Raised on Little Light

Вода обжигала его чувствительную кожу, щипля старые шрамы, которые больше не болят. Он уперся руками в плитку и опустил голову, позволяя пару обволакивать его. Сердце в груди сжалось, оно тянуло его вниз. Он смог затащить свое тело в душ, только зная, что Эндрю стоит на страже снаружи. Он понимал, что никто и ничто не доберется до него, если Эндрю будет стоять у него за спиной. Страх кипел в жилах, заставляя руки дрожать на скользком кафеле. В желудке поселился страх, перед глазами замелькали все возможные варианты. Он знал, что должен будет рассказать отцу, должен будет предупредить его о неизбежном, но не был уверен, что сможет, не был уверен, что сможет волновать отца еще больше, чем он уже делал. Резким движением руки он перекрыл воду. Он долго стоял в громкой тишине, пока не вытерся насухо, тело было еще влажным, и он натянул штаны и рубашку. Когда он вышел из кабинки, Эндрю уже стоял там, ожидая его, как и обещал. Он наблюдал за Нилом расчетливым, ничего не выражающим взглядом. Ему казалось, что Эндрю видит его насквозь, что его глаза пронзают плоть, кости, мышцы и сухожилия. Он знал Нила лучше, чем кто-либо другой. Это пугало парня. — Ты в полном дерьме, Ваймак, — сказал Эндрю, обшаривая глазами тело Нила. — Что еще нового? — Нил вздохнул. Эндрю медленно подошел к Нилу, оттесняя его к ближайшему шкафчику. Нил позволил Эндрю провести пальцами по мокрым кудрям и притянуть к себе в нежном, едва уловимом поцелуе. От мягких прикосновений тело Нила расслабилось, плечи опустились, рот стал вялым и податливым под натиском Эндрю. Это не было концом, это было заверение, вопрос: «ты в порядке?» И даже больше — это было обещание. Когда Эндрю отстранился, он позволил Нилу прижаться лбами друг к другу и вдохнуть. — Что мне делать дальше? — прошептал Нил, закрыв глаза от этой мысли. Эндрю ответил без колебаний. — Мы сделаем то, что должны, когда придет время. Рико не победит. — Дрю, — пробормотал Нил, страх медленно подбирался к его горлу и душил. — Что, если он... — слова вырвались из него и так же быстро прекратились. Он не мог озвучить вопрос, не мог воплотить идею в жизнь, произнеся ее. Он не мог сказать об этом Эндрю, зная, что это раскроет слишком многое. — А что, если он... что? — спросил Эндрю, потрепав Нила по волосам, чтобы заставить их взгляды встретиться. Нил сглотнул. — Что, если он будет угрожать мне? Или моей семье? — Мы разберемся с этим. Мы не позволим ему прийти за тобой, кролик, — ответил Эндрю, обхватив его за шею. Нил только и успел, что кивнуть, когда Эндрю сцепил их пальцы и потащил его из раздевалки. __ Эндрю все продолжал вести машину, пока Нил не ослабил хватку на его пальцах, а его голова не откинулась к окну. Он не спал, но его тело ощущалось тяжелым и парящим одновременно. Тревога в жилах не знала, куда себя деть, и оседала в груди, острая и ноющая. Как только Нил освободился от неумолимой хватки, Эндрю опустил руку и прижал ее к упругим мышцам бедра Нила — напоминание и обещание в одном лице. Нил чувствовал, что усталость наваливается на него, как физический груз, а веки опускаются с каждой милей. Эндрю молчал, казалось, часами, позволяя мягкому гулу двигателя убаюкивать их, укрывать. Нил не сводил с Эндрю глаз, сосредоточенных на нем, яростных и неоспоримых. Он знал, что Эндрю замечает его внимание; он чувствовал резкий толчок в груди, пронесшийся по желудку, что Эндрю не сказал ему остановиться. Он достаточно хорошо понимал, что они возвращаются домой, но Нил не был готов — его тело не было готово к тому, что Эндрю уйдет. Он чувствовал себя в безопасности