Raised on Little Light

Нил проснулся от отдаленного щебетания птиц и легкого гудения электричества. Ему потребовалось время, чтобы собраться с мыслями, убрать дымку с глаз и осмотреть комнату. Он был дезориентирован, в голове царил беспорядок. Его тело ощущалось теплым, мягким и удобным в свернувшемся клубке. Потребовалось еще мгновение, чтобы осознать ощущение ладони на своей ноге, а затем на него нахлынули воспоминания. Ему пришлось открыть глаза, чтобы убедиться, что он не спит, — Эндрю действительно остался с ним на ночь. Эндрю крепко спал, откинув голову на подушку, тело его было мягким и податливым. Его рука все еще сжимала лодыжку Нила, хватка была слабой и успокаивающей. Нил задавался вопросом, как долго они оставались вот так, неподвижные в этой тишине новых границ. Он не был уверен, было ли это учащенное дыхание или мягкое напоминание о наступлении дня, проникающее через окна, но Эндрю проснулся неожиданно. Его рука сжалась вокруг ноги Нила, едва не переломив кость. Тот задыхался от боли и пытался высвободить ногу, но Эндрю держал ещё крепче. Он отпустил руку только для того, чтобы впечатать Нила в подушки. Нил не знал, откуда взялся нож, но чувствовал его, когда он прижимался к его боку сквозь слои одежды. Он не дышал, глядя в невидящие глаза Эндрю. — Эндрю, — прохрипел он, — Эндрю, это Нил, сын Ваймака. На лице Эндрю не отразилось узнавание. Нил почувствовал, как страх охватывает его, резко сбивая дыхание и позволяя знакомому жалу лезвия почти рассечь кожу. — Эндрю, — прошептал Нил, его голос дрожал и не поддавался контролю. — Помнишь, я случайно сбежал в соседний город? И ты приехал за мной в три часа ночи, без лишних вопросов. Когда ты подъехал через час, я был весь промокший от дождя, но я купил тебе закуски на заправке, и ты простил меня за то, что я намочил твою обшивку. Ты съел все до того, как мы вернулись в Пальметто. Ты не спросил меня, почему я побежал или почему я не позвонил тренеру. Ты просто ел эти мерзкие снеки и смеялся надо мной. Нил говорил быстро, слова сливались, не оставляя места для вдоха. Эндрю моргнул глазами, и туман рассеялся. — Нил? — спросил он сиплым голосом. — Да. Ты со мной? — спросил Нил, с замиранием сердца в груди. Эндрю в мгновение ока оказался на ногах, грудь тяжело вздымалась от неустойчивого дыхания, глаза бешено бегали. Он бросил один взгляд на Нила, сидящего на диване смирно и не внушающего опасений, и сорвался с места. Нил и глазом не успел моргнуть, как услышал знакомый звук рычащего двигателя. __ Нил постучал кончиками пальцев по клавиатуре — достаточно сильно, чтобы услышать щелчок клавиш, но достаточно легко, чтобы не нажать на них. Вот уже час он смотрел на пустую страницу, и мысли постоянно возвращались к Эндрю Миньярду. Он все время вспоминал пустой взгляд Эндрю, когда тот смотрел на Нила снизу вверх, а его нож прощупывал нежную плоть над левым легким. Нилу было привычно просыпаться в незнакомом месте, воспоминания о прошлом были настолько далеки, что он не мог уловить даже проблеска их на горизонте. Ему был привычен страх, когда кошмарные сны перетекают в реальность, — вот почему так легко было позволить беспокойству поглотить его. С того утра он не слышал от Эндрю ни слова, и тишина съедала его изнутри, продолжая с каждым часом становиться все шире. В отсутствии вестей от Эндрю не было ничего необычного, лишь редко случалось, что он оставлял сообщения Нила без ответа так долго. Тяжело вздохнув, он захлопнул ноутбук и встал из-за стола. Не задумываясь о последствиях, Нил схватил ключи и направился к двери. __ Honda Civic Нила переживает не лучшие времена. Ржавчина с обеих сторон, разбитое окно и гудящий двигатель — Нилу хватило бы одного неверного движения, чтобы заглохнуть на шоссе. Машина дергалась с каждой милей, но Нил почти не чувствовал этого, привыкнув к тошнотворному раскачиванию. Отец уже несколько месяцев уговаривал его найти новую машину, но Нил еще не был готов отказаться от этой. Он полюбил жирные пятна на руле, едва уловимый запах