Я люблю тебя.

Утро было тихим, как всегда. Воздух был прохладным, слегка сырым, словно стены впитали в себя всю тяжесть подземного мира. Кастиэль проснулся слишком рано, стрелка часов едва достигла шести утра. Но сон был беспокойным, слишком тяжелым, чтобы продолжать его. Так что Кастиэль решил встать. Кухня бункера была небольшой, но уютной. Старая плита, холодильник, который временами гудел и несколько шкафчиков, заполненных консервами и полупустыми пакетами с крупами. Кастиэль быстро нашел рецепт в интернете — что-то простое, яичница с овощами. Ему показалось, что с этим блюдом он справится. Он разбил яйца в миску, но скорлупа рассыпалась мелкими осколками, которые он пытался выловить пальцами. Лук, который он нарезал, вызвал слезы, и он моргал, пытаясь справиться с этим странным человеческим рефлексом. Овощи, которые он бросил на сковороду, начали подгорать, а яйца, которые он добавил позже, превратились в нечто, напоминающее скорее резину, чем еду. Кастиэль стоял посреди кухни, смотря на свой «шедевр» с выражением, в котором смешались разочарование и легкая паника. Он был уверен, что сможет справиться сам с чем-то настолько простым, но его неуклюжесть взяла верх. Именно в этот момент на кухню зашел Дин. Он был в своей привычной футболке и домашних штанах, волосы слегка растрепаны, но глаза уже бодрые. Он выглядел удивленным, увидев Кастиэля за плитой, и его взгляд сразу же упал на сковороду, где лежало нечто, напоминающее скорее жертву эксперимента, чем завтрак. — Кас, что это? — спросил Дин, подходя ближе и заглядывая в сковороду. Его голос был спокойным, но в нем чувствовалась легкая насмешка. — Я хотел приготовить завтрак, — Кастиэль вздохнул, опустив плечи, — Но, кажется, вышло не очень. Дин посмотрел на него, и в его глазах мелькнуло что-то теплое, почти нежное. Он подошел к плите и вывалил все содержимое сковородки в мусорку. — Исправим, — уверенно заявил Дин и приступил к готовке. Он достал из холодильника новые овощи и начал ловко их нарезать, параллельно объясняя Кастиэлю все секреты кулинарного искусства. Движения Дина были уверенными, привычными, и Кастиэль смотрел на него, завороженный. — Вот так, — сказал Дин, разбивая два яйца в сковородку, — Ты просто слишком торопился. Кастиэль молча наблюдал, как Дин ловко справляется с задачей. Он чувствовал, как что-то теплое и тяжелое подкатывает к горлу. Это чувство не было новым. Оно приходило к нему все чаще, когда он смотрел на Дина. И в этот момент, когда Дин повернулся к нему с улыбкой, держа в руках тарелку с идеально приготовленной яичницей, Кастиэль не смог сдержаться. — Я люблю тебя, — сказал он тихо, но четко. Его голос звучал искренне, почти с трепетом. Дин замер на мгновение, его улыбка слегка дрогнула. Он смотрел на Кастиэля, как будто пытаясь понять, что именно он только что услышал. Это были уже далеко не первые такие слова, но каждый раз они заставали его врасплох. Он не знал, что ответить. Его сердце билось быстрее, а в голове крутились мысли, которые он не мог выразить словами. — Кас… — начал он, но слова застряли в горле. Вместо этого он просто протянул тарелку, стараясь сохранить спокойствие. — Вот, попробуй. Должно быть вкусно. Кастиэль взял тарелку и посмотрел на Дина, и в его глазах читалась благодарность, смешанная с чем-то более глубоким, что он не мог выразить. Он понимал, что Дин не готов ответить ему тем же, но это не имело значения. В этот момент, стоя на кухне бункера с тарелкой в руках, он чувствовал себя счастливым человеком на свете. И этого было достаточно.

