Цена помощи

ГЛАВА XVIII

В этот момент в трейлер вновь залетел Хёнджин. Остальные мемберы и мистер Чхо уже покинули помещение. Хван остановился, пытаясь сообразить, что происходит в трейлере. Сон испуганно уставилась на Джинни и до парня наконец дошло, в чем же дело. И не только в данный момент в трейлере, а в целом вся ситуация с Сон и парнями. Он пулей подлетел к Чану, который распалился настолько, что готов был взорваться. Пока он ничего не успел ответить, Сон выдернула руку из цепких лап Минхо и они вместе с Хёнджином вывели агрессивного Чана. А сделать это было нелегко. Парень сопротивлялся, пытался брыкаться, а самодовольная ухмылка Ли только делала хуже. Она как-будто говорила «Ну же, покажи мне, настолько ты влюбился в МОЮ девушку, которая тебе никогда не достанется». Только в тот момент Ли ещё не до конца осознавал, что Сон ещё никогда не была так далека от него, как в те секунды. Каждое его действие, каждая попытка их вывести, только разочаровывала девушку. Она понимала, что Минхо хотел довести Чана прилюдно, чтобы наказать и показать, что он такой весь благородный, а его хён пытается отбить девушку. Но Сон сделает всё возможное, чтобы они с Чаном не повелись на его уловки. В данной ситуации спасибо Джинни, который оказался рядом в самым подходящий момент. Стоило им только вывести парня из трейлера, он тут же выдернул руки и потянулся назад. Сон окликнула его, в ее голосе было столько страха и сожаления, что это достаточно быстро отрезвило голову Чана. - Чан-и, пожалуйста, мы же говорили утром про это. Будь сильнее и мудрее. Не опускайся, слышишь? – девушка подошла вплотную к парню, обхватив его лицо своими руками, стараясь, чтобы парень смотрел только на неё. Её не волновал сейчас Хёнджин, который стоял с открытым ртом и наблюдал за всем происходящим, не волновало и то, что их могли заметить, а из-за этого бы разгорелся настоящий скандал. - Сон, ты же видела, как это было нагло и показушно… - Вот именно, - перебила его девушка, - не стоит вестись на это. Смотри только на меня в эти моменты. Я уверена, сегодня таких будет немало. Но нам нужно как-то пережить этот день. - А что изменится завтра? Вечером мы попрощаемся, и ты уйдешь к нему в номер… - Ребят, я не хочу вас отвлекать, но тут как бы достаточно людно, - встрял Джинни, неловко переминаясь с ноги на ногу, почесывая затылок, - может, лучше пойдём? Время и так поджимает. Разберетесь со своими страстями попозже в отеле, за закрытыми дверями. Чана слова друга вывели из этого замкнутого круга, он с благодарностью кивнул другу и резко развернувшись, пошёл в сторону съёмочной площадки, не посмотрев больше на Сон. Он что, ещё и на неё разозлился? Девушка обреченно вздохнула. Ситуация накалилась настолько, что дальше только взрыв, который она пытается всеми силами предотвратить, но обе стороны противостояния как будто страстно желают сойтись, чтобы посеять хаос. Хёнджин тактично не стал расспрашивать Сон или комментировать произошедшее. Он просто положил руку на плечо девушки, ободряюще похлопав по нему, и они медленно направились к месту съёмок. Сон была безумно благодарна хотя бы одному светлому уму в этой группе. Хёнджин в который раз, как самый настоящий друг, выручал Сон. Они сидели поодаль от оператора и следили за тем, как первая половина мемберов стреляла из лука. Под прицелом объектива был Сынмин, Чанбин, Чонин и Феликс. Каждый из них по очереди целился в яблочко. -Сон-а, - тихо наклонился почти к самому уху Хёнджин, - утром это всё же была ты. Это не было вопросом. Он догадался и просто смотрел с легкой улыбкой на подругу. - О чём ты? – ответила Сон в смятении. - Ты поняла меня. И твоя реакция сейчас говорит лучше любых слов, подтверждая мои слова. И с тобой был явно не Ли. Давно? - С этого всё началось.