Рабочие отношения

— Мисс Гренджер, как вы думаете, за сколько мы бы нашли хорошего преподавателя трансфигурации, если бы вы не занимали вакансию? Директриса вздохнула, потирая лицо рукой. Утренний кофе уже стоял на столе, наполняя преподавательскую уютным ароматом. Все сонные, еще не успевшие взбодриться лица собрались в кабинете, рассевшись на привычных местах и тихо переговариваясь. Профессор Снейп сидел в любимом кресле в небольшом отдаленном уголке, дававший ему отличный обзор на всех входящих в преподавательскую. Пролистывая газету, он видно окончательно заскучал, раз решил заняться своим любимым делом — ворчать и раздражать ближнего своего. — Не могу сказать, здесь нужно изучать рынок труда за последнее время, — не отрываясь от чтения толстого томика, ответила преподавательница. Из-за толстого корешка и обложки не было видно лица, разве что объемные кучерявые волосы, на которые еще не воздействовали заклятием укладки, торчали вокруг головы привычным каштановым ареолом. — А сколько бы вы дали навскидку? — Меньше месяца, если, конечно, мы будем придерживаться хоть каких-то критериев, — затянул профессор, складывая в руках газету и откидываясь на спинку кресла, будто рассуждая о погоде. — В остальных случаях найти нового преподавателя можно было бы менее чем за неделю. — Неделю? Надо же, — холодный голос прервался перелистыванием страницы. — Директриса, дается мне, у нашего мистера Снейпа отличные данные по подбору персонала. Почему бы не доверить ему эту должность к дополнению ко всему остальному? — Спасибо за предложение, Гермиона, я обязательно это учту, — пожилая женщина встала со своего места, привлекая внимание коллег и начиная наконец утреннее собрание. В какой-то момент совещания, когда между преподавателями вновь разгорелся спор, директриса приказал им ругаться потише или покинуть комнату. Следующие за эти двадцать минут они провели переговариваясь яростным, но достаточно тихим шёпотом. — ...И в связи с самовольным увольнением Мистера Уизли, я бы хотела предупредить вас о приходе нового преподавателя по полетам. Мистер Кнок прибудет в Хогвартс после обеда, попрошу вас принять его радушно, — взгляд Минервы упал на Снейпа, что-то показывающего Мисс Гренджер руками, наглядно объясняя какую-то деталь спора. Коллеги ободряюще кивали, но это нисколько ее не успокаивало. — На этом собрание считаю закрытым, — женщина хлопнула по столу, отвлекая спорящих, и добралась до своего остывшего кофе, пока все мерно поднимались и удалялись из кабинета по своим делам. Повернувшись спиной к уходящим, она вяло уставилась в окно, собираясь с мыслями и распределяя дела на день. Теплое, сонное солнце проглядывало через облака, освещая каменные стены замка, но не проникая через оконные проемы, оставляя возможность растянуть ночную зевоту подольше. — Мистер Снейп, из-за вас я не успела записать и половины! — донеслось за спиной недовольное шипение, сочетавшееся с хлопком закрывшейся книги. Другие голоса почти стихли, оставляя только шорох нескольких, как было понятно, двух людей. — Не думаю, что что-то связанное с преподаванием вам вообще пригодится, — последовал за сим немедленный ответ. Директриса раздумывала, что если на этот раз Гермионе не найдется что ему ответить, то она вмешается и хорошенько его проклянет. — Не вы меня нанимали, сэр, и не вам судить! — голос прозвучал громче предыдущего, вынуждая Минерву обернуться, наблюдая за разворачивающимся скандалом. Держа в руках толстый томик, Гермиона стояла в небольшом отдалении от мужчины, на половине пути к выходу, до спазма поджимая губы. — Я работаю здесь уже два года, и никто, кроме вас, не имеет ко мне претензии. — О, мисс Гренджер, — мерзавец снисходительно улыбался, возвышаясь над ней в неизменной черной мантией. — Вы видимо не учитываете, что большая часть коллектива просто жалеет вас, по ошибке считая Хогварт пристанищем