Букет ромашек

      Летний весьма солнечный день проходил как ни странно очень хорошо, не неся за собой отблесков негативных эмоций. Каждый был по-своему рад — кто-то просто лежал на диване, листая телевизионные каналы, кто-то гулял по улицам, оснащающимся ярким солнцем, а кто-то спешил на встречу, уже понимая, что как всегда опоздает. Белоснежные сандалии громко шлепали по нагревшемуся асфальту, а темно-синее платье с нарисованными на нем бабочками и цветками развивалось по ветру. Покрашенные в нежно-розовый кудрявые и пышные волосы, чуть выше плеч, летели вслед за их обладательницей, а она сама неслась к остановке в надежде суметь поймать автобус.       Но вот незадача — перед ее носом только что проехал автобус, даже не желая остановиться хотя бы на пару секунд. Девушка прикусила губу и начала нервно топать ногой. Неужели она опоздает? На первую же встречу причем, ведь до этого общалась лишь в интернете. Непунктуальность у нее в крови — она это прекрасно знала, но черт, это же так ужасно. Какова будет реакция приезжей в неизвестный город подруги? Может, растерянность и некая паника? Возможно. Ведь, будь она на месте той подруги испытывала бы это, а может что-то и похуже.       Невольно из груди девушки вырвался мат, и она снова в порыве сдерживаемой злости прикусила губу, кажется, до крови. Но это только кажется. Каждые две секунды бросая взгляд вдоль дороги, абсолютно чистой, она готова была уже начать скулить. Весьма неловкая ситуация. Особенно, когда это все проворачивается именно в ситуации, касаемой той девушки, к которой она неровно дышит уже несколько лет.       Но, видимо, удача все же решила улыбнуться ей, ведь ровно через минуту подъезжает второй автобус, который, к ее счастью, останавливается прямо рядом с ней. Она как психически неуравновешенная забегает внутрь и садится на ближайшее сидение. Вновь смотря на время и стуча ногой, чем, несомненно, раздражала пассажиров и самого водителя, девушка смотрела в окно. Отражающие солнце янтарные глаза следили за каждым деревцем, проезжающей мимо машиной или птичкой, что изо всех сил искала себе местечко в тени. Ее руки тогда жили своей жизнью и то сминали, то поглаживали сплетенную еще позавчера радужную фенечку. Веснушки, появляющиеся летом, что так бесило ее в себе всегда, разбежались по ее лицу, подобно звездам на чистом ночном небе. Ее выпуклые ключицы, как говорили ей многие, показатель худобы, привлекали всеобщее внимание, что девушку и радовало, и пугало одновременно. Ее изящное с плавными изгибами тело сейчас было покрыто мурашками, и, невзирая на то, что сейчас более 30 градусов тепла, ей было почему-то прохладно. Волнение? Думаю, да.       Спустя двадцать мучительных минут подъехав туда, куда нужно было прибыть еще десять минут назад, девушка помчалась на поиски подруги, которая, как оказалось вскоре, ждала ее на лавочке, спокойно листая ленту тик тока. Да что там, она даже не заметила того, что рядом с ней стоит опоздавшая, пока та нарочно не кашлянула при ней, заявляя о своем присутствии. — Думала, не дождусь, — восклицает блондинка, тут же подскакивая с места и кидая портфель на пол, обнимает ее. — Ого, а ты в реальности значительно красивее, чем я это предполагала, — вновь впечатляется она, распахивая свои изумрудно-голубые глаза и смотря на румянец на щеках подруги. — Т-ты тоже. Ты тоже очень красивая! — девушка улыбается, краснея еще сильнее, и, чтобы как-то унять эти эмоциональные скачки, она нервно накручивает на палец прядь и прикусывает губу. — Прости, что так вышло, мне жаль. — А? Да не, ничего страшного, — говорит девушка, поправляя за ухо светлые пряди идеально прямых волос средней длины, и берет достаточно тяжелый рюкзак. — Встретила же. А могла ведь и на улице оставить, — посмеявшись, та взяла и остальные вещи. — Давай помогу, — она торопливо выхватила из ее рук пакеты и почувствовала всю неловкость этой встречи, покраснев еще сильнее. — У тебя такие красивые глаза, — протянула девушка, по пути поправляя лямку вечно сползающего портфеля. И вновь из-за своей невнимательности, а именно сосредоточенного взгляда на лице собеседницы, чуть не упала. — Словно два солнца… Глазки-солнышки!       