Глюк системы 2.0

Тёмный лес. Жуткое и мрачное место, которое даже местные жители обходят стороной, из-за того, что издавна в этом месте пропадали люди. В нём, тихой, безлунной ночью, когда даже ярких звёзд не было видно на чёрном небе, бродил пухлый светловолосый одиннадцатилетний мальчик. Лес всё сильнее пугал Дадли. Мальчишка совершенно не помнил как и почему оказался здесь. В одной руке мальчик крепко сжимал камеру, фонарём которой он и подсвечивал себе путь меж ветвей столетних елей, а в другой — странные детские рисунки, найденные на деревьях. Почему-то Дадли казалось, что если он соберёт 8 записок, то этот кошмар обязательно закончится и мальчишка попадёт домой. Но с каждым собранным рисунком, на периферии зрения всё чаще мелькало странное, безликое, очень высокое существо в строгом чёрном костюме. Вот мальчик заметил седьмую по счёту записку на старой ели. Не теряя ни секунды, он рванул к ней и сорвал рисунок. Пару раз опасливо оглянувшись, Дадли хотел продолжить идти, но в камере появились помехи и мальчишка заметил стремительно приближающееся к нему существо. Бросив всё, мальчик рванул в противоположном направлении. Дадли бежал. Бежал изо всех сил не разбирая дороги, просто надеясь скрыться от неизвестного чудовища. Спустя несколько минут, мальчик увидел то, что могло его спасти. На двери заброшенной хижины висела последняя записка. Это дало ему надежду и мальчишка побежал ещё быстрее. До спасительного рисунка оставалось всего несколько метров, но Дадли запнулся обо что-то и упал, а его сознание окунулось во тьму. ******* Утро 31 августа началось для геймера с громкого крика кузена. На лице Гарри возникла улыбка. Что поделать, Игроку очень нравилось заставлять его ссаться в постель от ужасных кошмаров, да и к тому же в основном Дадли заслуживал эти ужасы во снах. Хоть он и был стройнее и спокойней, нежели в каноне, но желание самоутвердиться за счёт чужой боли никуда не пропало. Поттер встал, оделся и пошёл перепроверить свои вещи к школе. Давно собранный чемодан стоял у двери. На всякий случай Поттер просмотрел, не забыл ли он что-либо положить. Вся литература на месте, несколько комплектов одежды есть, канцелярские принадлежности собраны. Купленная литература порадовала Игрока. Столько полезной информации, не показанной в каноне. Множество бытовых заклинаний, которые, при использовании не по назначению, могли устроить противнику долгую и мучительную смерть. Ядовитые растения, крайне токсичные, но невероятно полезные в зельеварении. Агрессивные представители волшебной фауны, которые хоть и выглядят безобидно, но могут сильно покалечить. К примеру, магическая разновидность клещей. Крошечный незаметный жучок, который, когда попадает на тело, присасывается к ауре и выпивает жизненную энергию, тем самым убивая жертву. Не меньшую опасность несёт зельеварение. При смешении несовместимых ингредиентов, можно вызвать такой «бабах» что неумелого зельевара придётся соскребать с ближайшей стены или хоронить в закрытом гробу. Этикет магов был похож на маггловский, но отличался огромным количеством свойственных только этому обществу заморочек, к примеру «Количество ленточек в волосах представительниц женского пола разного статуса во время летнего приёма у аристократа такого-то ранга, такой-то магической силы…». Подобное Поттер просто читал, ибо не видел смысла запоминать. Балов ему в этом перерождении не светит, а забивать голову лишним не хотелось. Да и к тому же, Поттериана уже не тот мир, в котором можно неосторожным жестом руки, нанести смертельное оскорбление и вызвать войну родов. Гарри тихо хмыкнул, вспоминая одну из прошлых вселенных, где сын главы рода одним случайным высказыванием устроил войну между их родом и кланом эльфов. Вообще, в том мире ушастики были крайне воинственным народом, любившим устраивать побоища по поводу и без. Уже через час, будущий ученик Хогвартса спешно вытаскивал из багажника машины дяди Вернона свои вещи. Гарри раздражённо сплюнул на асфальт. Из-за того, что автомобиль упорно не хотел заводиться, они приехали позже, чем планировали. Поттер зашёл в здание вокзала. Людей было не так уж и много и среди них было прекрасно видно семейку огневласых людей в странной одежде. Колоритная рыжая мадам что-то объясняла своим не менее рыжим сыновьям и дочери. Как бы странно это не звучало, но фанфики не врали и голосили рыжики, и вправду на весь вокзал. Накинув на голову капюшон тёмно-синей кофты, Глич сделал наиболее самодовольную мину и гордо прошагал