Человек человеку волк

      Когда мы останавливаемся у 'Млечного пути', я улыбаюсь, мне интересна его реакция на это место. Эмма сказала, что это странно, но в итоге была удовлетворена латте с корицей и клубничным суфле. Не представляю, что Кристиан пил и ел подобное.       Будет определённо интересно. Его лицо, когда говорят, что здесь нет кофе без молока — восхитительно. Он кажется раздраженным, удивленным и смущенным одновременно, когда оборачивается ко мне. — У них нет кофе без молока… — он озвучивает медленно, словно что-то, во что трудно поверить. — Как это? Кофе без молока существует. Может не быть молока и тогда просто кофе, но здесь говорят, что это невозможно.       Я смотрю на морщинку между его бровями и стараюсь не рассмеяться: — Это специфика этого заведения. — Сначала делают кофе, затем добавляют молоко. Почему я не могу получить кофе без добавления молока?       Мне нравится видеть его шокированным, это освежает и забавляет.       Здесь есть кофейный крем-мусс, флан, «жареное молоко» — как по мне, восхитительный испанский десерт, бланманже, шоколадный пудинг из манки, но нет кофе без молока. Его таким просто не подадут. Так же, как и американо с молоком, потому что есть лишний компонент — вода. Тут можно попробовать флейт-уайт, по-венски, макиато, капучино, латте, раф и даже бичерин, но не эспрессо. Это фишка данного заведения и серьёзные мужчины должны быть готовы к здешним вызовам.       Кроме этого есть есть всевозможные виды молока, от кровьего до козьего, от миндального до кокосового. Просто рай для слегка повернутых. Мы берём два по-венски и два разных десерта, один на основе кофе, второй — лимонное суфле. Мне нравится наблюдать за тем, как Кристиан пытается принять тот факт, что здесь нет эспрессо, допио и американо с молоком. Это словно ломает ему систему, и он не может с этим справиться. Несмотря на это, он высоко оценивает кофе по-венски и кофейный десерт. Я с радостью поглощаю лимонное чудо и широко улыбаюсь. Когда нас считают, официант ставит на столик коробочку заказа с собой. Я удивлённо смотрю на Криста. — Мы ведь ничего не заказывали. — Ты отходила припудрить носик, — улыбается брюнет, и мы выходим на свежий воздух. — Ты не должен был… — начинаю я. — Но ты уплетала этот торт за обе щёки, я решил, что ты оценишь его больше, чем другие посетители.       Крист смотрит на меня, и чёртовы бабочки устраивают ему поклонение прямо у меня в груди, ну или в животе, раз мы говорим о еде. Я улыбаюсь, ощущая, как румянец расползается по моей коже и направляюсь к машине. Мы едем, слушая радио, но я всё никак не могу успокоить свое глупое сердце. Как истинный джентльмен Кристиан подаёт мне руку, помогая выбраться из машины. Он не отпускает мою ладонь, пока мы не доходим до двери. — Что ж… — он смотрит на мои губы, а затем в глаза, но не предпринимает никакой попытки что-то сделать. Мы оба знаем, что я не приглашу его к себе. — Спокойной ночи. — Он вручает мне пакет из кафе и наши пальцы встречаются.       Я теряюсь в этом мгновение, но Крист не теряет момент, оставляя лёгкий поцелуй на моей щеке: — Сладких снов.       Я захожу в дом и закрываю дверь, принимаю душ и затем возвращаюсь к тортам. Открываю коробочку и смотрю на свой любимый десерт, редкий из-за цены, а поэтому и более ценный. Голос Криста вновь и вновь звучит в моей голове.       Сладких снов…       Я ощущаю, как мои щеки начинают гореть. Особенно та, что он поцеловал.       В следующий раз Крист предлагает сходить на выставку. Художественную. Автор как раз из нашего города и вообще это похоже на благотворительный вечер. Я опять беспокоюсь касательно подходящего наряда, но на этот раз пользуюсь Эммой. Она готова отдать мне любой из своих нарядов за подробности — горячие подробности — о Кристе. Я лишь отвечаю, что горячих подробностей пока нет, на что она дьявольски улыбается. Спустя пару минут она выходит из гардеробной с платьем: — После того, как он увидит тебя в этом — горячие подробности точно появятся!       Я беру платье из её рук, и мои внутренности согреваются. Оно идеально. Цвета электро, длины миди с юбкой выше колен и рукавами в три четверти. Мягкая ткань щекочет кожу, когда я прикладываю его к себе. Оно яркое и женственное из лёгкой струящейся ткани. В нём нет ничего вызывающего, но при этом от него трудно оторвать взгляд. — Ну хорошо. — Я киваю подруге, разглядывающей что-то в шкатулке. — Иди примерь, а я пока кое-что найду.       Когда я выхожу к ней в платье — её глаза сверкают. — Идеально, — бормочет она, вертя меня из стороны в сторону, словно я её живая кукла. — Теперь ещё вот это и это.       На моей ладони оказываются серёжки-звёздочки и браслет в комплект к ним. Они прекрасны, и я отнекиваюсь, на что моя сварливая подруга лишь рычит. — Хочу, чтобы ты была звездой сегодня, Адриана. Пусть Кристиан захлебнется слюной. А теперь садись, твои непослушные волосы быстро не уложишь. — Я хотела оставить их распущенными, — бормочу глядя на себя в зеркало. — Знаю, я хочу их ещё немного подкрутить и уложить. Затем макияж — и не спорь! — Она грозит мне пальцем, но её глаза улыбаются.       Спустя полчаса я готова и пишу Кристу адрес, с которого меня забрать, он отвечает простым окей, и я замираю в радостном ожидании.       Не то, чтобы у меня было много времени на всё эти походы. Все звучит словно их было много, но это лишь третий… и клише о третьем свидании внезапно возникает в моей голове. Он ведь не думает, что сегодня мы переспим? Надеюсь нет или его ждёт ужасное разочарование. Мы знакомы почти месяц, и я больше не считаю его сталкером, хотя он продолжает приходить ко мне в кафе почти каждый день, за исключением деловых поездок.       Я открываю дверь и спускаюсь по ступенькам, Боже, лишь бы не навернуться. Сердце бьётся в предвкушении вечера и, увидев Криста, я замираю. Он замирает тоже. Мы разглядываем друг друга. Я не могу оторваться от его фигуры — сегодня на нём тёмно-синие слаксы, чёрные монки и пиджак, и бледноголубая рубашка. Когда я заканчиваю исследовать его тело, то возвращаюсь к лицу, Боже. Кажется, теперь я знаю, что означает выражение пожирают взглядом. Он смотрит на меня так, словно я единственное, что существует в этой вселенной.       Кристиан направляется ко мне, но почему-то мне кажется, что мои ноги сейчас откажут, я просто присяду на ступеньки как дурочка. Он протягивает мне руку, находясь в полуметре от меня, и улыбается: — Моя королева, — хрипло произносит он, целуя мою руку. Я улыбаюсь. — До этого мне сказали, что я звёздочка. — И где же я был, что пропустил этот звездопад. — Его глаза искрятся весельем и чем-то ещё. — О, как мне жаль. — Затем он понижает свой голос. — Зато я сейчас могу тобой любоваться. Не будем же терять ни мгновения.       Он берёт мою руку в свою и ведёт к машине. — Боюсь внимание общественности сегодня будет приковано не к картинам, а к тебе. Как ты могла так поступить с художником?!       Он улыбается, и его взгляд сияет озорством.