для благотворительности. Они уже подошли к двери, когда последние слова вынудили директрису вмешаться в происходящее. — Северус! Я попросила бы тебя.. — открыв дверь, мужчина придержал ее для разгневанной преподавательницы, пока внимание его было направлено на руководителя учреждения. Девушка вылетела в коридор, не заметив замешки коллеги, продолжая их спор в одиночестве. —.. быть вежливей с нашим новым профессором по полетам. И, ей богу, перестань уже донимать мисс Гренджер. Темные брови поднялись вверх, пока непроницаемый взгляд не выражал ничего конкретного. — Хорошо, директриса, — дверь закрылась, оставляя женщину наедине с пустой чашкой и недоумение. А после и просто пустой чашкой. На следующее утро профессора состояли в своей прежней сонной коалиции. Мистер Снейп лениво вплыл в столовую, оставляя за собой след из мантии, магии и хмурого настроения мужчины средних лет. Поприветсвовав коллег, он заметил незнакомое лицо , которое ему сразу не понравилось. Как минимум, потому что незнакомец уже занял его любимо место рядом с мисс Гренджер и теперь о чем-то с ней говорил. Даже скорее откровенно ругался. — Сэр, у меня есть отличное предложение для вас. Почему бы вам не закрыть свой рот и не пересесть?— брови Снейпа поднялись в столь же растерянном выражении, что и у незнакомца. Впрочем, мисс Гренджер явно не собиралась переводить откровенную грубость в шутку, намеренно отворачиваясь от нового коллеги и увлекаясь в чтение книги. — Давайте успокоимся, — голос директрисы заставил профессоров обратить на себя внмиание, — и мистер Кнок, в нашем учреждении не приветсвуются выражения такого рода. Впредь попрошу вас быть избирательней в своих выражениях. — Как скажете, — недовольно пробухтел мужчина, потирая красное от потуг лицо белым платком. Глаза Снейпа горели любопытсвом. Кажется, он успел пропустить что-то столь вопиющее, что смогло вывести из себя сразу двух старых перечниц Хогвартса. И что самое неожтанное— он не принял в этом никакого участия. Присев на свободное место рядом с Хагридом, зельевар просидел все собрание в любопытстве, периодически буравя взглядом молчаливую грифиндорку, дожидаясь возможности проникнуть ей в сознание и вызнать правду. К сожалению, девушка так и не удостоила его взгляда, смотря исключительно в свою книгу или же на Минерву, предпочитая игнорировать не только зелеьвара, но и своего нового коллегу. — Мисс Гренджер! — стоило собранию закончится, как Гермиона выскочила в коридор, утаскивая с собой свою огромную книгу и информацию, котороая могла бы знатно позабавить Северуса сегодня. Как свежеиспеченный круассан под чашечку горячего кофе. Во взгляде обернувшейся девушки не было ни толики радушия. Даже без легелименции, откровенно читалось «только вас мне не хватало, профессор». — Вы что-то хотели? — вблизи она казалось усталой, с отчетливыми синяками, не красившими ее бледное осунувшееся лицо. Будь в Снейпе больше человеколюбия, он бы посчитал своим долгом спросить коллегу о ее самочувствии. Но к своему огромному счастью, ему уж долгое время было на них глубоко и радостно наплевать. — Хотел узнать ваше мнение, — Снейп сделал специальную паузу, выжидая, когда лицо девушки приобретет недоуменное выражение, после заканчивая предложение с ехидной усмешкой, — насчет нового коллеги. Говорят, вы неплохо сошлись сегодня утром. Ведьма вспыхнула, раздувая ноздри и поджимая губы в тонкую, злую линию, прожигая Снейпа взглядом до угольков человеческих костей. — Хотите погреть свои уши? — Гермиона шагнула вперед, сверепея с такой скоростью, что Северус даже опешил. — Или это вы подначили мистера Клока поднять щепетильную тему? Почему же вы не даете мне жить спокойно, Мерлин вас подери!? — Если вы считаете, что мне есть хоть какое-то дело .. — мужчина мгновенно выпрямился, возвышаясь над ней, раздраженный невнятным обвинением. Собственно, разговор так