Конспирация

Женские пальцы ловко пробежались по экрану смартфона, набирая очередное дежурное «спасибо» с парой сопровождающих милых смайликов, чтобы никто не подумал, что она не рада поздравлениям с днём рождения. Рада, конечно, просто устала за день. Устала всем улыбаться и выражать благодарности. Пусть даже за тёплые слова, которые и впрямь затрагивали её душу. Про такое иногда говорят: «села социальная батарейка», наверное, это оно и есть. И хочется просто закрыть глаза и вслушаться в тишину, которую очень некстати прервёт звук очередного оповещения. Оповещения о том, что некий bilanofficial упомянул её в своей истории в одной из соцсетей, с недавних пор, запрещённой на территории Российской Федерации. Улыбнувшись этому детскому саду, поскольку все важные слова она уже получила от него сегодня еще ночью, когда тот позвонил ей после концерта в Сочи, Пелагея вздохнула, совершая некоторые манипуляции, чтобы в эту самую соцсеть открыть и посмотреть: до чего же разошлась эго фантазия. В этот раз Билан избрал для поздравления кусочек их совместного выступления на «Новой волне», которая обречена на неопределённый срок стать последней «Новой волной», проведённой в Сочи и в мирное время. Но углубляться в этот вопрос ей уж явно хотелось в самую последнюю очередь, а потому она отбросила невесёлые мысли в сторону и принялась читать текст. И первое же слово поздравления словно порыв ветра снесло все иные мысли в её голове, заставляя думать лишь об одном. Полина. Да, он грешил тем, что называл её так в самом начале их общения, когда они были даже не друзьями, а просто хорошими знакомыми. Но называть её Полиной, после того, как они весьма тесно сдружились? После того, как он неоднократно разделил с ней постель? После расставания, попытки забыться в других и воссоединения? Нет, он явно не забыл. Издевается, однозначно. Не зря же столько скобочек понаставил, прямо кричащих: «классно я стебусь, Польк? Покусать обещала, валяй». Поля хмыкнула и задумчиво прикусила губу, думая, что же ответить этому «остроумному» дурачку. Но от столь важного занятия её отвлекло мягкое касание рукой до плеча и тихий вопрос: — Поль, ты идёшь? А то отмечать день рождения без именинницы — как-то не очень-то весело. — Да, конечно, — поспешно заблокировав телефон, ответила Пелагея Кате Добряковой. Возвращаясь к гостям, девушка невольно провела параллель с прошлым годом и её тридцатипятилетием. Тогда действовали всевозможные ковидные ограничения, сейчас все они сняты, а по масштабам празднования — ровно наоборот. В прошлом году, с невероятными ухищрениями, но ей всё же удалось собрать большой праздник, пригласив туда очень многих людей. В этом же году она ограничилась узким кругом самых близких, и то, не в полном составе. Потушив свечи на праздничном торте вместе с Тасей, Поля, наплевав на диету, всё же позволила себе (да и дочери тоже) всё же вкусить калорийного лакомства, а затем напоследок поблагодарив пришедших, выпроводила всех из дома, закрывая дверь и отправляясь укладывать спать дочь, и без того нарушившую сегодня свой режим сна. — Мам, а почему Димы сегодня не было? — в очередной раз грустным тоном поинтересовалась Таисия, глядя на мать из-под полуопущенных ресниц. Билан был для маленькой девочки особым человеком и любимцем среди всех маминых друзей. То ли певцу просто удалось купить детскую любовь дорогими подарками и отношением к малышке как к целому большому человеку, то ли просто любовь к несерьёзному брюнету с карими глазами и бархатным голосом была заложена где-то в генетическом коде, а потому проявлялась как у старшей, так и у младшей представительницы семьи Хановых-Телегиных (прости господи!). — Я же объясняла, — вздохнула Пелагея, — он работает. Вчера у него был концерт в Сочи, сегодня он выступает в ледовом шоу своего близкого друга, фигуриста Евгения Плющенко. Освободится и обязательно приедет. — Это хорошо, — уже засыпая бормочет Тася, чуть улыбаясь. Но Поле не смешно. Она вновь вспоминает его злополучное поздравление, в котором он посмел назвать её Полиной и думает, думает, что же он хотел этим сказать. Но объяснения этому, увы, не находит. И только одно можно сказать с уверенностью. Чем дольше она думает об