Путь к мечте: История AIMERS

Оджю сидел в пустой тренировочной комнате, глядя на свое отражение в зеркале. 7.5... Эти цифры все еще пекли, напоминая обо всех жертвах, на которые он пошел ради своей мечты. Флешбек, 2017 год "Молодой хозяин, ваш отец ждет в кабинете," - экономка почтительно поклонилась, когда Оджю вошел в просторный холл их дома. Он кивнул, на миг задержав взгляд на большом концертном рояле в гостиной. Как и все в этом доме, инструмент являлся символом статуса и престижа. С детства его заставляли учить классические сонаты – "это развивает дисциплину", говорил отец. Но когда все думали, что он практикует Моцарта или Бетховена, он разучивал песни BTOB и BTS, приглушая звук с помощью демпфера. В кабинете отца пахло дорогой кожей и деревом. Пак Чонхо, глава конгломерата PK Group, даже не поднял голову от документов. "Садись." Оджю погрузился в кресло. На столе лежала папка с логотипом национального Сеульского университета. "Твои репетиторы говорят, что ты стал меньше заниматься. Оценки падают," – отец наконец-то посмотрел на него. "Объяснишь?" Оджю сжал подлокотники кресла. Он не мог сказать правду - что последние полгода каждую свободную минуту посвящал вокалу, что тайно брал уроки у преподавателя, нашедшего через интернет, что... "Я просто устал," – он попытался звучать убедительно. "Подготовка к поступлению..." "Устал?" – отец резко встал. "Ты думаешь, я не устаю? Твой дед не уставал, когда строил эту компанию с нуля? Пак Оджю, ты мой единственный сын. Все, что ты должен сделать - это оправдать надежды семьи." В этот момент в кармане завибрировал телефон. Оджю знал, что это – сообщение от его преподавателя вокала. Сегодня они должны были отрабатывать новую технику. Он научился виртуозно врать о дополнительных занятиях по экономике. "Да, отец. Я постараюсь лучше." В этот вечер он снова находился в небольшой студии на окраине Сеула. Хозяин, Ким Сонхо, был бывшим трейном, который теперь учил вокалу. Он сразу заметил талант Оджю. "Что-то случилось?" – спросил Сонхо, замечая напряжение ученика. Оджю покачал головой, но потом неожиданно для себя сказал: "Сонсеним... Вы действительно думаете, что я мог бы стать айдолом?" Сонхо долго смотрел на него, прежде чем ответить: "Я думаю, что ты уже айдол. Просто еще никто об этом не знает." В ту ночь, вернувшись домой, Оджю не пошел в свою комнату. Он сидел в темной гостиной, глядя на лунный свет, отражающийся от глянцевой поверхности рояля. На телефоне играл новый альбом BTOB – он всегда увлекался их вокалом. В какой-то момент он приподнялся и подошел к инструменту. Пальцы коснулись клавиш – тихо, чтобы не разбудить дом. Мелодия "Missing You" полилась в темноте. Оджю закрыл глаза и принялся петь, впервые не сдерживая голос. "Оппа?" Он резко обернулся – в дверях стояла его младшая сестра, Сохен. Пятнадцатилетняя копия матери, она была единственной, кто знал о его тайне. "Это было... невероятно," - прошептала она, подходя поближе. "Почему ты никогда не поешь так при всех?" Оджю горько усмехнулся: "Ты же знаешь почему." Сохон села рядом с ним на скамейку: "Знаешь, что я думаю? Если ты не попробуешь, то всю жизнь будешь жалеть." "Отец никогда..." "А ты попробуй," – она взяла его за руку. "Хотя бы попробуй. Я вижу, как ты угасаешь на всех этих уроках экономики. Это не ты, оппа." На следующий день он пришел в Сонхо с просьбой подготовить его к прослушиванию в CUBE Entertainment. Преподаватель долго молчал, прежде чем спросить: "Ты уверен? Это будет тяжело. Очень тяжело." "Я знаю." "Твоя семья..." "Я больше не могу притворяться кем-то другим." Сонхо кивнул: "Тогда начнем. У тебя три