… Даже раньше, - выдохнула девушка. Она ещё никому не признавалась в этом. На душе стало чуточку легче от осознания, что теперь можно хотя бы с одним человеком обсуждать то, что творится на душе. - У вас всё так запутанно. Если тебе нужно будет с кем-то поговорить, ты всегда знаешь, где меня можно найти, - Хёнджин как будто мысли прочитал. Улыбнувшись уголками губ, он встал и направился на съёмочную площадку. В итоге, спустя полчаса, из четверых остался один финалист первой команды – Феликс. Остальные разочарованно гудели и просили ещё один шанс на выстрел, но судьи были непреклонны, желая поскорее закончить съёмку. Пришло время сниматься вторую группу. Хенджин встал между Минхо и Чаном, чтобы немного разбавить ситуацию. Их часть съёмок была более напряженной по атмосфере. Чан и Минхо не хотели сдаваться друг другу, Хан вообще не понимал, почему эти двое даже во время съёмок не могут выглядеть дружелюбными. Джинни старался разрядить обстановку, как мог, перетягивая всё внимание на себя и Джисона. Во второй группе на всеобщее удивление выиграл Хан, который сам от себя подобного не ожидал. В финале Феликс и Хан много дурачились, давая больше хороших сцен для монтажеров в будущем, и по итогу Феликс опередил друга на пару очков. С горем пополам ребята закончили свою работу. Сон к тому времени заказала им всем перекусить. Ей нужно было чем-то занять себя, чтобы дурные мысли не лезли в голову. Самое страшное и в то же время важное было – помирить парней. Нельзя было допустить, чтобы внутри группы случился такой разлад между двумя старшими. Оба вспыльчивые, напористые и уж если кто-то задел их, не успокоятся, пока не добьются извинений, как минимум. А в данной ситуации даже Сон не могла придумать, как их заставить прийти к чему-то общему. Джинни. Вот кто сможет помочь. Сон в это свято верила, хотя где-то в глубине души тоненький голосочек твердил, что кроме самой девушки никто не в силах разрешить ситуацию. Как только выключилась последняя камера, и режиссер отпустил парней на обед, Чан направился в сторону Минхо. - Поговорим? – лидер задел плечом коллегу, бросив в вполоборота фразу, и направился в заброшенную сторону парка. Там было много деревьев и поломанных машин с картинга. Густая листва запросто скрыла двух парней там. Минхо совсем не изменился в лице, но по его напряженной походке было видно, что парень тоже на взводе. Сон наблюдала за этой ужасной картиной и не знала, что же предпринять. Сердце эхом стучало в ушах. Ситуация выскользнула из под контроля. Девушка умоляюще глянула на Хёнджина, тот проследил за взглядом девушки и, тяжело вздохнув, направился за мемберами. В их команде раньше частенько возникали ссоры, но они были почти беспочвенны и по глупости. Тут же ситуация была гораздо серьёзнее и Джинни не знал всего, поэтому не хотел принимать чью-то сторону. - Минхо, я бы хотел поговорить с тобой без рукоприкладств, как бы сильно не чесались кулаки, - осторожно начал Чан. Ли молча кивнул. Он немного подостыл после ситуации в трейлере и теперь уже не норовил бросить какую-либо вызывающую фразочку. - Ты её любишь? – продолжил Чан. - Вы оба её любите, - Хван подоспел достаточно быстро. Две пары глаз вопросительно уставились на друга. - Что? – это и дураку ясно и видно, - оправдался Джинни, - у меня есть предложение. Надеюсь, вы меня поддержите. Пусть она сама выбирает. - У нас контракт. Ещё 4 месяца она будет со мной, - заговорил Минхо, скрестив руки на груди. - Никто не говорит о расставании в открытую. Вам что, впервые показывать зрителю то, что нужно? Все наши разборки и отношения останутся за забором дома. -Ты вообще можешь себе представить ситуацию, что мы с Сон проснемся в одной постели, а буквально через час она на камеру будет целоваться с ним? – Чан начал терять терпение. - С чего ты взял, что она выберет тебя? - А почему ты думаешь, что она твоя, словно вещь? Ты её столько раз обижал. - Поверь мне, кроме всех обид, я ей делал ооочень приятно. - Что ты имеешь в виду? – Чан окаменел. - Расслабься, ты же так уверен в себе, - расслабленно потянулся Ли. - Нет, хватит говорить загадками, - Чан подлетел к Минхо и грубо схватил его за кардиган. - Убери