в этом времени и пространстве, где находились только они вдвое, в этом пузыре вселенной, который не мог быть пробит остальным дерьмовым шоу, которое было их общей жизнью. — Почему ты так его боишься? — голос Эндрю был четким, вытаскивал его из мыслей, да и реальность тонула в голосе, слово зыбучий песок. — Хм? — это было все, что Нил смог вымолвить в ответ. Его голова была тяжелой, когда он запрокинул ее в сторону Эндрю. Он не смотрел на Нила, но постукивание большого пальца по внешней стороне бедра привлекло к нему внимание. — Рико, — ответил Эндрю. — О, — неразборчиво произнес Нил. — Почему бы мне не бояться его? Эндрю притормозил на следующем светофоре и повернулся к Нилу только после того, как они остановились. Он встретился с Нилом взглядом, пропитанным раздражением. — Не увиливай, Ваймак. Может, это дерьмо и действует на других людей, но на меня оно точно не подействует. Нил вздохнул и поднял взгляд наверх. — Есть вещи, которые он может узнать обо мне, о тренере, которые потенциально могут подвергнуть нас большой опасности, — ответил Нил так неопределенно, как только мог. Взгляд Эндрю был непроницаем, он сканировал глаза Нила на предмет вранья и правды, которых он точно не найдет. — Кевин сообщил нам, что Рико шантажировал и будет шантажировать своих игроков, если возникнет такая необходимость, — сказал Эндрю, переключая поворотник и уходя в сторону. — Эндрю, — сказал Нил, напрягая голос от эмоций, которые он пытался сдержать. Эндрю лишь на мгновение перевел на него взгляд, после чего Нил продолжил. — Ты можешь остаться со мной на ночь? Вопрос удивил даже его самого, слова не хотели слетать с его губ. Шок Эндрю был заметен по тому, как его руки сжались на руле, а голова метнулась в сторону Нила. — Что? — спросил Эндрю, ничего не понимая. — Останься, — только и смог вымолвить Нил. Он не отводил взгляда от Эндрю, обдумывая свой ответ и наблюдая за тем, как в его голове вращаются шестеренки. Эндрю вздохнул и пробормотал. — Хорошо. Нил нахмурился. — Мне нужно «да», Дрю. Эндрю быстро взглянул на него, но Нил все же уловил призрак улыбки. — Да, наркоман. __ Тренер уже давно спал, когда Нил вставил ключ в замок. Эндрю притаился у него за спиной, как тень, достаточно близко, чтобы Нил чувствовал его присутствие. Его тело дрожало от нервной энергии, которую он не мог объяснить. Его руки задрожали, когда он услышал щелчок замка и толкнул дверь, открыв ее на скрипучих петлях. Рука Эндрю легко опустилась на его правое бедро, пальцы впились в него с силой; Нил вздрогнул от этого прикосновения. На первом этаже никого не было, свет погас, и наступила легкая звенящая тишина. Вдалеке слышалось щелканье кухонных часов, отсчитывающих время, и тихое похрапывание отца. При этом звуке тело Нила расслабилось: плечи опустились, грудь начала дышать. Нил тихонько снял ботинки, неуверенно сдвинув их с места кончиками пальцев. Эндрю последовал его примеру, ни слова не говоря, расстегивая и расшнуровывая свои тяжелые ботинки медленно, чтобы не издать ни звука. Закончив, он нагнулся и указательным пальцем правой руки просунул их через крючок сзади. Они молча поднимались по лестнице, не замечая друг друга. При каждом нерешительном скрипе ступеней они замирали, тела напрягались, пока не раздавался храп. Когда они добрались до вершины лестницы, Нил потянулся назад и схватил Эндрю за руку, потащив его за собой в комнату. Когда дверь захлопнулась, замок быстро щелкнул, закрывая их, и в комнате воцарилась кромешная тьма. Нил заставил свои глаза привыкнуть к ней и щурился, пока не смог разглядеть силуэт кровати и Эндрю. Ни