ни к чему не привел. Недослушав, Гермиона в новой для себя привычке предпочла удалиться, оставляя профессора наедине со своим словарным запасом. На миг Северус поймал себя на мысле последовать за ней и продолжить, но к нему неожиданно подошел их новый коллега, недовольно цокая в след удаляющейся волшебнице. — Молодежь сейчас пошла соверешнно невоспитанная. Стоило дать их родителям поблажку, и они уже теряют всякое уважение к старшим, — мистер Клок протянул ладонь Снейпу для рукопожатия, заглядывая в черные омуты чужих глаз. Помедлив, профессор сощурился, осматривая чужую руку в коротком анализирующем взгляде, после чего все же пожал ее. «Молодежь» Почему-то зельевару стало некомфортно от этого четкого, разраничивающего их слова. В груди все сжалось, как и в любой раз, когда его резко возвращали в реальность. Слушая какие-то бессмылсенные вопросы по поводу Хогвартся, он поймал последнее движение женской мантии, прежде чем та скрылась за многочисленным поворотом. Пожалуй, ему стоит перестать принимать огневиски, если он уже начал подсознательно воспринимать их с Гренджер как равных. *** — Мисс, в вашем возрасте одеваться так уже просто вульгарно, — мужчина пожмякал губами, недовольно морща лицо, отрывая коллегу от завтрака. Гермиона замерла, прекращая свою оживленную беседу с Помоной, недоуменно вскидывая брови навстречу недружелюбному взгляду. За несколько часов, что она знала своего нового коллегу, он уже успел ей знатно надоесть до такой степени, что Гренджер уже подумывала о проклятьи. Или на крайний случай о вредилке. Находясь в вакууме хороших знакомы и друзей, она уже начинала забывать, насколько законсервированными могут быть другие волшебники. Конечно, если не учитывать профессора Снейпа с его непонятной инициативой выесть ей плеш к ее тридцатилетию. — Мистер Кнок, моя одежда является полностью моим делом и вас ни в коей мере не касается, — слушая отчужденный голос девушки, Северус вытер рот салфеткой и облокотился на спинку стула, с благодушием принялся слушать чужую словестную перепалку, потягивая отвар. — Пока мы видим вас, ваша одежда считается достоянием общества. И эти ваши юбки и новомодные блузки не могут не удручать, — мужчина придирчиво оглядел ее скромное декольте, порывая прикрыться мантией. Девушка вовремя опомнилась, убирая руки и складывая те на груди для удобства. Снейп также для приличия проследил за чужими взглядами в сторону ее декальте, хмыкая и возвращаясь снова к отвару. — Тогда предлагаю вам удручаться где-то за пределами моей досягаемости. — Ну это просто безобразие! — голос мужчины повысился, лишая Снейпа всякого хорошего настроения. Ученики с хорошим слухом уже поворачивались к преподавательскому столу, выслушивая новые сплетни, и явно не считали себя за это хоть сколечко виноватыми. — Мистер Кнок, вы ведете себя некомпетентно, — директрисса наконец включилась в разговор, когда атмосфера за столо окончательно накалилась. — В вашем заведении нет определенного дрескода, мисс Гренджер имеет право ходить в чем ей заблагодассудиться. В разумных пределах, ествественно. — Директрисса, ну это же совсем дикость. А если я захочу завтра одеться в костюм Адама, вы тоже посчиатете это нормой? — Нет, мистер Кнок, норма- это то что не входит в поле обязанностей колдмедиков, — рядом с Гермионой раздались смешки, но она была слишком напряжена. Почему ей приходится разговаривать с двумя старыми пердунами за день? Это ее молодежный долг? — Да что же с вашим воспитанием! Я конечно наслышан, что у маглов.. — не успел он договорить, как Гермиона схватилась за свою палочку, готовая незаметно запустить в него что-то. Тема родителей, ее происхождения и маглов стояла для нее так остро, что в пору было ненароком порезаться. Или порезать целенаправленно. «Десять убийственных заклятий. Вы действовали наверняка?» — Хватит, — голос оборвал преподавателя на