от меня свои руки, - процедил сквозь зубы младший. - Чан, Минхо, пожалуйста, - звонкий голос Сон звучал отдаленно для обоих, словно в тумане, от нахлынувшей ярости. - Сон, ты говорила, что отношений у тебя нет с ним. Что вас связывает только контракт и ты ничего к нему не испытываешь, - Чан прикрыл глаза, закусил нижнюю губу, чтобы не выплеснуть часть вскипающих эмоций на девушку. - Минхо, зачем ты рассказал ему про ту ночь? – глаза Сон стали круглые от подступающего ужаса, губы задрожали, плечи затряслись, и она со страхом в глазах смотрела то на одного, то на другого. Чану хватило доли секунды, чтобы понять, что было между этими двумя. Догадки были уже давно. Но ведь он и Сон были вместе всё это время, несмотря на ссоры. Она говорила, что любит его. Как же она могла любить одного, а спать с другим? Как она могла казаться такой искренней, тогда на пляже, если сама до этого только вылезла из постели Минхо. Как много он не знает про их взаимоотношения? Теперь всё стало ясно: почему Сон так боялась Минхо, чем он мог манипулировать, почему Сон так не хотела рассказывать о чем-то и почему Ли был такой спокойный. Он бы места себе не находил, если бы не слышал и не видел от неё хотя бы раз хоть какого-то признания в чувствах. Гнетущую тишину нарушил Ли: - Я ему ни слова не сказал, как и обещал тебе. Ты сама ему только что всё преподнесла на тарелочке, - спокойно произнёс парень, наблюдая за реакцией девушки, - я тебя даже не провоцировал. Сон закрыла лицо руками и горько расплакалась. Первым подлетел Хёнджин. -Сон-а, подруга, ну ты чего, - он неловко пытался её успокоить, - а вы чего стоите? Минуту назад как два петуха бились за неё, а сейчас стоите, как столбы? Ну, спали вы с ней оба, что теперь? Это явно не она первая на вас обоих напрыгнула. Оба хороши, соблазнили девушку, влюбили в себя, а теперь её же виноватой хотите выставить во всем? Оба хороши, - фыркнул Джинни. Он так легко произнес самые тяжелые для всей троицы слова, - Перестаньте перетягивать её, как одеяло, добивая друг друга. Остановитесь оба. Дайте ей разобраться в себе и своих чувствах к вам обоим. И чуть позже она сама потянется к одному из вас. - Да ты, я смотрю, пацифист всего мира, - фыркнул Минхо, подойдя к девушке. Он небрежно откинул руку Джинни, которая покоилась на плече плачущей девушки. - Ты меня совсем не слушал сейчас? – усмехнулся Хёнджин. - Хватит, пожалуйста, - начала успокаиваться Сон. – Вам нужно возвращаться к съёмкам. А я поеду в отель. Обед заказала всем. До вечера не тревожьте. С этими словами Сон выпуталась из объятий Минхо и, не глядя в глаза Чану, постаралась скорее покинуть парней. Чёрт её дернул пойти за ними. Она сама всё испортила. В душе образовалась зияющая дыра, которая кровоточила. Как она и боялась, их секрет с Минхо сделал больно всем. Опять к боли Сон был причастен Ли. Она не хотела даже оборачиваться, боясь встретиться с Чаном взглядами. Она не представляла, что может думать и чувствовать парень. Да, он явно догадывался, но не знал. Была бы воля девушки, она бы отмотала назад и никогда бы не допустила подобной ситуации. Чан, Минхо и Хёнджин в это время стояли в безмолвной тишине, смотря в след уходящей девушке. Никто не решился пойти за ней. Минхо чувствовал, что Сон винит его в случившемся, Чану было слишком больно. Нет, он в глубине души знал, что именно такая ситуация всплывёт, но морально не готов услышать это. Кулаки неудержимо чесались. Если бы не Минхо, Сон не страдала бы сейчас, ей не было бы больно те десятки раз, которые она неумело скрывала от Чана. Он сжал кулаки, адреналин в его крови достиг своего максимума, шумно вдохнув, парень резко повернулся к своему некогда хорошему другу. Удар. Кровь. Крик Хёнджина. Это последнее, что запомнилось Минхо, прежде чем и его разум затуманился гневом. Этот придурок ещё называется его лидером? Он прекрасно знал о чувствах Ли к девушке, но его не остановило это прошлой ночью. Да и с разговора по душам, как думал