Мой соберано

Клуб со странным названием «Багерлее» не понравился Рокэ еще загодя, то ли от того, что за ним прислали машину, водителем который был по-военному коротко стриженный неприятный амбал с жестокими глазами и непроницаемым выражением лица, а может, от того, что ехали за город мимо той самой лесополосы, где нашелся избитый, выброшенный, будто сломанная игрушка, Джастин Придд. Так и тянуло немедленно вдохнуть морисского порошка, но Ворон сдержался, и так в последнее время зачастил, что могло снова обернуться зависимостью. В фойе с металлодетектором и оскалившимся в муке чучелом медведя обнаружились еще амбалы в одинаковой темно-серой форме, весьма похожей на военную, а начальник охраны попросил положить телефон в одну из ячеек с кодовым замком. — Это закрытое заведение, эр Алва, — неожиданно вежливым тоном объяснил статный мужчина, явно бывший военный, глядя на Рокэ странным тоскливым взглядом, — Сюда попадают исключительно по рекомендации, члены клуба не желают, чтобы их… э-э… увлечения стали достоянием общественности. Слухи — сколько угодно, но подкрепленные доказательствами факты, это исключено. — Как пожелаете, — пожал плечами Рокэ, выполняя неожиданное требование, — Обычно когда мне платят только за то, что я посещаю вечеринку в качестве особого гостя, просят фотографироваться как можно больше, но… — Так Вы только гость?! — перебил начальник охраны, хмурое лицо его вдруг посветлело, — И ничего… никаких других услуг? — Ну да, — Ворон с сомнением глянул на собеседника, странный он какой-то, — Владелец заведения даже не просил меня закатить скандал или принимать участие в каких-нибудь идиотских конкурсах, а я отчего-то абсолютно уверен, что они непременно будут. У Робэра отлегло от сердца. О том, что эта закатная тварь Айнсмеллер нашел-таки страничку любимого инфлюенсера в соцсети, Эпине узнал всего пару часов назад, когда Альдо велел отравить за кэнналийцем кого-нибудь из охранников. С тех пор Робэр не находил себе места, ну как, как Ворон мог согласиться на ЭТО?! Но нет, он всего лишь особый гость… Лэйе Астрапэ, какое же счастье! Эпине проводил Рокэ в зал, слегка запинаясь, извиняющимся тоном объяснил, что свисающие с бордовых стен кишки, конечно же, не настоящие, это все потому, что день Всех Сущностей, а чучело белки, что «украшало» VIP-столик Ворона, убрать никоим образом нельзя, оно, как и все эти развешанные повсюду головы волков, оленей, леопардов, и даже черного льва, есть изюминка клуба, дизайнерская композиция самого хозяина, составленная из его же охотничьих трофеев. Алва не проронил ни слова в ответ, и Робэру ничего не оставалось, как уйти. Рокэ осмотрелся, морисского порошка захотелось пуще прежнего, ну до чего же омерзительное место! Мало того, что везде эти несчастные мертвые звери с обреченными стеклянными глазами, так еще и на экранах, что развешаны по стенам, крутят нарезку из кадров фильмов ужасов последних лет 20, и, конечно же, со звуком, чтобы крики вплетались в безвкусную ухающую басами музыку. Каннибал, по кусочку отрезающий плоть своей бьющейся в цепях жертвы, отрубающий голову топор, бензопила, распиливающая девушку от плеча до бедра… Рокэ ощутил приступ тошноты, глубоко вдохнул и взял бокал шампанского с подноса очень вовремя подвернувшегося официанта, из одежды на котором был сверкающий сталью ошейник со свисающей цепью и какая-то весьма условная тряпочка, едва прикрывавшая спереди. — Благодарю, любезный, — сочувственно произнес Ворон, закатные твари, на что только не толкает срочная потребность в деньгах, не важно от жадности, или от нужды! К слову, «закатных тварей» в зале было предостаточно, чего стоила одна только шестиногая двузадая пегая кобыла, притом, правый ее «зад» никак не мог о чем-то договориться с «головой», а вокруг почему-то хаотично бегали карлики в костюмах фруктов. Сзади раздался странный звук — Рокэ увидел орлана в человеческий рост, тот махал крыльями, изготовленными из настоящих перьев, и шел к сцене, по бокам которой свисали огромные, похожие на птичьи, клетки, в которых извивались девицы в каких-то ремешках. — Мау! Мурр-мау! — зычным басом вдруг взвыла незаметно подкравшаяся к Ворону немолодая дама в черном латексе, что ярко подчеркивал все имеющиеся изъяны потасканного тела, на голове ее был ободок с кошачьими ушками, да и лицо было размалевано соответствующим образом — Женщина, я не… — Рокэ попятился, решительно не представляя, что на это и сказать, — Я не танцую! — Ма-ау… Му-урр… — принялась «уговаривать» закатная тварь, пошарила вдруг рукой где-то сзади себя, ухватила собственный «хвост» и принялась тыкать им в Алву, пытаясь щекотать — Брысь! — невольно вырвалось у гневно сверкнувшего синими глазами Рокэ, и занимавшая высокий пост немолодая чиновница ретировалась с разочарованным шипением, отправилась искать себе другого партнера на этот весьма многообещающий вечер — Так, ну все, пора заправиться, — едва слышно пробормотал Алва и огляделся в поисках барной стойки, ведь шампанское было явно не тем, что ему сейчас требовалось. Тут, определенно, нужна кассера. — А Вы у нас, стало быть, Леворукий! — раздалось справа — И как только Вы об этом прознали? — иронично отозвался Рокэ, повернувшись на елейный голос Перед Вороном в картинной позе замер немолодой тучный господин в кожаных сандалиях и струящейся шелковой тоге, перехваченной на правом плече массивным зажимом из модного сплава «розовое золото» с россыпью сияющих нежно-лиловых камней. По всему выходило, что под простыней у господина ровным счетом ничего не было. — Так ведь тематика сегодняшнего вечера — Золотая Анаксия, а на вас нет ни тоги эория, ни костюма животного или фрукта, ни даже канделябра! Только Леворукий является в том образе, в коем сам того пожелает! — С Золотой Анаксией мне все предельно ясно, а причем здесь канделябр? — вскинул точеную бровь Рокэ, с неприязнью разглядывая безумную прическу господина в простыне: всклокоченные, поставленные дыбом волосы с проседью, а на них — чучела двух хрупких птичек с глазами-бусинами в обрамлении темных, почти черных роз, высушенных в речном песке так, что лепестки не примялись — Но как же, помилуйте! — всплеснул пухлыми руками незваный собеседник, — Разве можно в день Всех Сущностей обойтись без канделябра?! — Сдается мне, у Вас кукушка съехала, — светским тоном отозвался Рокэ — Это ласточки, — доверительно сообщил толстяк, отер краем невесомой шелковой тоги вспотевшее обрюзгшее лицо и осторожно ощупал отвратительное сооружение на своей голове, — Среди тех, кто пришел со своим чучелом, будет проводиться конкурс, в качестве приза обещают развлечение в приватном кабинете с неким юношей невероятной красоты. Мы с моими пташками решительно настроены на победу!