***

Ванная комната была залита мягким светом лампы, а Кастиэль стоял перед стиральной машиной. Его голубые глаза внимательно изучали панель с кнопками, а брови были сведены в глубокой задумчивости. Он держал в руках коробку с порошком, на которой красовалась яркая надпись: «Для белоснежного белья». Когда Кастиэль был человеком в прошлый раз, он уже пользовался похожим аппаратом, однако там не было порошка, только какие-то капсулы. Да и сама машинка выглядела иначе. — Интересно, — пробормотал он себе под нос, — сколько именно нужно этого вещества? Он открыл крышку и, недолго думая, высыпал в отсек для порошка половину коробки. «Наверное, чем больше, тем лучше», — подумал он, слегка гордясь своей логикой. Затем он нажал на первую попавшуюся кнопку, и машина ожила, загудев и начав набирать воду. Кастиэль отступил на шаг, наблюдая за процессом с легким недоумением. Вода смешалась с порошком, и через несколько минут из барабана начали выползать первые пузырьки пены. Сначала это были маленькие, безобидные клубочки, но очень скоро они превратились в огромные облака, которые начали заполнять ванную комнату. — Что… что происходит? — прошептал Кастиэль, глядя, как пена поднимается все выше и выше. Он попытался открыть дверцу машины, но она была заблокирована. Пена уже достигла его колен, а затем и пояса. Он отчаянно махал руками, пытаясь остановить нашествие, но пена только смеялась над его усилиями, продолжая расти. В этот момент дверь ванной распахнулась, и на пороге появился Дин. Он замер на мгновение, оглядывая комнату, которая теперь больше походила на место для проведения пенной вечеринки. Его взгляд остановился на Кастиэле, что стоял посреди этого хаоса, весь в пене, с выражением полного недоумения на лице. — Кас, что, черт возьми, ты натворил? — спросил Дин, но его голос уже дрожал от зарождающегося смеха. — Я… я просто хотел постирать одежду, — ответил Кастиэль, смущенно разводя руками. — Но, кажется, что-то пошло не так. Дин больше не мог сдерживаться. Он захохотал так громко, что чуть не упал на пол. Его смех эхом разносился по ванной, смешиваясь с тихим шипением пены. — Ты… ты… — Дин едва мог говорить, — ты выглядишь как снеговик, который попал в метель! Кастиэль посмотрел на себя в зеркало и увидел, что действительно покрыт пеной с головы до ног. Он попытался стряхнуть ее, но это только усугубило ситуацию. Пена начала падать с него большими хлопьями, и Дин, увидев это, засмеялся еще сильнее. — Ладно, ладно, — наконец сказал Дин, вытирая слезы от смеха. — Давай разберемся с этим. Он подошел к стиральной машине, выключил ее и открыл дверцу, выпуская еще больше пены. Затем он взял ведро и начал сгребать весь этот мыльный бардак, помогая Кастиэлю очистить комнату. — В следующий раз, когда захочешь постирать, просто скажи мне, — сказал Дин, улыбаясь. — И, пожалуйста, не используй полкоробки порошка. Достаточно одной ложки. Кастиэль кивнул, слегка опустив взгляд. Его лицо, обычно спокойное и сосредоточенное, теперь выдавало легкую растерянность. Он чувствовал себя неловко, словно впервые столкнулся с чем-то, что не мог объяснить или контролировать. Его влажные волосы прилипли ко лбу, а на щеках играл слабый румянец. — Спасибо, Дин, — произнес он тихо, почти шепотом. Голос его звучал мягко, но в нем чувствовалась искренняя благодарность. — Я… я не знал. Дин, стоявший напротив, не мог сдержать улыбки. Его губы растянулись еще шире, а в глаза загорелись теплотой. — Ничего страшного, Кас, — сказал он, слегка покачивая головой. — У всех бывают проколы. — Спасибо, — Кастиэль стряхнул с себя оставшуюся