на волшебную платформу. По ушам ударила какофония звуков. На платформе 9 ¾ было гораздо больше шума, чем на маггловском перроне. Всюду звучали разговоры магов разных возрастов, под ногами шныряли коты, над головой пролетали совы, а на путях, ярко сверкая алым цветом, стоял знаменитый Хогвартс-экспресс. Стараясь не обращать на это внимания, Игрок пошёл искать свободные места в поезде. Вот Гарри прошёл мимо кучки детей, столпившихся около кудрявого паренька по имени Ли Джордан, принёсшего своего тарантула. Рядом высокая женщина обнимала своего сына и что-то ему втолковывала, на что мальчик уверенно кивал. Поттер вошёл в, как ему казалось, наименее забитый вагон. Большинство купе были заперты и Гарри шёл всё дальше по коридору. На глаза попалась приоткрытая дверь. Глич осторожно постучал, открыл купе и столкнулся с удивленным взглядом разных глаз. Та самая девочка из магазина… — Извини, тут большинство купе заняты, можно к тебе? — спокойно спросил он, не отрывая взгляда от странных глаз ученицы. — Эм, конечно, проходи, — дружелюбно ответила она. — Спасибо. Мальчишка зашёл, поставил чемодан и сел на свободное место. Закрывая вход, Игрок просмотрел девочку зрением игрока. Имя: Гермиона Грейнджер Истинное имя: ??? Уровень: 10 Истинный уровень: ??? Раса: Человек Тип: Маг, ??? ОЖ: 3000 ЗЩТ: 8 Репутация: 100 (заинтересованность, дружелюбие) «Что, простите? — Подумал Гарри, мысленно закрывая табличку. — Либо она тоже игрок, либо точно не магглорождённая.» — Эм, меня зовут Гермиона, — произнесла она, протягивая руку в знак приветствия. — Я Гарри, — сказал Игрок, отвечая на рукопожатие. В миг, когда их ладони соприкоснулись, произошла яркая вспышка света и перед глазами Поттера возникло окошко. — Что за… Создать иллюзорный барьер первого уровня, замедление времени один к десяти! — Быстро отчеканил парень. В миг мир обесцветился и потерял звуки. Только тогда, Игрок прочёл надпись на табличке.

Внимание! Создана связь «Учитель — ученик» между игроками Глич и Инк! Санс (оригинал).

Дети в шоке посмотрели друг на друга. — Ну привет, Чернильница, давно не виделись, — с ухмылкой сказал Поттер. — Ч-что? Откуда, погодите-ка… Эррор, это ты?! — воскликнула девочка, вжавшись в сиденье. — Ага, это я, — всё с той же усмешкой ответил он. — Что за… Какого чёрта, — пробормотала она. — Спокойно, я в отпуске, геноцид устраивать не собираюсь, — поспешил успокоить собрата по несчастью Гарри. — Отпуск? — Ага, отпуск. Я задолбался в прошлом перерождении и просто хочу отдохнуть, — заверил Поттер. — А ты как вообще сюда попал, да и в таком виде? Хотя, стоп, ты тоже игрок? — Спросила девочка. — Да, и как я вижу, ты уже знаешь о системе. — Хм, это неожиданно… Так значит, геноцид ты устраивать не собираешься? — С недоверием обратилась Инк. — Нет, нет, никакого смертоубийства! — Примиряющие подняв руки вверх, ответил Глич. — Что ж, это радует. А что за связь между нами образовалась? — Если игрок, чей уровень больше 100 встречает в своём мире игрока на первом перерождении, то между ними образуется связь, обязуящая старшего геймера обучить младшего 2 навыкам и обеспечить его жизнь до совершеннолетия по законам их вселенной. — То есть это перерождение у тебя не первое? — Ага, если хочешь, посмотри сама. — Я не могу, у меня зрение заблокировано. — Ладно, тогда призови свой статус, а я призову свой, по идее мы должны видеть их друг у друга. — Сейчас попробуем. Оба неразборчиво что-то пробормотали и перед ней возникли виртуальное окна. Инк с интересом рассматривала характеристики Геймера, а Глич вглядывался в статы бывшего врага. Имя: Гермиона Грейнджер Истинное имя: Инк! Санс (оригинал) Уровень: 10 Истинный уровень: 130 Раса: Человек Тип: Маг (Ядро: 25), Геймер Титул: Грязнокровка (-800 репутации с фракцией «Пожиратели смерти», -10% развития ядра), Прилежная ученица (+200 репутации с представителями профессии «Учитель», + 15% развития интеллекта) ОЖ: 3000 (Реген. 80/мин) ОМ: 3500 (Реген. 