Так суждено | Destined by fate

      — Ваши ключи готовы, – говорит девушка за ресепшеном и Амала будто просыпается от долгого сна.       — Амала, всё в порядке? Ты будто сейчас была в трансе...       — Не переживай. Ты приехала и со мной всё хорошо!       Лиме с трудом верилось в это, однако знала свою подругу. Если действительно её что-то беспокоит, она должна сама захотеть рассказать, поэтому лучше сейчас не давить и не настаивать.       Амала взяла под локоть Лиму и пошли в сторону лифта, а позади них — Амрит с Винсентом и Киллиан.       Амрит заметил, что его друзья в напряжённых отношениях, но не лез на рожон, не спешил предпринимать что-либо рискованное и обречённое на провал. Но он для себя точно решил, что однозначно нужно их помирить или хотя бы сделать так, чтобы напряжение уменьшилось во много раз.       Киллиан уловил резкие перемены настроения у Амалы и решил, что стоит обо всём ей рассказать, не смотря на то, что Габриэль с Вималом — партнёры. Всё-таки Киллиан отличается от своего «босса» и ему друзья важнее.       Когда Лиму с Винсентом проводили к своему номеру, оставшиеся трое ребят направились вниз, чтобы там обо всём поговорить.       — Что случилось, Киллиан? – спрашивает Амала, садясь за круглый столик.       — Можешь меня не обманывать. Ты же видела Вимала Дубея, верно?       — Да... – решает не утаивать и иногда бросает взгляды на своего мужа, проверяя реакцию.       — Значит, Вимал собирается покинуть страну?       — Если он ещё этого не сделал.       — Не сделал. С того момента, как он выходил из отеля прошло всего ничего, поэтому Дубей ещё в Стамбуле.       — Мне интересно о чём говорил твой дядя с неким господином Йылдыз.       — Это тоже партнёр, – отвечает Амрит и делает глубокий вдох. — Чтобы опередить следущий вопрос, то я знаю, где живёт этот человек.       — А будет ли толк, когда мы поговорим с тем мужчиной? По-моему нет, так как тот обязательно придумает что сказать.       — Давайте пока не будем об этом думать. Вдруг это просто сделка про сбыт какого-то товара... – рассуждает вслух Киллиан, поглядывая иногда в сторону лестницы, потому что есть ощущение того, что Лима с Винсентом могут к ним спуститься.       — Тогда зачем нужно было травить Амрита, своего родного племянника?       Киллиан на этот вопрос решает промолчать и просто опускает голову, рассматривая свою кисть.       — Ладно, – наконец-то подаёт голос Амрит и устремляет свой взгляд на свою любимую. — Давайте пока просто проведём время вместе. Всё-таки не зря же мы выиграли приз.       — Хорошо, – кивает Амала и чуть вздрагивает, когда ощущает на своей ладони его. Холодную, но одновременно с этим и горячую.       — Что ж, а теперь, если вы всё решили, идёмте прогуляемся по городу.       Киллиан удивлённо поднимает голову, сталкиваясь с зелёными глазами. Лима вместе с Винсентом стоят рядом с их столиком. Всё-таки, его седьмое чувство не обмануло. Он знал, что они придут.       — Лима, а вы разве не устали?       — Нет, дорогая. Мы себя чувствуем очень хорошо.       — Хорошо, тогда, – Амала смотрит на Амрита, который уже собирается вставать, — идём прямо сейчас на улицу.       Когда встали, Амала поворачивает голову, глядя на Лайтвуда.       — Вы идите вперёд, я вас догоню.       Амрит кивает и по-дружески обнимает Лиму с Винсентом, явно чуть ускоряясь, чтобы никто не услышал разговор между Амалой и Киллианом.       — Киллиан, – девушка садится напротив, глядя тому в лицо, пытаясь хоть что-то прочесть. Хотя в глубине души прекрасно понимает, о чём сейчас он думает. — Что происходит?       Амала всегда была честной и открытой, поэтому даже сейчас, когда нужно было пойти издалека — задала вопрос прямо тому в лоб.       — Скажи, что ты сейчас чувствуешь к Лиме?       — Амала Дубей... – он поднимает голову, сталкиваясь с серьёзными глазами девушки. — Я не думаю, что это уместно задавать.       — Правда? – чуть наигранно спрашивает и замолкает.       Она знает, что Киллиан обязательно что-то скажет. Ему не удастся уйти без ответа. Амала умеет давить на человека,  даже тогда, когда просто молчит.       — Ты запутался в своих чувствах, верно? И ты пытаешься бороться с ними, не понимая, откуда они появились. Ты должен признаться самому себе в том, что ты испытываешь чувства к Лиме Берг.       Киллиан молчит, однако Амала прекрасно понимает, что права.       — Увы, но я влюбился в девушку, у которой есть партнёр. И не нужно ничего делать. В первую очередь, я не хочу чтобы Лима страдала из-за меня, – глядя в пол, говорит он, вовсе не собираясь смотреть в глаза девушки.       — Но так тоже нельзя. Сам мучаешься и... – поджимает губы и отводит взгляд в сторону.       — Что ты знаешь? – изумлённо смотрит на Амалу.       — Я, возможно, лишнего наговорила, – пытаясь уйти от темы, говорит она и встаёт с кожаного кресла. Решает сделать шаг, как крепкая хватка оказывается на её запястье.       — Раз уж начала, так договори.       — Я бы с радостью, однако вы сами должны обо всём поговорить. К тому же, – легонько свободной рукой удается освободиться от пальцев Киллиана, — я обещала, что поговорю с тобой быстро. Мне пора.       Киллиан вновь садится.       — И что мне сейчас делать? Посоветуй.       — Ничего не обещаю, но я как-то устрою вашу встречу, чтобы вы поговорили с глазу на глаз, – Амала собирается уже идти, как внезапная мысль её останавливает. — Слушай, а может, ты составишь нам компанию? Вместе погуляем? Может, как раз таки вовремя прогулки и получится поговорить наедине.       Киллиан смотрит на Амалу снизу вверх, явно думая о том, как лучше поступить. Взвесив всё и обдумав, соглашается. Уверенно встаёт и идёт вперёд. Девушка улыбается и следует за ним.