корню. Низкий, говорящий тоном, от которого даже у Гермионы пробежали мурашки. Рука с палочкой дернулась, так и не выпустив из своей глубины волшебную мощь. Чуть удивленно, Грейнджер повернулась к профессору, но на его лице как всегда все было запечатано за тремя замками. Она коротко пробежалась по чужим чертам, выискивая ответы, и, не найдя, быстро потеряла к нему интерес. Да и кто знает, что таится в этом мистере Слизерин? Может они отвлекали его от обеда? Или профессор стал завидовать, что кому-то еще удается мотать ее нервы, кроме него. Остаток дня прошел относительно спокойно. Как минимум, потому что она целенапарвалено не пересекалась с новым преподавателем, как максимум—потому что впереди ее ждали великолепные выходные в компании близких друзей. Гарри уже несколько дней зазывает ее съездить вместе с ними в посместье ракушка, и она наконец-то смогла немного разгрузиться со своими обязанностями. Минерва даже дала ей дополнительные пару дней к отгулу, особенно после сегодняшнего инцидента. И она даже не знала, что ее радовало особенно— перспектива предстоящего веселье или что старые пердуны оставят ее без своего внимания. К вечеру Гермиона была в настолько приподнятом настроении, что отпустила без наказания пару школьников, обнаруженных после отбоя. Конечно, это нельзя было назвать профессионализмом, но кто в Хогвартсве вообще говорит о профессонализме? — Еще коридор и спать, — она осматривала пролет за пролетом, коротко осматривая местность, несколько раз сталкиваясь с блуждающим всюду Филчем. Признаться, оставшийся со школы рефлекс то и дело вынуждал ее замирать и прятаться, стоило коше завхоза или его самого появиться в поле зрения. И только в последний момент в сознании бывшей гриффиндорки всплывало «А, я же теперь преподаватель». Проходя мимо окна на первом этаже, девушка вскользь заметила некое мельтешение в стороне квидичного поля. И чем больше Гермиона вглядывалась к теням, тем больше удивления созревало в ней. — А это еще что за внеплановое собрание? — она двинулась в сторону фигур, при приближении оказавшихся студентами с метлами. — И что вы здесь делаете? Вы видели время? — под громогласный голос преподавателя школьники остановились, замерая в воздухе. Подростки не страше пятнадцати боязливо переглянулись, неуверенно поглядывая в ее сторону. — Мы просто тренируемся перед соревнованием, — вызвался один, спускаясь таки на землю и крепко сжимая метку. — Профессор Кнок дал нам на это разрешение. Брови Гермионы приподнялись, а губы иронично изогнулись, невольно вторя небезызвестному зельевару. Она сощурилась, осматривая парней, выискивая отличительные признаки факультета, но те заведомо сняли все, оставляя только базовую черную форму. И вроде все сделано хорошо, но разве нужно быть гением, чтобы догадаться, какой факультет даже при наличии разрешения от преподавателя перестраховывается, надевая черную форму и скрывая свои отличительные знаки? — Десять очков с слизерина, — юноши вздрогнули, переглядываясь. А девушка мысленно сделала себе зарок составить портреты всех учеников в школе на всякий случай, а то неловко получилось бы, назови она сейчас не тот факультет. — За нарушение коменданского часа и ложь преподавателю. — Но профессор, у нас есть разрешение, — настоял ученик, эмоционально повышая голос.