Эффект Силы

      Следующим утром от основателя и главы пришел приказ: капитан Васэ была повышена до заместителя директора охранного агентства “упреждающего действия” Затмение, или, если простым языком, – до второго человека во всём Затмении. Этой новости было достаточно, чтобы всколыхнуть Иллиум, и вскоре она оказалась на первых полосах новостных лент.       Винсент довольно улыбнулся. Седерис не продержалась и часа, прежде чем позвонила Серому Посреднику и взмолилась. С этого дня первое и второе лица Затмения принадлежат ему, что де-факто делает группировку с одним из самых высоких потенциалов в галактике карманной армией Серого Посредника. Разумеется, внушение с Седерис он не развеивал, но и не приказывал ей подчиняться ему, он сделал хитрее.       Её похоть будет только расти, и она не сможет кончить без его разрешения, сколь бы сильно ни пыталась удовлетворить себя… и всё. Решение подчиниться было её собственным, взвешенным, если можно так выразиться, решением. В ином случае, если бы он хотел напрямую внушить ей подчинение, с сильной независимостью Седерис ему, возможно, пришлось бы выжечь последние остатки мозгов этой синекожей.       И хоть теперь она ему номинально подчиняется, Седерис всё ещё на “испытательном сроке”. И, чтобы она окончательно не сошла с ума от невыносимой похоти, он в доброте своей великодушно разрешил ей кончать…       «Но гиперактивную похоть я ей, конечно, не заглушил, ха-ха…». Он смотрел видеозапись с домашней вечеринки Васэ в честь повышения, на которой Джона Седерис появилась в настолько коротком платье, что сзади показывалась часть ягодиц без нижнего белья.       Насладившись увиденным, он пролистал в руках датапад, просматривая сотни высококвалифицированных специалистов в тех или иных областях, где наиболее его привлекали следующие: нейроспециалист Рана Таноптис, археолог Гаррет Брайсон, высококвалифицированный техник Кали Сандерс и многие другие. Часть из этих лиц он вытянул из своей памяти, другие же уже были известны за свои знания и способности.       Наиболее вкусным и желанным сотрудником в этом списке, без сомнения, была Кали Сандерс, и если бы не её относительно большая роль в каноничном будущем и то, что Альянс засекретил её данные после случая с исследованием ИИ на Сидоне, то он бы как можно скорее бросил множество ресурсов, чтобы завербовать её. Однако её важность для его целей очень сильно перевешивала “возможный” вклад, если она останется в Альянсе.       Конечно, множество непревзойдённых ученных не вошли в этот список из-за своей роли в момент вторжения. Сейчас они были там, где должны быть.       «Нужно подумать, как выбить у Альянса Кали, мне крайне необходим доверенный ведущий специалист в области технологий и ИИ. Возможно… придётся влезть в человеческую политику. Не то что бы я этого уже не сделал, её досье получить было не так сложно, но, чтобы привлечь её, стоит поговорить лично. Выходит, что… у меня накопилось дел на Земле…». Он сжал губы. Его вполне устраивало общество азари на Иллиуме, но нашествие жнецов…       – Блядство и разврат. Какого дьявола я не могу просто отдохнуть?       СПЕКТР, щеголяющая в бикини после бассейна, с любопытством на него посмотрела:       – Ты наконец-то получил задание, нахлебник?       Винсент с отвращением и высокомерием на лице повернулся к ней.       – Ты же СПЕКТР, но почему я постоянно вижу, что ты бьёшь баклуши дома? Неужели в мире мало работорговцев, террористов и просто психов?       – Пфр, доживи до моих лет. Пускай этим занимаются те, кому это интересно. – Азари как тюлень развалилась на диване перед телевизором, широко раздвинув рогатку и закинув ноги на журнальный столик, начала потягивать коктейль и переключила канал.       – Я вообще-то смотрел…       – Ты что, никогда азарийских задниц не видел? – Хмыкнула СПЕКТР, даже не думая переключать обратно, остановившись на каком-то сериале.       – Джона Седерис не так часто выставляет свою задницу напоказ…       Глаза азари расширились в неверии. Глянув сначала на него, потом на телевизор, почти сразу переключила канал. На экране показалось видео, судя по всему, записанное охранным дроном, и наконец она увидела азари в ультракоротком платье.       – Богиня… я вижу её полушария..! – Она мельком успела увидеть лицо Седерис и перевести взгляд на её округлости, как видео вдруг прервалось, и показался канал культуры. – Эй, ты что сделал?! – Она взглянула на сидящего рядом.       – Как что? Отключил телек от своего инструментрона. – С довольной ухмылкой пояснил человек, когда наконец азари поняла, что это была загруженная запись, а не новостной канал!       – Хм… это не похоже на неё. Она, конечно, безумная сука, но… погодите-ка… – СПЕКТР посмотрела на человека. – Что должно произойти, чтобы в азари произошли такие изменения всего за одну ночь? – Её глаза сузились в догадке.       – Что-то да произошло, наверное. – Он в полной мере наслаждался её терзаниями от неведения. И, чтобы окончательно испортить ей настроение, встал и сказал:       – Собирайся. Раз уж ты свободна, то у меня есть для тебя работёнка. – В этот момент он был готов поклясться, что в её глазах была жажда убийства.