Минхо, прошло некоторое время. Если бы к Ли пришел его хороший друг и признался в чувствах к девушке, он бы точно не стал спать с ней после этого. А у так называемого друга ещё наглости хватило врезать Минхо. Ярость и злость встали пеленой перед его глазами. Он вытер кровь, что лилась из носа, рукавом толстовки, поднялся на ноги и, недолго думая, ударил в ответ. Удар неприятно пришелся в лицо. - Айййщ, - взвыл Хёнджин. Он прыгал вокруг разъяренных друзей, пытаясь кого-то заблокировать, чтобы остановить это безобразие. Но парень боялся вставать меж двух огней. Он видел, какая ярость горела в обоих парнях, они бы попросту его не заметили в этой агонии. Дальше все происходило слишком быстро: удар за ударом, крики, кровь лилась у обоих из носа, из рассечённой брови Чана, Минхо прилетел один удар в челюсть и теперь он ещё и плевался кровью. Кулаки все были в крови. Они не собирались останавливаться. Каждый старался держаться из последних сил. Хенджину достался лишь один аккуратный, если можно так назвать, удар в район солнечного сплетения от Чана, как предупреждение, чтоб не лез ни в свое дело. Джинни согнулся пополам, проклиная обоих хёнов, и быстро удалился за подмогой. Хёнджин не на шутку боялся за здоровье обоих парней. В таком гневе и ярости они могли натворить ещё больших глупостей. И так уже натворили. Разгар тура, а они уже раскрасили лица друг друга так, что ни один гримёр не поможет. Были бы мозги, били б хотя бы по телу, чтобы не так заметно было. Джинни быстро добежал до остальных мемберов и, не успев перевести дыхание от бега и удара, звал нечленораздельно всех за собой. Чанбин с Сынмином не на шутку испугались, увидя бегущего Хвана с огромными от страха глазами. Когда все прибежали на место, парни уже отошли друг от друга и ходили на расстоянии друг от друга, пытаясь отдышаться, не отводя бешеного взгляда друг от друга, как два тигра в одной клетке. Чанбин, как только сообразил, что случилось, принялся громко отчитывать обоих парней, встав между ними на всякий случай: - Какого чёрта тут происходит?! - Я не смог их разнять, простите, - пытался отдышаться Хёнджин, опираясь в полусогнутом состоянии на собственные колени. Парни молчали. Минхо лишь со всей злости выплюнул кровь, сверкнув глазами по всем. - Джинни, к тебе вопросов нет. Молодец что позвал. Но хоть ты можешь рассказать? - Со, мы разобрались. Не сдержались, глупо знаю. Не лезь в это, - односложно бросил Чан бесцветным голосом. Он развернулся и пошел прочь ото всех, давая понять, что представление закончено. Минхо лишь злостно рыкнул и ударил рядом стоящее дерево. - Эй-эй-эй, - к нему подлетел Джисон, - хён, тише. Пойдём, обработаем раны. Минхо хотел было пойти за Чаном, но остальные не дали ему этого сделать, поэтому Ли пришлось сдаться и пойти за верным другом.

***

Чан уходил от своих друзей, потому что ему нечего было им сказать. Он повел себя глупо, повелся на эмоции, подставил группу, разочаровал всех как лидер. Как теперь остальные смогут на него положиться, если он даже себя проконтролировать не может? Но где-то в глубине души шептал голос, который твердил, что если сейчас парень не уйдет, то Минхо достанется куда больше. И Чана не остановят ни мемберы, ни грядущие концерты, ни то, как от этой ситуации больно Сон. Сон. Сердце парня болезненно сжалось. Переболит. Нужно лишь некоторое время не попадаться ей на глаза и самому её не видеть, буря уляжется. И, самое главное, постараться не встречаться с Минхо. Чан понимал, что это что-то из разряда нереального, учитывая, сколько часов они репетируют и снимаются. Но ведь можно просто не обращать внимания на него. Главное, чтобы её не было рядом. С этими мыслями парень добрёл до своего номера отеля. Съёмки всё равно уже сорваны, да и плевать Чан хотел на них. Он всегда ответственно подходил к работе, но сейчас он просто не в силах так быстро погасить свою необузданную злость. Нужно принять душ, обработать раны и встретиться после этого с менеджером.

