Не зарекайся

      В Японии Чонгук был несколько лет назад и тоже по служебной необходимости. Тогда он освещал поджог в Киото. Сейчас же цель командировки была не такой значительной, как в прошлый раз, скорее, просто ознакомительной. Только вот альфа никак не мог понять, почему «гидом» для младшего коллеги выбрали именно его. Зато Минхо рядом с ним чувствовал себя прекрасно. Пытался всячески угодить, следуя за Чоном по пятам, шутил, иногда невпопад, и открыто флиртовал, больше не стесняясь проявлять свой интерес. Но мысли альфы занимали лишь муж и дочка. Он не видел их со вчерашнего дня, поэтому ужасно скучал.       Вернувшись вечером в отель, Чонгук сразу же позвонил Тэхёну, чтобы узнать, как у них дела, но омега не брал трубку. Помня о рассеянности мужа и постоянных заботах с ребёнком, Чон успокоил себя и решил пойти в ресторан при отеле, чтобы перекусить, случайно встретив по дороге Минхо.       — Сонбэ, вы на ужин? — осведомился тот, осматривая альфу с головы до ног внимательным взглядом.       Ли переоделся, сменив деловой стиль одежды на повседневный, но выглядел при этом очень стильно и модно. Чонгуку с первой их встречи показалось, что Минхо находился в поисках альфы, в его глазах слишком часто мелькала заинтересованность сильным полом.       — Да, захотелось чего-нибудь традиционного, — отмахнулся Чон равнодушно.       — Правда? Я обожаю их рагу и тонкацу, а ещё черепаховый суп. А вы знали, что сердце черепахи и её яйца повышают потенцию? Они очень полезны. Советую вам их попробовать, сонбэ, — Минхо игриво улыбнулся, легонько ткнув отполированным ноготком альфе в грудь. Честно говоря, его бесконечная болтовня уже поднадоела Чонгуку, но приходилось терпеть.       — Как-нибудь обязательно. Сейчас я просто хочу поесть нормальной еды, — отстранённо заметил Чон, обходя омегу и направляясь ко входу в ресторан.       — Можно мне поужинать с вами? Я бы не отказался от саке и сашими с лососем.       Чонгук молчаливо кивнул, ища глазами свободный столик. Официант принёс меню и карту напитков, а омега всё это время бессовестно пялился на Чона, словно они были парой. Тэхён никогда не вёл себя так вызывающе, даже будучи замужем, разве что под действием алкоголя. Для него просто не существовало других альф вокруг, и соблазнял он исключительно мужа.       — Вы так сосредоточены на работе, сонбэ. Мы ведь сейчас отдыхаем, почему бы вам не расслабиться? — проговорил Ли, так и не сводя с него глаз. Кроме восхищения, Чон отчётливо видел там и искорки желания, что было немыслимо для простого общения коллег. Омега не просто нарушал рабочую этику, он переходил границы дозволенного и совершенно этого не стеснялся.       — Расслабиться я могу только в кругу семьи, без мужа и дочери мне одиноко и скучно, — Чонгук специально избрал такую тактику, чтобы умерить пыл настырного омеги. Раньше он никогда не говорил о своих родных людях, но теперь хотел заявить о них на весь мир.       Лицо Минхо на секунду помрачнело, только вот огонёк надежды в глазах не погас. А когда пухлых губ коснулась ироничная улыбка, Чон понял, что этот парень не привык так просто сдаваться.       — Я никогда не замечал обручального кольца на вашей руке. Вы поженились совсем недавно?       — Нет, мы женаты уже около десяти лет. Супруг — мой однокурсник.       — Что же изменилось в ваших отношениях, если вы начали носить кольцо только сейчас? — Ли опрокинул в себя стопку принесённого официантом саке и облизал кончиком языка губы, даже не вспомнив о сашими.       — Ничего. Мы поженились ещё студентами, — мечтательно ответил Чон, с радостью вспоминая те времена. — Денег не хватало даже на нормальные кольца. Мы купили эти недавно, — не моргнув глазом, соврал он и широко улыбнулся.       — Странно, я слышал, что ваш отец был очень богат и оставил вам приличное состояние. Неужели нельзя было купить хотя бы кольца? — омега выпил ещё одну стопку, продолжив свои наблюдения.       — А при чём тут мой отец, вообще? В семье главное — любовь и доверие, а побрякушки не особо-то и важны. Может, вам стоит закусить, Минхо? Наш разговор, по-моему, направился не в то русло, — Чон принялся есть заказанный удон с курицей и овощами, желая побыстрее закончить этот бесполезный разговор.       Ли рассмеялся, подцепляя пальцами сашими с тунцом, отправляя его в рот и вновь запивая саке.       — Но почему же? Мне хочется провести своё журналистское расследование. Разве это запрещено? — Минхо немного тянул слова, постепенно пьянея.       — Нет, но мне это не нравится, — отрезал Чон, вытирая губы салфеткой. — Мы приехали сюда работать, а не обсуждать мою личную жизнь.       — Но мне просто интересно. Ваш послужной список впечатляет, вы обладатель известной премии, но при этом вы увольняетесь с главного телеканала страны и устраиваетесь в посредственную телекомпанию обычным репортёром. Или вас попросили уйти? Это из-за конфликта с президентом Кимом?       — Минхо, вам не кажется, что вы суёте нос не в свои дела? — у Чона наконец лопнуло терпение.       — Я слышал, что он очень влиятельный человек. Всегда поступает так, как ему нравится. Многие его боятся, — пробормотал омега, подкладывая ладонь под щёку. — Кажется, я и правда напился. Сонбэ, я прошу прощения.       — Ладно, но впредь следите за собой, больше никаких личных разговоров! — отрезал альфа.       — А вы поможете мне дойти до номера? — спросил Ли, поднимаясь со стула и пошатываясь. — Я хочу лечь…       Чонгук не мог отказать в просьбе коллеге, тем более, что сам тоже иногда бывал в таком состоянии. Доведя омегу до номера и уложив его в кровать, альфа порадовался, что этот день наконец закончился и уже через две суток он встретится со своей семьёй. Выйдя в коридор, Чон набрал номер мужа, но тот всё ещё был недоступен.

***

      — У вас семнадцатая неделя беременности, — сообщил врач, водя аппаратом УЗИ по животу Тэхёна. — Неужели ничего не замечали?       Конечно, Ким ощущал происходящие изменения, но он и подумать не мог, что это ребёнок. Теперь понятно, откуда взялись вялость, перепады настроения и скачки в весе. Всё это он уже не раз проходил, вот только ни один из его малышей не доживал до такого срока.       — Доктор, у меня уже было пять выкидышей…       — Я изучил вашу медкарту. Все беременности заканчивались на ранних сроках из-за патологии.       — Да, врачи говорили, что я никогда не смогу выносить ребёнка. А недавно я узнал, что у моего мужа фрагментация ДНК сперматозоидов.       — Но при всём этом вы успешно забеременели и, уверен, родите здорового малыша. Патологий я не заметил, хотя мы проведём более детальное обследование, малыш развивается согласно срокам, крепенький, хороший.       У Тэхёна от переполнявших его эмоций по щекам побежали слёзы. Он ведь смирился с тем, что больше никогда не станет настоящим папой, никогда не почувствует шевеления малыша внутри себя, не испытает счастья при его появлении на свет.       — Это мальчик? — уточнил Ким, утирая слёзы протянутой ему салфеткой.       — Да. И уверен, что это альфа, — с улыбкой ответил доктор. — Я сделаю вам снимки.       — Доктор, а вдруг я… Вдруг я опять не смогу?       