***

      — Ну наконец-то! – разворачивается Лима и обнимает подругу, бросая короткий взгляд на парня рядом, затем добавляет чуть тише, почти шёпотом. — Ты уговорила Киллиана на прогулку?       — Как видишь, – шёпотом произносит Амала. — Нам нужно будет обо всём поговорить.       — Хорошо, – Лима выпрямляется и обводит всех своим взглядом. — Все на месте? Если да — то поспешим на набережную.       Вперёд идут Винсент, Лима и Киллиан,  а позади них медленно — Амала с Амритом. Девушка заметно уменьшает шаг и тот обеспокоено решает посмотреть той в лицо.       — Всё в порядке?       — Да, я просто... – она умолкает, когда чувствует, как Амрит ласково и нежно гладит ту по спине. Вверх-вниз. Непрошенные мурашки бегут по светлой коже. — Я думаю, будет лучше, если они немного побудут втроём. Как ты себя чувствуешь?       — Не переживай за меня. Я парень крепкий, всё переживу и со всеми жизненными испытаниями справлюсь.       — Ты так уверенно говоришь об этом, – Амала чуть улыбается, опуская голову. Волосы закрывают её лицо.       Казалось, что это мгновение длится вечность, но стоило Амриту ласково взять ту за подбородок, чтобы их глаза встретились, а затем заправить непослушные пряди за уши, как внезапный смех окликнул их.       — У вас ещё будет время насладиться друг другом, – улыбчиво и весело говорит Лима, подзывая парочку к себе.       Смущённые Амрит с Амалой отодвигаются друг от друга, однако их пальцы крепко сцепляются, а затем шагают к ребятам.