дыма, что усиливался с каждой прошедшей милей, и постоянный звон, когда включалось радио. Это была кошмарная поездка, но Нил не хотел ничего другого. Он заехал на стоянку, машина кряхтела и гудела, когда он занял ближайшее парковочное место. Он выехал, не имея продуманного плана, и адреналин бурлил в его жилах, когда он думал о встрече с Эндрю. Он захлопнул дверцу, выходя из машины, телефон тяжелым грузом лежал в кармане. До общежития спортсменов было рукой подать, но у Нила еще было достаточно времени, чтобы обдумать свое решение приехать сюда. Нил знал из услышанных рассказов, что лифт здесь никогда не работал, но все равно был разочарован, когда увидел большую надпись «НЕ РАБОТАЕТ»; он не хотел передумать, пока поднимался по лестнице. Ему не потребовалось много времени, чтобы подняться на третий этаж, а сердце слегка екнуло в груди. Ужас сковал его желудок, когда он повернул за угол и столкнулся лицом к лицу с Элисон Рейнольдс. — Смотрите, что притащила кошка, — сказала Элисон, медленно улыбаясь. Позади нее комната женского общежития распахнулась. Дэн и Рене удивленно остановились на пороге. — Нил Ваймак, чем обязаны? Нил сдержался, чтобы не закатить глаза, борясь со словами, которые так и норовили вырваться наружу. Он смог скрыть, что думал. — Ничем. Я здесь не для того, чтобы увидеть вас всех. — Нам тоже как всегда, приятно, Ваймак, — с тяжелым вздохом произнесла Дэн. — Ты знакома с моим отцом, не понимаю, чему ты удивляешься, — ответил он без раздумий. Он попытался обойти блондинку, но она встала у него на пути, скрестив руки на груди и склонив голову набок. — Тогда почему ты здесь? — Папа попросил меня поговорить с Кевином, — солгал Нил, и слова слетели с его губ прежде, чем он успел их остановить. Идеально нарисованные брови Элисон приподнялись. Нил видел, как в ее глазах зарождались вопросы, и она готовилась выстрелить в цель. Но не успела она вымолвить и слова, как Мэтт, спотыкаясь, вышел из общежития и спас его от налета вопросов. Увидев Нила, он сделал несколько резких вздохов, а его рот раскрылся, как у рыбы, попавшей в воду. Когда шок прошел, на лице Мэтта появилась улыбка, и он закричал. — Нил! Давно не виделись. Ты пришел на вечер кино? Элисон посмотрела на Мэтта через плечо, сурово поджав губы, что говорило о ее раздражении. Мэтт сделал вид, что не заметил ее неприязненного взгляда, и продолжал улыбаться, глядя в сторону Нила. — Нет? — неразборчиво произнес Нил. — Ты обязательно должен к нам присоединиться, — добавила Дэн, выходя в переполненный коридор. — Тебе стоит присоединиться, — сказала Рене, наклонившись вперед, чтобы оттянуть свитер Элисон. — Сейчас мы будем смотреть «Пункт назначения», Мэтт никогда его не видел. Он терпеть не может страшилки — это должно быть весело. — Рене,— проговорил Мэтт, когда Элисон разразилась смехом. — Кто бы мог подумать, что ты такая садистка. Улыбка Рене была милой, но от нее у Нила встали волоски на затылке, а беспокойство охватило шею. Ему казалось, что она смотрит прямо на него и видит всю его чушь. Парню это не нравилось. — Я... — Нил начал было говорить, но его быстро прервали, когда Элисон взяла его за руку и потянула за собой в сторону комнаты Мэтта. — Будет весело, Нил, — приторно-сладко сказала она, — у нас будет шанс наверстать упущенное! Нил встретил взгляд Мэтта и молился, чтобы тот понял отчаянный призыв о помощи. Элисон втащила его в комнату, и Нил быстро понял, в какой жопе он оказался. Остальные Лисы сидели неорганизованными кучками на диване и на полу. Кевин сразу же поймал его взгляд, и его плечи поползли вверх к ушам. Он быстро отвел взгляд. Нил не мог уйти сейчас, его ложь была бы слишком очевидна — он знал это, и Элисон определенно знала это. Нил вздохнул и позволил затянуть себя в ночь кино. __ Оказалось, что вечер кино — это не столько просмотр фильма, сколько его критика. Нил не был уверен, прошло ли хотя бы 5 минут без комментария одного из Лисов, который перебивал героев на экране. Через 15 минут Нил бросил попытки следить за