Время беременности было для Кима самым счастливым, но оно всегда омрачалось одним и тем же страшным финалом. В итоге он просто устал бороться, больше не решившись подвергать себя риску и переживаниям, которые разрывали его сердце.       — Большинство выкидышей происходит в первом триместре, вы уже преодолели эту планку. Сейчас вам нужно заботиться о себе. Сами понимаете, никаких стрессов, побольше гуляйте, кушайте, но в меру. В общем, живите полноценной жизнью.       — Недавно у нас с мужем появилась приёмная девочка, дочь моей покойной сестры. Так что все мои дни проходят в приятной суете и заботах.       — Вот как… Удивительна иногда природа. Мы получаем шанс, когда совсем потеряли надежду. Я знаю немало случаев, когда пары брали приёмных детей, а потом у них рождались свои малыши, — заметил доктор, протягивая Тэхёну несколько салфеток. — Вытирайте гель и можете вставать. Ваш муж в коридоре? Он не хочет взглянуть на сына?       — О, нет, мой муж, к сожалению, в командировке. Я пришёл с другом. Он тоже ждёт ребёнка. Вы, наверное, его знаете… Это господин Мин!       Тэхён протёр живот и присел на кушетку. Он предполагал, что новость о ребёнке взбудоражит Чонгука, поэтому решил, что сообщит эту новость, когда муж вернётся домой.       — А, Чимини-щи? — доктор расплылся в улыбке. — Я принимал двоих его мальчишек и теперь жду рождения третьего.       — А моего малыша вы тоже примите? — в глазах Тэхёна вновь появились слёзы. Он никак не мог осознать, что тоже скоро станет папой.       — Конечно! Жду вас через две недели. Вот вам мой номер, — мужчина протянул визитку, — звоните в любое время.       Не успел Тэхён выйти из кабинета врача, как к нему подлетел взбудораженный Чимин. В руках он держал пакет с фастфудом, поэтому по всему коридору разносился манящий аромат картошки фри и гамбургеров.       — Ну что? Я угадал? — омега во все глаза смотрел на Кима, ожидая ответа.       — Ты ошибся всего лишь на одну неделю. У меня уже семнадцатая идёт, — Тэхён смутился, до сих пор не понимая, как мог пропустить такое. Появление Хэвон внесло свои коррективы в их жизнь. Но именно дочка помогла ему забыться и не погружаться в эту проблему с головой.       — Да! — громко выкрикнул Чимин, тут же прижимая к себе омегу. — Я вас поздравляю!       — Спасибо. Если бы не ты, я бы до сих пор ничего не знал… Мне ужасно стыдно.       — Ну вот ещё. А что сказал доктор Юн? Угрозы нет? — Чимин не только искренне радовался за Кима, но и сильно переживал, зная, сколько кругов ада тот прошёл.       — Всё в порядке. Мне даже самому не верится. Я стану папой… — Тэхён погладил свой живот, в котором уже рос малыш и поблагодарил небеса за то, что они вновь подарили ему это неземное счастье.       Когда днём позвонил Чонгук и отчитал за выключенный телефон, омега еле сдержался, чтобы не рассказать мужу радостную новость. О таком следовало говорить, глядя глаза в глаза. Для них обоих это ожидание станет одним из самых счастливых событий в жизни, Тэхён был уверен.       А вот от мамы ничего скрывать не стал. Женщина с тяжёлым сердцем принимала все его страдания из-за нескольких попыток стать родителем, и теперь это казалось настоящим чудом. Тэхён пока с трудом представлял, как будет справляться сразу с двумя младенцами, да ещё и разного пола. Но он очень надеялся на помощь мужа, который справлялся с Хэвон не хуже него.       И только одно обстоятельство продолжало, как червячок, точить душу омеги, наличие в его жизни президента Кима. Похоже, и здесь Тэхёну было не обойтись без поддержки мужа. Поэтому он собирался рассказать ещё и об этом, когда тот вернётся домой.