месяца до следующего прослушивания." Эти три месяца изменили все. Днем Оджю все еще был идеальным наследником – посещал бизнес-встречи с отцом, готовился к поступлению в университет. Но каждую свободную минуту он посвящал подготовке. Сонхо был безжалостным - заставлял повторять одну и ту же ноту часами, отрабатывать движения до полного истощения. Подготовка к прослушиванию была изнурительной. Каждый день после занятий с репетиторами Оджю ехал в студию Сонхо, объясняя родителям, что посещает дополнительные курсы по бизнес-администрированию. Иногда ему казалось, что он живет двойной жизнью – днем ​​идеальный наследник, а вечером – будущий айдол. "Твой вокальный диапазон поражает", - однажды сказал Сонхо после очередного занятия. "Но этого мало. В CUBE смотрят не только на голос." Оджю кивнул. Он знал – для успешного прослушивания нужно больше. Поэтому каждое утро, пока дом еще спал, он тренировался в своей комнате – отрабатывал хореографию, которую находил на YouTube. Его тело, привыкшее к теннису и гольфу - "благородным" видам спорта - протестовало против новых нагрузок. Сохен стала его единственным зрителем и критиком. Она проникала в его комнату с планшетом, сравнивая его движения с оригинальной хореографией. "Оппа, здесь надо резче," – шептала она, показывая момент в видео. "И не забывай о мимике!" Однажды вечером, когда они сидели в ее комнате, обсуждая его подготовку, Сохон вдруг стала серьезной. "А что, если отец узнает раньше? До прослушивания?" Оджю замер. Он старался не думать об этом, но вопрос сестры попал в цель. "Тогда... придется действовать быстрее", - ответил он после паузы. "Главное – пройти прослушивание. Если CUBE примет меня, у отца не будет выбора." "Ты действительно в это веришь?" – в голосе Сохен слышались нотки сомнения. "Должен." День прослушивания близился. Оджю стал еще более осторожным – малейшая ошибка могла разрушить все. Он придумал историю о подготовительных курсах в университете, чтобы объяснить свое отсутствие в тот день. "Хорошо, что ты наконец-то серьезно взялся за учебу," - одобрительно сказал отец за завтраком. "Я уже договорился о твоей летней практике в компании." Оджю едва сдержал эмоции. Если все пройдет хорошо, никакой практики не будет. Утром, в день прослушивания, он долго стоял перед зеркалом в своей комнате. На кровати лежал идеально выглаженный костюм от известного дизайнера – его привычная одежда для "курсов". Рядом – спортивная сумка с вещами для прослушивания. "Оппа," – Сохон появилась в дверях. В руках у нее был небольшой конверт. "Это тебе... на удачу." В конверте был билет на концерт BTOB – тот самый, который изменил его жизнь два года назад. Билет, который он хранил как самое дорогое сокровище. "Ты сможешь," – прошептала сестра, крепко обнимая его. "Я знаю, что сможешь." CUBE Entertainment оказался менее помпезным, чем Оджю воображал. Обычное офисное здание в деловом районе Сеула. Но очередь из потенциальных трейней тянулась далеко за угол здания. Переодевшись в туалете ближайшего кафе, он встал в конец очереди. Удивительно было видеть себя в обычных джинсах и футболке вместо дизайнерских костюмов. Вокруг толпились десятки таких же претендентов - кто-то тихонько повторял хореографию, кто-то распевался, кто-то нервно перечитывал анкету. "Номер 247!" – воскликнул сотрудник компании. Оджю сжал в руке свой номер – 268. Оставалось совсем чуть-чуть. Телефон завибрировал – сообщение от водителя: "Молодой хозяин, ваш отец интересуется, как проходят курсы." Он быстро набрал ответ о том, что все хорошо, и выключил телефон. Сейчас он не мог позволить себе отвлекаться. "Номер 268!" Сердце