Связанные Светом

      На твёрдой земле стали появляться лужи, дождь заливал следы на почве чистой, прохладной водой. Люди в чёрном вереницей шли по кладбищу. Спереди шестеро человек несли лакированный липовый гроб. С каждой секундой капли всё сильнее начинали стучать по зонтам. Холли стояла рядом с плачущей матерью Эванджелайн. Людей пришло не много, но все они были самыми близкими для Эвы.       — Почему она? Почему именно моя дочь? — Би говорила очень тихо, не позволяя себе даже на малость повысить голос. Материнское сердце вырывалось, билось отбойным молотком о грудную клетку. Вилли же стоял неподвижно, с каменным лицом, он приобнимал жену, надеясь её успокоить. Нет, ему было не безразлично, просто сейчас он являлся единственной опорой для Би. Единственным родным человеком.       Она видела Эванджелайн. Видела её в гробу, когда те были ещё в церкви. Оттуда веяло смертью, одиночеством. С бледной кожи пропал солнечный след. Только огненный опал ярко мерцал при свете свечей. Би передала его в морг, чтобы оттуда Эва выехала с ним на шее. Их юная дочь теперь мертва. Вилли и Би уже рассуждали вдвоём после работы в спальне о том, как будут переживать за дочь, отдавая её в колледж, встречать Эву с будущим мужем на день благодарения, радоваться рождению внука. Но всё останется просто мечтой, которая навсегда умрёт в той холодной спальне поздно ночью. Ещё и следователи молчат. Будто человек, который убил Эванджелайн, испарился. Не оставил ни одного отпечатка, ни одного следа. Словно его не существовало. Боль в родительских сердцах подобна проросшему цветку, совсем не свойственной им. И этот цветок, словно роза, своими шипами ранил каждый миллиметр души, заражая их ненавистью и скорбью. Если бы Би и Вилли знали, что именно в этот день Эву убьют, они бы хранили её как маленькое, слабое деревце, чьи корни ещё не успели прорости глубоко в землю, а каждый ураган мог стать для него последним.       Холли смотрела, как гроб с телом подруги опускали в яму, с каждой секундой осознавая, что на этом конец. Теперь она была одна.       «Надеюсь, твоя смерть была не напрасна, и что Дьявол будет милостив с тобой. До встречи, Эванджелайн», — Голден посмотрела на небо, с которого ещё ручьями лилась вода. Маленькая слезинка скатилась по щеке. Душа жива, просто увидит её не скоро.       ***       — Не читай мне нотаций, Жаклин! — прорычал Дьявол, смотря на неё. Он стоял у шкафа, выбирая пиджак. Рукава чёрной рубашки были засучены, на предплечьях видны оставшиеся белёсые шрамы.       — Ты сам меня убил, Князь, терпи, — Жаклин стояла у зеркала и, пока натирала его, рассматривала своё отражение. До сих пор не верилось, что она вновь обрела свой прежний облик. Не могла наглядеться на себя.       — Если ты будешь вечно вставлять свои пять копеек, то снова станешь гоблином, — он стрельнул глазами, призывая девушку продолжать свою работу. Она хмыкнула, начав интенсивнее вытирать зеркало.       — Думаю, это очень не понравится вашей шестнадцатой девушке. Как её зовут? Точно, Эванджелайн. Ну и имечко, — Жаклин коварно улыбнулась, смотря на Гарри, отражающегося в зеркале. Его руки сжались в кулаки, от чего взбухшие вены стали показываться под загорелой кожей. Дьявол в два шага преодолел расстояние между ними. От неожиданности Жаклин отошла, почти сразу же столкнувшись спиной со стеной.       — Только посмей сказать что-то в её сторону, тут же уйдёшь в забвение. Он живо вышел из комнаты, не желая оставаться с ней в одном помещении ещё хотя бы на минуту. Жаклин вздрогнула от громко закрывшейся двери. Но в следующий момент звучно выругалась, замахнувшись, кинула тряпку в ведро, из-за чего мыльные брызги разлетелись по всей комнате.       