***

      Последний командировочный день немного вымотал Чона, несмотря на плотный вкусный обед и пару часов дневного отдыха. Сбор информации требовал выдержки и терпения. А вот Минхо его удивил, омега буквально на глазах делал впечатляющие успехи. Ли оказался не только хорошим интервьюером, но и отличным психологом. Он умело налаживал контакт с нужным ему человеком и подстраивался к тому эмоционально. Чонгук несколько лет набирался подобного опыта у своих знаменитых коллег. Если бы Чон не знал, что этот парень вчерашний студент, подумал бы, что он уже давно сложившийся профессиональный журналист. Да и логика, и ловкость омеги казались развитыми не по годам.       Вечером они, как обычно, заглянули в ресторан. Чон на правах старшего коллеги решил оплатить ужин. Выпивать он не планировал, утром нужно было съездить по делам, а потом отправляться в аэропорт. Но у Минхо были другие планы. Омега заказал бутылку дорогого элитного шампанского якобы в честь окончания их командировки, пару бутылок сливового вина и традиционного сакэ. В еде тоже экономить не стал, выбрал стейк из вагю и черепаховый суп. Чонгук сразу пожалел, что пошёл «просто перекусить» с Ли, которому вдруг опять захотелось местных деликатесов. Альфа чувствовал с его стороны какой-то подвох, но в чём он крылся разгадать не мог. Минхо, уже наладив с ним за эти дни личный контакт, не стеснялся вести себя самоуверенно и местами даже нагло.       — Сонбэ, давайте выпьем за нашу успешную поездку! — провозгласил омега, когда Чон разлил по бокалам шампанское. — Вы потрясающий! Этот опыт несравним ни с чем, сонбэ, — Минхо смотрел на него, скорее, как на небожителя, чем на простого коллегу. Было в этом взгляде что-то таинственное и притягательное.       — Выпьем! — Чонгук быстро прикоснулся своим бокалом к бокалу омегу и пригубил напиток. Вкус алкоголя и правда оказался первоклассным. Минхо осушил свой бокал, не сводя глаз с альфы.       — Я вам так благодарен. Боялся, что со мной отправят кого-нибудь другого, — омега рассмеялся. — Нет, я в принципе был не против, но вы… Моё сознание будоражило лишь одно присутствие вас рядом.       Чонгук чуть салатом не подавился, когда это услышал. Не хватало ему ещё одной проблемы на новом рабочем месте.       — Знаете, все мои фантазии в последнее время связаны с вами, — Ли хихикнул в кулак. — Судя по вашему взгляду, я веду себя слишком дерзко, да? Вы ведь женатый человек, а я говорю такие вещи… Но мне не стыдно, сонбэ. Я могу открыто признаться вам в своих чувствах.       — Минхо, давайте не будем об этом. Я понимаю, вы молоды, гормоны играют, тем более, когда рядом альфа…       — Не просто альфа! — возразил ему Ли, положив свою ладонь ему на руку. — А мой любимый сонбэ Чон Чонгук, в которого я уже давно серьёзно влюблён.       Чон выхватил из его пальцев свою руку, не желая иметь никакого физического контакта с этим человеком. Альфа своими глазами видел, как Минхо умеет манипулировать людьми, а после алкоголя становится и вовсе неуправляемым.       — Мне нужно позвонить! — заявил Чонгук первое, что пришло на ум, быстро поднялся из-за стола и пошёл в сторону туалета.       