один из них не потрудился включить свет. Нил, скорее, услышал, чем увидел, как Эндрю сбросил ботинки на пол, а затем их снова охватила тишина. Ни один из них не двигался в течение бесконечных секунд. На мгновение Нил почувствовал, что его одолевают сомнения: он сомневался в своем решении попросить Эндрю остаться, размышлял о том, не было ли это самонадеянностью и намеком. Он не хотел, чтобы Эндрю подумал, что он хочет его для этого. При этой мысли в его голове мгновенно возникли образы Эндрю, небрежно стягивающего через голову рубашку, короткие мягкие светлые волосы, которые Нил непременно обнаружит на его груди, широкие, напряженные плечи. Он попытался отогнать эту картину, но не смог остановить жар, поднимающийся в жилах при мысли о губах Эндрю на его горле. Чем дольше он думал об этом, тем больше ему нравилась мысль, что Эндрю может хотеть его именно по этой причине. Эндрю уже наблюдал за ним, когда он набрался смелости отбросить свои сомнения. Он повернулся к Эндрю, чувствуя, как мысли подталкивают его протянуть руку, прикоснуться. — Я... — Нил начал было говорить, но слова застряли у него в горле и так же быстро рассеялись, как дым. — Ты пришел сюда, потому что подумал, что я ну... В тишине раздался ехидный смешок Эндрю. — У тебя был срыв. Нил нахмурился. — А если бы это было не так? — Но это так. Конец дискуссии. Нил сделал нерешительный шаг к нему, волнение и предвкушение переполняли его грудь, готовые вырваться наружу из-за этого намека. Нил улыбнулся сквозь темноту, когда Эндрю потянулся к волосам на его затылке, сжимая в кулак темные пряди. — А если бы я не был? Что бы ты сделал? Эндрю не сводил глаз с рта Нила, сосредоточившись на случайных движениях его языка, дразнящего нижнюю губу. — То, что я хотел сделать с тобой той ночью в машине, — ответил Эндрю, прижимаясь ближе. Улыбка Нила едва не протянулась от уха до уха, и даже сквозь темноту он увидел, как Эндрю закатил глаза. — А что, если бы я хотел этого? — спросил Нил, наклонив голову на несколько сантиметров вниз, чтобы прижать их лбы друг к другу, соприкасаясь носами. Эндрю не сводил с него глаз. — Это не отменяет того факта, что ты — сейчас полный беспорядок. Нил хотел рассмеяться, но вместо этого провел руками по толстовке Эндрю, сжимая ткань. — У меня всегда неприятности, но это не значит, что ты не должен меня целовать. Эндрю облизал губы и провел языком по губам Нила. Они оба замерли от этого ощущения, тело Эндрю стало твердым, как лед, но Нил знал, что успешно разрушает внешний слой и скоро железная воля Эндрю растает под их отчаянной потребностью прикоснуться друг к другу. — Я пришел сюда не для того, чтобы целовать тебя. — Я привел тебя сюда не для того, чтобы ты меня целовал. Но это не значит, что ты не должен этого делать, — рассуждал Нил, крепче сжимая свой свитер. Наконец Эндрю закрыл глаза, и как раз в тот момент, когда Нил убеждал себя, что собирается отстраниться, он резко подался вперед и захватил рот Нила своим. Рука Эндрю быстро перешла с волос Нила и стала жадно прижиматься к его спине, прямо над ямочками, о которых Эндрю наверняка знал. Нил обхватил шею Эндрю руками, сглатывая его стон, когда тот дерзко прикусил нижнюю губу. Когда он открыл глаза, Эндрю уже наблюдал за ним, широко раскрыв зрачки, пожирая его взглядом. Эндрю провел Нила обратно к кровати, просунув другую руку под рубашку, чтобы провести по спине. Ощущение рук на коже заставило тело Нила бороться с самим собой. Он боролся с мурашками, пробежавшими по рукам, и со страхом, который неуклонно поднимался к горлу. Он резко отстранился от поцелуя, чувствуя