— Можете спросить у профессора Кнока! Девушка нахмурилась, думая, что встреча с новым преподавателем это последнее, что ей хотелось бы делать перед выходными. — И где он? — вопрос прозвучал слегка иронично. С трудом верилось, что кто-то из преподавательского состава и правда дал разрешение на ночные тренировки, не сообщив об этом держурным коллегам. Хотя, может мистер Кнок не знал об их устоях? — В инвентарной, — мальчишка смотрел на нее прямо, уверенно, даже слишком. — Я обязательно проверю, — ученики не сдвинулись с места, продолжая держать свои метла. — А вы оба идите в спальню. И прежде чем она отвернулась, говоривший ученик двинулся к ней, совершенно спокойный. Чистокровный? Почему представители слизерина вечно становятся занозой для ее спокойной жизни? — Профессор Грейнджер, я бы попросил вас сначала поговорить с мистером Кноком. — Пять очков со слизерина за неповиновение учителю, — сложив руки на груди, Гермиона поджала губы. — Или вы хотите, чтобы я позвала сюда вашего декана? Может, указания от него будут вами услышаны? Глаза ученика вспыхнули. Второй неловко переменулся с места на места и почесал шею, нервно поглядывая на друга. Прошло несколько мгновений молчаливого столкновения, девушка все ждала, когда школьники наконец отступят, не горя особым желанием и правда привлекать в их разборки Снейпа. Но позволять ученикам помыкать собой она не позволит. — Как посчитаете нужным, — рука мальчишки сжала древо метлы. Гермиона прикрыла глаза, давай себе несколько секунд собраться с духом, и лишь после вызвала патронус, отправляя коллеге короткое сообщение. — Стойте здесь и ждите декана. Надеюсь, вам не надо объснять наказание, если вы надумаете сбежать? — Нет. Нахмурившись, она укуталась в мантию и раздраженно двинулась к инветнарной, чувствуя себя нервно и немного уявзленно. Все же когда с тобой сталкивается кто-то младше тебя, находящийся в подчиненном положении, то необходимость сохранять авторитет сильно утяжеляет жизнь. Не то чтобы раньше никто из учеников не ставил ее авторитет под сомнение... но с постоянными упреками Снейпа и нового преподавателя слова начинают иметь накопительный эффект. Мысль, что мальчики могут пыть хоть на толику правы выбивала ее из прежней коллеи. Хотя это же полная ерунда, нет? Разве мог хоть сколько разумный преподаватель позволить ученикам бродить в одиночестве по квидичному полю без присмотра? Она не успела сформулировать мысль, когда ощутила характерный, стойкий аромат огневиски в инвентарной. Происходящее стало настолько кристально ясным, что она опешила, раскрывая растерянно рот. — Мистер Кнок, — от возмущения ее кожа покрылась бурыми пятнами. Зажатая в руках палочка задрожала, поддаваясь ее негодованию. Меж тем причина всех конфликтов преспокойно лежала на тренировочных матах, в своем мятом великолепии. — Это выходит за все рамки нормы! Преподаватель перевалился на спину, отзываясь нечленораздельными звуками, пытаясь руками нашарить то ли палочку, то ли бутылку. Гермиона понаблюдала за этим увлекательным процессом, пыхтя, складывая руки на груди. — Ученики сказали, вы дали им разрешение на ночные тренировки, — она проследила за рукой, брошенной в его сторону. За этим немногословным действием последовала нечленораздельная речь, оставшаяся без комментариев. Хотя если студенты подошли к нему в таком состоянии, то здесь могло быть все что угодно. Правда, она не собиралась утверждать, сколько времени волшебник находился в таком состоянии. — К вашему сведенью, я донесу до директриссы о вашем состоянии, — девушка дернулась, вызывая патронус, когда в нее немыслимым образом полетела бутылка. — Сука магловская! — она моргнула, качнув голову так, словно ослышалась. У нее создалось ощущение, что сейчас все действием происходит в классическом комедийном сериале. — Надо же, вы все же в стостоянии разговаривать, — проговорила иронично Гермиона. Рука с палочкой остановилась в воздухе, потеряв нить заклинания. Межтем коллега стал подниматься на ноги, держась за висящие на степе метла. — Тебе не разрешали открывать рот, — она приподняла брови, наблюдая, как из пьяного куска тела извергается настоящая помойка. — Не твое дело, как я провожу свое время. — Удивительно, — Гермиона цокнула, с любопытсвом смотря за приближением агрессора. Страха не было, была вонь огневиски. Она сделала несколько шагов назад, не поворачиваясь к нему спиной, думая, будет ли с ее стороны гуманно вырубить его и оставить лежать