Часы показывали начало одиннадцатого. В это время Тэхён уже наверняка уложил дочку в кроватку, а сам смотрел в гостиной какую-нибудь слезливую мелодраму, типа «Дневника памяти» или «Помни меня». Правда муж всегда засыпал на середине фильма, и Чону приходилось относить любимого в их постель. Альфа несколько секунд раздумывал, глядя на свой телефон, но потом убрал его в карман и двинулся обратно к столику.       — Как там ваш муж поживает? — язвительно заметил на этот раз совершенно серьёзный Минхо. Омега ел черепаховый суп, медленно зачерпывая его ложкой. Посередине тарелки плавала сваренная черепашка, от вида которой Чону стало не по себе. В детстве у него было несколько таких питомцев, он держал их в специальном террариуме и кормил зеленью и фруктами. — Он ведь ваш ровесник, а значит, не так уж и молод. Наверное, приходится делать разные косметические процедуры, чтобы поддерживать себя. После тридцати кожа начинает стареть.       Ли рассказывал об этом со знанием дела, но так, будто ему самому было противно об этом думать. И либо это было из-за негативного отношения к старшему поколению, либо из-за неудачного собственного опыта. Чонгук усмехнулся, вспомнив лицо и тело Тэхёна, которые считал безупречными. В своей жизни Чон не встречал никого красивее мужа, и возраст тут был абсолютно ни при чём.       — Вы сегодня молчаливы. Неужели за эти дни я вас так сильно утомил, сонбэ? — Минхо сделал глоток вина и внимательно посмотрел на альфу.       — Дело не в этом, — Чон машинально глянул на часы. — Я устал, хочу пойти в номер.       — Вы даже ничего не поели. Вам так противно моё общество? — тяжёлый вздох не сулил ничего хорошего. — Давайте тогда хотя бы выпьем напоследок. За вас, сонбэ! — омега поднял свой бокал с вином, а Чон свой, с шампанским. Выпив его, Чонгук подозвал официанта и расплатился, а Минхо остался ужинать в одиночестве.       В номере альфе ужасно захотелось спать. Он принял душ и, переодевшись в пижаму, улёгся в кровать, тут же проваливаясь в крепкий сон.       Утром проспал до девяти, хотя точно помнил, что по приезде в Японию, устанавливал будильник на полвосьмого. Пришлось спешно собираться, чтобы не опоздать на встречу и в аэропорт. Но в какой-то момент его осенило. Вчера, прежде чем лечь спать, он точно надевал пижаму, а сейчас на нём отсутствовала рубашка. Та была аккуратна сложена на прикроватной тумбочке. Но ещё подозрительнее оказалось то, что в воздухе отчётливо чувствовался запах фрезии, природный аромат Минхо, хотя омега ещё ни разу не заходил в его номер. Раздумывать над этим Чонгуку было некогда. Он переоделся, привёл себя в порядок, побросал все вещи в сумку и позвонил администратору. После выписки направился в холл отеля, где его уже в прекрасном настроении поджидал Минхо.       — Проспали? Горничная не смогла вас разбудить, — омега улыбнулся, скривив губы.       — Почему вы меня не разбудили? Почему не зашли? — чего кривить душой, Чону хотелось поймать Минхо на лжи, но омега отпираться не стал, а спокойно во всём признался.       — Не хотел вас беспокоить. Заглянул, но вы так крепко спали. Я даже позавидовал.       — Да уж, отоспался я за целую неделю, — Чон распрямил плечи и покрутил головой, разминая шею. — Зато теперь готов к работе и полёту. Свеж и бодр!       — Это хорошо. Завтра вам понадобятся силы для работы.       — Ладно. Нам нужно успеть заехать к господину Мацумото. У него есть информация для нас, — Чон посмотрел на часы.       — Мы успеем, я уже вызвал такси, — с улыбкой ответил омега, и они двинулись к выходу.