100/мин) ЗЩ: 9 Сила: 15 Выносливость: 20 Ловкость: 25 Интеллект: 29 Харизма: 25 Психика: 25 Удача: 25 Навыки: Тело Игрока (MAX) Создание иллюзорных барьеров (10%) Созидание (20%) Инк! Атаки (10%) (Карандаш — 60 MP, Кисть синяя/оранжевая — 150 MP, Стена — 1800 MP, Маленький гастер-бластер — 450 MP, Большой Гастер-бластер — 1200 MP) Доброта (50%) (слабое целительское заклинание, восстанавливает 100 ОЖ) (- 100 ОМ) Честность (30%) (позволяет ощущать ложь со стороны собеседника) (- 150 ОМ/мин.) Решимость (5%) (отматывает время назад до определённого момента) (- 2800 ОМ) — Глич, значит… Хех, подходящий ник, — тихо сказала она. — Ого, сколько навыков. — А ты довольно неплохо прокачана, да и способности у тебя довольно необычные, — подметил Гарри, — кстати говоря, Инк, а ты в курсе, в какую вселенную мы попали? — В смысле? — В прямом. Ты же знаешь, что у Поттерианы есть множество альтернативных реальностей? — Только не говори, что это Дамбигад. — Ладно, не буду, — хмыкнул Глич. — Звиздец. Стоп, а ты как вообще понял это? — Просто. Очнувшись в хорошо избитой тушке, я вместе с кучей переломов обнаружил ограничители, поставленные нашим любимым долькоманом. — А может он их поставил, чтобы ты дом стихийной магией не разнёс? — Ага, закладку на интеллект он тоже для этого поставил? И артефакторику с физической силой для этого же заблокировал, — с сарказмом произнёс Поттер. — Замечательно. Мне ожидать Уизлигад? — Мрачно констатировала Инк. — Насчёт него я не уверен, но если честно, я не удивлюсь если тебя будут пытаться напоить амортенцией, а мои родители сейчас где-то во Франции чай попивают или моих братиков с сестрёнками в школу провожают, — сказал он, разведя руками. — Это всё обещает быть крайне весёлым. — И не говори. — Кстати, судя по твоему внешнему виду, с родственниками общий язык ты нашёл. — Ага, пару изменений во внешности, ниточки из пальцев и выбитая дверь чулана, и они уже боятся меня злить. — А я попала сюда, когда Гермиона качелями по голове получила. Пришлось имитировать амнезию и привыкать к женскому телу. Знаешь как трудно отучиваться говорить о себе в мужском роде? — Хех, признаюсь честно, мне тебя немного жаль, первое перерождение с противоположным полом, девушкам в этом плане сравнительно проще. — Ага, спасибо, блин, — буркнула девочка, — а какие у тебя планы на этот мир? — Как я и говорил, я собрался морально отдыхать, проще говоря творить всякую херню, а так как Дамблдор тут бяка, херню творить я буду над ним. — Сны портить будешь? — Именно, у меня уже целая папочка сценариев готова. — Серьёзно? — Конечно! — В руках мальчишки появилась большая папка, которую он протянул девочке. Взглянув на одну из страниц, Гермиона густо покраснела и отодвинула её от себя. — Извращенец… — Часть текстов писались мной во время переходного возраста и долгих походов в чисто мужской компании, — улыбнувшись ответил он и отправил папку обратно в инвентарь. — Ладно, просто забудем про это, — сказала она, — и может уберёшь барьер? — Нет проблем, — кивнул Поттер. — Стереть иллюзорный барьер! В ту же секунду, мир вновь обрёл цвета, а за дверью начали разноситься топот и гомон детей. Спустя несколько минут молчания, Гермиона задала вопрос. — Глич, можешь рассказать о своих перерождениях? — Конечно, если тебе это интересно, — произнёс Гарри и начал свой рассказ. Самым первым миром Глича, ещё до становления игроком был самый обычный немагический мирок. Он помнил обшарпанную двушку, пьяного отца с большой цепью, мать, стоящую где-то в уголке и наблюдающую, как бьют её сына, и испуганные глаза младшего брата. В памяти всплывали эпизоды о первой работе, ночёвке в подвалах, о доброй девушке с огненно-рыжими волосами, приютившей и поддержавшей его тогда, а позже и о том, что она погибла под колёсами машины его отца. Последним было воспоминание о сером небе и стремительно приближающейся земле. Это были те вещи, о которых Глич хотел бы забыть. А потом был ОН. Тёмные волосы, сверкающие глаза и словно двоящийся голос, заставляющий содрогнуться, — всё это выдавало в нём божественную сущность. Феликс — покровитель геймеров, один из создателей «Системы» и Бог удачи в одном из миров. Именно он явился Гличу и предложил принять участие в их игре. «Такой шанс выпадает лишь раз» — говорил Феликс, окидывая тогда ещё забитого мальчишку лукавым взглядом. — «Вместо тебя здесь могло оказаться любое другое разумное существо.» И Глич согласился. Первое перерождение сильно удивило и одновременно порадовало Игрока. В этом мире, наполненном магией и духом классических фэнтези, он родился у неизвестной одинокой женщины, чьё имя Игрок так и не узнал. Она была при смерти и еле смогла провести ритуал, отправивший Глича далеко в горы. Племя Лаурон не принимало участия в войнах и междоусобицах своих соседей, предпочитали жить мирно и обособленно от остальных. Но не смотря на пацифистический настрой людей, их нельзя было злить. Сильнейшие маги могли сводить существ с ума одним только взглядом, а сильных там было много. Численность практически не