Шастун, блять!

*** Арсений с Аленой вышли из комнаты. И тут Алена сразу возмущенно начала кричать, подходя к Антону, который до сих пор сидел с ребенком на руках. — Ты что творишь?! — девушка взяла девочку с рук Шастуна. — Зачем взял ее? Кто тебе разрешал? Антон непонимающе скривился. Чего, блин? Вот прекрасно, эта женщина оставляет такого маленького ребенка одного на диване, а потом еще возмущается. Очень интересно. — За дочерью научитесь следить. Она у вас с дивана упала. — фыркнул Шастун, недовольно закатывая глаза. — Упала? — Алена обняла ребенка, поглаживая девочку по волосам. — А я тут причем? Я ее посадила, просто она маленькая и еще не понимает, что нельзя на край ползти. — Вот именно. Она маленькая, а вы ее так оставляете... — А у тебя что, свои дети есть? — Антон мысленно простонал. Ну началось... — Вот когда появятся, тогда и поговорим. — Это очевидные вещи. — пробормотал не очень громко Шаст, откидываясь на спинку дивана и скрещивая руки на груди. — Она упала, плакала, я ее поднял. Чего вы разорались? — Алена... — к ним подошел Попов, хмуря брови. Он взглянул на Антона а потом на свою дочь. — Чего ты отчитываешь его? Если привела Кьяру, следи за ней. Почему с ней должен сидеть чужой человек вместо тебя? Лучше бы поблагодарила Антона за то, что он проследил за девочкой. Тем более она упала. У нее тело хрупкое сейчас, нельзя так рисковать, будь аккуратнее. — Я знаю лучше, чем вы двое. — лишь сказала в свое оправдание Алена, цокая языком. А потом возмутилась на Попова: — И вообще, почему ты на его стороне? Я мать твоей дочери и твоя жена, а ты... — Алена, — перебил Арсений, слегка повышая голос. Он начал раздражаться...— ну какая жена, о чем ты? Мы развелись почти год назад. — Что? — девушка удивленно взглянула на бывшего мужа. — Но я же тебе доказала, что Кьяра - твоя дочь! Антон на все это смотрел, как на какой-то драматичный сериал из телеканала "Россия 1". Не хватало попкорна и попить чего-нибудь. Шаст не хотел подслушивать... но они же сами начали разговор, хотя знают, что Антон рядом сидит? Правильно? Правильно. — И? — Попов положил руки на пояс, смотря на девушку и явно злясь. — Ален, тебе напомнить, что я тебе обещал? Я обещал отдавать элементы для обеспечения Кьяры, если она окажется моей дочерью. Но я не обещал вернуться к тебе. Губа Алены задрожала, девушка пыталась сдержать слезы, но не вышло. По ее щеке скатилась слеза. Она кинула короткий взгляд на Антона, а потом быстро подошла к входной двери, надела обувь и вышла вместе с Кьярой из квартиры, хлопнув дверью. — Алена! — крикнул Попов ей вслед, а потом глубоко вздохнул. Он упал на диван рядом с Шастом. — Черт... — У вас не жизнь - а индийский сериал какой-то. — фыркнул Антон, на что Попов промолчал. Шастун приблизился к Попову ближе, непонятно зачем понижая голос. — Арсений Сергеевич, у вас, если честно, вкус не очень. Такая истеричка! — Антон, ну помолчи ты! – нахмурившись, гаркнул Арсений. Шаст присвистнул, отсаживаясь от Арсения и отводя взгляд. — Понятно... нашли себе подобную... — Шастун! — крикнул Попов. Аж покраснел от злости, бедненький. — Все, все! – Антон поднял руки в жесте "сдаюсь" и встал. — Молчу, молчу! Не буду приставать! Шастун быстро убежал в комнату. А там посмеялся над гневным видом Арсения. — Такой смешной, когда злится... — посмеиваясь, тихо произнес Шаст, садясь на кровать. Телефон где-то в кармане завибрировал. Антон достал его и ответил на звонок, не посмотрев, кто звонит. — Да? — пробормотал Шастун вяло, вздыхая. — Антон, это я... — голос Иры. Шастун вскочил, опешив. — Ира? Ты? — Я хотела поговорить... давай встретимся? *** Антон наконец-то смог выбраться из дома и пойти к парку. Пришлось конечно сбегать от Попова... Ну ничего. Он и не должен оправдываться. Пока доходил, Антон чуть в ледышку не превратился. Так холодно, жуть! И почему Ира не предложила встретиться в кафе? Или еще где-то... где тепло. Ира сидела на скамейке, потирая руки об друг друга, пытаясь согреться хотя бы немного. Шастун подошел к ней, садясь рядом. — Что ты хотела? — сразу спросил он. — Если не хотел, мог бы и не приходить... — съязвила Кузнецова, смотря на ледяную горку, вокруг которой дети бегали и прыгали. — Да ладно, Ир! — Антон подсел ближе, кладя руку на плечо девушки. — Ты все еще