***

      Тэхён с самого утра занимался уборкой, приводя дом в порядок к приезду мужа. Хэвон капризничала из-за проблем с пищеварением, поэтому омеге даже пришлось позвонить врачу. После приёма нужного лекарства и массажа девочка наконец начала радостно агукать. Малышка всё больше становилась похожей на свою маму, что вызывало одновременно и радость, и грусть у Кима. Хоть теперь Ёнджин и не было рядом с ними, но зато она успела оставить своё продолжение в лице такого чудесного ребёнка.       — Ты моя принцесса! — чмокнув дочку в румяную щёчку и прижав к своей груди, Тэхён ощутил небывалый прилив тепла и нежности. Так было всякий раз, когда он брал Хэвон на руки. — А знаешь, скоро у тебя появится братик, — мечтательно улыбаясь, проговорил омега. — Он будет тебя защищать и оберегать. Мне кажется, он будет похож на Чонгука, такой же смелый и красивый. Вы моё сокровище.       Малышка несколько секунд внимательно рассматривала папу, а потом вдруг ткнула пальчиком ему в верхнюю губу.       — Агу! — выдала она, словно соглашаясь с его словами.       — Агу-агу! — повторил за ней Тэхён, целуя сначала маленький пальчик, а потом и всю ладошку дочки. — А кто это у нас такой сладкий? Чьи это ручки такие пухленькие и вкусненькие? — омега принялся везде целовать девочку, вызывая её безудержный смех.       Ким проводил с ребёнком почти каждую минуту своей жизни, но ему всё равно было мало. Он и представить не мог, что будет, когда на свет появится Тэгук. Омега придумал имя сыну по пути из больницы домой. Впрочем, особо размышлять и не пришлось, он просто соединил первый слог своего имени со вторым слогом имени мужа. И был полностью уверен, что Чонгук одобрит его выбор.       За эти несколько дней разлуки Тэхён ужасно по нему соскучился. То ли гормоны давали о себе знать, то ли его многолетняя привязанность. Хотя нельзя было забывать и о том, что беременные омеги нуждались в заботе больше остальных.       В дверь позвонили, и Киму пришлось спешно положить малышку в кроватку. На мониторе видеодомофона мелькнул чей-то силуэт и тут же скрылся. Тэхён пару секунд раздумывал, но потом всё же открыл дверь, обнаружив на пороге белый конверт. Выйдя в коридор и осмотревшись, омега не заметил никого постороннего, возможно, конверт им принёс курьер. Служба доставки часто оставляла им заказы прямо под дверью. Но в этот раз Тэхён не делал никаких покупок через интернет. Вчера они с Хэвон уже сходили в супермаркет и закупили всё необходимое.       Омега поднял конверт с пола и осмотрел его. Ему сразу показалось странным, что на конверте отсутствовали имя и адрес отправителя, зато был напечатан их адрес и имя получателя — «Ким Тэхён». Выходит, что письмо передали именно для него.       Ким вошёл в квартиру, закрыл дверь и прислонился к ней спиной, словно ища опору. Конверт был немного пухловатым, стало быть, в нём лежало не просто обычное письмо, а что-то ещё. Пальцы не слушались, но Тэхён всё же справился с плотной бумагой и вскрыл конверт. Заглянув внутрь, обнаружил несколько десятков фотографий, на которых был запечатлён муж в компании смазливого незнакомца, судя по одежде и фигуре, омеги. Вот они вдвоём сидят в ресторане, глядя друг на друга, а рука омеги покоится на руке Чонгука. Вот идут по улице, о чём-то переговариваясь и смеясь. Вот они же в ювелирном салоне, где омега примеряет кольцо. И наконец, они вместе лежат в постели абсолютно голые. Чон, видимо, спит, а омега, задрав ногу на бедро альфы, соблазнительно улыбается в камеру и подмигивает.       