Эва не знала, сколько она уже жила здесь, но по ощущениям прошло чуть больше двух недель. И каждый день ей приходилось общаться с Гарри, чего, честно говоря, не очень хотелось. Хотя за эти дни она поняла, что он вполне себе адекватный, если этот эпитет вообще подходил под описание Дьявола. Он ничего не рассказывал о себе, об устройстве Ада, но часто поучал Эву тому, как себя вести. Найдя в шкафу джинсы и белую футболку, Гранд быстренько оделась и вышла из комнаты. Карие глаза столкнулись с двумя изумрудами.       — Ты так рано проснулась, — Гарри улыбнулся, подходя ближе к Эванджелайн. Его раздражение рукой сняло, как только он увидел её.       — Рано?       — Да, в среднем ты просыпаешься на сорок две минуты позже.       — Ты следишь за мной? — Эва выгнула бровь, сложив руки на груди.       — Да, с самого твоего дня рождения слежу, — он улыбнулся, смотря за выражением лица Гранд, которое менялось, кажется, со скоростью света, — Я хотел сделать тебе небольшой подарок, — мужчина явно нервничал, его рука тут же оказалась в собственных волосах.       — Подарок? Для меня? — губы Эвы расплылись в улыбке, в глазах заиграли озорные огоньки. Если он уже делает ей какие-то подарки, то, должно быть, их отношения сдвинулись с мёртвой точки, а это означало, что Эванджелайн на пути к возвращению своей жизни на Земле.       — Идём, — Гарри махнул головой в сторону лестницы.       — Это что-то такое огромное, что стоит на улице? — улыбаясь, спросила Эванджелайн, идя за Князем.       — Ну, можно и так сказать, — Гарри опять поправил причёску.       От невозможности терпеть Эва побежала по лестничным пролётам, всё ещё немного путаясь в коридорах. Она с трудом распахнула тяжёлые двери, но громко выдохнула, ничего не обнаружив.       — Здесь ничего нет, Гарри, — Эва повернулась, смотря на выходящего из замка Князя.       — Это немного другой подарок, особенный, — Дьявол подошёл к Эванджелайн, — И я надеюсь, что он тебе понравится.       — Что же ты мне подготовил, Гарри? — она выжидающе посмотрела на него, но Дьяволу нужно было точно всё обдумать, чтобы подобрать правильные слова.       — Если говорить кратко, этот подарок очень странный. Я обдумывал всё происходящее с тобой, твоё отношение ко мне, к этому месту, то, что происходит сейчас между нами. Я решил, что ты должна стать одной из нас, чтобы ты не чувствовала гравитации, могла общаться со всеми наравне. Но только при условии, что ты не будешь общаться с девушками из замка.       — Почему я не могу с ними общаться, Гарри? Хелен кажется мне очень милой, — Гранд посмотрела чётко в глаза Дьяволу, пытаясь проникнуть через его беспристрастную оболочку, понять, что же он скрывает. Она специально акцентировала его внимание на имени библиотекаря, потому что пока только с ней удалось пообщаться и хоть что-то узнать, хотя и слова той оставили много вопросов.       — Просто ради твоей безопасности и моего спокойствия, — сказал Гарри с максимально спокойным выражением лица. К нему в душу будет тяжело пробраться, — К тому же ты, наверное, захочешь увидеть подземный город, — Эва вопросительно посмотрела на Дьявола, который ухмыльнулся, увидев заинтересованность Эванджелайн, — Могущественные демоны, бесы всех мастей, среди которых ты можешь найти приятелей.       — Приятели среди чертей да бесов? Не смеши меня.       — Они неплохие ребята, на самом деле. К тому же я знаю одну девушку, которая с радостью бы с тобой познакомилась. Она дочь одного моего очень хорошо друга.       