***

      Проходит два часа.       Гуляя по набережной и ловя витамин D, внезапная перепалка заставляют компанию обратить на них внимание.       — Что ты делаешь? – с укором спрашивает девушка, следя за движениями своего парня.       — Эдже, сколько раз говорить, чтобы ты всегда была на связи?       — Джемаль, ты серьёзно? – гнев застилает девушке глаза и та подходит к тому вплотную. — Почему ты такой?! Я же ничего плохого не сделала, наоборот хотела тебе устроит сюрприз, но ты как всегда помешал этому! Как тебе не стыдно?!       — Вот только не надо на меня кричать, сама виновата.       — Ах так, да? – Эдже делает несколько глубоких вдохов и, пытаясь не заплакать, молча берет корзину, наполненную разными цветами и идёт прочь, подальше от этого неблагодарного тюфтяка.       — Ну и иди! – кричит Джемаль вслед и топнув ногой, разворачивается и идёт в противоположную сторону.       Лима следит за тем, куда идёт этот парень, а затем, когда ему удается скрыться, переводит взгляд на своих друзей.       — И что это было?       — Вот это сцена, – бормочет Винсент, однако ребята всё чётко услышали.       — Идём догоним ту девушку, – внезапно говорит Амала, глядя на свою подругу.       Лима сначала выглядит задумчивой, а затем берёт ту за руку и идут вперёд.       — Отличная идея. Вдруг, мы им поможем? – поворачивает голову, сталкиваясь взглядами.       Амала кивает.       — Не скучайте, мальчики, – Лима подмигивает и ненароком задерживает свой взгляд на Киллиане. К счастью, Амале удается её отвлечь и никаких перепалок между Киллианом и Винсентом не будут, а даже если возникнет какое-то напряжение, Амрит всё разгладит.       Когда девушки оказываются далеко от парней, Лима присаживается на свободную скамейку и обхватывает лицо ладонями.       — Амала, я устала.       — Дорогая...       — Нет, ты не понимаешь. Вернее, ты, возможно, догадываешься, что со мной происходит, но на данный момент я готова даже провалиться сквозь землю, чтобы не видеть ни Винсента, ни... – она замолкает и чувствует как глаза начинают предательски мокнуть.       — Тебе нужно поговорить с тем, чье имя ты не хочешь произносить.       — Я знаю, но не могу. А может, просто потому, что испытываю стыд и отвращение к самой себе. Мне не надо обманывать Винсента, но я понимаю, что и так, и так — исход будет один и тот же. Я причиню Винсенту невыносимую боль. Как же быть?       — Ты знаешь, что я тебе отвечу, – Амала слегка приобнимает девушку и кладёт голову ей на плечо. — Тебе просто нужно набраться смелости посмотреть страху в глаза и увидишь, что это того стоило.       — Ладно, – Лима стирает соль с глаз и хлопает себя по щекам, приводя себя в чувства. — Давай больше не будем обо мне. Меня интересует ты и Амрит. Судя по всему, эта поездка вам обоим пошла на пользу.       — Не буду отрицать. Это действительно так, – Амала выравнивается и совершенно не контролирует себя, искреннее улыбаясь, хотя пытается подавить её.       — Подруга, неужели лёд окончательно оттаял?       — Только никому ничего не говори, молчи, – Амала поджимает губы и отводит взгляд. — Ладно, нам нужно отыскать Эдже, чуть позже ещё обсудим.       — Ловлю тебя на слове, дорогая, – девушка берёт ту за локоть и те отправляются дальше.