злишься? Прости, ладно? Сколько мне нужно извиняться, чтобы ты простила меня? — Антон, — Ира резко повернула голову, взглянув на Шаста. Ее взгляд был хмурый и слегка недовольный. — я не злюсь. Просто... огорчена. Если честно, я правда очень хотела, чтобы ты ответил мне взаимностью. Но, с другой стороны, я не могу заставить тебя полюбить меня. — Шастун медленно закивал. Кузнецова вздохнула. — Я что хотела сказать... Можешь не переживать. Если тебя это так волнует, я не злюсь. Правда. И... моя мама решила забрать меня к себе. — Правда? — Антон удивленно улыбнулся. — Это круто, Ира! — Да, круто. — кивнула Ира. — Вот только... моя мама после развода решила переехать в Москву. Поэтому... я тоже уезжаю. И учебу там закончу. Антон продолжал слегка улыбаться. Он понимающе кивнул, убирая руку с плеча Кузнецовой. — В Москве значит жить будешь... Ну, пришли мне магнитик. Ира посмеялась, качая головой. — Дурак ты, Антон. — Я правда рад за тебя. Надеюсь, в Москве ты будешь счастлива. — Спасибо, Антош. — кивая, улыбнулась Ира уголками губ. А потом замялась, но все же сказала задуманное. — Можно обняться? На прощание... — она распахнула руки в стороны. Шастун долго просто сидел, смотря на Иру. На самом деле, прикосновение вообще с кем-либо его раздражали. Но ставить Иру в неудобное положение не хотелось... Антон вздохнул, а потом все таки подался вперед, слегка обнимая Кузнецову. А та в ответ прижалась... так крепко, Шаст думал, задушит. На этом они и попрощались... Ира ушла в одну сторону, а Антон - в другую. Эти объятья были супер некомфортные для Антона. Для него вообще, "объятия" синоним слова дискомфорт. Это странно? Да и плевать. Шастун вернулся домой. Возле дверей в подъезд он увидел листовку какую-то, приклеенную на стену. «Срочно ищем официантов! Оплата еженедельно, в кафе "Уют, дом.". Зарплата от восьми тысяч рублей в неделю. По адресу...» Антон подошел ближе и подумав, вырвал один листочек с номером. Все равно всегда ему не сидеть на шее математика... Вот начнет работать, потом снимет квартиру... И самостоятельная жизнь. Кайф же?.. Ну... звучит... интересно. Шастун мотнул головой и позвонил в домофон. После ответа открыл дверь и зашел в дом. Потом поднялся на этаж и в квартиру зашел... Когда Шаст закрыл за собой дверь и повернул голову, он увидел Арсения на кухне, который, похоже, пек что-то. Антон разулся и прошел в квартиру, на кухню. Встал перед Поповым. — Что вы делаете? — спросил с любопытством Антон. Попов ухмыльнулся, увидев Антона. На столе было тесто, формочки... А математк в фартуке. Интересное зрелище. Без шуток. — Хочу приготовить печенья на новый год. — ответил Арсений, раскатывая тесто. — Я ни разу не готовил. Но хочу попробовать. Поэтому решил приготовить за пару дней до нового года, чтобы понять вообще, стоит или нет. Если все хорошо, приготовлю на новый год. — Хозяюшка... — закатил глаза Шастун, а после получил подзатыльник. — Ой! — Не смейся. — фыркнул Попов, а потом предложил: — Хочешь попробовать? Антон отрицательно покачал головой, дальше не думая. — Ой, нет! Я никогда не готовил и пробовать не собираюсь... — Как хочешь, — пожал плечами Попов, а после облокотился руками об стол. Учитель глубоко вздохнул, слегка нахмурив брови. — Слушай, Антон... Я извиниться хотел. Разозлился сам, а на тебя срывать злость начал. — Да ладно, Арсений Сергеевич! — Шастун ухмыльнулся, закатывая глаза. Его веселило то, что Попов чувствует себя виноватым... Как бы это ни было странно! — Я ни капельки не обижен. Тем более, вы ничего такого не сказали. Будто вы первые раз кричите на меня. Арсений улыбнулся, кивая. А потом протянул руку, взъерошив волосы Шаста. — Ну хороший мальчик! — пошутил Попов. Пошутил же? Антон недовольно откинул руку математика, фыркая. — Ну Арсений Сергеевич! Вот за это я могу обидеться! — возмущенно произнес Шастун, на что в ответ услышал только смех учителя. — Чего вы как собачку меня... — Антон замолчал, задумываясь, какое бы выражение подобрать. — даже не знаю, как назвать это! Не делайте так! — Прости, прости! — тихо посмеиваясь, Попов покачал головой. — Ладно, давай дальше экспериментировать на моем кулинарном таланте... Достань из холодильника сахарную пудру, пожалуйста! — Сэр, да, сэр... — пробормотал себе под нос Антон, подходя к холодильнику...