***

-Минхо, что случилось? – тревожно спросил Джисон, обрабатывая раны друга. Они расположились поодаль от съемочной площадки, но так, чтобы их было сложно заметить проходящим случайным людям. - Это всё Сон, не может держать язык за зубами, - парень зло пнул пустую банку из под газировки, которая покоилась рядом с их лавочкой. Та отлетела и с глухим стуком ударилась о забор. Джисон вздрогнул от неожиданного звука, а потом вновь вернулся к промыванию ран. Кровь уже немного запеклась, что только усложняло ему работу. Закончив с помощью, Хан осмотрел друга, чтобы оценить ущерб: разбитая губа, на щеке красный след, который завтра обязательно расцветёт сине-фиолетовым пятном, зубы все на месте, к счастью. Пара небольших синяков явно проявится на лбу и шее, но в целом все было не так плохо, как изначально думал Джисон. - Что же такого могла сказать твоя фиктивная девушка, что ты подрался с человеком, который помешан на контроле и благосостоянии группы? – усмехнулся Джисон, складывая бинт и перекись обратно в аптечку. - Сон нечаянно рассказала своему парню, что спала со мной, - парень хотел улыбнуться, но свежая рана на пухлой нижней губе не давала этого сделать. Хан стоял с приоткрытым ртом и кажется, его глаза стали такими круглыми, что были готовы вывалится от удивления: - Своему парню? Что спала с тобой? Что? Минхо позабавила реакция друга. - Давай уедем покушать? Я тебе всё расскажу. Давно пора было спросить совета у самого идеального парня, как и мне таким стать, - Минхо всё таки не сдержался, улыбнулся и губа вновь закровила, из-за чего парень нахмурился и принялся слизывать кровь.

***

На съёмочной площадке, оставшиеся мемберы не знали, куда себя деть, как объяснить менеджерам и всему остальному стаффу, что произошло, и почему съёмки отменяются. Потом ещё нагоняй от руководства получать за это. Хёнджин битый час слушал, как истерит их менеджер, но мыслями он уже попрощался со всеми и отправился бы на поиски сначала Сон, чтобы убедиться, что она хоть в каком-нибудь порядке. За Минхо парень не переживал – тот ушёл с другом и его явно поддержат, успокоят и накормят, чего не скажешь о Чане, который в полном одиночестве покинул место съёмок. Когда экзекуции стаффа закончились, парень направился в отель. Всю дорогу парень думал, где же могла быть Сон. Но стоило начать с самых очевидных мест. Секундное промедление, стук в соседний номер. Тишина. Хёнджин уже было хотел отправиться дальше, но тут дверь резко открылась. В образовавшийся проём высунулась темная макушка. Глаза Сон были красными и опухшими от слёз. - Чего тебе? – недоверчиво спросила она. - Пусти, - так же кротко ответил парень. Сон пожала плечами, мол, ей абсолютно всё равно, но соседа всё-таки пустила. - Нравоучения читать будешь? – устало поинтересовалась девушка, забираясь на кровать с ногами, кутаясь в одеяло, как в кокон. - С чего мне это делать? В отношениях своих сама разбирайся. А то, что парни сделали – это точно не твоя вина, у них должна быть своя голова на плечах, - равнодушно протянул парень, присаживаясь на кровать рядом с девушкой, - я просто хотел убедиться, что ты в порядке. - Нет, Джинни, я не в порядке, - до этого момента Сон держалась, но на последнем слове её голос дрогнул и вся та стена, которую девушка пыталась выстроить, чтобы отгородиться от своих эмоций, рухнула, и она горько заплакала. Хёнджин не стал говорить что-то банальное, как обычно пытаются успокоить людей, он больше понимал язык тела, поэтому просто обнял девушку, позволяя ей намочить солёными слезами свою футболку. Пока она плакала, Джинни монотонно гладил её по голове, думая, как же так могло случиться, что эти трое замешаны в любовных делах, почему он сам не замечал раньше вообще ничего. Ему казалось, что у Минхо и Сон всё постепенно налаживалось, и парень искренне радовался, что у хёна наконец-то появилась любимая девушка. Но причем здесь Чан? Почему Сон так поступила с ним? Хёнджин не засекал время, но по ощущениям прошло больше часа, прежде чем всхлипы затихли, хрупкие плечи