Да, его слова заставили Эву призадуматься. С одной стороны, было бы очень интересно пообщаться с кем-то кроме Гарри. Но если он доверяет тем демонам, то это значит, что либо Князь промыл им мозги, либо они полностью его поддерживают. Но если это дочь его друга, то тут скорее первое. Всё же девушки из этого замка не поддались чарующей лжи Дьявола, поэтому и разговаривать Гарри с ними ей запретил. Эванджелайн потёрла переносицу. Её глаза тут же стрельнули в сторону Князя, он всё также, чуть улыбаясь, продолжал смотреть на Эву. Кажется, он старается не читать её мысли. Это было только на руку.       — Уверен, что мы с ней поладим?       — Абсолютно, — Гарри громко хлопнул ладошами, вырывая Эванджелайн из её долгих раздумий, — Ну так что насчёт моего подарка? Готова его принять?       — Хорошо, ты меня убедил, — Гранд потёрла руки, которые во всю затряслись от волнения.       — Тогда закрой глазки, будет ярко. Эва сразу же выполнила его просьбу. Лицо Гарри тут же помрачнело. Грубые руки обхватили голову Эванджелайн. Большими пальцами он давил ей на лоб, от чего голова Эвы тут же заболела, показалось, что Дьявол своими руками, которые обручем сцепили голову, сейчас же размозжит ей череп. В лоб будто медленно вкручивали шурупы. Она упёрлась в его плечи ладонями, но Гарри стоял словно статуя, не шевельнувшись. Было не ярко, но присутствовало ощущение, что если бы она подняла веки, то её глазные яблоки тут же вылетели. Эва закричала, горло тут же запершило. Дьявол закрыл ей рот, продолжая впиваться своими пальцами в голову. Ноги становились ватными, в вертикальном положении её держала только чужая хватка. Эванджелайн ощущала, как медленно немело её тело, а когда это чувство дошло до шеи, в глазах появилась яркая, пульсирующая боль. А следом полная слепота. Она моргнула пару раз, но это не помогло, поэтому вновь закрыла глаза.       Князь отпустил её. Эве понадобилось некоторое время, чтобы прийти в себя. Способность стоять появилось сразу же, боль мгновенно прошла. Эванджелайн никогда не чувствовала себя настолько беспомощной. Она зажмурилась, стала тереть глаза кулаками.       — Что ты сделал со мной? — закричала Гранд, не убирая рук от лица. Она была готова разорвать его, только бы понять, где он стоит сейчас, — Мерзкий, — Эва стала отступать, сама не зная куда, но Князь остановил её, взяв ту за руку, убирая её с лица, — Не трогай меня!       Эванджелайн попыталась отпихнуть его, но Гарри не сдвинулся с места. Он притянул её ближе к себе, вследствие чего она носом упёрлась в его грудь. Дьявол осторожно коснулся её головы. Он оказался очень тёплым, практически горячим. Долго не думал, в его силах было успокоить Эву, чем он и воспользовался. Князь что-то тихо нашёптывал на непонятном для неё языке, так она смогла быстро успокоиться.       — Открой глаза, Эванджелайн, — Гарри взял её лицо в свои ладони, заставляя Эву поднять голову. Она открыла глаза, которые вместо яркого медового оттенка приобрели чёрный. С восторгом поняла, что наконец прозрела, — Получилось, — Гарри мягко улыбнулся, рассматривая чёрную радужку девичьих глаз.       — Ты не сказал, что это будет настолько больно, — спокойным, но явно грустным голосом сказала Эва, потирая свой лоб.       — Передача силы смертному проходит болезненно. Ваши тела слишком слабы, чтобы принять силу. А ты, — он на секунду остановился, чуть отходя от Эвы, — слишком мала, поэтому я дал тебе меньше чем следует, чтобы не убить.       «Убить? Можно умереть во второй раз?»       — Но для того, чтобы беспрепятственно передвигаться по Аду, вполне себе достаточно. Крылья за его спиной встрепенулись. Он протянул руку Эванджелайн.       — Пойдём? Нам пора.       