Лань Чжаню нравится МяньМянь...

В старинном происхождении карты усомнились бы разве что специалисты. — Отлично получилось, Хуайсан! Надеюсь, ты сможешь отыграть свою роль как надо! — Обижаешь, братец Вэй, — возмутился тот. Хуайсан убежал, а Вэй Ин принялся разбрызгивать светящуюся жутким зеленоватым светом краску, проложив пятнами дорожку до двери. Остатки краски закрепил прямо над дверью, чтобы она вылилась на вошедшего. «А теперь пусть приходит и спасает», — хмыкнул он. И это было его последней мыслью перед обжигающим ударом по затылку. Очнулся он уже во дворе дома от мерного стука чего-то об промёрзлую осеннюю землю. И первым делом почувствовал, что руки у него связаны, а над ним, стоя спиной, кто-то в чёрном сосредоточенно копает землю. Вэй Ин попытался отползти, но незнакомец повернулся на изданный им шорох… Прямо на Вэй Ина смотрел демон. Не заорал он только потому, что лишился от ужаса голоса. — Очнулся, смертный, — губы маски остались неподвижны. — Хорошо. Люблю слушать, как жертвы вопят в своих могилах… Твоя уже почти закончена… Вэй Ин попытался отползти, но наткнулся на Хуайсана. Тоже связанного. — П-прости, братец Вэй, — всхлипнул тот. — Я не рисовал ту карту… Я купил её… И тут раздался рёв мотора подъезжающего мотоцикла. Вэй Ин набрал воздуха в лёгкие, чтобы предупредить друга, но острый край лопаты навис над горлом Хуайсана: — Кого из своих друзей ты спасёшь? — прошипел демон. Крик Вэй Ина застыл в горле, но Лань Чжань успел преодолеть разделяющее их расстояние, и занёс опасно сверкнувший кинжал. Вэй Ин зажмурился. На него упало что-то лёгкое… А потом раздалось хихиканье Хуайсана и какой-то девушки. Вэй Ин открыл глаза. Перед ним валялась маска демона. Сам «демон» оказался той самой девушкой, хихикающей вместе с Хуайсаном. — Прости, братец Вэй, — абсолютно ненатурально всхлипнул Хуайсан, развязывая ему руки. — Это тебя мы разыграли. — А голос? — ошарашенно спросил Вэй Ин. — Цзян Чэн постарался. Мы хотел, чтобы он сам демона изобразил, но он сказал, что точно не удержится и заржёт, глядя на твою перепуганную рожу. — У меня шишка будет, — надувшись, Вэй Ин потрогал затылок. — Я умею бить, — оскорбилась девушка. Голос у неё оказался на удивление нежным… Увы, всё действо, как оказалось, было записано на плёнку, которую получил весьма довольный этим зрелищем Цзян Чэн. Вэй Ин по этому поводу очень долго злился на Лань Чжаня с Ло Цинъян, для своих — МяньМянь, ту самую девушку-«демона». До самой их свадьбы злился.