перестали сотрясаться. Он осторожно посмотрел на девушку – она вымоталась и просто спала на руках друга. Джинни усмехнулся, уложил девушку в более удобную позу и тихо-тихо вышел из номера. Что ж, первую миссию он успешно выполнил. Осталось найти Чана. Это было страшно, потому что парень не понимал, в каком настроении их лидер мог находиться: в ярости и злости на Минхо? Или в отчаянии и раскаянии от содеянного? За дверьми номера парня никого не оказалось. Ну, конечно, это было бы слишком просто. Джинни прошёл по всему отелю, но парня так нигде и не нашел. На телефон он не отвечал. Явно уединился где-то. Возможно, крыша? Хёнджин поднялся по пожарной лестнице на крышу. То, что замок висел открытый, уже говорило о том, что Хван на верном пути. Поднявшись, он огляделся и в самом далеком углу крыши парень увидел лидера. Тот сидел на парапете, но достаточно далеко от края, оперся на стену позади себя, в ушах поблескивали наушники. Хёнджин облегченно выдохнул – ярости в Чане не было, только целый океан печали и сожалений. С этим можно справиться. - Чан, - осторожно начал Хёнджин, - ты обработал раны? Как ты? – парень потрепал лидера по плечу и вытащил наушник из его уха. Тот равнодушно окинул взглядом подошедшего нарушителя спокойствия. Он выглядел неважно: кровь запеклась, спутанные волосы прибавляли рассеяности, глаза потухли. Было непонятно, что больше расстроило парня: девушка или друг. Чан решил ничего не отвечать другу, это показалось лишним. Хван лишь молча кивнул, будто бы в мыслях найдя подтверждение в действиях друга, и достал из своего рюкзака аптечку и принялся обрабатывать раны хёна, игнорируя слабое сопротивление. Когда Хёнджин закончил, они просто сидели в тишине, думая каждый о своём. Младший знал, что лидер не из тех, кто будет жаловаться и плакать в жилетку, но ему всё равно было важно осознавать, что за него беспокоятся и поддерживают своим присутствием. Слова были им не нужны. Прошло, наверное, часа полтора точно. На улице стало прохладнее, солнце зашло за горизонт. И тогда Бан заговорил слегка охрипшим голосом: - Спасибо, что ты со мной. Спасибо, что дал немного поразмыслить обо всем и не задавал вопросов, которых у тебя, наверное, миллион в голове. Я хочу поделиться с тобой, если этот разговор не выйдет за пределы этой крыши, - Хван послушно кивнул, выпрямляя спину. Чан поведал всю историю другу, кратко, но описывая свои эмоции и чувства. Периодически лидер вскакивал, размахивал руками, повышал голос, особенно когда дело доходило до Минхо, потом становился тихим, когда нужно было рассказывать о том, как Сон была с Ли старшим: - И вот мы стояли там с Хо, пока ты не подошел. Я не жалею, что так поступил. Не изменил бы в этой ситуации ничего. Но если бы можно было повернуть время вспять, я бы не связался с Сон, скорее всего. Перетерпел бы то влечение, пока не влюбился, пока не больно так, как сейчас. А ведь мне их ещё видеть вместе 4 чёртовых месяца. Либо я могу это всё прекратить, но тогда мы лишимся на время мембера, а у Сон будут финансовые проблемы и она улетит в Австралию к родным. Я уже даже этот вариант рассматриваю. - Чан, ты так не сделаешь - это последнее, на что ты способен, как бы больно тебе не было. К тому же, ты тоже спал с ней. Не боишься тоже вылететь? Без вас двоих группы точно не будет, - Хёнджин был обеспокоен настроением старшего, но совершенно не знал, как его можно поддержать. Оба находились в растерянности. - Да понимаю я, что не сделаю в итоге так. Но пока я просто не могу смотреть на них обоих, и не знаю, смогу ли. - Время лечит, сам знаешь, как это бывает, - пожал плечами младший, Бан лишь отмахнулся. - Даже интересоваться её состоянием не будешь? – с недоверием насторожился танцор. - Нет, и ни слова о ней при мне. - Но ты же сам подозревал нечто такое между ними? Это не стало неожиданностью, там же всё и ежу понятно, почему ты так резко реагируешь? - Хван, - строже обратился лидер, сверкнув черными глазами – вот влюбишься, посмотрим, как ты заговоришь, когда узнаешь, что твоя девушка спала