Увлечение

      В университетском корпусе архитектуры, отвечающем за строительство и дизайн, только и слышались: крики, шум и гам. Неизвестно, что, в тот час, вызвало такой дым, да без огня, но визги парней и возмущения девушки раздавались на пол универа, что не оставалось незамеченным преподавательским составом, деканом, а особенно учащимися, которые были весьма заинтересованы сложившейся пьесой: Разгневанная девушка стремительно приблизилась к перепуганому парню, используя швабру, как средство угрозы, тем самым вызвав удивление и испуг у обвиняемого – что и следовало ожидать. Он попятился ближе к стенке, будто та могла дать ему должную защиту от разъяренной фурии. А та, в свою очередь, перевернув вверх ногами и стукнув своеобразным оружием о пол, приблизилась к жертве и опёрлась о стенку предплечьем. Смотреть снизу вверх ей не приходилось, как обычно бывает при разговоре с парнями, ведь сейчас рост был одинаковый. 《Удобно》— подумала девушка. Хотя в данный момент ей было не до разглядывания физических данных – что, можно назвать, крайне редким явлением, ведь обольстительница всегда уделяла внимание именно внешнему виду остальных. Но сейчас её волновал другой неразрешённой вопрос, который был оглашён на пол коридора. Хоть девушка и была от перепуганного парнишки на расстоянии, даже не вытянутой руки, а почти дышала ему в лицо, всё же крикнула на всеуслышание:《Поясни-ка, дорогой, чего же ты забыл в женской раздевалке?》 Перепуганным парнем был второкурсник – спокойный, и по виду, отстранённый от остальных учащихся, студент, напоминающий серую мышь, а рассерженной рядом девушкой пришлась Лаура – староста кафедры архитектуры, и по совместительству лидер в созданном комьюнити по направленности архитектурного дизайна. Все учащиеся знали, что ласкательные обращения у ихней старосты вылетали только лишь при гневном настроении и намерениях, поэтому весь коридор стал на уши и уже знал, что парнишке придётся не сладко. Сам несчастный в свою очередь, перепугано оглядывался, широко раскрытыми и, блестящими от солнца, карими глазами и проглядывая через пряди чёрных волос, ловил посторонние взгляды других студентов - преданных зрителей сией, не совсем приятной, сцены разборок. Со стороны всё выглядело, будто светлый вершитель правосудия прижала ещё не состоявшегося маленького демонёнка, что случайно перешёл ей дорогу, не предупредив, и теперь не может вымолвить и слова в своё оправдание. Хотя, говоря о характерах, любой, с ходу,  увидящий Лауру, уж светлым ангелом её не назвал, скорее тёмным беловласым демоном или уж сразу дияволом. Чего мелочиться? Ведь первое впечатление о ней стоит звания и того, и другого. У прижатого к стенке, ещё бледнеё чем обычно, парня, уже выступил холодный пот и бегающие из стороны в сторону глаза не смели даже и остановиться на лице девушки. Лаура, заметив его испуг, немного ослабила напор. — Ну что за... — произнесла нападавшая, отступив на полшага и оперевшись на швабру, а после повторила уже более спокойно:《Так каким же ветром тебя к нам в раздевалку занесло?》 — Я не... —  стараясь вымолвить хоть что-то, парень наконец перевёл взгляд на девушку, но не переставал поглядывать ей за спину. Из-за чего она, прекратив, слушать его неумелые попытки что-то объяснить, резко обернулась и её светлые пряди хорошенько полоснули парнишу по лицу. От чего он немного пришёл в себя и отполз из поля зрения, отвлёкшейся, нападавшей. Взору Лауры открылась компания из пяти человек, столпившихся в конце помещения, и хихикающих с ситуации, в которой оказался их однокурсник. Девушка сразу поняла, что к чему и, оставив студента, направилась к шайке, которая была головной болью всего университета. — Снова жизнь наскучила? Решили с моей помощью загробный мир поведать? — Подойдя ближе, обратилась староста к Вану – главной занозе в заднице универа, и по совместительству главе масштабной организации 'индивидумов' всего района. Ответа долго ждать не пришлось: откашлявшись и напетушившись, Ван вышел вперёд своей шайки и начал долгозатяжную речь, под смех своих соратников:《Видишь ли, моя дорогая Лаура, мы к данной ситуации никаким боком не относимся, но если у тебя что-либо произошло, то не расстраивайся. Ведь жизнь штука непостоянная и, увы, в ней случаются разочарования, но их не стоит их принимать всерьёз и...》 — ...и к сожалению или к счастью,  в твоей, на данный момент, шаткой и непостоянной, под угрозой смерти, жизни, ты – главный фигурирующий экспонат и разочарование, который в скором времени пострадает, выполняя дежурные работы по универу, вместе с шваброй и тряпкой в зубах. —перебив Вана, произнесла Лаура, и торжественно швырнув ему тряпкой в лицо, поставила швабру рядом и добавила:《Но ты не расстраивайся и не принимай всё близко к сердцу, мой дорогой Ван, уборка это лишь временные обстоятельства.》 Улыбнувшись, она развернулась и, под злостные визги и откидывания Вана от себя грязной тряпки, последовала обратно в раздевалку. 《Вот же твари, сколько от них хлопот!》– подумала девушка, поворачиваясь на ходу и добавляя к своей речи:《и к мальчишке больше не подходите и не смейте что-то, похожее на сегодняшнюю ситуацию, вычудить, иначе мало не покажется.》 — Ой, ой, ой, только и смеешь, что угрожать, а сделать ничего не сделаешь. Чего тебя боятся? — Выкрикнул вслед Лауре один из прихвостней их группки. От чего девушка развернулась на пятках и направилась обратно. Все члены шайки быстро отступили назад, оставляя впереди Вана, только оправившегося от встречи лицом к лицу с половой тряпкой. На его главном достоинстве виднелся яркий поцелуй на всю щеку от предмета драянья полов и уборных всего универа. Но он, оскорблённый и расстроенный, что его личико пострадало, всё же снова гордо выступил вперёд, продолжая предыдущие выкрикивания своих однодумцев:《и что же ты собралась учинить, Лаура? Для чего вернулась? Извинится или, может, тряпку со шваброй забыла?》 — Нет, мой дорогой, цель моего возвращения: познакомить вас с ними ещё поближе и приучить к трудолюбию. – С этой фразой девушка дала парню подзатыльник и, придерживая за шиворот, повела его на выход из университета. Ван, конечно, смел возмущаться и, вырываясь, утверждал про человеческие права, но оттолкнуть девушку или выскользнуть из хватки не получалось. Что случилось между ними дальше никому не удалось лицезреть, и поздно подоспевшим, преподавателям тоже. Но, спустя какое-то время, компания ребят вернулась обратно, тише воды, ниже травы, и покорно порасползалась по парам, держась кто за голову, кто за спину. После занятий студенты послушно выполнили указания старосты, тщательно работая уже не ртом, подбирая и изрыгая язвительные фразы, а руками, драя аудитории.