Все идет по плану, Гарри

      Гарри неторопливо спустился в столовую. Во главе стола уже сидел его жених и что-то читал. Справа от него стоял единственный стул со львом вместо змеи на спинке. Подходя к нему, он невольно вспомнил утренний разговор, что, наконец, смогло его отвлечь от поцелуя лорда.       Весь час, который он провел вглядываясь в расплывчатые буквы на одной и той же странице, он думал лишь о том соприкосновении его ладони и губ самого великого темного волшебника. По крайней мере, из тех, кого он знал лично. Этот якобы спонтанный, а на самом деле наверняка четко спланированный жест стал началом их настоящей жизни в качестве двух любовников. И это пугало.       Пугало и то, как в тот момент мелкая дрожь пробежалась по телу, как разлилось приятное тепло в груди, и как он почувствовал едва осязаемую магию в шраме. Он почувствовал их связь. Тогда это загнало его в некий ступор, и он не нашел в себе силы даже просто кивнуть на пролетевшие мимо слова Воландеморта.       Сейчас он, изо всех сил пытаясь сосредоточиться и осознанно управлять своим потоком магии, выстраивал простенький щит от легилименции. Сомнений не было, что при желании величайший легилимент сможет разрушить его жалкий щит, даже не отрываясь от книги. Но для Поттера была очень важна практика. А понять, где в твоей защите брешь, можно только после вторжения нападающего.       Пройдет еще много времени, прежде чем парень сможет освоить ментальную магию. А пока приходится довольствоваться хлипкой стенкой, скрывающей сознание. В книге одним из простых приемов являлся лабиринт. Нужно отстраивать одну стену за другой, пытаясь предугадать действия нападающего и просто не дать ему дойти до своей цели. Опытные легилименты же могли уничтожать стены и быстро добираться до желаемых мыслей и воспоминаний. — Гарри, сядь. — Темный Лорд поднял на него взгляд, при этом не отрываясь от книги. Парень уже несколько минут стоял у другого края стола и, о чем-то напряженно думая, молчал.       Не получив никакого ответа, Том отложил книгу. Он пробежался взглядом по юноше. Тот смотрел в одну точку и не шевелился. Тогда он зацепился за тонущие в яркой зелени зрачки, чтобы прочитать мысли. Поведение парня настораживало и вызывало беспокойство. О чем же он сейчас думал?       В обычно открытом сознании Том встретил стену. Низкую, тонкую, но все же стену. Похоже, что его милый Гарри времени зря не терял и таки чему-то научился. Вместо того, чтобы сломать защиту, он внимательно осмотрел стену. Отметив все недостатки и изъяны, он отвел взгляд от парня, покидая его голову, и поднялся из-за стола. Том подошел к жениху и погладил по голове, возвращая того в реальность. — Умница. — Ласковая улыбка вновь озарила лицо Воландеморта. Голос был, точно бархат, приятным и сладким. — Ты хорошо сегодня постарался. Теперь тебе надо поужинать и отдохнуть, — Он схватил висящую вдоль тела руку юноши и спрятал в свои ладони. — Хорошо?       Гарри потупленно на него посмотрел. Его голос определенно как-то странно на него влиял. И определенно не в лучшую сторону, подчиняя и овладевая его собственными желаниями и мыслями. Не будь он так сосредоточен, наверняка бы даже не заметил этого. Он нахмурился и дернул руку. В ответ Том зашипел и сильно сжал чуть не ускользнувшую из его плена ладонь.       Вот оно. Может, Темный Лорд не всегда таким был и не всегда себя так ведет, но подобные слабости, вспышки ярости и настойчивости делали его более искренним. Дамблдор себе никогда этого не позволял. Только в день подписания контракта, но до этого никогда.       И наверное именно поэтому Гарри позволил себе мягко улыбнуться, поддаваясь его давлению и чарам. — Хорошо, Том. Я мог бы тратить меньше времени на обучение, если бы со мной была моя палочка. — Он решил, что стоит попытаться. А почему нет? Терять ему нечего, а если палочку вернут откроется много возможностей. — Твоя палочка, Гарри, пока побудет в безопасном месте. — Лорд отвел взгляд и криво улыбнулся. — Я верну ее тебе как только ты перестанешь… кхм, как только ты придешь в себя. Ты еще не оправился от предательства и не свыкся с сложившийся ситуацией. Мы же не хотим магических выбросов, правда? — Взгляд вновь вернулся к лицу юноши.       Парень мысленно закатил глаза. Улыбка мгновенно пропала с лица. Огорчало, что подобное он уже слышал от Дамблдора. Магические выбросы могут начаться и без палочки, чему пример его собственное детство.       Это было одно из оправданий, чтобы временно не давать драгоценное древко в руки «нестабильного и разбушевавшегося» подростка. Захотелось двинуть пальцем и показательно разбить какую-нибудь вазу, но это бы только усугубило ситуацию и подтвердило опасения лорда.       Терпение, Гарри, терпение. Ты два месяца ждал? Ждал. Еще подождешь. Пора пробуждать в себе слизеринские качества, не действовать на эмоциях, а строить длительные стратегии и планы. Не то чтобы хотелось укреплять свою выдержку, но срыв сейчас мог лишить его не только обещанной палочки. Кажется лорд заикался о его обучении в Дурмстранге. В любом случае, совсем скоро он станет совершеннолетним и у него появится шанс вернуть себе свободу.       Вырываясь из размышлений он вымученно кивнул и обнаружил две крепкие руки у себя на плечах. Большие пальцы в успокаивающем жесте поглаживали тонкую ткань рубашки. Интересно, Том сейчас читал его мысли? Щит все еще был на месте, но наверняка был способ незаметно для владельца его обойти. — Ох, мой ненаглядный избранный, какой же ты покладистый. — Том приобнял его и поцеловал в макушку. По телу парня пробежала мелкая дрожь. — Ничего не покладистый, пошли уже. — Парень бросил взгляд себе под ноги, пытаясь вообще не смотреть на вызывающего странный трепет в сердце мага, и успокоить сбившееся дыхание.       Ужин они провели молча. Сбивчиво попрощавшись, избранный чуть ли не бегом удрал в библиотеку, посчитав нужным отвлечься и нагрузить себя лишней информацией. Это ненормально так скоро чувствовать такое сильное волнение и тепло от чужих прикосновений. Это либо влияние крестража, либо какие-то чары, а может даже амортенция (хотя даже он прекрасно знал, что она работает совсем по другому).

