Перегруппировка

По тревоге поднята армия Небес, И рука привычно ляжет на эфес, Пистолет за поясом, и в стволе патрон… Западная армия, Первый эскадрон. Здесь свою дорогу каждый выбрал сам, Всё равно — Нижний Мир или Небеса. Без оглядки в бою бросим жизнь на кон, Западная армия, Первый эскадрон. Альвар, «Первый эскадрон»

Два совсем не похожих друг на друга подростка стояли плечом к плечу. Беловолосый, сероглазый, худой от природы Драко Малфой с его вечной презрительной усмешкой. Чистокровный из чистокровных, наследник тысячи лет магии по отцу и более чем двух тысяч лет — по матери, в щёгольской мантии из шёлка акромантулов, с родовыми кольцами на пальцах… Он был готов убивать голыми руками. Черноволосый, зеленоглазый, жилистый Гарри Поттер в своём вечном городском камуфляже и с украшенным логотипом Kreator рюкзачком на плече. Маггловоспитанный, племянник наёмницы, «сын полка» маггловских наёмников, предпочитающий всем заклинаниям хороший удар… или выстрел. Из-под слегка затенённых очков пылали светом Авады яростные глаза. Наследник Малфоев и наследник Поттеров стояли в зале заседаний Визенгамота. Только что заместитель Министра Магии Долорес Амбридж заявила протест против пересмотра дела Лестрейнжей, мотивируя это отсутствием необходимости «подвергать сомнению вердикт уважаемых магов». — Драко, веди себя прилично! — высокий блондин в традиционной мантии заседателя Визенгамота положил руку на плечо сына. Поттера останавливать было некому — Сириус Блэк скорее готов был присоединиться к сыну-по-праву** в любом демарше, включая бойню прямо в зале Визенгамота. Или начать этот демарш. — Итак, мисс Амбридж, — синие глаза пылали так же ярко, как серые. — Ваше предложение — оставить мою кузину Беллатрикс Лестрейнж умирать под пыткой, чтобы некоторые некомпетентные ничтожества на высоких постах не понесли ответственность за свою бесполезность и коррумпированность. Прекрасно. Звёзды всегда защищают тех, кто несёт их имена. Охнул Фадж, первым из всего Визенгамота вспомнивший автора этих слов. Скорчилась в ужасе осознания Августа Лонгботтом. Начал подниматься Дамблдор, готовясь прервать вышедшее из-под всякого контроля выступление. Но это уже было неважно. — Звёзды всегда защищают тех, кто несёт их имена, — эхом прозвучали два юношеских голоса. Школьные неприятели, чистокровнейший из чистокровных и воспитанник наёмницы, словно по сигналу присоединились к лорду Визенгамота Сириусу Блэку. И остановить их уже было некому — потому что за спиной Драко Малфоя поднялась высокая блондинка с лицом Королевы Зимы, а за спиной Гарри Поттера — такая же высокая девушка с переливающимися всем спектром радуги волосами. И пока заседатели Визенгамота пытались понять, что им с этим делать, Сириус Орион Блэк, третий этого имени в семействе Блэк, лорд Визенгамота и пэр Британской Империи, нанёс завершающий удар: — По прецеденту Этамина Блэка требую суда стали и магии над теми, кто пытается погасить одну из звезд Блэков. Месяц назад. — …Прецедентное право в самой кретинской версии, — Гарри пожал плечами, укладывая в сумку «Решения Визенгамота за 1780 год». — История с Этамином Блэком — клинический случай. Гермиона приготовилась слушать — она знала, что Сириус Блэк успел поднатаскать сына-по-праву в магической юриспруденции. — В общем, родители Этамина померли, когда он только Хогвартс закончил. И его невеста — магглорождённая, Люси… как-то обычно, то ли Джонс, то ли Ричардс… В общем, она на седьмом курсе была вместе с Вегой Второй Блэк. А Катрин Принц очень оскорбилась, что предложение о брачном контракте Этамин отверг. Ну и прокляла Люси какой-то хитрой гадостью на бесплодие. Подставили Вегу, суд, Принцы тогда были в силе… Всем было ясно, что подстава, но тогдашний глава рода Принц обеспечил обвинение. И Этамин выдал вызов на дуэль всем, кто Принца поддержал. Вызов поддержали Роберт Поттер и Дэймон Гринграсс… когда пепел убрали, решение пришлось пересматривать, потому что результат дуэли по традиции считается «судом магии». Ну как суд богов. Парень кривится: — А самое смешное, что эта история тоже заняла место среди законов. То есть теоретически таким образом можно любой приговор опротестовать… но в Визенгамоте всё же не клинические ослы сидели. Ну и обставили дополнительными условиями — старший мужчина рода Блэк, поддержка не менее двоих наследников места в Визенгамоте либо лордов Визенгамота, связанных с Блэками кровными узами, но не подчиняющихся главе Блэков… В общем, историю благополучно забыли. Но не отменили, потому что нельзя просто отменить решение Визенгамота. И вот Сириус решил вытащить этот прецедент из широких штанин***. Гермиона обалдело трясёт пышными волосами, пытаясь уложить всё это в голове: — А что случилось с той девушкой? — С Люси? — улыбается своей обычной кривой улыбкой Барабанщик. — Ну… наследовал Этамину сын Веги Блэк. А у самого Этамина и Люси Блэк детей не было. Говорю же, проклятье было какое-то хитрое… …После того, как министерские и визенгамотские чинуши пошли на попятный, дело полетело со скоростью пули. Раз — и Беллатрикс Блэк уже под домашним арестом… точнее, в Мунго, под наблюдением самого Сметвика. Два — и получено разрешение на допрос бывшего связным между Лонгботтомами и Дамблдором Снейпа. Три — и по итогам допроса в зале Визенгамота разгорается магическая битва… — Редукто, — тихо, практически неслышно произносит зеленоглазый парень в маггловском камуфляже. Луч заклинания бьёт в правую руку старика в мантии вырвиглазных расцветок, разрывая кисть на части и превращая узловатую палочку в щепки. Гарри «Барабанщик» Поттер никуда не ходит без запасного оружия. А в понятие «оружие» он включает и волшебную палочку. — …За присвоение авторства уникальных заклинаний?! Голос Падмы Патил звучит в непривычно тихом Большом Зале, словно молоточек судьи. — Именно так, — Поттер озвучивает то, что остальные прочитали в «Пророке» или «Придире». — Бывший декан Снейп подсмотрел формулы заклинаний и некоторые секреты зельеварения у моей матери, Лили Поттер, когда она была ещё Эванс. А потом убедил себя в том, что это его изобретения, которые мама передала моему отцу. Но Омут Памяти не обманешь… Больница св. Мунго. Палата для особо опасных безнадёжных больных. Черноволосый носатый мужчина примотан широкими ремнями к кровати. Он не может говорить из-за наложенного заклинания, но по движениям губ легко угадать нецензурную брань и фамилию «Поттер». Бывший декан и бывший преподаватель Северус Снейп признан буйным сумасшедшим, как и его начальник Альбус Дамблдор.