***

      Малогабаритный фрегат-перехватчик в считанные часы достиг Земли и сел на посадку. Перед кораблём СПЕКТРа были открыты все двери.       В частном исследовательском центре Ариякэ Текнолоджис.       Ученый осторожно изъял органический глаз из глазницы и, аккуратно заменив нервы на синтетические, подсоединил протез глаза вместо оригинального, и, вытерев пот со лба, завершил заключительную часть операции, длившейся неделю. Вскоре пациент пришел в себя и открыл правый глаз, левый же пока оставался закрытым, и вопросительно посмотрел на доктора.       – Похоже, всё прошло успешно. Скоро обезболивающие закончат свое действие, и вы можете чувствовать неприятную боль и чесотку внутри черепа от срастающихся нервов. Вам нужно будет это только перетерпеть. Список препаратов для облегчения симптомов операции я дам.       Винсент кивнул.       – Имплант сейчас уже в состоянии работать. Но рекомендую дать вашему организму неделю отдохнуть.       – Проблем в сборке не было?       – Было непросто, но смогли учесть все ваши пожелания и рекомендации, никаких неожиданностей не предвидится. Кстати, как ваши протезы? Уже успели испытать?       – Они хороши. – Сухо ответил он. – Но протезы с реактивными двигателями сильно перегреваются при форсаже в течение тридцати секунд, спустя минуту разъёмы для протезов начали бы оставлять на плоти ожоги.       – Понимаю, я передам ваши слова в отдел доработок, однако постарайтесь не использовать форсаж вовсе, если возможно.       Винсент неопределенно хмыкнул, встал со стула и открыл левый имплантированный глаз, спустя секунду зажёгшийся красным светом. В правой части черепа больно закрутило, но не заставило даже поморщиться. Перед глазами всплыли строки текста и спустя минуту исчезли.       Первой активированной функцией его окуляра было распознавание лиц, и физиономия доктора взялась в серый квадрат, почти сразу ставший зелёным. [Абрахам Суонзи, нейрохирург. 2 докторские степени, 5 магистерских. Ведущий учёный и главный консультант Ариякэ Текнолоджис. Искусственное сердце, в руки имплантированы регуляторы. Жена изменяет с 3 любовниками. Имеет 8 любовниц. Двенадцать незаконнорожденных детей…]       Он перестал читать и просто кивнул, убедившись в работе импланта, и перешёл к нейроимпланту, вживлённому чуть выше затылка, и к которому и был подключён окуляр. Одним мозговым импульсом он подключился к инструментрону и вызвал Глифа, дав ему доступ к выводу информации прямо в окуляр и право сканирования устройства.       Рядом с ним появился синий полупрозрачный шарик, визуализация этого виртуального интеллекта. Разумеется, его никто более не видел, так как это была функция дополненной реальности его окуляра.       – Тест-драйв окуляра завершен, рекомендуемая производительность 24%. Нежелательные скрипты не обнаружены. – Нейтральным голосом постановил ВИ.       – Вы хорошо поработали, доктор. – Поблагодарил Винсент. Доктор Суонзи внимательней на него глянул.       «В нашу прошлую встречу он мне казался более холодным и замкнутым…» – вспомнил он их первый контакт, когда были установлены персонализированные передовые протезы несколько месяцев назад. Но всё же старался не слишком думать о том, о чём думать не следовало.       Закончив с Ариякэ Текнолоджис, продвинув на нужные посты своих людей и лично занявшись одним из совета директоров, Винсент получил перевес большинства, поглощение компании было лишь вопросом времени. И теперь, установив необходимые протезы, он спокойно отправился дальше. Теперь ему не нужно было беспокоиться, что Серый Посредник не должен говорить в присутствии агента Винсента, ведь мог контролировать голограмму Посредника через Глифа.       «Получается, я теперь настоящий инженер. Может, меня даже возьмут в Затмение, хах.»       Конечно, ему придётся быть осторожнее с ИИ и, тем более, со жнецами, но его импланты были версией повышенной безопасности, и в случае чего он сможет отключить как окуляр, так и нейроимплант, без вреда для себя. Его левый глаз при этом, конечно же, перестанет видеть.       