Та робко отвела взгляд, переведя его на дорогу, к которой они направлялись. Ловко и аккуратно поправив упавшую на лицо прядь нежно-розового цвета и убрав ее за ухо, девушка спросила: — Ты здесь надолго? — но подруга ничего не ответила, продолжая молчать. Тишина была неловкой, по крайней мере, для той, что задала вопрос и на который получила немой ответ. — Надеюсь, что да. — Тоже на это надеюсь, — наконец, она нежно и легко улыбнулась, давая понять, что все хорошо и волноваться пока что не о чем. — Ну так что, ты придумала, где мы погуляем? — Ах, точно! Я забыла, прости, — вновь неловкость и желание провалиться под землю она ощутила на себе. — Но я хотела бы кое-куда сходить. С тобой. — Ален, ну ты как всегда, — тихо смеется девушка и вновь поправляет лямку портфеля. — Хотя о чем это я, пять минут назад я думала, что ты и вовсе не придешь. — А я не думала, что ты такого мнения обо мне, — хихикнула та, чувствуя, как из-за тяжести пакетов ее руки уже начинают неметь.

***

— Ого, так красиво. На видео все не так, иначе, — блондика осматривает холл небольшого дома и в то же время снимает кроссовки, из-за которых ноги уже почти не ощущаются. — Вау, а это та самая гирлянда над кроватью! И твои фотки! — восхищается она, будто ничего подобного в жизни не видела (хотя у нее самой в комнате стена была сделана по тому же принципу). — Саш, будешь чай? — тихо смеется Алена, несколько секунд назад покинувшая комнату и уже вернувшаяся в нее обратно. — Или ты все же кофе предпочитаешь? — Чай, — нежно улыбается блондинка и заново начинает осматривать фотографии, висящие на нежно-розовой стене. — «Она такая красивая» — в мыслях говорит себе она и улыбается снова. — Можешь идти, — спустя несколько минут оповещает о почти готовом напитке Алена, а Саша уже собирается покинуть комнату, перед этим еще раз взглянув на столь прекрасную стену. — Родители знают, что ты здесь? — спрашивает девушка, снова накручивая на палец и так завитую прядку нежно-розовых волос. — Да-а, — протягивает Саша, и ее настроение внезапно как-то меняется, конечно же, не в лучшую сторону. — Были против, но я все равно уехала. — Смотри, чтоб потом нас полиция в три часа ночи не увозила отсюда в участок, — смеется Алена и придвигает кружку чая девушке напротив. — Как доехала? Были какие-то трудности? — Вроде нет, — мягко и еле заметно приподнимает уголки губ Саша и обхватывает ладонями кружку, через несколько секунд чувствуя, как сквозь нагревшееся стекло кипяток пытается обжечь ее и без того теплые ладони. — Правда устала. Но желание погулять с тобой куда сильнее. Поэтому я не усну, пока мы не погуляем где-нибудь. — Ладно-ладно, сейчас что-нибудь придумаю, — хихикнула Алена и серьезно задумалась. — Ты вроде говорила, что куда-то хочешь сходить, — помогла подумать Саша, вспомнив их разговор на вокзале. — А, точно! Да, думаю, туда можно будет сходить, — мечтательно улыбается девушка и делает глоток своего чая. — Стоп, у тебя с мятой? — девушка замечает листок мяты, плавающий на поверхности, и даже чуть-чуть чувствует этот запах. — А мне? — улыбаясь, но пытаясь этого не делать, ворчит Саша и смотрит на кружку подруги. — Не думала, что ты любишь с травяными добавками. Помню лишь то, как ты говорила, что тебе по нраву крепкий и горячий чай, — задумчиво произносит Алена и прикусывает нижнюю губу. — Ладно, сейчас заварю. — Нет, не стоит! Я же шутя. Ничего со мной не случится, если я и обычный, без ничего, попью, — отговаривает Саша подругу, настроенную более чем просто серьезно. — Нет, все в порядке. Мне несложно — тебе приятно, — смеется Алена, при этом чуть краснея.