сюжетом. К тому времени, когда фильм закончился, было уже поздно, и Нил собирался воспользоваться моментом, чтобы уйти, как вдруг Лисы, почти одновременно, обратили на него внимание. Нил подождал немного, прежде чем нарушить воцарившуюся тишину. — Что? — спросил он резче, чем намеревался. — Можешь решить наш спор, Нил, — начала Элисон, разглядывая свои идеально накрашенные ногти. — Ваймак и Эбби трахаются, так ведь? Последовавшее за этим молчание было звенящим, лицо Нила потеплело, когда разговор перешел на неловкую тему. Нил не был настолько потрясен, чтобы не заметить широко раскрытых глаз Кевина, как и глаз, которые быстро вернули взгляд на него в поисках ответов. Мэтт и Сет откинули головы назад и рассмеялись, пиво выплеснулось из их стаканов. Ники сел на пол, его любопытство проявилось в широко расставленных глазах. — Я никогда — ни разу — не думал, что такое возможно, — ответил Нил, в его голове всплыли старые воспоминания, заставившие его усомниться в отношениях отца с медсестрой команды. Дэн так быстро повернула голову в его сторону, что ее шея хрустнула от этого движения. — Что? Как? — возмущенно спросила она. — Потому что мне все равно, — легко ответил Нил. Нила не то чтобы не волновала жизнь отца на свиданиях, скорее, ему было наплевать на отношения. — Ребята, — сказала Рене, глядя в свою чашку с горячим какао. Элисон быстро взглянула на нее и закатила глаза. — Мы просто пытаемся узнать его получше, — промурлыкала она, наклоняясь вперед на своем сиденье, и верхняя часть ее хрупкой рубашки сползла с плеча и легла на локоть. Нил поднялся на ноги. — Как бы хорошо здесь ни было, я ухожу, — он небрежно достал из кармана телефон и стал пробираться к двери. — А Элисон? — он остановился, повернувшись к ней. Она подняла левую бровь, как бы показывая, что ждет. — Ты не сможешь обмануть того, кто сам лжет. Не пытайся выудить у меня информацию, ты не получишь правды, я тебя предупреждаю. Она выглядела ошеломленной, потерявшей дар речи. — Поживем увидим, Ваймак, — сказала она, откидывая свои длинные волосы на одно плечо. Она посмотрела ему прямо в глаза, заявляя. — В пятницу мы идем в Эдем с монстрами. Ты идёшь с нами. У Нила не хватило духу отказаться. Он не стал хлопать дверью, уходя. __ Дверь со скрипом открылась, шум эхом прокатился по лестнице и унесся в пустое небо над головой. Он перешагнул через порог и вышел на крышу. Дверь была настолько старой и обветшалой, что не закрывалась до конца, но он все равно засунул камень между дверью и рамой, чтобы предотвратить катастрофу. Эндрю наблюдал за ним, лениво раскинувшись, и дым туманной пеленой застилал его лицо. Нил не мог встретиться с ним взглядом, но всегда знал, когда Эндрю смотрит на него, — его тело всегда пылало, тепло скапливалось в животе, пока он не был полностью поглощен вниманием. Когда дым наконец рассеялся и Эндрю стал виден, Нил тихо и мрачно улыбнулся ему. — Привет, — неловко сказал он, стоя на месте. — Привет, — ответил Эндрю, сухим голосом, как пустыня. Они смотрели друг на друга так долго, что Нил почувствовал, как холод щиплет кончики его пальцев. Он отвернулся, чтобы натянуть рукава толстовки на руки, и вздрогнул от резкого порыва ветра. — Ты, наверное, замерз здесь, — пробормотал он сквозь дрожащие зубы. Эндрю лишь мгновение наблюдал за его мучениями, а затем протянул сигареты в знак предложения. Нил воспринял это как разрешение. Он тремя быстрыми шагами подошел к Эндрю и рухнул рядом с ним на твердую поверхность. Эндрю повернул голову, чтобы взглянуть на Нила, прикуривая сигарету. — Ты не представляешь, через что я прошел, чтобы увидеть тебя, — сказал Нил с первой затяжкой. Эндрю лишь хмыкнул и быстрыми ловкими пальцами выдернул сигарету из сжатых губ Нила. — Лисы затащили меня на ночь кино, и у меня не было возможности сбежать, — тяжело и протяжно вздохнул он. Эндрю рассмеялся, передавая сигарету обратно. — Ники? Нил покачал головой. — Элисон. Они погрузились в дружелюбное молчание, позволяя ночному воздуху и ветру пронизывать их насквозь. Они