уменьшалась, продолжительность жизни была поистине огромная, а родить могли далеко не все женщины, и это событие считалось настоящим праздником. Игроку повезло, сильнейший маг этого племени нашёл его и решил воспитать, как родного сына, из-за того, что его жена не могла забеременеть. Аранэл ответственно выполнял свой долг и стал для Глича тем, кого он по-настоящему смог назвать отцом. Игрок, прозванный в этом мире Лаутом, рос сильным и целеустремлённым, но верным и благодарным. Мальчик быстро учился и отлично овладел магией разума. А потом в деревню пришёл незнакомец. Племя хоть и не вмешивалась в чужие конфликты, но к путникам здесь всегда относились довольно дружелюбно. Раненого незнакомца вылечили и выходили, дали временную крышу над головой и еду. Он оказался странствующим охотником на тёмных созданий, широко распространённых в этих местах, а ранил его оборотень, терроризирующий эти края уже несколько лет. И звали охотника Кирито. Это уже насторожило Лаута, тот прекрасно помнил героя известного в прошлом мире аниме, чьё имя было точно таким же. Случайная встреча около древней скалы с ручьём, долгий разговор, случайное соприкосновение, и вот Глич стал учеником некого «Сворд_Мастер_111». Аранэл поверил тому, что между его приёмным сыном и бродячим охотником образовалась связь ученичества, так как парочка продемонстрировала тонкие золотые браслеты с некими рунами, появляющиеся по их желанию, являющиеся в этом мире признаками связи. С тех пор Лаут обучался не только магии разума с помощью подаренной отцом на прощание книги, но и руноплетению, а так же созданию артефактов. Умер Глич в этом мире спокойно, набрав 128 уровней и основав собственный род. Но так как после 100 уровня открывается инвентарь, или же по современному — пространственный карман, часть артефактов и книг из хранилища рода перекочевала в него. Второе перерождение запомнилось Игроку кровопролитными сражениями, долгими походами, развратными дамами и обострившимся инстинктом хомяка. Глич родился в семье потомственных аристократов и получил брутальное имя Алукард Десятый в честь своего далёкого прадеда. Рос он в роскоши и окружении прислуги, обделённый родительской лаской. С детства были Алукарду знакомы роскошные балы и пиры, огромные причёски, пышные платья, кружевное бельё и дворцовые интриги. Будучи юношей, Глич решил строить военную карьеру и ушёл в армию своего сюзерена. А род, вассалом которого являлся род Игрока, воевал очень часто, в основном из-за собственных глупых ошибок. Именно в продолжительных походах с чисто мужским коллективом, Геймер начал писать «папочку со сценариями». Сражения происходили не реже, чем одно в пять лет, причиной тому, помимо глупости сюзерена, была кровожадность местных представителей волшебной фауны. Эльфы внешне не отличались от классических фэнтезийных, но любили развязывать конфликты без повода и наслаждались видом человеческих внутренностей, что приносило им эстетическое удовольствие и повышало самооценку. Тёмные эльфы были куда адекватнее, имели огромную силу, но не стремились к завоеваниям и жили мирно и спокойно. Гномы прославились народом мастеров, чьи артефакты и оружие ценились дороже золота. Вампиры и оборотни не угнетались, использовались как наёмники и рабочие, платили им преступниками, так как казнь считалась делом растратным. Именно в этом мире основным занятием Глича было пополнение собственной коллекции. Ещё с детства, инвентарь наполнялся разного рода вещами, начиная игрушками и заканчивая одеждой. В походах часто доводилось грабить чужие замки, из-за чего коллекция сильно возрастала. Внутренний хомяк требовал тащить в инвентарь всё, что не прибито к полу, а что прибито — отдирать и тащить. Источником вещей являлась и разблокированная на 200 уровне способность посещать данжи или же по современному — иллюзорные барьеры. Данжи в отличии от этого обновления, были доступны только в особые дни, такие как Хэллоуин и Новый Год. Да, сейчас видов иллюзорных барьеров стало больше, появился барьер для замедления или остановки времени, или данжи с мобами для прокачки статов, монстры в которых намного слабее боссов для того же Хэллоуина или Рождества, за которых помимо усиления статов можно получить интересные артефакты. Умер Алукард Десятый в бою, оставив после себя множество внуков и правнуков, и набрав ещё 132 уровня, а хоронили его под громкий коллективный плач жены, потомков и любовниц. После этого мира, Игрок решил устроить себе отпуск и переродился в таком же мире, как