Алый орден

      После уборки столовой, Лифелия подождала Лесси у дверей, после чего обе девушки направились на третий этаж. О чём говорить — обе не знали, всё же, ситуация оказалась довольно затруднительной, поэтому шли молча. Лесси было немного неловко, не зная, как правильно себя вести или что сделать. Да и излишнее внимание других членов ордена сильно давило на неё.       Лифелия просто боролась с собой: она действительно понимала, что если слова новенькой окажутся правдой, она-то тут не виновата. Спрашивать надо с их отца, только где ж его искать? Четыре года не было даже весточки ни от него, ни от жены главы Хрустального ордена, что тогда вызвало не самые лестные слухи. Лифелия верила, что папа не мог так поступить и дело тут в другом, но как выяснить правду? Ещё и это внезапное упоминание Якоба, который пропал через год после предыдущих глав орденов.       — Осторожно! — вскрикнула Лесси, схватив Лифелию за руку. Та не заметила, как прошла мимо лестницы и чуть не врезалась в дежурных. Извинившись, Лифелия тихо поблагодарила за помощь и вернулась к лестнице.       Лесси зашла к себе в комнату, быстро переодевшись в пижаму, после чего постучалась к Лифелии. Та уже переоделась и распустила волосы — чаще всего она ходила с хвостом, чтобы не мешались. На кровати стоял включенный ноутбук, где на рабочем столе была общая фотография семьи в последний новый год, который они провели вместе: светловолосый Джастин обнимал обоих детей, довольно улыбаясь. Люсия стояла по правую руку вместе с невесткой — такой же светленькой, как и брат. И Лесси была очень на неё похожа. С другой стороны стоял друг семьи — Якоб, нацепивший в тот день оленьи рога и ярко-красный нос.       — А это кто? — спросила она, всматриваясь в фотографию и показав на стоящую рядом с Люсией женщину.       — Это тётя Делия, она старшая сестра папы, — ответила Лифелия, доставая из шкафа вторую подушку. Подумав, уточнила, нужен ли Лесси плед, не мёрзнет ли она по ночам. Та ответила, что все нормально, хватит и одеяла. — Тётя Делия должна была стать главой ордена, но сбежала и оставила всё на папу. Говорят, дедушка тогда был очень зол и чуть не вычеркнул её из семьи.       — О, довольно строго, — заметила Лесси, сев на кровать. Лифелия пожала плечами, стеля постельное на диване. Раньше она не придавала значения тому, какие правила распространяются на семью: орден играл не последнюю роль в спокойствии их мира, поэтому можно было понять такую реакцию главы. В конце концов, Джастин был совсем не готов к такой роли, его обучали довольно спешно из-за побега Делии. Лесси уточнила, почему так важно сохранять эту линию от основательницы.       — Дядя Якоб тебе вообще ничего не рассказывал? — уточнила Лифелия. Это было странно, учитывая, что тот занимал место заместителя до Гейлы и такое поведение выглядело странным. Скорее ожидалось, что Якоб бы жёстко натренировал Лесси, перед тем, как отправить.       — Честно говоря, я мало что помню, только два последних года, которые провела с дядей Якобом, — ответила Лесси, скрестив ноги. Лифелия непонимающе посмотрела на неё. Это звучало странно, даже если полностью осознавать, в каком мире они живут. У ордена были разные эликсиры для того, чтобы поправлять память обычным людям, если те столкнутся с магией, но полного стирания памяти ими не добиться. Да и зачем? Лесси смотрела в пол, прикусив губу, понимая, как это звучит. Лифелия поймала себя на мысли, что такая же привычка была у неё самой, если она чувствовала себя виноватой в чём-то.       — Что ж, тогда перед встречей с другими орденами, мне стоит познакомить тебя с историей, — это было первой идеей, чем можно было бы отвлечь. Лесси подняла голову, когда Лифелия бросила на кровать книгу: название было выведено изящными золотыми буквами “История первых крыльев”, а на обложке — акварельный рисунок дракона. — Это специальное издание, доступ к ней только у главной семьи. Тут рассказывается о первых барьерах между людьми и магическим народом. И… об истреблении драконов и прочих магических существ.       — Они существовали? — удивилась Лесси, осторожно проведя пальцами по обложке, словно сомневаясь, что ей можно её трогать. Лифелия села на кровать, помня, что испытывала такие же эмоции, когда Мирель впервые принёс ей книгу.       