молча затянулись сигаретой, глядя в бесконечную темноту. — Я не получал от тебя никаких сообщений после сегодняшнего утра, — тихо произнес Нил. — Я беспокоился. Эндрю не ответил в течение трех медленных ударов сердца Нила. — Я причинил тебе вред, — ответил он. Нил нахмурился, наклонившись вперед, чтобы впиться взглядом в неподвижный взгляд Эндрю. — Ты не причинил мне боли, — легко ответил Нил. — Не ври мне, — огрызнулся Эндрю, глядя на Нила с огнем в глазах. — Не ври мне, Нил. — Я не вру. Может, ты и напугал меня, но ты не причинил мне вреда. — Я держал нож возле твоего сердца, — промолвил он, выбрасывая сигарету и доставая из пачки новую. — Ты не знал, где находишься, Дрю, — тихо сказал Нил. Когда Эндрю ничего не ответил, он продолжил. — Я знаю, каково это — проснуться, не знать, где ты находишься, и тело переходит в состояние боя или бегства. Тебе не нужно объяснять мне, Эндрю. Я все понимаю. Эндрю повернулся к нему, взгляд был расчетливым и холодным. Когда он, казалось, нашел ответы на свои вопросы, он молча вернулся к курению, фактически прекратив разговор. После этого они погрузились в легкую тишину, чувствуя себя комфортно в обществе друг друга. Вскоре Нил начал дрожать от холода, вздрагивая от ветра, пронизывающего его толстую толстовку. Он чувствовал на себе взгляд Эндрю, как ласку. — Иди сюда, — сказал Эндрю, затягиваясь дымом. Он поднял руку достаточно широко, чтобы в нее поместился Нил. — Ты уверен? — нерешительно спросил Нил. — Да. А теперь иди сюда, кролик, — хмыкнул Эндрю. Нилу не нужно было объяснять в третий раз. Он придвинулся ближе к Эндрю и позволил его теплой руке обхватить себя. Он притянул Нила к себе, прижав к своей шее, где от него пахло одеколоном и ванилью. Он обнял Нила за талию, просунул руку под ткань и стал дразнить мягкую, чувствительную плоть под ней. Нил дышал им, сердце гулко стучало в груди. Он никогда не задумывался о свиданиях, никогда не был заинтересован в том, чтобы быть с другим человеком, как сейчас. До Эндрю. Недавно он обнаружил, что ему не хватает ощущения губ Эндрю на его рту, грубых мозолей на его руках напротив чувствительной кожи на затылке и пояснице. Иногда он просыпался от того, что было жарко, кожа неприятно липла к простыням, мысли о руках, обхватывающих его, о том, как он входит в него, о вкусе Эндрю на его языке. Он не знал, что делать со всеми этими новыми чувствами. — Скажи мне правду, — прошептал Эндрю, другой рукой отбросив сигарету и проводя нежными кончиками пальцев по обнаженному горлу Нила. Нил сглотнул, сдерживая возбуждение, медленно нараставшее в его желудке, пока оно не рассеялось в воздухе между ними, как дым. — Моя мать умерла, когда мне было двенадцать. Мой отец не был хорошим человеком; она умерла, пытаясь защитить меня. Иногда я просыпаюсь с мыслью, что все еще нахожусь в том доме, с ним. Из его груди словно вынули глыбу, и воздух ворвался в нее так, как никогда раньше. Он чувствовал, как колючки тревоги жалят его кожу, но не обращал на них внимания, чувствуя тяжелое облегчение. Эндрю прижался щекой к его макушке, и его слова мягко легли на его кудри. — Мой последний приемный брат — причина, по которой я просыпаюсь в таком состоянии. Нил на мгновение замолчал, а затем его охватил гнев. Ему захотелось разорвать этого человека на части и похоронить заживо, а в глазах плескалась кислота. — Ты убил его? — это все, что Нил смог сказать. Эндрю сухо рассмеялся. — Нет. Кто-то взорвал его в Афганистане. Нил поднял голову, чтобы встретиться взглядом с Эндрю. — Жаль. —Почему? — Потому что я бы хотел с ним познакомиться, — ответил Нил с лукавой улыбкой. Глаза Эндрю мерцали, наблюдая за тем, как гнев Нила принимает форму, и он замолчал, собираясь с мыслями. — Да или нет, Нил? Улыбка Нила смягчилась. — Да, Эндрю. Эндрю запустил руку в его волосы, большой палец ласкал ухо. Он нежно прижался губами к губам Нила, вырвав из его горла тихий стон. Когда он отстранился, Эндрю выглядел более спокойным. — Хорошо? — спросил Нил. — Хорошо, — ответил Эндрю.