с твоим лучшим другом и станет ясно, что она к нему чувствует то же самое, что и к тебе. Догадываться и знать – разные вещи. Чувствуешь, будто тобой воспользовались. Не самое приятное, мягко говоря. - Ты прав, прости, - стушевался Хёнджин, - я скажу остальным, чтобы болтали поменьше. Объяснять ничего не буду, клянусь. Чан односложно кивнул. Он не любил, когда ему помогали, но до жути не хотел объясняться ещё и перед остальными. Ему стало даже немного легче от осознания, что Хван будет связующим мостом между ним и остальными, пока он сам не будет готов с ними поговорить. - Так, что-то мы засиделись, - хлопнул лидер по спине Хёнджина, - я за ноутбук. Самое место, чтобы выплеснуть это вот всё в музыку. - Тебя не ждать в отель? Может, лучше пойдём в клуб? Надерёмся до беспамятства, завтра всё равно только самолёт, выступлений нет. Чан задумчиво поджал губы, взвешивая за и против. Обычно, он не любитель так снимать напряжение, но и ситуация не рядовая. К тому же незнакомый город, наденут маски, кепки и можно вообще ни о чем не думать. - А ты знаешь, поехали. Возьмём с собой Чанбина с Ханом? Хёнджин радостно закивал, тут же набирая мемберам сообщение с адресом, обещая рассказать подробности в назначенном месте. В клубе пахло кальяном, всё было в дыму, хотя и так ничего не было видно. Громкая попсовая музыка неприятно била по ушам, алкоголь лился рекой у барной стойки. Парни, не привыкшие к такому разгульному образу жизни, чувствовали себя несколько скованно. Но все понимали, что лидеру нужно расслабиться. Чанбин согласился лишь потому, что боялся за остальных, в особенности за Чана. Неизвестно, что он мог натворить в таком состоянии, если ещё и напьется. Хан отказался от похода в клуб. Незнакомая атмосфера, темнота, духота и громкая музыка – не лучшие друзья на его пути к исцелению от тревожности и его приступов. К тому же, Хан не мог оставить Минхо, который тоже был весь разбитый. Не только физически. Хан планировал весь вечер проваляться с другом в его номере, смотреть аниме и есть снэки, пока друг не вырубится от усталости. - Чани, привееет, - приторно сладкий голос раздался позади парней, все одновременно повернулись. Это была та самая блондинка, которая вешалась на Бана на прошлой вечеринке. - Миа, - разочарованно протянул Хёнджин. Он понимал, что парень может наделать глупостей в своем состоянии, о которых потом будет жалеть. Но младший не в праве был что-то запрещать лидеру. Чани, как выразилась девица, даже не взглянул на неё, обвил талию и притянул к себе, допивая огненный виски: - Живо на танцпол, - прорычал парень, утаскивая за собой глупо хохотавшую девицу. Чанбин даже сказать ничего не успел, Хёнджин остановил его: - Давай просто наблюдать за ним и в случае чего, заберем в отель. Ему это сейчас, похоже, нужно. - Что случилось-то между ними? – непонимающе ворчал Со, попивая безалкогольный коктейль. - Даже не спрашивай, дела сердечные. Все хороши, походу,- пожал плечами Хван. Они наблюдали за старшим, стараясь не вмешиваться, только лишь считая, сколько алкоголя он уже в себя влил. Миа была на вершине своего счастья – сам Бан Чан обратил на неё всё своё внимание, чего она точно не могла упустить. Мемберы брезгливо косились на них, но ничего не предпринимали пока. Пока в дверях ночного клуба не появилась она. - Чёрт, чёрт, чёрт, - запаниковал Хван, увидя грустную Сон, которая брела сквозь весёлую толпу. Почему она пришла именно сюда? Чан не должен её увидеть, да и она совершенно точно не должна увидеть то, что вытворял лидер с глупой блондинкой. Хёнджин рванул к подруге, но было поздно: она заметила пьяного, развязного Чана, который развратно танцевал с блондинкой, хватая её за талию и спускаясь руками к бёдрам. Глаза Сон наполнились слезами, приоткрыла рот, пытаясь выдавить из себя хоть слово, но она не могла. Как он мог так поступить с ней? Прямо перед ней определенно танцевал Чан с той самой девушкой, которая вешалась на него ранее. В танце они развязно целовались и его руки нагло гуляли по всему телу блондинки. Почему