И, чтобы прочитать сводку Посредника, теперь не нужно было использовать инструментрон или датапад! «Как удобно.»       К слову, он получил сообщение от Телы.       “Нашла твою человеческую женщину, но встречу придётся предварительно запланировать.”       «Перед СПЕКТРом и правда открыты все дороги… Должно быть, в верхушке Альянса сейчас ссутся кипятком, ведь агент Совета вдруг заинтересовался учёным, участвовавшим в тайных исследованиях искусственного интеллекта, спонсируемых Альянсом.»       Согласовав встречу на послезавтра, Винсент подумал, чем заняться, и удивился тому, что уже почти всё закончил…       «И что мне теперь делать..?». Человек стоял посреди шумного города и вспоминал какие-нибудь дела, связанные с ним на Земле… «Что ж… я так и не побывал там…». Он натянул капюшон пониже и направился вперёд. Через пятнадцать минут его остановил патруль из-за его подозрительного вида. Он даже не утрудил себя предоставить поддельное удостоверение, просто мягко внушив им не обращать на него внимание и вскоре, арендовав кар, вылетел в Сингапур…       …       Винсент вошёл на непрезентабельное кладбище на окраине города. Оно было заполнено близко стоящими друг к другу небольшими мемориалами, внутри которых покоились урны с прахом.       Пройдя не один десяток рядов, он наконец достиг нужной могилы.       “Арабелла Магнус. 2127-2153 г.“       Не было даже эпитафии, как и дополнительного места на мемориале, похороны были покрыты из казны благотворительного фонда, как и многие здесь. Опустившись на колено, он возложил букет белых цветов.       Невольно в его сознании всплыло тело молодой девушки, покрытое опухолями с ног до головы. Первое время она ещё могла говорить, нежным голосом успокаивая его.       “Всё будет хорошо. Мама… скоро поправится… вот увидишь.” – Хотела она погладить его по голове, но, увидев свою опухающую руку, резко её отдёрнула. В тот день он не дал своему животу заурчать ни разу.       Он даже пытался взывать к Силе, чтобы исцелить её, но что может ребёнок, к тому же не владеющий соответствующими техниками?       Его охватило неприятное чувство, чувство беспомощности.       Схватившись за левый глаз, он сжал губы. Еще не зажившие нервы начали болеть…       Она умирала, но никто не пошевелился, чтобы помочь. Умерев, не удостоилась приличной могилы. Посетил ли кто-нибудь её за эти годы? Что бы она сказала, узнай, что её ребёнка “похоронили” вместе с “родителями”, которые его даже ни разу не видели? Что бы сделала, узнай, что ребёнок, рождённый ценой её жизни, был запросто продан на опыты?       Убрав руку от лица, он поднялся:       – Даже если никто не будет знать… я буду помнить. Всегда.       Он уже знал всю биографию своей семьи. Арабелла – единственный ребёнок в семье рабочих, отец умер через семь лет после её рождения на вредном производстве, она выросла и поступила в педагогический, в это время её мать покончила жизнь самоубийством, как предполагается, из-за нервного срыва вследствие переутомления. Вскоре познакомилась с отцом-полицейским, поддержавшим её, но на втором месяце беременности они разошлись.       Далее про неё он знал из первых рук, что же до отца, тот ещё несколько лет проработал в полиции, после чего был уволен за пьянство, несколько раз привлекался за воровство, отсидел несколько лет за грабёж, после чего, покинув Землю, работал на добывающем астероиде. И будто зная, что “мёртвый” сын о нём узнает, в 2162-ом был заколот во время потасовки в баре.       Узнал всё это он ещё в первый месяц бытия Посредником, и даже собрал показания очевидцев, получив доказательства, что тот труп был действительно его отец, а не какое-нибудь подставное лицо, присланное «Цербером».       После этого он очень сильно жалел… что не может лично расплавить ему синапсы…       Простившись с могилой, Винсент развернулся к выходу.       Смотритель кладбища, идущий навстречу, мельком глянул на него и прошёл мимо, но уже через секунду понял, что не помнит лица этого человека, а через две секунды забыл, о чём думал и куда вообще шел…