и его самый первый, где он успешно совершил суицид. Родился в семье среднего достатка, кое-как отучился в школе и институте, жил себе спокойно и не тужил, смотрел сериальчики, да компьютерные игры проходил. Хорошо жил бы, да умер так, как начинаются большинство фанфиков про попаданцев, Аркадия (так звали Глича в этом мире) сбил грузовик, водителю которого Игрок до сих пор желает смерти в страшных муках, ибо: «Мразь поганая, третья глава должна была выйти уже завтра!» А так как при углублённой настройке мира был выбран режим «Транзит», при котором от системы остаются только таблица статов да инвентарь и прокачивать себя нельзя, умер он, не набрав уровней. Хоть пространственный карман и был доступен, из этой вселенной там мало что было из-за того, что смерть свою Аркаша не предугадал, и в инвентарь отправились лишь пара картриджей для старой сеги, диск с Ларой Крофт и стопка журналов про игры и технику, среди которых мирно прятались несколько выпусков «Плейбой». Внутренний хомяк орал благим матом и бился в агонии, ведь: «Я ж ИксБокс дома оставил!» Но звон уведомления от экрана, указывающего на его проигрыш, прервал матерную тираду. В тот момент Глич особо не задумывался, кем ему быть и выбрал фанатского персонажа из недавно пройденной игры, чья история показалась Игроку наиболее лёгкой. Так он занял место Инк! Санса. Это перерождение прошло стремительно и ярко, оставляя впечатление приятного сновидения. Оно было самым лучшим по мнению Игрока. Он был героем, защитником невинных, на которого надеялись и которого любили. Порою было очень трудно, но эта трудность с лихвой окупалась счастливым взглядом спасённого существа и друзьями, которые не предадут и поддержат. Это грело душу и иногда вызывало слёзы радости. Хоть Игроку и было далеко не до заполнения коллекции, где-то в инвентаре, между грудами хлама алел, как знамя, потрёпанный шарф, покоился крупный кинжал с красным лезвием, висел медальон в форме сердца с едва различимой надписью, и валялась золотая диадема с полумесяцем посередине. Последнее испытание в этом мире далось по-настоящему трудно. Его Эррор был невероятно силён. В память врезался звук выстрелов гастер-бластеров, боль по всему телу из-за бесконечных уворотов от атак, отвратительный вкус зелья, восстановляющего ману и едкие комментарии уничтожителя миров. Кое-как, с практически полностью высушенным резервом, моральной травмой и прекрасными очками главного врага, Игрок покинул эту мультивселенную. В меню выбора мира, Глич совершил, как он сам помнил, самый глупый поступок за всё своё существование. Покрытая шрамами задница захотела опасных приключений, и в настройках перерождения был выбран самый трудный режим, включающий в себя полное следование канону, отсутствие переноса навыков в этот мир, а так же жестокое наказание за невыполнение заданий. Когда Игрок понял, в какой жопе вселенной он оказался, первыми его словами стала матерная тирада на русском, английском и эльфийском языках. В одиночестве прошли все пять стадий принятия неизбежного, сопровождающиеся всё тем же матом на трёх языках и приступами мазохизма. Но против системы не попрёшь и пришлось нехотя шагать по канону, проклиная мир, богов и всех, кто к этому причастен. Первые убийства были невероятно трудны не в плане силы, а в плане морали, ведь сложно убивать тех, с кем когда-то много общался или дружил. Спустя какое-то время Игрок привык к этому и ему даже начало нравиться. Сначала это пугало, но потом Глич перестал обращать внимание и молча, с застывшей ухмылкой на лице, продолжал выполнять задания, связанные с уничтожением «ошибок». Но потом случилось то, что заставило Геймера почувствовать себя настоящим чудовищем. Каноничная заварушка с похищением произошла, Свэп какое-то время побыл в анти-пустоте, откуда его успешно забрал Инк! Санс, и произошёл последний бой Голубички. Он оказался крайне лёгким для Глича, но конец Игрок всегда вспоминал с содроганием. Перед глазами вновь возник образ вставшего на колени Свэпа, душа и тело которого медленно рассыпались в прах. Лицо Голубички исказилось гримасой боли, но он вымученно улыбнулся, и глядя прямо в глазницы Глюка произнёс, что всё ещё верит в Эррора, верит в то, что он сможет прекратить. И тут нервы Глича сдали. После того, как от Свэпа осталась лишь кучка праха, по лицу Геймера потекли настоящие слёзы. Игрок ещё долго рыдал на земле, прижимая к себе голубую бандану и шёпотом моля прощения. Из всех кого Глич знал, Голубичка был самым ярким, храбрым, невинным