она пришла именно в этот клуб? Почему они втроем встретились тут именно в эти секунды? Парочка не видела Сон, и она хотела, чтобы всё так и оставалось, поэтому резко развернувшись, побежала прочь. Она слышала, что, кажется, кто-то звал её по имени, но это точно был не Чан. А значит плевать. Пусть хоть папа Римский её зовёт. Она выскочила из клуба, как ошпаренная, не дождавшись такси, рванула в сторону. Неважно куда, лишь бы подальше отсюда. Слёзы застилали обзор, но это тоже было не важно. Как же ей больно. Она заслужила это. Она предала Чана, он отказался от неё, после того что услышал днем. Да ещё и парень поругался со своим другом из-за неё. Конечно, она виновата во всем, что случилось сегодня. И не только сегодня. Нельзя было позволять себе влюбляться в айдола, нельзя было целовать Минхо ради его же спасения, сами бы разобрались, нельзя было влюбляться в Ли, спать с ним, а потом с Чаном, признаваясь последнему в любви. Как много ошибок она совершила. В этой агонии мыслей, девушка вернулась к отелю, из которого вышла не больше получаса назад, когда думала, что поход в клуб станет отличной идеей немного освежить мысли и прийти в себя. Как же! Теперь мысли запутались ещё больше. Если до этого в Сон теплилась надежда, что Чан простит её, то сейчас она угасала с каждой секундой, которую парень проводил там в клубе. Сон понимала, что Чан сейчас был прав, отрываясь в клубе с той блондинкой, он ничем не обязан ей после того что она совершила, но черт, как же это было больно. Она надеялась, что он как настоящий рыцарь простит её, примет обратно. Ведь он говорил, что так любит её и что любые преграды – это лишь препятствия, через которые они перешагнут вместе. Вытерев слёзы, девушка попыталась восстановить дыхание, стоя перед их с Минхо номером. Минхо. В её сердце его имя отдалось болью. Она уже не понимала, что чувствовала к этому парню. Да и в последнее время отгоняла любые мысли о нем. То ненависть, то привязанность, то страсть. Никакого постоянства. Да и в том состоянии, в котором прибывала девушка, она не хотела общаться с Минхо, чтобы не наделать глупостей. Вновь. Да и неизвестно, что сам парень теперь думает о ней. Кажется, оба теперь знают абсолютно всю правду и ненавидят её. Но, деваться было некуда, спать на улице или в номере соседа-Хёнджина не хотелось. Поэтому глубоко вздохнув, Сон потянула ручку двери их с Минхо номера на себя. В номере стояла абсолютная темнота. Минхо лежал в кровати, смотря прямо на девушку. У него было отрешенное выражение лица. Ему было всё равно. Сон надеялась, что они не заговорят. Тихо пройдя в ванную, она сняла всю одежду, искупалась, надела футболку, в которой спала прошлой ночью, и вышла к Минхо. Тот лежал всё в той же позе, безэмоционально наблюдая за девушкой. Она молча взяла свою подушку и одеяло и собралась лечь на пол. Парень молча встал, забрал постель из её рук, уложил обратно на кровать, лёг сам на эту же кровать, отодвинулся максимально далеко и так же в полной тишине смотрел на Сон. Она нервничала. Её нервная система не выдерживала всего того, что произошло с ней за целый день. Сил бороться ещё и с этим упрямцем совершенно не было, поэтому так же молча Сон легла, отворачиваясь от парня. Он не шевелился и всё так же молчал. Эта тишина очень давила на девушку. Подождав минут пять, она развернулась к Минхо. Он лежал на боку, смотря на девушку. В глазах не было ни одной эмоции. Сон не могла понять, почему он так ведет себя и решила первой нарушить тишину, хотя только недавно молила, чтобы они не заговорили друг с другом: - Ненавидишь меня? Парень не отвечал, только поджал губу с запекшейся кровью, позабыв о ней и тихо зашипел, когда почувствовал боль. Больше никаких звуков девушка не дождалась. Она смотрела на парня, пока усталость не взяла над ней верх и она не уснула. Только тогда Минхо потянулся к прядке у лица девушки, заправляя её за ухо: - Нет, Ри Сон. Мне просто безумно больно от всего этого, - тихо прошептал парень и отвернулся, стараясь тоже погрузиться хотя бы в легкую дремоту.