***

      Осталось совсем немного...       Пляж.       Эдже снимает свою обувь, прежде чем оказаться на тёплом песке. Девушка поднимает подол юбки и разглядывает свои ноги. К счастью, у неё с собой была простынь. Постелив её, упала вниз и закрыла глаза, наслаждаясь звуками природы: лёгкий ветер колышет в разные стороны волосы, а звуки волн, бьющиеся о камни, дополняют данную картину.       Когда сердце успокаивается, Эдже достает платок, чтобы прикрыть им свои длинные коричневые волосы и шею.       — Госпожа, – слышится обращение, на что девушка не сразу отвечает. Стоит ей обернуться, как сводит брови, хмурясь.       — Вы кто такие?       — Мы туристы и хотели бы, чтобы вы рассказали нам о флоре Турции. Например, какие самые популярные цветы? – спрашивает Лима, подходя ближе. Амала стоит рядом, не решаясь пока что-либо сказать.       — Но почему вы решили спросить об этом именно меня?       — Мы увидели в вашей корзине цветы, соответственно, появилась мысль о том, что вы занимаетесь ими и флористикой.       — Да, не буду скрывать этого. Я владелица  цветочного магазина.       — Прекрасно.       — Но думаю, что это лишь предлог, чтобы поговорить со мной. Видимо, вы стали свидетелями нашей с Джемалем ссоры.       — От вас не удается ничего скрыть. Вы проницательны, – наконец-то подаёт голос Амала, слегка улыбаясь.       — Я уверяю Вас, что всё в порядке, просто такое иногда бывает у замужних пар. Ссоры всегда возникают, будь то мелкие или крупные.       — Но всё-таки, может вы расскажете о цветах? – спрашивает Лима, держа руки вместе.       — Ладно, если просите. Символом страны и самым любимым цветком турков являются тюльпаны, которые по форме напоминают восточный тюрбан. Дарить тюльпаны можно на праздник или просто в знак своего уважения, поэтому букет из тюльпанов – это самый лучший вариант. Впрочем, так же славятся и такие цветы как: розы, герберы, нарциссы, орхидеи, астры. В моей корзине есть три букета роз и астры. Какой на вас смотрит?       Амала, сверкая глазами, следит за Лимой, однако та ожидает её ответа.       — Мне, пожалуйста, букет из роз.       — Мне тоже, только из жёлтых роз, – отвечает Лима.       Делая свою работу, Эдже чувствует, как на неё неотрывно и с любопытством смотрят девушки. Её это радует. Она счастлива, что принесёт кому-то незабываемые чистые, нежные и хорошие эмоции.       — Готово, – передавая тем букеты, Амала достаёт из своего кармана несколько купюр. Увидя это, Эдже отрицательно мотает головой. — Что вы, не надо. Лучше оставьте себе. Считайте, что это мой подарок.       — Но...       — Пожалуйста. К тому же, мой рабочий день давно закончился.       — Хорошо, как скажете.       — Эдже-ханым, может мы вас проведем домой?       — Не откажусь, спасибо.       Девушки улыбаются и переглядываются. Им не в тягость, наоборот, Эдже подарила им восхитительные и прекрасные букеты, за которые даже не взяла денег, а потому, лучше хоть что-то хорошее в ответ сделать, чем просто уйти, забыв и сказать несколько слов благодарности.

***

      Когда они начинают подходить к дому, в котором живёт Эдже с её мужем, сердце от чего-то замирает, но Амала никак не может объяснить своё состояние. Старается скрыть его и пока что неплохо получается.

