты. Но потом, скорее всего, сработают охранные чары поместья. И тогда ей придётся оглушить всех гостей. Конечно, Поттер поможет ей замести следы, но вот Малфой… Малфой будет сражаться за родителей. Это было ясно как день. И если что-то пойдёт не так, у неё будут огромные проблемы. С последним повторенным словом призыва, после которого она приведёт план в действие, она почувствовала, как рядом с ней раздался хлопок аппарации, и облегчённо выдохнула, когда на её талию легла чья-то рука. — Мама, что вы здесь делаете? Почему секретничаете в одиночестве? — спросил он совершенно спокойно. Его поза тоже была спокойной, а дыхание ровным, в отличие от её. Она же дышала часто и поверхностно. Его рука на талии девушки продвинулась ещё дальше, и его пальцы стали поглаживать её через тонкую ткань платья. Джин нашла в себе силы открыть глаза и посмотреть на Нарциссу. Миссис Малфой была уже со своим веером и скрывалась за ним, изучая Джин. — Ах, как же это интересно, мои дорогие! — проворковала она и, развернувшись на каблуках, исчезла в вихре аппарации. Гермиона с облегчением сняла блок со своих чувств. Вокруг них сразу же закружился вихрь, который едва не сорвал со стен картины и заставил светильники раскачиваться. Она дышала часто и быстро. Малфой наклонился к ней и схватил за плечи. Его глаза, цвета грозового неба, пристально смотрели на неё. — Так, тихо. Вдох-выдох. Медленно и спокойно. Драко показал пример, медленно вдыхая и выдыхая. Она последовала его примеру, чувствуя, как её сердце постепенно успокаивается, а дрожание рук проходит. Ветер тоже постепенно утих, и она смогла моргнуть, потому что неприятная резь в глазах дошла до своей кульминации. Его рука поднялась и аккуратно провела по щеке, вызывая ощущения чего-то влажного. Она опять плачет? Снова плачет при нём. Серые глаза отражали пляшущие огоньки от светильников на стенах, будто отражая её душу. Снова он находит её в слабом состоянии. В таком, что никто не должен видеть. Слишком много Малфоя стало в её жизни, словно он каждый раз пробивается через трещину в её броне, глубже прорастая корнями. Чего она никогда не позволит ему. — Твоя мать была в опасности, — прохрипела Гермиона. — Ещё миг… За одно мгновение хрупкое доверие было разрушено, и она смогла сделать глубокий вдох, когда он отстранился. — Я просто не понял, что происходит, — Драко выпрямился, его взгляд ужесточился. — Не смей трогать мою маму, я едва услышал тебя. — Ты бы услышал, если бы хотел, — вернув внешнее спокойствие, она выпрямилась и окинула взглядом дверь. — У нас нет времени, нужно скорее разобраться со всем… — Как же я хочу задушить тебя… — услышала она тихое шипение позади себя и усмехнулась против воли. Как будто у него хватит сил. Драко открыл дверь, отстранив её руку. Перед ними была изящная лестница, ведущая вниз. Он предложил ей руку, чтобы помочь спуститься, и она, хоть и с неохотой, приняла его помощь. Внизу оказалось очень просторно… И красиво, словно они находились в живом месте. Это было просторное квадратное помещение с высоким потолком. На полу от стен расходились светящиеся линии, напоминающие пульсирующие вены. Все они сходились в центре комнаты, где на возвышении лежал камень. Гермиона остановилась, не в силах сдержать своё изумление потрясённым выдохом. В белом отполированном камне, что излучал собственный неяркий свет, были видны белые и жемчужные прожилки. От каждой пульсации грани камня меняли свою ровную гладь. — Это родовой камень семьи Малфоев, — услышала она тихий голос позади себя. Он звучал глуше и глубже. — Это источник нашей силы, нашей стойкости и нашей защиты. Гермиона подняла руку, словно хотела дотронуться до него. — Я могу? — спросила она хрипло, отбросив все свои маски. Она никогда не видела ничего прекраснее этого. Никакие