этом, тем крепче убеждается — это всё было не случайно. Это какой-то хитрый замысел. Лишний раз подстебнуть, или напомнить что-то. Потому что Билан хоть и совершает кучу ошибок, но здесь ошибиться он просто не мог. Прикинув, сколько времени прошло с начала ледового шоу в Нижнем и приходя к выводу, что оно вполне уже успело закончится, Поля поправляет одеяло дочери и выходит из комнаты, тут же набирая один знакомый номер. Искать его приходится недолго, всё-таки буква Б вторая в алфавите, но даже если бы это было не так, она бы набрала эти несчастные цифры хоть с закрытыми глазами. Потому что этот номер просто нельзя было не знать наизусть. — Привет, — чуть хрипловатым, но крайне довольным голосом ответит ей абонент на том конце воображаемого провода. — Как доживаются последние минуты дня рождения? — Вполне неплохо, — пожимает плечами в ответ Пелагея, жалея, что это звонок не по фейстайму, — но могло бы быть и лучше, если бы кое-кто не забыл, как меня зовут на самом деле. А то, знаешь ли, то и дело норовят Полиной обозвать. — Да ты что? — наиграно возмущается Билан, вытаращив глаза и тоже жалея, что собеседница не может следить за его мимикой и жестами. — Да кто же это такой и как он посмел? Ведь зная тебя, месть будет страшна… — Да, покусаю, — перебивает его Пелагея, специально делая отсылку к событиям такой давности, что и не каждый вспомнит. — Дим, я ж знаю, это не просто так, но тогда зачем? — А может я и хочу, чтобы меня покусали? — даже через динамик телефона было понятно, что Билан широко улыбнулся. — Об этом можно было сказать и лично, не обязательно настолько шифроваться, — ворчит Пелагея. — Я с тобой не первый день общаюсь, Билан. Это ж какой-то высококачественный стёб со сложным подтекстом? Так будь добр, объясни. — Да никакой это не стёб, — внимает её просьбе Дима. — Просто, насколько я помню, у нас же конспирация. И вот мне и подумалось, что никому не придёт в голову что мы вместе, если я вдруг «нечаянно» перепутаю твоё имя. Эти все люди, спящие и видящие, как бы нас свести вместе, побурчат пару дней на меня, какой я плохой, и забудутся, окончательно разочаровавшись в нас как в паре. И вуаля, снова никто ничего не знает. — Ну вот, — удовлетворённо, но всё же с неким неприятным осадочком выдыхает блондинка, видя в этом откровенный подъёб с его стороны на тему столь её любимой фразы «счастье любит тишину» и нежелания афишировать отношения. — Всё-таки покусаю. — Жду не дождусь, — смеётся Билан, затем уточняя, — если что, я сейчас подмигнул. Воображение Пелагеи быстро рисует эту картинку и видя, пусть и мысленно, подмигивающего и широко улыбающегося Билана, она уже не может на него дуться, широко улыбаясь в ответ. После она спрашивает его как прошло шоу, а он в красках описывает выступление фигуристов: больших и маленьких. А она слушает, почти не слова не понимая: что за аксели, тулупы, дорожки шагов и загадочные ультра-си. Потому что из тех видов спорта, что связаны со льдом, она лучше разбирается в хоккее, но на данный момент хочет забыть всё как страшный сон, и больше об этом даже не заикаться. Поэтому она слушает про мало-мальски известных ей по олимпийским играм 2022 года Трусову и Кондратюка, про каких-то загадочных Косторную и Туктамышеву и очень хочет всё понять. Фигурное катание в разговорах быстро исчерпывает себя, потому что и Дима-то, откровенно говоря, в этом всём дилетант, а потому они просто сходятся на том, что Пелагея пересказывает Билану события последних дней, рассказывает про Таисию и свой день рождения, прошедший в ближайшем кругу родных и друзей, а после оба желают друг другу прекрасных сновидений и разрывают связь. Благо, только телефонную, и только на эту ночь. А когда Билан вернётся в Москву, она своё слово сдержит и обязательно его покусает. Чтобы больше её Полиной не называл. Даже в шуточных целях. А наутро развернёт целый курс визажистского мастерства, чтобы помочь ему скрыть следы её укусов на шее, тщательно подбирая тональные крема и консилеры и смешивая несколько оттенков, чтобы добиться идеального, перекрывающего тёмные пятнышки и подходящего под цвет кожи мужчины. Потому что у них, чёрт возьми, конспирация. Ну хоть, благо, не спецоперация, и на том спасибо.