***

      Тем временем...       Несколько часов назад...       После того, как девушки ушли за Эдже, парни долго стояли на одном месте, решая, как же поступить.       — Идёмте к тому типу, – говорит Винсент, глядя то на Амрита, то на Киллиана.       Лайтвуд был не против, однако всё равно решил посмотреть на Амрита, чтобы тот дал согласие или же отказ.       — Почему вы на меня смотрите?       — Ждём, что ты скажешь.       — Идём за Джемалем.       Парни подождали несколько минут прежде чем пойти за мужчиной.       Амрит с Винсентом шли впереди, а Киллиан — позади, заодно борясь со своими внутренними переживаниями и мыслями. Когда он видит Лиму, весь его мир меняется до невозможности. Неизведанные, новые чувства проникают внутрь, даже немного пугая. Ведь весь его образ собранного, холодного парня просто исчезает. Разве можно быстро поменять то, что строилось годами? Конечно, возможно, но Лайтвуд ещё не готов.       Киллиан пришел к выводу, что всё-таки испытывает не простую симпатию, а любовь. Но у неё же есть парень и, по-моему, у них всё хорошо. Зачем же рушить идиллию? А может, это просто картинка, в которую все верят?

***

      Дойдя до жилья Джемаля, Киллиан смог успокоиться и теперь тот просто смотрел вперёд, пытаясь гнать все навязчивые мысли. К тому же, сам того не замечая, Винсент то и дело иногда бросал взгляд на Лайтвуда.       — Мы пришли, – говорит Амрит и оставшиеся двоя становятся по правое и левое плечо.       Последнее, о чём подумал парень — чтобы больше не вызывать ни у кого подозрений в чём-либо.       Дубей подходит к двери и несколько раз легонько стучит. Джемаль почти сразу реагирует и открывает:       — Аллах, Аллах, – проговаривает мужчина. — Вероятно, меня благословили, что ко мне в гости пришли трое молодых человек.       — Счастья и благополучия вашему дому, – говорит Винсент, едва заметно кланяясь.       — Не нужно, не нужно, – активно машет ладонями. — Что же вы стоите в дверях, проходите!       Честно говоря, но после той увиденной сцены на побережье, парни никак не ожидали увидеть такое дружелюбие. Хотя, возможно, такое отношение просто из-за того, что они мужского пола.       Зайдя внутрь, парни ничего сверхъестественного не увидели. Обычный дом: две небольшие комнаты, ванная, кухня и гостиная, в которой были диван с креслом и висел телевизор на стене. Пахло разными специями и проскальзывали нотки цветочного аромата.       — Присаживайтесь, гости дорогие, – радостно говорит Джемаль, шагая на кухню, чтобы поставить чайник.

***

      Проходит время. Если честно, то мысленно парни очень хотели, чтобы девушки поскорее пришли сюда, тем самым завладев вниманием Джемаля.       Винсенту неловко говорить о таком, однако, Джемаль всё понял и подсказал тому, где находится ванная, чтобы тот сделал все свои дела. Амрит же захотел подышать свежим воздухом, надеясь увидеть знакомые приближающееся фигуры.       Остались сидеть в гостиной Джемаль с Киллианом. От безыдейности и безысходности парень «на автомате» пил турецкий кофе, стараясь не обращать внимания абсолютно ни на что.       Хозяин дома то и дело иногда бросает взгляды. Кажется, он понял, в чём дело.       — Скажи мне, дорогой гость, – начинает издалека, — есть ли у тебя вторая половина?       — Почему решили спросить об этом?       — Смотрю на тебя и ты выглядишь таким потерянным. Таким грустным. В чём дело? Что тебя беспокоит?       — Боюсь, вы не поймёте.       — Причина такого настроения — девушка? – сразу спрашивает Джемаль, следя за реакцией. — Тут не сложно было догадаться.       — Я поражен тем, что вы это так легко поняли, учитывая на ваши не совсем хорошие отношения с госпожой Эдже. Простите, если...       — Всё в порядке, – совершенно спокойно машет рукой и делает большой глоток кофе. — Смысл отрицать то, чего все видели? Расскажи мне о девушке, которая заполонила твои мысли, твое сердце.       — Она удивительная, нежная, красивая. Невероятно умная и понимающая, умеющая поддержать и дать нужные советы, – выпрямляется и устремляет свой взгляд вверх, представляя портрет рыжеволосой девушки.       К сожалению, Винсент справляется со всем быстро и медленно идёт в гостиную. Когда тот оказывается рядом, слышит отрезок фразы, который переворачивает всё вокруг, его мировоззрение и мнение...       — ...Лима. Мне она очень нравится. И мне, кажется, что это в первый раз, когда чувство любви так ярко выраженное.       — Так это всё-таки правда.       От знакомого голоса, Киллиан встаёт и разворачивается к тому. Взгляды пересекаются, создаётся ощущение, что сейчас невидимые клинки вступят в этот зрительный бой.       — Винсент...       — Не зря ты мне сразу не понравился, Лайтвуд. Ты мерзкий и странный тип. Лучше бы ты не появлялся тогда, – гнев застилает холодный разум и костяшки сжимаются до побеления. — Руки так и чешутся тебе врезать! – шаг и Винсент было не ударил того в челюсть, но быстрая реакция Джемаля спасает того.       — Парень, успокойся! Не гоже в гостях драку устраивать. К тому же, ваш друг скоро вернётся и не один, а с девушками. Приберегите силы на потом.       — Простите, господин Джемаль, – говорит Винсент и разворачивается спиной к ним, идя к стене, чтобы попытаться охладить свой пыл.       Киллиан ничего не говорит, однако Джемаль бесшумно хлопает того по плечу и садится в кресло.       К счастью, больше таких стычек не происходит и парни окончательно расслабляются.       Но вскоре придут девушки и вновь повиснет напряжение...