Открыв на первой странице, Лифелия показала на портрет первых короля и королевы, которые объединили магический мир и отделили его от обычного, чтобы люди перестали убивать “нечисть”. Потом перелистнула на несколько страниц вперёд, к красивой паре в белых одеждах. Показала на мужчину.       — Вот это, король Эрик, он правил, когда… вообще-то, я не должна этого говорить, так что сохрани это в секрете от мамы и Миреля, ладно? — Лифелия приложила палец к губам, состроив серьёзное лицо. На самом деле, это было забавное ощущение, когда она могла поделится таким вот “секретом”, который им не являлся только для семьи. Лесси кивнула, пообещав, что даже не обмолвится. Не выдержав, девушки засмеялись.       — Так вот, король Эрик правил в момент появления Крысиного короля, — Лифелия начала говорить тише, чтобы если кто-то заглянет к ним, то не услышит тему разговора. — Вообще, для многих, это как сказка, что он действительно существовал, но мы точно знаем. Поэтому я тогда и сказала “от крыс”. Это было не о шпионах.       — Почему именно Крысиный? И если он так опасен, зачем скрывать от других? — не поняла Лесси, нахмурившись.       — На первый вопрос я не смогу тебе ответить, об этом почти ничего нет. А вот скрываем... потому что однажды он пропал и нет смысла пугать лишний раз, — ответила Лифелия, перелистнув дальше и показывая портреты двух девушек: Офелия была уже знакома Лесси, а вот вторая девушка с рыжими волосами была неизвестна. — Это Элла Уайт, основательница Хрустального ордена. Они отвечают за все знания магического мира, хранят любые записи и книги, — она провела пальцем по странице, показывая на палочку, что держала Элла. — Хрустальный орден использует кристальные палочки для магии, помогая нам зачаровывать оружие и перемещаться порталами. Говорят, самая первая была подарена Элле самой феей. Но феи, как и драконы, давно стали частью истории. Эм, ты в порядке?       Лесси приложила руку к голове, пробормотав, что просто возможно просто устала за день. В конце концов, ей приходится много запоминать и пробовать. Лифелия понимающе улыбнулась, вспоминая, как она однажды увлеклась учёбой и вечно засыпала на тренировках, пока это не заметил Мирель. Лесси заметила, что он очень заботливый, но сначала показался ей немного холодным к окружению.       — Ему приходится, — вздохнула Лифелия, повторив, что ранее отвечал сам Мирель на замечание, что он ко всему отнёсся спокойно. Это получилось немного забавно. — После исчезновения папы, Мирель очень много взял на себя, как наследник. Когда тебе нужно следить не за двумя-тремя, да ещё и контролировать всё это... и отказаться нельзя. Орден должен вести кровный родственник, иначе наше оружие потеряет связь с членами ордена.       — Сложно, — пробормотала Лесси, ничего не понимая. Лифелия рассмеялась, ведь на первых занятиях она реагировала примерно так же, но всё же это не сравнить с тем, как готовят наследника. Но, хлопнув в ладоши, девушка решила вернуться к первоначальной теме — истории, пообещав как-нибудь рассказать, как связана кровь основательницы и оружие.       — А это Айдан Форест, основатель Тернового ордена, — снова перелистывая страницу, Лифелия показала на молодого мужчину с русыми волосам, которые были собраны в хвост. Глаза основателя были скрыты тканевой повязкой. Лесси тихо уточнила, значит ли это, что Айдан был слеп. Лифелия пожала плечами, потому что никто точно этого не знал — записей об этом словно специально не оставили.       — Я не знаю, будет ли он на проверке крови, но сейчас наследником Тернового ордена является Юлий и он тоже носит подобную повязку, можно попробовать узнать, — заметила она, раньше не придавая значения подобному. Ей всегда казалось это чем-то... обыденным? Возможно, на это повлияло то, что она сама живёт в не самом обычном мире. Сделав себе пометку позже спросить у Юлия, видит он что-то или нет, вернулась к книге. На последнем портрете был король Эрик. Лесси с интересом рассматривала его, пробормотав, что он выглядит довольно суровым, если сравнивать с прошлым изображением. Лифелия кивнула, заметив, что это ожидаемо, если учитывать историю.       — Это после последней битвы с Крысиным королём, когда все трое основателей погибли, его величество, — она показала на портрет Эрика, пока не желая останавливаться на теме войны. — Создал для защиты своей жены и семьи в целом отдельный орден, назвав его просто Теневым. Они подчиняются лишь королевской семье и мало кто знает, что именно они делают.       — Подожди, — попросила Лесси, потирая виски. От количества новой информации начинала болеть голова, но она честно собиралась всё это запомнить. — Ты не сказала, чем занимается Терновый орден, — заметила она, подняв взгляд от книги. — Про наш я понимаю, Хрустальный плюс-минус тоже.       — О, они, можно сказать, типа... полиции у обычных людей? — отозвалась Лифелия, даже не заметив, что не объяснила. Обычно она рассказывала более последовательно, но на уроках других членов ордена избегали многих подробностей для новичков: если те не останутся после первого года, нет смысла. — В общем, если наш орден занимается делами внешними, то Терновый больше внутренними конфликтами. Но ещё, среди них находятся пророки, которые могут предвидеть некоторые события.       — Пророки? Такое тоже есть? — переспросила Лесси, заставив Лифелию невольно улыбнуться. На самом деле она очень надеялась, что не пожалеет однажды, рассказывая всё это сейчас: может и не верила, что они являются сёстрами, но Лесси определённо из их семьи. И то, что они обсудят большую часть подводных камней сегодня, в будущем поможет ей быстрее освоиться.       Но по лицу Лесси было понятно, что она уже запуталась.       — Думаю, с тебя на сегодня хватит, — заметила Лифелия, решив её немного пожалеть. Обычно это изучается постепенно, а не за пару часов, и как бы интересно ни было, нужно переключиться. — Папа мне много чего рассказывал из того, что обязан знать каждый глава ордена. Например, в записях первой наследницы были пара строк о том, что нашу основательницу воспитывали мантикоры.       — А это кто такие? — уточнила Лесси. Лифелия решила, что ей проще найти изображение в интернете, чем объяснить на словах. В который раз она была рада, что такое чудо существует и никто из орденов не против использовать современные технологии. Увидев изображение мантикоры, Лесси пробормотала, что ей сложно представить, чтобы подобный монстр кого-то воспитывал. Лифелия успокоила её, объяснив, что иногда реальность немного отличается от того, что представляют себе обычные люди, и объяснила: вопреки тому, что написано, мантикоры — мирные создания и не станут просто так нападать на человека. Они не дикие звери, но лезть просто так к ним тоже не стоит. Лесси кивнула, спрашивая, а кто ещё отличается от общих представлений.       Проверяя всех существ, которых только вспомнили и сравнивая с информацией ордена, девушки просидели за этим всю ночь. Лесси была даже немного удивлена тому, сколько всего отличается от того, что знает она и написано в книгах. Зевая, она посмотрела на время: стрелки часов показывали половину пятого. Решив, что если они пропустят завтрак — ничего страшного, Лифелия предложила всё-таки лечь спать. Лесси зевнула, потирая глаза.       — Я даже не заметила, как пролетело время, — призналась она, собираясь встать. Лифелия потянула её за руку, предлагая лечь вместе: кровать достаточно широкая для двоих. Лесси улыбнулась, кивнув. — Ты очень интересно рассказываешь. И много знаешь.       — Не так много, как Мирель, — с гордостью в голосе отозвалась Лифелия, перекинув подушку и одеяло с дивана на кровать. — Мне кажется, нет того, чего он не знает. Правда, сейчас мы мало общаемся из-за...       Она замолчала, решив, что не стоит портить приятную атмосферу печальными мыслями. Иногда Лифелии не хватало брата, который слишком сильно погрузился в дела ордена после пропажи отца. Но говорить ему об этом девушка не хотела, чтобы не переживал. В конце концов, это его обязанности. Лесси быстро перевела тему, спрашивая, чего ей стоит ожидать от встречи других глав.       Уже лёжа напротив Лесси и обсуждая насущное, Лифелия подумала, что зря отнеслась к ней столь холодно изначально. Было странное ощущение, будто они уже были знакомы: жесты, улыбка, даже этот взгляд. Списав на то, что это из-за схожести с основательницей, Лифелия отвернулась и пожелала спокойной ночи.       Лесси легонько улыбнулась, приложив руку к груди и бросив взгляд на книгу. Вздохнув и так же пожелав доброй ночи, она укрылась одеялом, устраиваясь поудобнее.