just teenage shit

Тёмная комната, лишь проблески света от экрана телефона прерывают давящую на больную голову тишину. Ома лежал на кровати, уставившись в потолок, ему казалось, что летние каникулы превратились в бесконечный кошмар, где единственным развлечением было подсчитывать минуты до конца дня. Учился он мягко говоря не очень, и его родители превратили долгожданные летние дни в еще больший кошмар, посадив его на домашний арест под крики, ругань и разочарованный взгляд отца. В мрачной комнате Кокичи утопал в своих мыслях. За окном разразилась сильная буря. Кокичи мелко вздрогнул, посмотрев в его сторону. Начался ливень. Ома с недовольством вздохнул и привстал, наблюдая как с листьев деревьев в парке медленно стекают холодные капли, а бездомные кошки со всех лап мчали по дорогам в поисках укрытия. Он поёжился от холода, завернувшись в тонкий плед, еле согревавший его в такую погоду: дождь для Омы, в добавок к отвратительному холоду, пробиравшему по крупной дрожи, значил ещё и такое же отвратительное настроение. Слыша, как дождь стучит по стеклам, он понимал, что мир за пределами его заточения продолжает жить, комнании шумных подростков и влюбленных парочек так и мелькали перед его окнами первого этажа, и от этого становилось завидно. Из раздумий его прервал засветившийся экран телефона, "Не спишь?" — сообщение было от Шуичи Сайхары, лучшего друга Кокичи, по совместительству объекту неразделённой любви, как низкий любил драматизировать в переписках с остальными друзьями. Кокичи явно повеселел, сел поудобнее, — он не ожидал, что кто-то вспомнит о нём в этот тёмный час, и с даже слишком сосредоточенным лицом печатал другу отрицательный ответ, выбирая нелепые гифки. Словно в ответ на его мысли, раздался грохот. Кокичи подошёл к окну и, прижав лоб к холодному стеклу, увидел знакомую фигуру, стоящую на улице, оперевшись ногой на подоконник, еле держась за ручку окна. Это был Шуичи, весь промокший под дождём, с растрёпанными волосами и кепкой на голове, которая хоть как-то спасала его волосы от воды. — Кокичи, — крикнул юный детектив, пытаясь перекрыть звук дождя и барьер в виде окна. — Выходи! – Сайхаре были абсолютно не свойственны риски и легкомысленность. Все свои решения он всегда тщательно обдумывал, чем иногда выводил Кокичи на раздражение. Сердце Кокичи забилось быстрее. Что-то в этом поступке было таким личным, ощутимо заботливым, он видел его как всегда решительные глаза и грусти как будто и не было вовсе. Никаких сомнений — он не мог упустить эту возможность. — Д-да! — воскликнул он, немного помедлив из-за замешательства, бросая на пол плед и моментально накидывая любимую кофту. Огланувшись по сторонам, он закрыл дверь комнаты на защелку «на всякий случай», открыл окно и ловко спрыгнул на мокрую траву: хорошо, что падать было близко. Кокичи в считанные секунды оказался на улице, где холодный дождь уже не ощущался физически, ведь перед собой он увидел Шуичи, такого нужного в этот вечер, да и не только в этот. Тот накинул капюшон, прижимая руки к телу, чтобы согреться. — Ты что, совсем с ума сошел? — Кокичи не смог сдержать улыбку, произнёся — Заболеешь! — Не волнуйся, — Шуичи сам накинул капюшон младшему, подмигивая, — я же не как ты. Они начали идти по пустым улицам, где дождь создавал мелодию, а фонари рисовали круги света на мокром асфальте. Кокичи впервые ощущал себя здесь и сейчас, чувствовал, как тепло разливается по его телу, и этот вечер становился особенным. Прогулка превратилась в душевный разговор, то и дело прерываясь на въедливые шутки низкого, впоследствии пытавшегося увернуться от крепкого подзатыльника. — Я скучал по тебе, — неожиданно произнёс Шуичи, останавливаясь на полпути к небольшому парку. Его голос прозвучал тихо, Оме показалось, что ему попросту послышалось. — Я тоже скучал. Очень. — Он посмотрел на Шуичи, не показывая своё смущение широкой улыбкой и прикрытыми глазами. Внезапно дождь усилился, и, не раздумывая, они резко шагнули ближе друг к другу, как будто пытаясь от него укрыться. Кокичи поднялся на носки и мягко коснулся губами губ Шуичи. Это было не в его стиле, невинно и по-детски, но поцелуй был полон тепла, ливень вокруг них стал невидимым, а мир исчез. Когда они отстранились друг от друга, Кокичи схватил кепку с Шуичи, надев её на себя и растрепав его волосы, открывая вид на максимально красное лицо, хоть фонари и были приглушенные и тусклые, из-за которых было еле видно тротуар. Хоть вид Кокичи и показывал уверенность, он звонко посмеялся, думая «А что дальше то…» Первым шелохнулся Сайхара, зажмурившись, поддался вперед, обнимая Ому, как будто он был таким хрупким, что сейчас готов развалиться на мелкие части. — Мы оба этого хотели, — прошептал он, глядя в сверкающие глаза напротив стоящего. — И это только начало. И в тот момент, под дождём и среди ночных огней города, они поняли, что нашли друг в друге нечто большее. Они понимали, что их любовь будет только расцветать.