***

— Ну так что, куда пойдем? — спрашивает Саша, смотря на Алену, погрузившуюся в свои мысли. — Ален, все хорошо? — А? Да, все в порядке! — смеется та и от неловкости почесывает затылок. — Сходим на полянку? Просто я часто там бываю и там очень красиво — все цветет и пахнет. Поэтому я хотела бы показать тебе это место… — Правда? Здорово! — радуется блондинка, уже представляя все это, и ненароком ее щеки чуть розовеют.       По пути Алена с детским восхищением рассказывала о своих ночных похождениях на эту полянку; или как она рано утром, на рассвете, приходила туда с скетчбуком и карандашом и рисовала цветы. Время было поистине прекрасным и незабываемым. Но невозможно предположить исход этого похода. Все неоднозначно и мутно. По предположениям Алены, Саша скорее всего хотела бы посетить кафе или же кинотеатр, а может и другое место, городское и наполненное той самой «людской суетой». Но девушка не хотела посещать подобные места, надеясь, что подруга отнесется к этому с пониманием, а может и с неким все же радушием. А вдруг это впечатлит Сашу настолько, что она вскоре решится переехать сюда, к Алене, и они будут ходить туда вместе каждое утро и отлично проводить время… — Пришли, — тихо, с неким испугом в голосе оповещает подругу Алена и смотрит на нее, чуть опустив глаза в пол. Саша лишь оглядывается и молчит. На ее лице нет ни единой эмоции, что, несомненно, пугает рядом стоящую девушку. — Тебе не нравится? Мы можем уйти, — расстроенно проговаривает Алена и разворачивается, намереваясь уйти. — Слишком красиво, чтобы назвать это реальностью, — в голосе Саши встречаются нотки удивления и восхищения. — Я такое только на картинках видела. Думала, это очередные чудеса фотошопа…       Алена стоит как вкопанная и пытается выдавить из себя хоть слово. Но в горле будто ком застрял, и попросту стало невозможно не только говорить, но и дышать. — Так, тебе нравится?.. — тихо и настороженно спрашивает Алена, надеясь получить более точный ответ. — Очень, — Саша оборачивается, а на ее лице светится улыбка, отчего Алене становится на душе теплее, и та тревога вовсе пропадает. — Ты думала, что мне такое не нравится? Глупышка, — смеется девушка и кладет ладонь на макушку подруги, через секунду наклоняясь к ее уху. — С тобой я и в канализацию полезу.       Алена смеется, краснеет и чуть вскрикивает, после закрывая свой рот рукой. Девушка на миг останавливает свой взгляд на изумрудно-голубых глазах, обрамленных красивыми и длинными ресницами, а после снова смотрит в пол. Щеки покрываются румянцем и горят. И горят они вовсе не из-за жаркого летнего солнца… — Ну, у меня никогда и не было в планах шнырять по канализациям, — смутившись, смеется Алена и до сих пор чувствует дыхание Саши, обжигающее ухо. Подруга громко хохочет, при этом что-то неразборчиво говоря. Алена вздрагивает, когда лоб Саши оказывается на ее плече, а та все еще заливисто смеется. — Ничего, организуем! — Саша резко принимает ровное положение стоя и с трудом сдерживает смех. По лицу Алены можно прочитать лишь единственный, подходящий и их любимый фирменный вопрос: «Шиза, да?». Блондинка все же начинает хихикать, ведь выражение лица подруги ее смешит больше всего, впрочем как и всегда. — Смотри, — Алена указывает на цветочный кустик и улыбается. Саша не упускает момент и любуется милым лицом девушки, смотрящей с восхищением и детской радостью на маки. Ее припухлые бледно-розовые губы, янтарные глаза с отблеском чистоты и невинности, чуть вздернутый носик, гладкая, словно детская кожа, без единого изъяна — все это так привлекало внимание окружающих; и Саша — не исключение. Она первая, кто делал ей ежедневные комплименты, говорил о ее красивой и модельной внешности, кто считал ее красивой, даже будучи невыспавшейся и опухшей. Но Алена скорее считала это ложью, чем-то, что нельзя ни при каких обстоятельствах назвать красивым. Думала так до тех пор, пока