У Тэхёна перехватило дыхание от увиденного. Он вжался в дверь, пытаясь устоять на ногах и сохранить самообладание. Конверт не удержался в руках, и снимки полетели вниз, веером рассыпаясь по полу. Ким сквозь пелену подступивших слёз рассматривал довольные лица мужа и незнакомца, взирающих на него с фотографий, и не верил своим глазам. Он будто очутился в каком-то кошмарном сне. Держась за стену и переступая через злосчастные снимки, Тэхён кое-как добрался до кухни и залпом выпил бутылку воды. Омега нутром понимал, что нервничать ему сейчас категорически нельзя, любой стресс мог вызвать выкидыш. Но справиться с вырывающимися наружу эмоциями было уже сложно. Ким закусил нижнюю губу, издавая хриплый стон и опускаясь на стул, ноги его не слушались. Низ живота начало тянуть, и омега принялся поглаживать его.       — Всё хорошо, маленький, с папой всё хорошо, — шептал Ким, успокаивая, скорее, себя, чем малыша в утробе.       Бешеный пульс молотом стучал по вискам, сигнализируя о поднимающемся давлении. Все предыдущие случаи у Тэхёна начинались именно с этого, а после открывалось кровотечение. Омега начал делать дыхательную гимнастику, которой его обучал врач, чтобы привести пульс в норму. Медленно каждые две-три секунды вдыхал носом воздух, задерживал дыхание, а потом расслаблялся и выдыхал. Как ни странно, но это помогло, Ким даже смог встать и дойти до комнаты, где лежал телефон. Покопавшись в справочнике, нашёл номер Юнги и позвонил.       — Алло, Тэхёни? Рад тебя слышать, — ответил Мин, видимо, не ожидавший услышать его голос. — Как дела?       — Юнги-щи, ты не мог бы приехать к нам прямо сейчас? Только, пожалуйста, ничего не говори Чимину, лишние переживания ему ни к чему.       — Что-то произошло? — альфа явно встревожился и заторопился. — Я буду у вас минут через пятнадцать.       — Я пока не знаю, но мне очень нужна твоя помощь.       — Хочешь, я не буду отключаться и поговорю с тобой до приезда?       — Всё в п-порядке, не нужно. Веди аккуратнее. Мы тебя ждём.       Тэхён и сам не понимал, почему позвонил именно Мин Юнги. Может быть, потому что тот был давним другом мужа и знал обо всех его косяках, а может, из-за выдержки и спокойствия альфы в любых ситуациях. Юнги всегда мыслил здраво и объективно, профессия обязывала. Ким даже думать не хотел об измене Чонгука. Хотя и подозревал, что фотографии были не смонтированы, уж слишком настоящим на них выглядел альфа. Да и тело его Тэхён знал, как никто другой. А вот подстроить подобное было выгодно только одному человеку, который, похоже, собирался разрушить их жизнь до основания.       — Привет, Тэхёни! — озадаченный Юнги появился на пороге квартиры Кима прямо с фотоаппаратом на шее. — Извини, я с работы. Сегодня без машины, меня подбросил коллега. Ты что-то неважно выглядишь, — осмотрев его залёгшие тени под глазами и бледное лицо, заметил альфа.       — И это ещё слабо сказано, Юнги-щи. Спасибо тебе, что приехал. Проходи в гостиную.       Тэхён, скрепя сердце, заранее подобрал с пола все фотографии, сложив их в тот же конверт и положив на тумбочку в прихожей. Но сейчас вновь взял его в руки, желая продемонстрировать содержимое Юнги.       — Чимина сказал, что у тебя… у вас с Чонгуком будет малыш. Я искренне хочу поздравить вас обоих. Вы так этого ждали, — Мин с радостью и одновременно с сочувствием смотрел на омегу, выжидая.       — Да, ждали… Гуки ещё ничего не знает. Но, как оказалось, у него есть дела поважнее… — Тэхён протянул конверт Юнги и присел на диван. В теле всё ещё чувствовалась слабость, а ноги дрожали.       — Что ты имеешь в виду? — альфа в недоумении посмотрел на Кима, сжимая конверт в руках. — Что это?       — Посмотри.       Хоть Чонгук и прослыл среди бывших коллег ловеласом, Тэхён верил собственному мужу, а не слухам. Ведь не было ни одного факта измены или даже намёка на соблазнение кого-то из омег. Но в настоящий момент Ким в этом уже сомневался. Судя по присланным фото, Чон был не прочь завести интрижку на стороне. Тэхён глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться.       — Что за хрень?.. — Юнги был не просто удивлён, а ещё и злился. — Откуда это?       — «Добрые» люди принесли нам сегодня. Что думаешь? — Тэхён наблюдал за рассерженным альфой, пересматривающим снимки один за одним. — И это не фотомонтаж.       — Я уже понял. По мне, это постановочные кадры, — Мин, как журналист, сразу улавливал детали, на которые омега попросту мог не обратить внимания. — К тому же их кто-то снимал, а значит, был явно третий наблюдающий.       — Думаешь, кто-то специально подлавливал их в нужный момент?       — Этот омега хороший актёр. И он точно знает, что его снимают, — Юнги пренебрежительно отбросил фотографии на столик и тоже уселся на диван. — Тот, кто прислал тебе эти снимки, намеревался внести смуту в ваши отношения. После такого разразился бы ужасный скандал, и любой омега выгнал бы своего альфу, даже не пустив его на порог и не выслушав. Согласен, всё слишком правдиво, — Мин накрыл руку Тэхёна своей ладонью и сжал. — Но ты ведь веришь Чону? Он не такой человек.       — Когда мы работали вместе на канале, я каждый день слышал о нём разговоры. Любой омега был готов броситься в его объятия без лишних слов. Сам понимаешь, устоять от таких соблазнов сложно.       — Чон любит только тебя и работу, служебные романы его не интересуют. Здесь лучше подумать о том, кто мог совершить подобное. Кто-то хочет серьёзно насолить вашей семье.       — Президент Ким не даёт мне покоя. Уверен, это его план, — Тэхён поднялся с дивана и принялся расхаживать по комнате, треща от напряжения пальцами. — Врач запретил мне нервничать, любое переживание может вызвать выкидыш, и Ким об этом знал. Впрочем, как и о моей беременности.       — Ты ждёшь ребёнка от другого альфы, он по-любому должен уйти с дороги. И истинность тут не играет никакой роли. Да и взаимных чувств у вас нет.       — О каких чувствах с его стороны можно говорить, когда он готов пойти на такую страшную подлость? Это преступление, Юнги! — Тэхён схватился за дверцу шкафа, с силой её сжимая. — Мне сейчас плохо, понимаешь, я заставил себя собраться, потому что уже несколько раз проходил через подобное. Но внутри всё горит. Я должен защитить своих детей от этого урода. Я не оставлю это просто так.       — Слушай, Тэхёни, а что, если нам вынести эту историю в массы? Проведём независимое расследование, соберём факты и прижмём его посильнее.       — Думаешь, это сработает? У него же повсюду связи.       — Кажется, я знаю, что нужно делать. Но для этого ты должен лечь в больницу и лучше, чтобы тебя доставили туда на скорой. Чонгук только будет волноваться…       — Пусть волнуется. Он журналист, но даже не заметил слежки. К тому же я до сих пор не уверен, что между ними ничего не было. Омега мог его напоить и соблазнить, а там уже дело техники.       — Не думай об этом. Давай сосредоточимся на другом. Всё должно пойти так, как планировал Ким. Нам нужно добиться от него признания в совершённом. Сможешь?       — Постараюсь.       — Я договорюсь с руководством и персоналом больницы, установлю камеры. Ну и заодно нарою информацию на этого наглого омегу. Привлечём к ответственности и его. Статью за вторжение в частную жизнь ещё никто не отменял, — в словах Юнги сквозила уверенность, к работе подключился профессионал.       — Чонгук вернётся через пару часов. Нам нужно провернуть это до его приезда. А с кем же я оставлю Хэвон?       — Позвони своей матушке. Пусть поживёт здесь несколько дней, всё должно выглядеть правдоподобно.       — Хорошо, я понял. Спасибо тебе, Юнги! — Тэхён обнял альфу, позволив себе наконец расслабиться.       — Пожалуйста, верь Чону.       — Я никому не позволю разрушить наше счастье, Юнги-я! — решительность в его словах заставила улыбнуться Мина, и они пожали друг другу руки в знак скрепления сделки.