и наивным, как маленький ребёнок, хоть и не по-детски серьёзным. Его глаза всегда горели энтузиазмом и добротой, от него веяло дружелюбием и надеждой. Всё, что было дальше до финального поединка с Инк! Сансом прошло как в тумане и не отложились в памяти. Битва с Художником прошла сравнительно просто, на руку играл тот факт, что Инк быстро устаёт и бьёт слабее Эррора. После этого, Игрок перешёл в следующий мир. Всё время, что Поттер говорил, Гермиона с интересом слушала, а после с задумчиво-удивленным выражением лица произнесла. — Неужели всё это правда… — Да, зачем, по-твоему, мне врать? — Просто… Просто это всё так неожиданно и необыкновенно, и кажется, что это просто бредовый сон, и я скоро проснусь. — Сказала она. На этом разговор угас, и оба игрока сидели, погрузившись в собственные раздумья. Через какое-то время, тишину прервали настойчивые попытки открыть дверь в купе, затихшие через полминуты. — Уизли, — констатировал Гарри, скучающим взглядом смотря на вход. — С чего такие выводы? — Спросила Инк. — Просто предположение, — пожал плечами Гарри. Спустя ещё несколько минут, в купе кто-то постучал. Открыв дверь, Глич увидел худощавого мальчишку с практически белыми волосами, тонкими чертами лица и серыми глазами, в сопровождении двух крепких сверстников, лица которых не были обремены наличием высокого интеллекта. — Ходит слух, что в этом купе едет Гарри Поттер, — произнёс блондин, манерно растягивая гласные. — Эти слухи правдивы, — спокойно ответил Гарри, вспоминая базовые навыки поведения с представителям аристократии. — Я Драко Малфой, это Крэбб, а это Гойл, — представился будущий слизеринец. — Я Гарри Поттер, мою спутницу зовут Гермиона Грейнджер, — произнёс Поттер. — Хм, Грейнджер, не слышал о такой фамилии среди чистокровных, — сказал Малфой, — она грязно… Маглорождённая? — Да. — Знаешь, Поттер, — произнёс Драко. — В этом мире есть семьи, более сильные и влиятельные, а так же те, кто не заслуживают называться магами, — он выразительно посмотрел на Гермиону. — Я готов объяснить тебе, кто есть кто здесь. — Прошу меня простить, но я вынужден отказаться от твоего предложения, — сказал Игрок, и блондин увидел еле блеснувшие на запястьях Гарри и Гермионы золотистые браслеты, исчезнувшие, как только блондин моргнул, — Но я хотел бы если не дружить, то хотя бы придерживаться с тобой нейтральных отношений. — Сказал Геймер, окидывая стоящих в проходе детей спокойным и уверенным взглядом, — Мы ведь оба понимаем, что от зря развязанных конфликтов ничего хорошего не будет? — Согласен с тобой, — слегка удивлённо произнёс блондин, поняв, что только что увидел чужую магическую связь, — Что ж, рад был познакомиться с тобой, Поттер. — Взаимно, Малфой. — Кивнув, ответил Глич. Оказавшийся в раздумьях Малфой и компания покинули купе, уйдя куда-то далее по коридору. — Что это только что было? — Спросила Инк, вопросительно взглянув на Игрока. — Налаживание отношений с местной аристократией, — он пожал плечами, — просто не вижу смысла с ним ссориться. — А чего он так удивился? — Я ему иллюзию ученических браслетов показал. — Что это такое? — У местных колдунов есть магические связи, как «муж-жена», «ученик-учитель» и т.д. Это что-то типа контрактов, заключённых на самой магии, из-за чего расторгнуть или избежать наказания за нарушение значительно труднее. Магическую связь можно показать в физической форме, обычно она проявляется в виде украшения, появляющегося по желанию, к примеру контракт раба выглядит как ошейник и цепь, свадебный же обозначается кольцами на руках участников связи. Малфой увидел на наших руках браслеты учеников и понял, что если оскорбит тебя, то ему придётся отвечать перед нашим «мастером», что грозит ему не очень хорошими последствиями. — Хм, довольно странно, но понятно. Эм, спасибо что объяснил. — Нет проблем, не зря же я этикетник штудировал. Через несколько минут, в купе заглянул староста, предупредив о том, что скоро поезд прибудет на место. — Эм, Гарри, мне переодеться надо… — Хорошо, выхожу, скажи, когда можно входить. — С этими словами, Глич вышел за дверь. В коридоре было довольно много людей, мимо бегали ученики разных курсов и их питомцы, из открытых купе доносились разговоры и смех. Парень откровенно безразлично наблюдал за идущими мимо студентами и размышлял, на какой факультет ему идти. Выбор конечно маленький, но и тут довольно сложно определиться. Гриффиндор отметается сразу, ибо Поттер не из тех, кто любит сносить препятствия своей больной