Все идет по плану, Гарри

      Они молча сидели, раздумывая каждый о своем. По растерянному выражению лица лорда было понятно, что информация для него была не просто новой, но абсолютно абсурдной. Слава Мерлину, Гарри никогда не услышит ласковое обращение львенок в свой адрес. Им всегда восторгались, называли Истинным Гриффиндорцем, что раньше вызывало приступы небывалой гордости. Кроме того, в те моменты никогда не забывали упомянуть, что он весь в отца.       Но ведь, если подумать, даже проникновение в гостиную Слизерина было ими тщательно продумано, что, очевидно, не свойственно импульсивным действиям львов. Парень ухмыльнулся. В нем подавляли самые острые змеиные черты и усердно, год за годом стирали все возможные амбиции. Но ничего. Библиотека у лорда большая, а сторону выбирать его пока никто не заставлял.       Рука водила серебряной вилкой по тарелке, и Гарри уже измучился, придумывая очередную причину есть. Не просто есть, а есть сейчас. Месть или восстановление утраченных амбиций и возможностей — все это цели далекие, и аппетита не прибавляли от слова совсем.       Причины можно было пересчитать по пальцам. Например, было бы очень жалко потерять мышечную массу, будет тяжело отбиваться при нападении, от истощения будут обмороки, о которых не раз предупреждала Гермиона. Возможно, он еще сможет увидеться с друзьями, и они непременно расстроятся, если увидят, до чего себя довел их друг (или для них, как и для всех, он был просто избранным). А это, между прочим, очередная слабость, от которой следовало поскорее избавиться.       Тяжело вздохнув, парень таки поднял вилку к губам и принялся уже привычным образом, через силу есть. Темный лорд сидел сбоку и также о чем-то размышляя, уже давно покончив с завтраком, принялся пить вино.       Мысль о том, что враг Британии сидит с ним за одним столом, больше не вызывала должного отвращения. Совсем напротив, юноша неосознанно засматривался на озадаченный вид лорда, его лицо и выпавшую прядь из аккуратно уложенных волос.       Мотивы лорда ему были неизвестны, но радовало, что он пока не запер драгоценного Избранного в клетке, которая, в свою очередь, как и подобает всем Темным Лордам, размещена в темном-при-темном подвале, отдающем сыростью и ржавчиной. — Ты что себе навыдумывал, милый? — Парень поймал на себе полный любопытства взгляд вместе с лучезарной усмешкой. Похоже, ему весело. — Женишок мой, хватит без спроса лезть в мою голову. — Последовал ровный ответ. — Ох, Гарри. Ты бы хоть щит для приличия поставил. — Парировал ласково-сочувственный голос. — Что, не умеешь? — Театрально удивившись, спросил Том. — Если бы умел, сейчас бы не сидел тут. Наверняка, в одном из подвалов Хогвартса нашлась бы заготовленная на сей случай клетка. Ведь я был бы очевидно опасен для общества. — Легкая усмешка сменилась томным взглядом, за которым последовал и горький вздох. — Хотя они и без этого нашли причину, — Юношу тактично перебили. — Я обещаю, что научу тебя окклюменции и легилименции. Никогда более опасным для общества ты не являлся, чем сейчас. — Том лукаво улыбнулся, и с губ Гарри соскочила не менее ехидная усмешка. — Ну конечно, мой жених — Темный лорд. Куда уж опаснее. — Том хмыкнул, и Гарри, бросив на него многозначительный взгляд, добавил. — Разве что, я сам стану темным лордом.       Воландеморт поперхнулся выпитым глотком вина, и ошарашено посмотрел на юношу. Тот в свою очередь искренне позабавился реакцией собеседника и весело рассмеявшись, победоносно улыбнулся. — Шучу, Том, шучу. Если тебя кто-то и попробует скинуть с трона, то это будет наш лучезарный старик. — Изумруды немного поблекли, последние разговоры с бывшим кумиром и наставником оставляли весьма неприятный осадок. От широкой улыбки не осталось и следа, и тон вмиг окоченел. — Ты знал, он собирался заставить меня совершить «всего лишь» — Юноша показал пальцами кавычки, — клятву на крови, чтобы я не посмел отказаться от помолвки? Нет, ну я все понимаю, это в твоих интересах, но разве он не выставлял сам себя как первое добро во плоти? — Любопытно. Клятва на крови говоришь? — Том задумчиво постучал пальцами по бокалу. — Угу. — Процедил парень, выпивая тыквенный сок. С едой, наконец, было покончено, и он облегченно вздохнул. — Само собой, ритуал был бы мне доступен только после совершеннолетия. И, если честно, я думал, что у меня будет еще эти две недели, чтобы подготовиться к помолвке. Но, видимо, старик решил не ждать, пока я сбегу или передумаю. — Давай тогда лучше поговорим о твоем совершеннолетии. Я планировал устроить празднование помолвки и, соответственно, раз уж так совпало, и твоего дня рождения. — На этот раз даже сладкий голос лорда, подкрепленный самой добродушной улыбкой, не вызвали у парня ни малейшей радости от услышанного.       