Теория Презумпции Невиновности

      И охватило пламя сотни стеклянных пробирок в сжигателя для отходов.       Холод сковывал это место, пробираясь под кожу каждому, кто отважился бы войти сюда.        Через пару минут тело начинало бы дрожать, а спустя десять — мышцы сводило бы в мелкой дрожи. Но здесь никого не было, кроме него. Подземное убежище тщательно защищено, скрыто от посторонних глаз, и не важно, как бы сильно пробирал холод — он не замечал.       Он стал ею частью.       Стерильная чистота окружала каждую поверхность, все предметы стояли на своих местах.       Одержимость перфекционизмом, скорее, склонность к порядку в пространстве, где рождались его идеи. Соседняя комната наполнена тяжелым шумом инсинераторов, уничтожавшего ненужные остатки его экспериментов. Этот проект уже потерял всякую ценность, и теперь все, что он оставил, отправлялось в пламя.       Порядок и контроль — два столпа, на которых держался мир.       Знал одно: единственный путь к совершенству — избегать следов и прятать свои опыты под землей, в идеальной, безмятежной тишине.       Трипати был дураком.       Амбициозным и настойчивыи, но все же оставался в его глазах дураком.       Замысел Трипати интересен.       А его привлекает уникальность.       Он легко расстается с клиентами, нет смысла к привязанности платонических отношений на основе общих интересов.       Если они краткосрочные.       Трипати прокололся, рассказал.       За это он поплатится.       Тюремный надзиратель подкупленный.       Моментальная смерть. Хватит и капли. Всему свое время.       Он не хочет, чтобы настолько стало все очевидным.       Ждать он умеет, даже если займут годы.       Ему казалось, что на вершине интеллектуального триумфа, создавая новый запрограммированный вирус. Прошел через бесконечные неудачи, и в генетике, и в экспериментах с организмами, ощущая постоянную нехватку подходящих материалов.       Но теперь, имея под рукой все необходимое, он смог разработать новую форму жизни всего за несколько дней — нечто, что, как ему казалось, перевернет все устоявшиеся представления о возможностях науки.       Он осознавал, что его вклад останется в тени, а творения станут инструментами для других, более заметных фигур.       Как художник, отстраненно взирающий на свои произведения в чужих руках, он наблюдал, как они обретают новую форму, иной смысл.       Денег Сообщество не пожалело на материалы и приборы. Ему немного прискорбно расставаться, но нужно избавиться. Снова быть в поисках нового места и новых соумышленников. Столько идей, а желание реализовать только подпитывает научный интерес ко всему.       Фриланс дал достаточную свободу, но не обеспечил ту поддержку, о которой мечтал для создания чего-то поистине великого, чего-то, что изменило бы саму ткань мира. Эта мысль будоражила его, заставляя руки нервно покалывать, предвкушая очередное творение.       Он провел пальцем по стеклу огромного террариума, который занимал всю стену лаборатории. Не сводил глаз с маленьких существ, наблюдая, как они борются за жизнь в закрытой экосистеме.       В его руках они станут инструментами, а возможно, и носителями новых экспериментов.       Здесь, среди этих созданий, он искал самого стойкого, того, кто станет идеальной, воплощенной идеей.       Они были не просто созданиями, а своеобразными ярлыками, которые могли стать чем-то намного более значимым в руках.       Здесь, среди них, искал того самого, который сумеет выдержать испытания и станет идеальным инструментом или прототипом.       Его взгляд упал на ящерицу, которая жадно поедала богомола, сидя на светлом камне. Хищное, неистовое существо, но слишком открытое.       Слишком заметна, слишком предсказуема.       Что-то более непримечательное, скрытое от поверхностного взгляда, гораздо интереснее.       Он искал не то, что привлекает внимание, а то, что легко может ускользнуть, что кажется безобидным, но способно оказаться смертельно опасным.       В недооцененности скрывалась сила, и именно её намеревался использовать для своего следующего хода.       — Может занятся энтомологией? — скучающе пробормотал он, стуча пальцами по стеклу.       

      ...ars longa