Гранд осторожно вложила свою ладонь в его. Дьявол ловко поднял девушку на руки. Расправив свои мощные крылья, они взмыли в воздух. Поток тёплого воздуха ударился о лицо Эвы, трепя тёмные волосы. Персиковые облака закрывали собой бурое небо. Эванджелайн даже стало немного не по себе, когда чуть отклонила голову, посмотрев вниз. Появилась возможность разглядеть людей, но на такой высоте это довольно проблематично. Они приблизились к огромному разлому в земле. Было сложно понять, что же там находится, на самое дно не проникал ни один лучик света. Можно подумать, что это своего рода Марианская впадина, находящаяся в Аду. Подлетев, Эванджелайн увидела ступени, ведущие вниз, но Гарри решил до дна долететь.       — Может спустимся по ступенькам? — спросила девушка, почувствовав, как её тело вырывается из рук Гарри из-за резкого падения.       — Нет, это слишком долго, — ответил он.       Кудрявые волосы с порывом ветра полностью оголили его лицо, но, грубо приземлившись вниз, пряди тут же приняли своё более привычное положение. Эва быстро спрыгнула с его рук.       Город оказался огромным. Поражал своей готической архитектурой, широкими улицами и мрачным видом. Повсюду без дела бродили демоны. По их внешнему виду сразу можно было понять, какое место они занимают в Аду. Кто-то одет в тряпки, кто-то более-менее прилично. Демоны быстро разглядели в стоящем рядом с Эванджелайн мужчине своего Князя, поэтому они тут же поклонились ему. И каждый исподлобья поглядывал на Эву. Невозможно понять, было ли в их взглядах что-то угрожающее, либо в них просто играл интерес. Гарри кивнул головой в сторону, куда им следовало идти.       — Город поделён на районы. В каждом районе живут демоны, принадлежащие к нему по людским порокам. В них есть своего рода удельные князья, — чуть нагнувшись, рассказывал ей Гарри. Заметив, что Эва чувствует себя не очень комфортно в окружении толпы, которые преклонялись перед ними, Князь махнул правой рукой, призывая демонов встать и пойти по своим делам.       — Маммон, Абаддон, Вельзевул и все остальные?       — Да, именно так.       Они вошли в район, в котором повсюду летали мухи, словно являлись хозяевами этих улиц. Демоны здесь были не похожи на Гарри. За их спинами можно разглядеть крылья, напоминающие крылья насекомых, глаза их большие и полностью чёрные. Каждое второе здание оказывалось каким-то ресторанчиком. Запах еды стоял на улице. Демоны даже вне помещений ели, окружённые маленькими букашками, которые всё норовили залезть в рот. Эта картина тут же заставила Эванджелайн скривиться.       — Мы в районе Вельзевула?       — Да.       Выйдя на площадь, к паре навстречу шёл демон, что выглядел отлично от всех жителей этого района. Он был высоким, около трёх метра ростом, глаза насекомого, две пары рук, на открытых участках тела прорастали пучки мелких волосков, а спина искривлена горбом. Эва инстинктивно попыталась отойти, но рука Гарри, которая будто специально была выставлена сзади, не позволила Эве сделать это.       — Князь, мы тебя не видели здесь уже больше семнадцати лет, полагаю, девушка рядом с тобой — та самая причина, из-за которой ты отсутствовал, — голос был как у очень старого, немощного старика.       — Вельзевул, ты её пугаешь. Принял бы более людской облик, — Гарри рассмеялся, ближе подводя Эванджелайн к демону.       — Прошу прощения, не ждал вас, — его тело, лицо начали преобразовываться в более человеческие формы: глаза стали заметно меньше, не изменив своего чёрного цвета, редкие пучки волос пропали, на лысой голове вырастали длинные, серые волосы, а сам мужчина уже стоял с идеальной осанкой. Единственное, что у него осталось — это крылья мухи, — Надеюсь, я вас не сильно напугал? — спросил Вельзевул уже более бодрым, живым голосом. Теперь перед ними стоял красивый мужчина в чёрном макинтоше, сложив руки за спиной. Девушка отрицательно помотала головой.       «Я в ужасе», — промелькнула мысль у неё в голове, она тут же опустила голову, почему-то боясь ещё раз взглянуть в его сторону. Несмотря на седые волосы, выглядел он молодо.       — Решил показать ей город? — Вельзевул перекинул своё внимание на Гарри, разговаривая с ним так, будто Эвы рядом не было.       — Да, подумал, что Эванджелайн будет интересно.       Князь вёл себя непринуждённо, демонстрируя свои дружеские отношения с демоном. Можно предположить, что если Гарри привёл Эву именно к нему, то у них отношения ближе, чем с подобными удельными князьями.       — Разреши познакомить тебя с Эванджелайн, — после этих слов Вельзевул внимательно посмотрел на Эву. В его глазах читался игривый интерес. Он не стыдясь прошёлся взглядом по стоящей перед ним девушке. Она не двигалась, опасалась издать даже малейший звук.       — Знаешь, кто я? — его дикие глаза не отрывались от лица Эвы. Она робко кивнула, всё ещё не поднимая головы, — Ну что же ты молчишь? Ответь.       — Да, — Эванджелайн быстро закивала головой, не позволяя себе посмотреть даже на мысок чисто начищенных ботинок седого демона. Её ладони вспотели от волнения, а колени дрожали.       — Почему ты не смотришь на меня? — Вельзевул шагнул в её сторону, он хотел тронуть её, заставить посмотреть на него, но Гарри протянул свою руку, не дав другу подойти к Эве достаточно близко.       — Успокойся, Вельз. Я ещё не рассказал ей про местный этикет, — после этих слов демон заметно успокоился.       — Очень зря, Князь.       — Лучше позови сюда свою дочь, уверен, она посвятит Эванджелай во все тонкости.       — Хорошая идея, Князь, — подметил Вельзевул, — Либория, приходи на площадь, — сказал он и глянул куда-то в небо. Через пару минут за высоким домом появилась точка, что стремительно приближалась к ним. Девушка мягко приземлилась на землю. Её крылья и волосы были в точности как у отца. Чёрные глаза сразу же остановились на Эве. Тело её было закрыто чёрным топом с длинными рукавами и небольшим декольте, которое закрывали белоснежные волосы, растрёпано опустившиеся на грудь после приземления, ноги обтягивали кожаные штаны, а завершением образа были тяжёлые ботинки на высокой платформе.       — Князь, это Ваша новая девушка? — спросила Либория, нагло рассматривая её.       — Либория! — Вельзевул укоризненно посмотрел на свою дочь, та сложила руки на груди, закатив глаза, — Лучше покажи гостье город.       Демоница кивнула. Она взяла Эванджелайн за руку, той осталось только глядеть на спину уходящего Дьявола, который похлопывал по спине друга, уводя его. Либория замедлила шаг, сравнявшись с новой знакомой.       — Этот старик никогда меня не поймёт, — она насупила нос, но, только заметив встревоженный взгляд Эванджелайн, оживилась, не решаясь посвящать её в подробности семьи, — Можешь звать меня Либэ, а тебя как зовут?       — Я Эва, — демоница улыбнулась, наконец она отпустила её руку, и девушки спокойно шли по улочкам.       — Смотрю, Князь сделал тебя демоном? — Эванджелайн смущённо опустила взгляд, — На меня смотри. На демона не смотрят только прислуга и те, кто бросают вызов, — Эве стало понятно поведение Вельзевула на площади. Либэ предпочла продолжить прошлую тему, чтобы Эванджелайн перестала чувствовать себя неловко, — Тебя глаза выдают. У демонов его греха глаза темнеют спустя какое-то время после рождения и ритуала. А вообще, в нашем районе самая вкусная еда в мире. Что предпочитаешь? Домашнюю еду? Фастфуд? Японская кухня? Французская? Или…       — А итальянская есть? — перебила её Эванджелайн.       — Хорошо. Тогда нам сюда, — Либэ качнула головой в сторону пиццерии, сменив маршрут. Внутри не было мух, но и помещение толком не освещалось, зато здесь явно убирались. За полностью набитыми столиками сидели демоны, которые ни на секунду не отрывались от еды. Либория и Эва сели за стол, взяв в руки меню, — Тебе сколько?       — Сколько? Мне и половины пиццы хватит.       — Ах, ты же не демон чревоугодия, прости, — Либэ засмеялась, заказав всё меню.       — Тогда я демон чего? — спросила Эва, на что Либория растерянно захлопала глазами. Она попыталсь увести тему, но Эванджелайн была непреклонна, — Либэ, не увиливай. Это секрет?       — В каком-то смысле да, — демоница убрала прядь волос за ухо, заговорила медленно, пытаясь следить за тем, что она рассказывает, — Прости, но это правило —скрывать сущность Князя от его девушек, — в этот момент Либория закрыла глаза, мысленно проклиная себя за длинный язык.       — Но я же знаю, кто он.       — При попадании в Ад избранная, то есть девушка из пророчества, забывает его сущность, — Либэ тряхнула головой, сердито смотря на Эву, — Всё, больше ничего меня не спрашивай, я и так тебе много разболтала.       Либория вновь сложила руки на груди, посмотрев в сторону двери, из которой должен был выйти официант с их заказом. Она не хотела смотреть на Эванджелайн, ведь знала, что та точно захочет из неё вытянуть всю информацию.       «Значит, девушки в доме знают кто он, поэтому он и запретил мне с ними общаться. Но что же там такого страшного?», — размышляла Эва, она вновь глянула на демоницу, отстранившуюся от неё, — А были когда-то избранные, как я?       —Ну, эту информацию Князь вроде не запрещал, — Либория вновь села лицом к Эве, — Да, была одна. Самая первая женщина, сотворённая Яхве. Лилит. Знаешь о ней?       — Это первая жена Гарри? — Эва нагнулась, уменьшая расстояние между ней и Либэ, чтобы никто их не услышал. Либория коротко кивнула.       — Бежала из Рая, потому что не хотела подчиняться Адаму, говорила о равенстве. Этакая первая феминистка. Князь влюбился в неё; чтобы не спугнуть, придумал себе другое имя, сказал, что простой грешник, который попал в Ад, но сбежал из него. А когда Лилит влюбилась, то раскрыл все карты, сделал её Царицей.       Эва сидела, не сводя глаз со рта Либории, из которого рекой лился поток новой информации. Подошла официантка и принесла часть заказа. Эванджелайн обдумывала всё, что рассказала ей её новая знакомая. Гарри был когда-то влюблен, может после Лилит он и опасается раскрывать какие-то свои тайны. Пока разыгрывалась её фантазия, Либэ сидела с напиханным ртом едой, изредка поглядывая на Эву.       — И что с ней стало? Где она сейчас? — наконец Гранд, после долгого размышления, продолжила разговор.       Либории потребовалось сначала прожевать пиццу, чтобы ответить.       — Когда Князь узнал о пророчестве, они сразу поняли, что Лилит избранная. Но проблема в том, что она являлась матерью всех демонов. Нет, это не означало, что они с Князем так усердно занимались деторождением. Она рожала и от простых людей, и от демонов, даже от ангелов. Гордыня Князя пересилила его любовь: «Как же можно было изменить самому Царю?», — вот он её и убил и всех их совместных отпрысков, чтобы ничего не напоминало ему о ней. Потом принял титул Князя, уменьшая централизацию своей власти, чтобы иметь помощников. Хоть Лилит и была избранной, она раздавала свою любовь направо и налево, не давая Князю достаточной силы, — сказала Либэ, взяв кусок пиццы.       — А что будет, если убить бессмертного? Куда они попадают?       