потерю, как потерю конечности. — Эндрю, — прохрипел он, потянувшись дрожащей рукой к запястью Эндрю. — Я... не могу, — непонимающе произнес Нил. Эндрю тут же отдернул руку, почти полностью убрав ее, прежде чем начать отстраняться. — Подожди, — воскликнул Нил, схватив Эндрю за предплечья, прежде чем тот смог полностью отстраниться. Он сделал глубокий вдох, чтобы успокоить свое бьющееся сердце, прежде чем продолжить. — Мне просто нужно объясниться до того, как ты прикоснешься ко мне. Хмурый взгляд Эндрю был предсказуем, но в нем не было и грамма гнева. — У меня есть шрамы, — объяснил Нил, мягко потянув Эндрю за руку, чтобы вернуть его в объятия; Эндрю не сразу позволил ему это сделать. — Они некрасивые. И как бы я ни стыдился их, я знаю, что для большинства людей они могут быть шокирующими. — Я не большинство людей, — хрипловатый голос Эндрю успокоил страх в его груди. — Я знаю. Мне просто нужно было, чтобы ты знал, пока не почувствовал их, — он вздохнул, а затем быстро добавил, словно боялся, что у него получится. — Ты можешь потрогать, но я думаю, что пока лучше оставить рубашку на себе. — Нам не обязательно раздеваться, Нил, — заметил Эндрю, позволяя себе окончательно прижаться к Нилу. Его рука вернулась на прежнее место под свитером Нила, и вторая последовала за ней. Нил почувствовал, как его пробирает дрожь, когда ладони Эндрю прижались к его позвоночнику, а мозоли прошлись по шрамам на коже. — Поцелуешь меня? — спросил Нил, проводя пальцами по взъерошенным волосам Эндрю. Эндрю так и сделал. На этот раз, когда их губы встретились, это было нежно, как медленный стук дождя по асфальту, как шелест листьев на ветру, как перелистывание хрустящих страниц новой книги. Тело Нила было теплым на фоне Эндрю, податливым и мягким от заботливых рук. Он позволял Эндрю прижимать, трогать и овладевать им, как ему заблагорассудится. В конце концов Эндрю толкнул его на кровать, придерживая за затылок Нила, чтобы убедиться, что тот точно приземлится на ближайшую подушку. Тело Эндрю идеально поместилось между раздвинутыми бедрами, причем лишь слегка выше Нила. Призрак прикосновения был почти невыносим. Рот Эндрю медленно и чувственно приближался ко рту Нила, дразня зубами и языком, пока тот не стал извиваться под ним, умоляя об этом. Эндрю провел кончиками пальцев по левой руке Нила, следуя по нервам до шеи и обратно вниз, пока его пальцы не сомкнулись на запястье. Он поднял руку Нила над головой и больно вдавил ее в матрас, а его рот переместился на его челюсть. Он покусывал и дразнил горло Нила, выбивая из него гортанные стоны, которые Эндрю приходилось быстро заглушать собственным ртом. Тело Нила было как провод под напряжением, от одного прикосновения к которому можно было взорваться. Ему нужен был Эндрю, как воздух в легких, — он был готов на все, чтобы другой парень просто прикоснулся к нему. — Эндрю, — задыхаясь, прошептал он, когда левая рука Эндрю пробралась под его рубашку, проводя по твёрдым мышцам и грубой коже. Как раз в тот момент, когда тело Нила готово было сдаться, слишком напряженное и желанное, Эндрю отстранился ровно настолько, чтобы их губы едва соприкоснулись. Его слова мягко прикоснулись к губам Нила, таким же чувствительным и припухшим, как и они сами. — Мы закончим это, когда у тебя закончится нервный срыв. С этими прощальными словами он перекатился с Нила на спину. Они оба уставились в потолок, переводя дыхание, и Нилу потребовалась лишняя секунда, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. — Я буду держать тебя в курсе, Миньярд, — сказал Нил сквозь слипшиеся от слюны губы.