здесь до утра? Или стоит сразу вызвать директриссу и разобраться на месте, не откладывая дела на завтра? Все же утром девушка собиралась уехать, а для Макгонагл могут быть важны ее показания. — Куда бежишь, сука? — он с таким смаком произносил последнее слово, что Гермиона прям чувствовала, как облегчается его словарный запас с каждым слогом. Волшебник был так сосредоточен на оскорблениях, что не заметил, как они оба вышли из инвентарной, отходя от нее на пару шагов. В моменте мужчина замахнулся, с очевидными целями набрасываясь на Гермионе и той стало смешно. Он идет драться с ней? Серьезно? Не учитывая всего ее жизненного опыта, ордена феникса и еще бог знает чего? Даже если брать в расчет, что она просто волшебник с палочкой и в состоянии стоять на своем месте прямо, в то время как мистер Кнок изрядно пошатывался. Увернувшись, она двинула палочку вверх, хмурясь, раздосадованная. Предвкушение хороших выходных оокнчательно было перебито запахом перегара и огневиски. И пока на нее в очередной раз летела пьяная злость, она автоматически выставила палочку, готовая сорвать с древного конца заклинание. Но ее опередили. От короткого удара в челюсть Мистер Клок пролетел в сторону, смачно падая на траву, оставляя в воздухе небольшой клубок пыли. — Вам лучше не вставать, сэр, — профессор Снейп выступил из-за спины застывшей мисс Гренджер, потирая саднящий кулак. Она меж тем недоуменно смотрела на обоих коллег, не в силах соотнести происходящее. Повредить руку для зельевара его уровня.. Какая глупость. — Не стоило вступать в драку, — Гермиона глянула на Снейпа, поджимая губы и отворачиваясь. — У меня все было под контролем. — Я не сомневаюсь в этом, мисс Грейнджер, — умелые руки быстро накладывали связывающие заклинания на тело, еще пытающееся встать. По большому счету он делал именно то, что должан была сделать девушка вместе бессмысленного глядения и замирания. — Я всегда знал, что вы получаете особое удовольствие, слушая оскорбления в свой адресс. — Как тонко подмечено с вашей стороны, — ядовито ответила она, окончательно убирая палочку и складывая руки на груди. Тишина застыла между ними, отдавая ночью и ароматом травы на квидичнмо поле. Ей хотелось уточнить, что сделал профессор со своими учениками, но продолжать выматывающий разговор совершенно не хотелось. Все завтра, а может и после ее выходных. Для нее пока школьнйо жизни достаточно. И почему в последний день перед выходными всегда что-то происходит? — При всех ваших пристрастиях, — продолжил он спустя время, останавливаясь напротив нее со своим нечитаемым выражениме лица. — Не позволяйте никому так с собой обращаться, мисс Гренджер. — Я вполне в состоянии себя защитить, сэр, — она сжала в руках палочку, словно показывая боевую готовность. Но тот продолжал смотреть ей в глаза, будто считывая сознание. — Да, не спорю, — его голос словно стал приятнее, но не потерял прежней твердости, — но с недоумками за вас должен разбираться мужчина. Позвольте себе переложить ответственность на другого. Некоторые недостойны, чтобы вы даже участвовали в конфликте. — А если его нет? Того мужчины, который будет разбираться с недоумками за меня? — молодая преподавательница запрокинула голову, когда он подошел ближе, чтобы держать чужое лицо в поле своего зрения. Видимо, чтобы удобнее было нравоучать юное поколение. — Тогда можете обратиться к своему ворчливому коллеге, — его голос звучал чопорно, поза и осанка состояла из колких прямых линий, железных балок и несгибаемых штыков. Но где-то там за спиной скрывались руки, которые ударили агрессора за нее. — Нет, сэр, я в состоянии справиться сама, — она решительно задрала нос, готовая встать на носки, чтобы только оказаться выше. Стать сильнее, решительней, взрослее в его глаза. Гадкая, снисходительная ухмылка расползлась по скользким тонким губам. — А я вас и не спрашивал, мисс Грейнджер.