пропустило удар. Оджю встал, чувствуя, как дрожат колени. Комната для прослушиваний оказалась просторным танцевальным залом. За столом сидели трое судей – главный продюсер, хореограф и вокальный тренер. "Имя, возраст?" – сухо спросил продюсер, не поднимая глаз от бумаг. "Пак Оджю, 19 лет." Что-то в его голосе заставило продюсера поднять взгляд. Возможно, безупречное произношение или слишком уверенная осанка – то, что выдавало его происхождение. "Что подготовил?" "Missing You, BTOB." Судьи переглянулись. Сложный выбор для прослушивания. Когда полились первые ноты, Оджю закрыл глаза. Все, что он отрабатывал месяцами, все бессонные ночи и тайные тренировки – все вело к этому моменту. Его голос, сначала тихий, постепенно набирал силу. Он вложил в это выступление все - свою боль от сокрытия подлинного себя, свою мечту, свой страх... Когда он кончил, в зале воцарилась тишина. "Хореография?" – наконец спросил хореограф. Оджю кивнул и встал в начальную позицию. Следующие три минуты он танцевал так, будто от этого зависела вся его жизнь. Собственно, так оно и было. "Довольно," - вдруг сказал продюсер. "Скажите, Пак Оджю-ши... Вы порой не родственник Пак Чонхо?" Оджю замер. Этот вопрос он боялся больше всего. "Да" - ответил он после паузы. "Это мой отец." Снова тишина. Затем судьи начали что-то тихо обсуждать между собой. "Хорошо," – наконец сказал продюсер. "Мы свяжемся с вами в течение недели." Выйдя из здания, Оджю почувствовал, как дрожат руки. Он сделал это. Независимо от результата, он отважился сделать первый шаг. Телефон снова завибрировал – на этот раз звонила Сохен. "Оппа! Как все прошло?" "Я... я не знаю," - честно ответил он. "Но я не жалею." Неделя ожидания казалась вечностью. Оджю пытался сосредоточиться на учебе, на встречах с отцом в компании, но мысли постоянно возвращались к прослушиванию. Он проверял телефон каждые пять минут, хотя знал – CUBE должны были связаться через email. "Молодой хозяин" - однажды утром в его комнату постучала экономка. "Только что пришло письмо от CUBE Entertainment." Оджю резко поднял голову от учебника по экономике. Сердце безумно забилось – письмо? Бумажный? Но ведь они должны были написать на email... В конверте с логотипом CUBE лежал официальный документ: "Уважаемый Пак Оджю-ши, Мы рады сообщить, что по результатам прослушивания Вы приняты в качестве трейных в CUBE Entertainment. Ваши вокальные данные и хореографические навыки произвели на нас большое впечатление. Просим явиться для подписания контракта..." Руки задрожали. Он сделал это. На самом деле сделал. "Оппа?" – Сохон заглянула в комнату и, увидев конверт, бросилась обнимать брата. "Ты смог! Я знала!" "Тихее," - прошептал он, хотя самому хотелось кричать от радости. "Родители не должны узнать раньше..." "Узнать о чем?" Они резко обернулись. В дверях стояла мать. Ее взгляд был прикован к конверту с логотипом CUBE. "Омма..." - начал Оджю, но она уже развернулась и быстро пошла по коридору. Он знал – она идет в кабинет отца. "Оппа," – Сохон схватила его за руку. "Что теперь?" "Теперь?" – он крепко сжал письмо. "Теперь я должен сказать правду." Когда он вошел в кабинет, отец уже держал в руках письмо. Мать стояла у окна, нервно перебирая ожерелье. "Поясни," - голос отца был спокоен. Слишком спокоен. "Я прошел прослушивание в CUBE Entertainment. Они приняли меня как трейни." "Прослушивание?" – отец медленно поднялся. "Так вот чем ты занимался последние месяцы? Не курсами подготовки, а... этим?" "Да." "И ты действительно думаешь, что я позволю единственному наследнику PK Group стать каким-нибудь... развлекателем?" "Это не просто развлечения," - Оджю