головушкой, храбрость у него особо не проявлялась, да и желание оказаться на факультете рыжих любителей Альбуса-овер-дофига-имён-Дамблдора не присутствовало. Хафлпафф уходит следом. Хоть этот факультет был не плох, да и люди в нём были общительны и дружны, но это и отпугивало Игрока. Черезчур общительные личности не особо притягивали Глича и довольно сильно бесили его. Слизерин рассматривался как запасной вариант. Декан этого факультета глотку раздерёт за своих подопечных, да и сами змейки слажены, но в отличии от Хаффлпаффа, они не лезут в личную жизнь друг друга. Но минусом был тот факт, что магглорождённых в Слизерине ненавидят, а Гермиону нужно было держать ближе к себе. Оптимальным вариантом оказался Рэйвенкло. Тихий, спокойный факультет одиночек, где никто не интересуется другими и занимается сугубо своими делами, но если хорошо попросить, то можно получить помощь старшекурсников. К тому же, именно у них есть огромная библиотека с кучей интересных и труднодоступных книг. — Я всё. — Вывел Глича из раздумий голос Грейнджер. Зайдя в купе, Гарри быстро переоделся, а поезд к этому времени начал сбавлять ход, пока полностью не остановился. Ученики заполнили коридор, и парочка вышла последней, не желая быть зажатыми в толпе. Гарри и Гермиона вступили на платформу, сильнее закутались в мантии из-за стоящего на улице холода и в практически полной темноте проследовали за Хагридом с фонарём, при этом часто спотыкаясь. Наколдованный Поттером люмос мало помогал, и дорога оставалась малоосвещённой. — Ещё несколько секунд и вы увидите Хогвартс! — Раздался громкий голос лесничего. — Так, осторожно! Все сюда! Толпа первокурсников вышла на берег большого чёрного озёра, откуда открывался отличный вид на стоящий на скале Хогвартс. Отовсюду раздались восхищённые возгласы. — Ахринеть. — Шокировано произнёс Глич. — Озвиздеть. — Вторила Инк. Хогвартс и вправду поражал воображение. Школа волшебства была невероятно огромной и величественной, от неё на несколько километров веяло непоколебимой мощью и силой, а ночное время суток лишь способствовало эффекту. Этот замок сильно выделялся среди тех, что Глич видел за своё существование. В Хогвартсе было что-то особенное, что-то эфемерное тёплое, дарящее уют и надежду, и одновременно сильное и стойкое. Столь странный коктейль чувств и ощущений заставил Поттера засомневаться в том, что на них никак не воздействуют. Но паранойя была мысленно послана на три волшебные буквы и Игрок просто наслаждался моментом, в конце концов, ему бы сейчас позавидовали многие поттерманы из прошлых реальностей. — По четыре человека в одну лодку, не больше, — скомандовал Хагрид, указывая на флотилию маленьких лодочек, дрейфующих у берега. Шипя, кряхтя и проклиная весь мир, Гарри всё-таки залез в посудину вместе с Гермионой. Помимо их двоих в лодке оказались темноволосый паренёк и девочка со светлыми косичками. Под тихий бубнёж Поттера о том, что, если он выпадет из лодки, то от ближайшей территории останется только пепел, они доплыли до противоположного берега. Всё под те же звуки, компания вылезла на берег и проследовала к Хогвартсу. Перестал выражать своё недовольство этим миром Глич только тогда, когда их завели в, как он подумал «В тёплое сухонькое помещение с няшками-призраками». Приветствие профессора МакГонагалл и разговор призраков Гарри благополучно пропустил мимо ушей, как и бурное обсуждение первокурсниками того, как будет проходить распределение. Наконец, новоприбывших привели в Большой Зал, где и началось распределение. МакГонагалл поставила перед стройной шеренгой первокурсников табуретку и положила на неё старую остроконечную шляпу с огромным слоем грязи и кучей неаккуратных заплаток. Где-то сзади прозвучало довольно громкий шепот Рона Уизли, жаловшегося на ложь брата и тихие переговоры будущих учеников. Тут у шляпы появился рот и она запела. Может быть, я некрасива на вид, Но строго меня не судите. Ведь шляпы умнее меня не найти, Что вы там ни говорите. Шапки, цилиндры и котелки Красивей меня, спору нет. Но будь они умнее меня, Я бы съела себя на обед. Все помыслы ваши я вижу насквозь, Не скрыть от меня ничего. Наденьте меня и я вам сообщу, С кем учиться вам суждено. Быть может, вас ждет Гриффиндор, Славный тем, что учатся там храбрецы. Сердца их отваги и силы полны, К тому ж благородны они. А может быть, Пуффендуй ваша судьба, Там, где никто не боится труда, Где преданны все и верны, И терпенья с упорством полны. А если с мозгами в порядке у вас, Вас к