***

      В доме на площади Гриммо проходило собрание Ордена Феникса в полном составе. Близнецы одолжили встревоженным Рону и Гермионе приспособление для прослушки, которым они нещадно пользовались. От них, как и от Гарри, стали утаивать любую полезную и потенциально опасную для них информацию.       Их сильно удивило, что ни на одном из собраний не упоминался сам избранный. По началу они считали, что это из-за Снейпа. И хотя он был двойным агентом, скрепленный с ними нерушимой клятвой, предосторожность сейчас вовсе не лишняя.       Все, что они сами знали о местоположении Гарри, так это то, что он сейчас в безопасном месте, там, где его Воландеморт не будет искать. А именно на Тисовой улице, в доме своих мразотных опекунов. Вспоминая рассказы о побоях и голоде, у друзей сердце кровью обливалось, и они писали ему почти каждый день. Правда, ответ все не приходил.       Тогда они обратились к Сириусу. Кто, если не он мог спрятать здесь, в их тайном штабе и своем доме, своего крестника? Но он лишь как-то печально на них посмотрел, тяжело вздохнул и отвел взгляд. Гермиона готова была поклясться, что тогда у этого беспредельщика увидела слезу. Ничего не сказав, он скрылся за дверью. Тревога от этого только возросла. Наверняка его заставил молчать какой-нибудь обет или клятва, Дамблдор всегда был предусмотрительным.       За эти два месяца Гермиона перерыла все книги в доме Блэков, и нашла несколько книг по поиску чего-угодно и кого-угодно. Все это основывалось на темной магии, ритуалах, чей-то крови и плоти (иногда даже на костях). Один такой ритуал они попробовали всего неделю назад. Безуспешно. Они пробовали и раньше два ритуала попроще, основываясь на вещах принадлежавших Гарри, но так же тщетно. Безрезультатно.       Это значило, что либо он мертв, либо спрятан под сильной защитой. Такой защиты в доме маглов быть не могло и не должно. Едва бы Дамблдор стал намеренно и осознанно нарушать закон, чтобы временно сохранить приманку для Воландеморта.       Почему от них скрывали их друга? Они просто хотели услышать, что он в порядке, но каждый раз встречали укоризненные или полные боли взгляды. Гермиона уже хотела попробовать применить к Сириусу легилименцию, но Рон вовремя отговорил ее, предлагая вместо этого послушать сегодняшнее собрание. На котором им конечно же присутствовать было нельзя.       Слишком маленькие еще. А вот как искать философский камень, прикрывать узника Азкабана, пользоваться маховиком времени и сражаться со взрослыми волшебниками — так нет, не малы.       Гермиона нервно стояла у двери в столовую, которая совсем недавно закрылась на всевозможные замки, и была увешана самыми разными чарами от подслушивания. Девушка недаром засиживалась в библиотеке при любой возможности, и подобных чар знала достаточно много, чтобы любой взрослый маг мог ей позавидовать. На их снятие уходило чуть больше времени, но у них с Роном в Норе было много времени попрактиковаться.       Она разрушала одну связку заклинаний за другой. Необходимости в этом не было, прибор близнецов сработал бы и так, но такое количество заклинаний могло вызвать нежелательные помехи. Тем более, там могли быть сигнальные чары, и до их маленькой операции их стоило устранить.       Наконец, все было готово. Они затаили дыхание и стали вслушиваться в разгоревшийся по ту сторону разговор.