Том не посмел и заикнуться о том, какой праздник он изначально представлял. Выпив бутылку коньяка на пару с Долоховым и Розье, они придумали крайне занимательное представление с избранным.       Первым делом с помощью ритуала Воландеморт бы избавил счастливого мальчика от крестража. После этого его бы отвели в зал для гостей и ошпарили парой круциатусов для разогрева, связали тугими веревками или заковали в цепи, чтобы после этого вывалить на несчастного юнца всю правду о его жалкой жизни. Приятным подарком на его совершеннолетие бы стали его драгоценные друзья, которых бы пытали под пристальным взором хрустальных, полных агонии зеленых глаз.       Мирный договор держался на стеклянных ножках, ведь в пункт «О не причинении жениха какого-либо намеренного вреда себе» входил довольно большой спектр не только действий юноши, но и его решений. Намеренно поцарапанная кожа в приступе пыточного или осознанное голодание тоже засчитывалось как нарушение, вследствие чего договор мог быть аннулирован одним прикосновением палочки.       Так или иначе, планы слегка изменились. Огонь в глазах, отчаяние и обреченность полностью стерли из головы лорда вид заносчивого, возомнившего себя невесть кем избранного. Почему-то все Пожиратели вообразили великого Поттера именно таким. — Празднование? Ты серьезно? — Раздраженный голос парня заставил Воландеморта усмехнуться. — Ну разумеется, как можно миновать празднование таких важных событий? — Том сделал удивленное лицо и, выровняв тон, продолжил. — На приеме будут все мои подчиненные, заслужившие чести познакомиться с тобой лично. — Чести? Ты что, собрался всех пожирателей туда позвать? — Гарри возмутился не на шутку, и в глазах заискрился пока еще тихий гнев. — Ну разумеется. — Лорд проигнорировал повышенный тон парня и вспышку в глазах. Но гораздо больше Гарри задевало его спокойствие. — Кроме них там, конечно, будет еще пара влиятельных лиц. — Подожди. Я не хочу сейчас ни с кем из них иметь какое-либо дело и с удовольствием бы, как обычно, забыл о существовании дня моего рождения. — Парень отвернулся, но по осевшему голосу лорд и не читая лица, смог уловить перемену настроения жениха. — Гарри. Не смей. Так. Говорить. — Гарри вздрогнул от обжегшего его ледяного голоса. Контраст убаюкивающего и спокойного тона с абсолютно серьезным и безразличным пугал. — Может, жизнь оказалась не так легка, как тебе казалось. Но не переживай, мы с тобой преодолеем все трудности. — Трудности?! Ты издеваешься? — В изумрудах окончательно воцарилась неприкрытая ярость, и, почти перейдя на крик, парень вновь обернулся на жениха. — Для меня это не просто трудности. У меня может быть, весь мир вверх на голову перевернулся! И поверь, сейчас меньшее, что я хочу, так это знакомиться и улыбаться может бывшим, но врагам.       Воландеморт раздраженно цокнул. Нытье парня начинало надоедать. Но это ведь всего лишь надо было перетерпеть? Конечно, можно было ему пригрозить жизнью кого-то из его близких, но чем бы он тогда был лучше Дамблдора? Сейчас особенно важно доказать мальчику, что мир не черно-белый, а для этого нужно максимально очернить образ бывшего предмета обожания, при этом не очерняя лишний раз свой.       Юноша все что-то лепетал, и Темный лорд пролистывал его мимолетные мысли, полные отчаянной злобы и окоченевшей печали. Доказывать парню что-либо в данный момент, пожалуй, было не лучшим решением. Стоило просто поставить его перед фактом непосредственно в день события, как и сделал старик.       Сделав глубокий вдох, и ненадолго поджав губы, Том вновь стал лишь видимо спокойным. Привычным усилием расслабив губы, и сложив их в легкую улыбку, он ласково посмотрел на юношу. Зацепившись за тонущие в изумрудном огне зрачки, он заставил парня обратить на себя внимание и умолкнуть. — Милый. — Не разрывая их зрительный контакт, Том медленно протянул свою руку и осторожно взял ладонь Гарри. — Милый мой Гарри. Как насчет ванной? За последние дни многое успело произойти. Уверен, тебе не помешало бы расслабиться.       Гарри, точно заколдованный, отчего-то не смог возразить. Он и сам не был уверен в причине. То ли пристальный взгляд жениха, то ли ласковое касание, а может, приторно сладкий голос, заставили его послушно кивнуть. Теперь было не так удивительно, как Воландеморт смог собрать вокруг себя столько сообщников, с таким-то обаянием.       Парень решил для себя, что постарается научиться противостоять этому взгляду, но сейчас, за неимением выбора, уже поднимался к себе в спальню, где его ждала горячая ванная.