почувствовал, как растет внутри что-то сильнее страха. "Это то, чего я действительно хочу. То, в чем я хорош." "Хороший?" – отец горько засмеялся. "Ты хорош в управлении компанией. Ты родился для этого. Все остальное – детские игрушки." "Нет," - Оджю шагнул вперед. "Я родился для музыки. И если вы не можете это принять..." "Если я не могу это принять – что?" – отец подошел ближе. "Что ты сделаешь? Уйдешь из дома? Откажешься от всего, что я тебе дал?" "Если придется." Тишина, царившая в кабинете, была тяжелой, как свинец. "Хорошо," – наконец произнес отец. "Тогда иди. Но запомни - если переступишь этот порог, обратно дороги не будет. Ты больше не сын PK Group. Ты больше не Пак." "Чонхо!" – вскричала мать. "Ты не можешь..." "Могу", - он даже не взглянул в ее сторону. "Это его выбор." Оджю стоял, не двигаясь. Всю жизнь он боялся этого момента. Но сейчас, странно, страха не было. Была только решительность. "Тогда... прощайте," - он поклонился родителям и вышел из кабинета. Сохон ждала в коридоре, прижав руки к груди. "Ты идешь?" – прошептала она сквозь слезы. "Должен." "Я буду поддерживать тебя, что бы ни случилось," - она ​​крепко обняла его. "Обещай, что достигнешь своей мечты." "Обещаю." 2020 год, CUBE Entertainment "Оджю-я! Еще раз!" – голос тренера с вокала отражался от стен тренировочной комнаты. Была почти полночь, но Оджю продолжал практиковаться. За два года в CUBE он привык к изнурительному графику – ежедневные тренировки по 12-14 часов стали нормой. "Хен, может, достаточно на сегодня?" – Минхо, один из трейни, выглянул из соседней комнаты. "Ты же здесь с самого утра." Оджю покачал головой: "Ты же слышал - на следующей неделе очередная ежемесячная оценка. Я должен быть идеальным." И он действительно был близок к идеалу. Среди всех трейни Оджю consistently получал самые высокие оценки за вокал. Его имя часто упоминалось на собрании руководства, когда обсуждали будущие проекты. Все были уверены – он обязательно дебютирует со следующей мужской группой компании. На следующее утро его вызвали в офис менеджера. Сердце забилось быстрее – возможно, наконец-то новости о дебюте? "Садись," - менеджер Ким выглядел серьезным. "Мы хотели обсудить с тобой будущее." На столе лежала папка с логотипом "Nowadays Project". Оджю слышал шепот об этом проекте – вроде бы что-то инновационное, что должно было изменить k-pop сцену. "Nowadays – это новый мужской проект нашей компании," – начал менеджер. "Мы планируем создать что-то особенное, отличное от всего, что есть сейчас на рынке. И мы видим тебя как одного из главных вокалистов." Сердце Оджю пропустило удар. Наконец-то! "Но..." - менеджер сделал паузу, и это "но" повисло в воздухе как тяжелое облако. "Проект масштабный. Мы не можем спешить." "Что это значит?" "Сейчас компания сосредоточена на продвижении PENTAGON и BTOB. В 2021 году мы дебютируем новую женскую группу LIGHTSUM. Nowadays запланированы на 2024 год..." "2024?" – Оджю почувствовал, как внутри все стынет. "Но... это ведь еще четыре года." "Понимаю твои чувства," – менеджер говорил мягко, но уверенно. "Но в этой индустрии все решает время. Неправильный дебют в неправильный момент может разрушить все шансы на успех. Посмотри на историю k-pop – сколько талантливых групп провалилось из-за спешки?" Оджю смотрел в окно. Внизу, на улице, толпились фанаты PENTAGON – сегодня группа должна была появиться на Music Bank. Еще вчера он мечтал о таком же успехе. Но четыре года... "К тому же," - продолжал менеджер, - "тебе еще надо работать над некоторыми аспектами. Твой вокал безупречен, но сценическая харизма..." "Я понял," – Оджю