Либэ закатила глаза, откладывая еду.       — Никуда, просто исчезаем. Или, как мы говорим, уходим в забвение. Особенно мы уязвимы на Земле. Земные демоны адаптированы под Землю, мы же — под Ад, поэтому слабее. Вот Князь везде силён, только постоянно используя силу на Земле, та медленно ограничивается, но у него её столько, что уж точно не иссякнет, — она глянула куда-то в потолок, мечтательно вздохнув, — Мне бы так, — Либория вновь взяла кусок пиццы, — Я ведь всё съем, давай не отставай. А как поедим, можно будет идти обратно.       Либэ съела всё очень быстро, ни разу не подавившись. Эве кусок в горло не лез, она тихо сидела, уставившись в окно. Там ходили демоны; город, в принципе, был похож на земной, но тут не было зелени, чистого воздуха. Эва скучала по своему городу, по горам, которые она видела, пока шла в школу, по ярким краскам. Но уже стало полегче, она привыкла к своей новой комнате, даже к Гарри. Уже не было той дикой ненависти. Либория встала со стала. За ней поднялась и Эванджелайн.       — Может завтра увидимся? Сходим на оперу? — спросила Либэ, открывая дверь здания, пропуская сначала Эву.       — Тут есть и оперные театры? — Гранд оживилась. Было бы прекрасно провести день как обычный человек.       — Нет, они на Земле.       — А мне можно будет пойти в мир людей? — Эванджелайн не верилось, что Гарри так просто её отпустит. Он берёг её как зеницу ока, всегда ходил рядом с ней.       — Думаю, Князь будет не против, ты же со мной.       «Это мой шанс встретиться с Холли», — подумала Эва и повернулась к демонице.       — А можно будет подругу позвать? — ей не особо верилось в то, что Дьявол отпустит её, но вдруг всё-таки получится.       — А она тебя может видеть? — Либория выгнула бровь, вновь скрещивая руки на груди.       — Она может видеть всех.       — Проводили какой-то обряд? — Либэ скептически смотрела на Эву, не особо веря той.       — Да, в тот день я и увидела Гарри. Он спас нас с Холли, — воспоминания о ней нагоняли тоску. Эванджелайн поникла, и Либэ это заметила, поэтому сразу убрала свой скептицизм, смягчив выражение лица.       — Завтра встретитесь, не грусти. Повеселимся! — она ободряюще погладила Эву по спине.       Они быстро пришли на площадь, где их уже ждали. На загорелом лице Гарри расплылась улыбка, Вельзевул же стоял, строго смотря на свою дочь. Казалось, что его выражение лица всегда такое, когда он смотрит на неё.       Князь подошёл к Эве, не прекращая улыбаться.       — Я уже соскучился по тебе, — он сказал это тихо, нагнувшись к ней, чтобы его слова не вышли за пределы их пары. Его рука коснулась её спины, медленно притягивая Эванджелайн к себе. Не в силах обуздать, да и не стараясь это сделать, она положила свои руки ему на плечи, опустив голову на широкую грудь Князя. Ей это казалось максимально неправильным. Она не должна была обнимать его после всего, что он сделал. Не могла чувствовать умиротворение в его объятиях. Эва должна испытывать страх, злость, отвращение к своему убийце, но уж точно не то, что чувствовала сейчас. Но может лучше просто ловить момент и наслаждаться настоящим? Но какие от этого перспективы?       Даже сердце Гарри трепетало от каждого её прикосновения, а когда Эва его обнимала, то оно и вовсе вырывалось наружу. Для него она была девушкой-загадкой, в которой он хотел утонуть, лишь бы понять, что его так пленило в ней. Когда они наконец отстранились друг от друга, то увидели, что Вельзевула и Либэ уже не было рядом.       — Либория пригласила меня на Землю. Хотелось узнать, отпустишь ли ты меня, — снизу вверх она украдкой смотрела на Гарри, дожидаясь его ответа и, желательно, положительного.       — Я подумаю.