слова в книгах не могли передать той красоты, которую она увидела. — Можешь. Ведь ты Малфой. Она прикоснулась к камню, который на вид был холодным и гладким. И сразу же ощутила, как тепло начало распространяться от её ладони по всему телу. Она закрыла глаза и почувствовала, как сознание наполняется светом. Перед ней простиралось бесконечное пространство, в котором мелькали светлые точки, переплетаясь и исчезая вдали. Тепло. Это тепло и умиротворение наполняли её. Она пыталась рассмотреть эти точки и вдруг поняла, что одна из них — она сама. Собравшись с силами, она открыла глаза. Ленты, которые до этого момента стягивали её грудь, стали для неё теперь не просто давлением, а чем-то большим. Она почувствовала, что стала частью чего-то значимого. Сильнее, чем она могла себе представить. Дорожки слёз на её щеках быстро остывали, а взгляд Драко был полон чего-то такого, чего она не могла понять. Джин подняла руки, вытерла слёзы и обхватила себя за плечи. Молчание было слишком обязывающим, она не могла спросить его о том, к чему не имела права иметь отношения. Драко тоже молчал. Гермиона закусила губу и оглядела комнату. На тёмных стенах виднелись чёрные, чуть поблёскивающие руны. — Это? — она схватилась за знаки как за спасительную соломинку, указывая на ближайшие руны и читая их. — Это то, что защищает нас, — Драко подошёл ближе и коснулся знака: свобода. — Их появилось больше незадолго до того, как Волдеморт захватил поместье. Нарцисса спасла нашу семью, вырезав всё это. — Он пытался сюда попасть? — Гермиона продолжала изучать руны: сила, стойкость, защита, твёрдость… любовь. — Да, много раз, — ответил Драко, отвернувшись от неё. Его голос стал более суровым. — И каждый раз безуспешно. Сюда может войти только Малфой, обладающий силой. Давай сделаем то, что нужно, и уйдём. Гермиона кивнула и подошла ближе к нему, глядя на стену, где висел огромный гобелен. На тёмно-изумрудном полотне были вышиты портреты людей, а под ними — их имена. Она опустила взгляд вниз, к самому краю гобелена, где рядом с портретом Драко в нелепой шляпе находился ещё один портрет. Из-под зелёного колпака выглядывали каштановые кудри. Подпись гласила… Не выдержав, она начала бить его рукой по плечу. — Ты такая скотина, я ненавижу тебя! — Она прикрыла глаза, словно надпись «Гермиона Малфой» может исчезнуть с вышитого гобелена сама собой. — Послушай, да половина магической Британии была бы в восторге от этого, а ты ведёшь себя так, будто это трагедия, — сказал Драко, не пытаясь защититься от её ударов и с интересом рассматривая портрет. — Кстати, у тебя колпак ещё хуже, чем у меня. — Это катастрофа, это провал, и никто не должен это видеть, — простонала Гермиона в отчаянии. Она глубоко вдохнула и подняла руку. На кончике её пальца вспыхнул голубой огонёк. Жгучее желание было настолько сильным, что она собиралась уничтожить всё в огне. Но Драко встал перед ней со злым выражением на лице. — Ты совсем сошла с ума? — его голос звучал недобро. Он встал перед ней, держа палочку наготове. — Ты хочешь уничтожить наше родовое древо? Оно одно из самых древних! Гермиона попыталась погасить своё негодование и начала смотреть Драко прямо в глаза. Серые радужки почти полностью уступили место чёрным зрачкам, а поза была угрожающей. Своим телом он полностью преградил доступ к гобелену. Его тёплое дыхание окатывало её лицо, она впилась в него раздражённым взглядом, но спустя некоторое время она всё же сдалась и моргнула, почувствовав, как режет глаза. — И что ты предлагаешь? — спросила она, стараясь скрыть своё замешательство. Его явное превосходство злило её. Драко с недоверием взглянул на неё и ответил: — Ты же ведьма, Грейнджер, и, кажется, даже умная. Мы должны обмануть это дерево с помощью заклинания Конфундус.