встал. "Спасибо за информацию." В тот вечер он дольше обычного оставался в тренировочной комнате. Другие тройни разошлись по домам, но он продолжал петь. Вдруг дверь открылась – это был Минхо. "Знаешь," - сказал он, садясь рядом, - "я слышал о Nowadays. Говорят, это будет что-то грандиозное." "Через четыре года," - горько усмехнулся Оджю. "Ну, у нас будет время подготовиться..." – Минхо пытался звучать оптимистично. Оджю получил телефон - новое сообщение от сестры: "Оппа, сегодня отец объявил, что я еду учиться в Лондон. На следующей неделе. Я даже не успею попрощаться с тобой..." Что-то внутри надломилось. Сначала родители отказались от него, теперь отправляют сестру подальше... А он? Сидит ли здесь, ожидая призрачного шанса через четыре года? На следующей неделе он услышал от совместных знакомых о Hyper Rhythm – небольшую компанию, которая искала опытных трейни для быстрого дебюта новой группы. Поначалу он даже не собирался рассматривать это предложение. Но... "Мы ищем главного вокалиста", - сказал представитель Hyper Rhythm во время их первой встречи. "Кого-то, кто станет лицом группы с самого начала. И мы слышали о ваших способностях..." Они говорили о скором дебюте, об уникальной концепции, о том, как компания вкладывает все ресурсы в этот проект. Конечно, когда выяснилось его происхождение, их энтузиазм только возрос - намеки на возможную поддержку от семьи Пак были достаточно прозрачными. Но Оджю молчал о реальном положении дел с семьей. Он давно научился скрывать эту часть своей жизни. Сейчас его интересовало другое – возможность наконец-то расправить крылья, не дожидаясь еще четыре года. Решение покинуть CUBE далось нелегко. Но иногда, чтобы двигаться вперед, нужно сделать шаг в неизвестное. Настоящее время Оценка 7.5 поменяла все. Последние две недели тренировочная комната стала для Оджю вторым домом – он приходил в шесть утра и уходил далеко за полночь. Другие участники замечали изменения - его взгляд стал жестче, движения резче, а улыбка, которая раньше часто появлялась во время их шуток, теперь казалась забытой. "Оджю-я, может сделаем перерыв?" – Инджун наблюдал, как младший участник в третий раз подряд повторяет сложную вокальную партию. "Ты уже пять часов без отдыха..." "Хен, я в порядке," - ответ был сухим, почти механическим. Синхьон, как лидер, пытался достучаться до него: "Послушай, 7.5 - это действительно неплохая оценка. Особенно учитывая, что это первая оценка. Когда я был в SPECTRUM..." "Это не SPECTRUM," - резко прервал его Оджю. В тренировочной комнате воцарилась тяжелая тишина. В тот вечер, когда другие ушли домой, Оджю остался один. Отражение в зеркале казалось истощенным, но он снова и снова повторял движения. Телефон завибрировал – новое уведомление от сестры. Фотография появилась на экране без предупреждения – вся семья собралась в их загородном доме на день рождения отца. Мать в любимом шелковом платье, отец в своем идеально скроенном костюме, сестра, только что вернувшаяся из Лондона на каникулы... И пустой стул, который всегда был его местом. Рука невольно сжала телефон. В голове мелькнули воспоминания – бесконечные уроки этикета, разговоры о будущем компании, разочарование в родительских глазах… "Ты больше не Пак" – эти слова все еще звучали как приговор. Оджю вернулся к зеркалу. 7.5... Для сына из семьи чеболов, покинувшего все ради своей мечты, это было почти обидно. Он должен быть лучше. Должен быть идеальным. Только так он сможет доказать, что его выбор был правильным. "Еще раз" - прошептал он своему отражению, включая музыку. В тишине ночной тренировочной комнаты его голос звучал особенно одиноко.