пену, его пальцы слегка дрожали, когда он проводил ими по мокрым волосам. Он замер, глядя Дину прямо в глаза, словно пытаясь прочесть в них что-то важное. — Я люблю тебя. Дин замер на мгновение, словно его ноги приросли к полу. Эти слова, как всегда, вгоняли его в ступор. Он чувствовал, как сердце начинает биться быстрее, а в горле застревает комок. — Да… ага… — наконец выдавил он, не находя подходящих слов. Дин резко повернулся, словно пытаясь отвлечься, и схватил тряпку, которую до этого бросил на стол. Он начал вытирать мыло со всех поверхностей, но его движения были резкими, нервными. Взгляд то и дело возвращался к Кастиэлю, будто против его воли. Бывший ангел стоял посреди комнаты, мокрый и мыльный. Пена с его волос и одежды уже исчезла, но следы ее присутствия все еще виднелись на его руках и плечах. Вода стекала с его пальцев, оставляя на полу маленькие лужицы. Кастиэль казался потерянным, словно не знал, что делать дальше. Его обычно строгий и серьезный облик теперь выглядел уязвимым, почти детским. Дин поймал себя на мысли, что такой Кастиэль выглядит… мило. И это заставило его вздрогнуть. Он быстро отвернулся, стараясь не выдать своих чувств, и продолжил уборку. Его руки двигались механически, а мысли были далеко. Он то и дело бросал на друга короткие, но теплые взгляды, не в силах перестать это делать.

***

Когда Сэм обнаружил новое дело, Дин, к удивлению, не обрадовался. Обычно он с готовностью бросился бы в бой, чтобы разобраться с очередным призраком, но сейчас его мысли были заняты Кастиэлем. Оставлять его одного в бункере казалось неразумным, отпускать Сэма на охоту одного — рискованно, а брать Каса с собой… это было сложное решение. Дин колебался, взвешивая все возможные последствия. — Я справлюсь, — уверенно заявил Кастиэль, когда Дин поделился с ним и Сэмом своими сомнениями. — Да, я теперь человек, но это не значит, что я совсем беспомощный. — Я такого не говорил, — резко ответил Дин, стараясь скрыть своё беспокойство. — Я и не утверждал этого, — Кастиэль тяжело вздохнул, его голос звучал спокойно, но в глазах читалась решимость. — Рано или поздно я бы поехал с вами на охоту. Наверное, лучше начать с чего-то простого, вроде призрака, да? Дин, после недолгого раздумья, согласился. Кастиэль почувствовал облегчение. Ему хотелось доказать, что он всё ещё может быть полезен, что его человеческая форма — не приговор. Он не хотел быть обузой. На охоте Кастиэль старался изо всех сил. Его движения были не такими уверенными, как раньше, а слова при допросах свидетелей звучали всё ещё слишком механически, словно он повторял заученные фразы. Но он не допустил ни одной ошибки, не сказал ничего лишнего. Для него это уже было достижением. Когда дело дошло до схватки с призраком, Кастиэль проявил себя лучше, чем кто-либо мог ожидать. Да, он больше не обладал ангельской силой, но это не значило, что он забыл всё, чему научился за века. Его тело помнило движения, удары, блоки. Он дрался с холодной расчётливостью, которая удивила даже Дина. А когда призрак внезапно набросился на Сэма, Кастиэль без колебаний бросился вперёд, оттолкнув брата в сторону и приняв удар на себя. — Кас! — крикнул Дин, но было уже поздно. Кастиэль упал на землю, но быстро поднялся, стиснув зубы. Его рука дрожала, но он продолжал сражаться, пока призрак не был окончательно уничтожен. — Ты в порядке? — спросил Сэм, подбегая к нему. — Да, — ответил Кастиэль, стараясь скрыть боль. — Это было… не так уж сложно. Дин молча наблюдал за ним, его лицо выражало смесь гордости и тревоги. Он понимал, что Кастиэль всё ещё пытается