***

      Всё это время Амрит стоял на улице, глядя в разные стороны в надежде увидеть знакомую фигуру, но увы, никого похожего не видел.       Амрит повернулся и уже хотел возвращаться внутрь, но внезапно замер и оглянулся.       Трое девушек медленно приближаются к дому и сердце парня совершает кульбит. Он очень рад. Это очевидно.       — Амрит! – Амала улыбается, подходя к нему. — Не думала, что ты будешь нас встречать.       — Я очень соскучился, – признаётся парень, шепча ей на ухо, отчего приятные мурашки пробегают по коже.       Амала ничего не отвечает, лишь мягко улыбается.       — Идёмте внутрь, – говорит Амрит, делая шаг назад, пропуская девушек.       Стоит Лиме показаться в проёме, как Винсент и Киллиан мгновенно поворачивают головы и смотрят на неё.       Девушка чувствует едва заметное напряжение между парнями, отчего сразу же появились мысли о том, что здесь что-то произошло во время их отсутствия.       Надо бы как-то выяснить, что именно произошло... – думает про себя Лима, идя вперёд и садясь на диван.       — Винсент, – обращается и тот сначала отводит взгляд, а потом вновь возвращает его. — Всё в порядке?       — Да, – вяло и устало улыбается, а затем садится рядом с Берг.       Киллиан решает не мешать им, а потому встаёт и уходит, пытаясь понять, что ему делать дальше и куда двигаться.       — Ты куда? – спрашивает Амала, сталкиваясь с Лайтвудом, однако тот игнорирует её и идёт прочь.       — Оставь его, – вмешивается Эдже и ставит возле стены корзины, наполненные разными видами цветов.       — Как скажете.       Ребята идут вперёд, усаживаясь в гостиной. Эдже присоединилась бы, однако взгляд её то и дело метался на дверь, где прошёлся молодой человек, то на остальную компанию.       — Иди, Эдже, – говорит Джемаль, целуя ту в лоб.       — Ты разрешаешь?       — Кто я, чтобы тебе что-либо запрещать. Просто подумал, что сейчас будет правильнее, если ты так сделаешь.       — Неожиданно... – задумчиво протягивает, а затем улыбается. — Я постараюсь быстро.       Неужели появление ребят смогло смягчить Джемаля? Он понял, что был не прав?       Проводив жену взглядом, Джемаль несколько раз сделал глубоких вдохов и выдохов прежде, чем пойти в гостиную, чтобы немного разрядить обстановку, которая начала понемногу накаляться.