не увидела во время видеозвонка Сашу, лохматую и сонную, встающую с кровати и попутно натирающую кулаками глаза, под которыми виднелись синяки — первый признак недосыпа. Алене очень нравилось, по словам Саши, ее гнездо из светлых волос, прищуренные глаза, сухие и пухлые по утрам губы. Все это считали они в друг друге милым, но уж точно не в себе. — Ага, красивые, — Саша зачарованно наблюдает за тонкими и изящными руками Алены, тянущимися к этому красочному кусту. Она соврет, если скажет, что никогда не хотела, чтобы они обвились вокруг ее шеи и крепко-крепко были сжаты в пальцах в замок… — Где-то читала, что они означают мечтательность и стремление. Многим не по вкусу эти цветы, что странно; вроде красивые и изящные, как и все, со своей изюминкой, но они мало кем любимы, — тихо и грустно говорит Алена, наверное, искренне сожалея участи этих цветов. Быть настолько красивыми и одновременно нежеланными многими — не очень приятно… И ведь такое бывает не только с цветами. — А вот, кажется, гвоздика, — Саша решила поддержать разговор и обратила внимание на цветы, росшие неподалеку. — Ага, тоже очень красивые. Цветок воли и любви, — хихикая комментирует Алена и улыбается. А Саша уже в который раз поражается ее знаниям в этой сфере.       Внезапно блондинка отходит от подруги на несколько шагов, а та, в свою очередь, вопросительно на нее смотрит, все также оперевшись руками о коленки. Саша, присев на корточки, возится возле какого-то куста, но, к счастью Алены, прибывающей все еще в легком шоке и ожидании, недолго. Блондинка поворачивает голову и смотрит на девушку, не отрываясь и передавая всю теплоту в своем пронзительном взгляде. — Это тебе, милая, — тихо хихикает Саша и, аккуратно привстав и повернувшись, протягивает Алене букет ромашек. Та лишь краснеет и озадаченно смотрит то на цветы, то на блондинку. Подруга подмигивает и окончательно встает, подходя еще ближе и уже кладя в ее руки букетик. — И что же означают ромашки? — интересуется Саша и внимательно смотрит на девушку, чьи щеки уже обладали ярко-выраженным румянцем. — Они означают… — тихо говорит Алена и останавливается, ненароком сжимая в руках стебельки букета цветов. — Означают… — ее глаза бегают по всей поляне так, будто она здесь впервые и хочет за несколько секунд увидеть все. Но причина не в этом. — Ну, так что? — настаивает на своем Саша, понимая, что смысл этих цветов интересен и необычен, раз у подруги такая реакция.       Алена молчит и смотрит на букет; руки трясутся, а ноги подкашиваются. Кажется, еще чуть-чуть, и она упадет. Эти тишина и игнорирование вопроса подруги кажутся ей жестокой пыткой, но Алена держится изо всех сил. Она чувствует, как изумрудно-голубые глаза смотрят на нее и будто съедают, она уже прекрасно может предвидеть ту ехидную фирменную улыбку Саши после ответа на вопрос. — Неужели они значат что-то плохое? — предполагает девушка и восклицает от неловкости. — Тогда, наверное, не стоит мне больше дарить именно их тебе, прости, — Саша спешит забрать букет, но Алена держит его крепко, настолько, что костяшки пальцев белеют. — Нет, все совсем не так, — говорит Алена и стиснутыми губами от волнения пытается улыбнуться. Но Саша замечает эту неискренность и делает озадаченное выражение лица. — Саш, хотела спросить: почему ты каждое лето даришь мне букет ромашек? — Просто вы похожи. Ты нежная, милая, хрупкая и светлая, как они… — улыбается девушка. — Но не меняй тему, пожалуйста, — насмешливо произносит она и делает серьезное лицо. Алена вновь поджимает губы и, наконец, спустя несколько секунд делает последний вдох и уже на выдохе все же говорит: — Они значат — первая любовь, скромность и невинность… — ее щеки предательски горят, а она сама чуть ли не задыхается от волнения. О чем подумала подруга, услышав это от нее?.. — А цветы не врут, — тихо смеется Саша и не отрывает взгляд своих изумрудно-голубых глаз от янтарных.