знаниям тянет давно, Есть юмор и силы гранит грызть наук, То путь ваш — за стол Рейвенкло. Быть может, что в Слизерине вам суждено Найти своих лучших друзей. Там хитрецы к своей цели идут, Никаких не стесняясь путей. Не бойтесь меня, надевайте смелей И вашу судьбу предскажу я верней, Чем сделает это другой. В надежные руки попали вы, Пусть и безрука я, увы, Но я горжусь собой. Гарри, хоть и аплодировал в конце, слушал песню вполуха, при этом созерцая чудо-потолок, тщетно пытаясь понять, как он устроен. Отвлёкся Поттер от столь важного занятия только когда к шляпе направилась Гермиона. После минуты раздумий от шляпы и ощущений лёгкой эйфории, слабого гнева и чувства обречённости, которыми Инк фонила, на весь зал раздалось громогласное: — ГРИФФИНДОР! С этого момента, Поттер начал тихо материться на известных ему языках, сетуя на собственную безответственность и непродуманность. Он свято надеялся, что Грейнджер попадёт на Рэйвенкло, но похоже, как выражались попаданцы в фанфиках «Птичка Обломинго свила в Хогвартсе гнездо.» Через несколько минут, Гличу пришлось уже самому идти к табуретке под громкий шёпот учеников. И вот, когда старая шляпа опустилась на больную голову Игрока, в разуме Поттера раздался странный голос, пол и возраст которого опознать не удалось. — Опаньки, ещё один, впервые за несколько веков появился геймер, да ещё и сразу двое! Ну что ж, не такой уж молодой человек, куда вас отправить? — Ну Вы же распределяющая шляпа, так распределите меня куда-нибудь. — По-хорошему тебя в Азкабан нужно отправить, но если по-серьёзному, тебя на Рэйвенкло? — Агась. — А чего не Слизерин? Ты нашёл бы там много друзей и союзников… -…по пути переубивав половину, — продолжил Глич. — Ну как хочешь, — прозвучало в голове и на весь зал прогремело, — РЭЙВЕНКЛО! Сняв шляпу, Глич спокойно проследовал к столу воронов, под звуки аплодисментов трёх факультетов, из гриффиндорцев хлопала в ладоши лишь Гермиона. Когда последний первокурсник занял место за столом своего факультета, Дамблдор поднялся со своего золотого трона, широко развёл руки, и улыбнувшись, произнёс: — Добро пожаловать в Хогвартс! Прежде чем мы начнём банкет, я хотел бы сказать несколько слов. Олух! Пузырь! Остаток! Уловка! Всё, всем спасибо! — Похоже, время не щадит даже гениев. — Задумчиво сказал Глич. — И не говори. — Ответил сидящий рядом темноволосый мальчишка, — Тэрри Бут, полукровка. — Представился он, протянув руку. — Гарри Поттер, полукровка. — Кивнул Игрок и ответил на рукопожатие. — Рад познакомится. — Взаимно. Отвернувшись от сокурсника, Поттер принялся за еду. Стол и вправду поражал своим многообразием. Были видны тушёные овощи, ростбиф, отбивные, жаренная курица и множество способов приготовить картофель, различные пудинги, подливки и соуса. От такого количества разной еды у парня невольно потекли слюнки. Наложив себе немного жареного картофеля и отбивных, Гарри принялся спокойно есть. В отличии от стола Гриффиндора, у воронов царил порядок и аккуратность, никто не спешил, не чавкал и не говорил с открытым ртом, попадая своей едой на одежду соседям. Вот исчезли полупустые блюда и появились десерты. Глич в откровенном шоке уставился на стол. От такого количества кондитерских и мучных изделий у Поттера заболела голова. В итоге его тарелка заполнилась куском шоколадного торта, шоколадными эклерами, шоколадными кексами и шоколадным мороженым. Да, Чара была большим любителем шоколада, но Глич любил шоколад ещё сильнее. Во время поедания, между учениками разгорелся разговор о редких книгах, дисциплинах, которые по тем или иным причинам запретили и об этих самых причинах. От жаркого диалога их отвлёк директор, а не Квиррел или Снейп. После небольшого перечисления правил и нескольких шуток от старшекурсников про запретный коридор, ученики начали петь гимн. Глича, оравшего голосом пьяного сантехника Васи, кажется слышал весь факультет с преподавателями на пару. И вот уже обожравшихся и довольных детишек ведут в гостиную. Там в общем-то, всё было как в фанфиках. Решив загадку от головы орла на двери в гостиную и благополучно прослушав речь старосты, Гарри вошёл в предназначенную ему комнату. Она была сделана в сине-белых тонах, на стене висел маленький герб факультета, у окна стоял рабочий стол и шкаф, на полу лежал тёмно-синий ковёр, а около стен расположились две огромные кровати с балдахинами. Соседом Поттера оказался всё тот же Терри Бут. Не обращая ни на что внимания от собственной усталости, оба мальчика легли спать.