найти своё место в этом новом мире, и сегодня он сделал большой шаг вперёд. — Ты справился, — наконец сказал он, похлопав Кастиэля по плечу. — Но в следующий раз будь осторожнее. После долгого дня, полного событий, все трое наконец добрались до отеля. Усталость давила на плечи, и казалось, что единственное, чего хочется, — это смыть с себя пыль и упасть в кровать. Дин первым направился в душ, чтобы смыть грязь и напряжение. Вода, стекающая по его телу, казалось, уносила с собой часть тяжести дня. После душа он, недолго думая, включил телевизор, устроившись на кровати. Экран загорелся яркими красками, но его внимание было рассеянным. Сэм, напротив, не собирался оставаться в номере. Он надел куртку и заявил, что хочет прогуляться до местного бара. Ему явно не хватало отвлечения, чего-то, что вырвало бы его из привычного круга мыслей. Кас, оставшись в номере, сел на край кровати, наблюдая за происходящим. Его взгляд скользил по комнате, но вскоре остановился на Дине. Кастиэль не пытался скрывать своего интереса. Его глаза изучали каждую деталь: как Дин поправлял подушку, как его пальцы сжимали пульт, как он слегка наклонял голову, когда что-то на экране привлекало его внимание. Кас не отводил взгляда, словно пытался запечатлеть все эти моменты в памяти. — Что? — внезапно спросил Дин, почувствовав на себе чужой взгляд. Он повернулся к Касу, его брови слегка приподнялись в вопросе. — Я люблю тебя, — произнёс Кастиэль, как будто это было самым естественным в мире. Его голос звучал спокойно, без тени сомнения. Дин замер на мгновение, затем медленно опустил пульт на кровать. — Я… я же просто лежал, — пробормотал он, слегка растерянный. Кажется, он начинал привыкать к таким внезапным признаниям. — Ага, — просто ответил Кас, не отводя взгляда. Дин попытался вернуться к просмотру телевизора, но через несколько минут его начал мучить вопрос, который он не мог больше игнорировать. Он снова повернулся к Касу. — А как давно? — спросил он, его голос звучал чуть тише, чем обычно. — Что? — Кастиэль слегка нахмурился, не сразу поняв, о чём речь. — Прости, если это что-то, что не стоило спрашивать, — начал Дин, его слова вырывались быстрее, чем он успевал их обдумать. — Но ты всё равно постоянно это говоришь, и я подумал, что могу спросить, просто… — Дин, — строго перебил его Кастиэль. Дин замолчал, поджав губы. Он отвел взгляд, видимо решив, что зашёл слишком далеко. Но Кас не стал ругать его или уходить от темы. Вместо этого он произнёс: — Ради случайного человека семью не предают. Дин замер. Его глаза расширились, а губы слегка приоткрылись. Он смотрел на Кастиэля, словно пытался понять, не шутит ли тот. — Ты шутишь… — наконец выдохнул он. — Двенадцать лет?! — Ну, я не сразу понял, что это такое, — спокойно ответил Кас, пожимая плечами. — Понял только когда в первый стал человеком. Эмоции обострились и я… просто в один момент вдруг осознал это. — Двенадцать лет… — пробормотал Дин себе под нос, всё ещё не веря в услышанное. Он хотел что-то сказать, задать ещё вопрос, но слова застряли в горле. Вместо этого он просто вернулся к просмотру телевизора, хотя его мысли были далеко от экрана. Кастиэль же продолжал сидеть на краю кровати, его взгляд снова вернулся к Дину, но теперь в его глазах читалось что-то большее, чем просто наблюдение. Комната наполнилась тишиной, прерываемой лишь звуками телевизора. Но в этой тишине витало что-то невысказанное, что-то, что давно ждало своего момента. И хотя Дин не решался продолжить разговор, он чувствовал, что между ними что-то изменилось. Что-то, что уже нельзя было игнорировать.