***

      Киллиан идёт куда глаза глядят, не обращая внимания абсолютно ни на что: не обстановку, не на какие-то знаки. Когда понимает, что очень далеко ушёл, останавливается, видит свободную скамейку и садится.       И в голове набатом звучит одна фраза:       «Не нужно строить из себя виноватого, бедного паренька, который запутался в своих чувствах. Не нужно себя жалеть.»       Киллиан не совсем сразу замечает приближающуюся Эдже.       — Киллиан, – зовёт того и садится рядом. — Почему ты ушёл? Неужели ты ревнуешь и тебе неприятно видеть Лиму с кем-то другим? Но Винсент же её официальный парень...       — Вы пришли сюда, чтобы прочитать лекцию? – нервно улыбается, показывая ряд белоснежных зубов. — Извините, но я сам понимаю, что сейчас поступил не очень хорошо.       — Тогда может стоит вернуться в дом? Хватит на сегодня драм и приключений. Давайте просто посидим у нас дома, стараясь думать лишь о хорошем, а не плохом.       Лайтвуд молчит, но спустя мгновение, кивает и те идут обратно. По дороге Киллиан рассказывает о своих чувствах и переживаний, после чего его душе становится намного легче.

***

      До того как стемнеет, ребята веселятся и совершенно забывают о том, что произошло за сегодня.       Не хотя, они прощаются с Эдже и Джемалем, которые выглядят очень счастливо...       Видимо, стоит скоро ждать хорошие новости от их семьи...       Вернувшись в отель, Амала с Амритом прощаются с ребятами и спешат в свой номер, чтобы хорошенько поспать, так как у них совершенно не осталось сил.       Но Лиму же ждёт серьезный разговор, который может разделить её жизнь на «до» и «после»...       Зайдя в номер, Лима чувствовала, как Винсент всё равно остаётся в некотором напряжении.       — Винсент, я...       — Скажи, ты любишь меня?       — Винсент, почему ты спрашиваешь? Я же говорила, что да...       — Ответь мне, пожалуйста, – серьезно повторяет парень, разворачиваясь к ней лицом. — Для меня это важно.       — Винсент... – Лима едва сдерживается, чтобы не заплакать и уйти.       Внезапно раздается смех, от которого становится не по себе. Лима прекрасно понимает, что дальше скажет её парень... Бывший.       — Так и думал. Скажи ещё кое-что: когда ты начала чувствовать что-то к Киллиану? После нашего секса или намного раньше?       Лима держится хорошо, не собирается всё рассказывать, однако глаза начинают понемногу щипать.       — Почему молчишь? Неужели намного раньше? Неужели когда мы занимались любовью, ты предоставляла его вместо меня?       От этой догадки Лима громко глотает и сталкивается с ним взглядами. Винсент моментально читает всё и он не хочет попросту верить в это, но это правда. Горькая правда, дёготь, которую нужно принять и пережить.       — Мы больше не можем жить вместе и вообще быть, – отрешённо говорит Винсент. — Я завтра же куплю билет и вернусь в Лондон.       Лима делает глубокий вдох, прежде чем сказать единственное слово...       — Хорошо, – Винсент кивает и оставляет девушку одну со своими мыслями.       Лима даже не подозревала, что правда так быстро вскроется, хотя ничего такого между ней и Киллианом не было.       Винсент довольно быстро складывает свои вещи и переходит в другой номер, только тогда Лима позволяет всем своим эмоциям выйти наружу. Горько и сильно плачет, чтобы её не было громко слышно, заглушает свои крики в подушку...       Как же ей сейчас плохо, но она не хочет, чтобы её жалели. Она сама виновата в том, что произошло. Нужно было самой обо всём рассказать Винсенту, может, тогда не было так плохо...       Впрочем, кого она обманывает. Всё равно исход был бы одинаковым.       Лиме удается успокоиться, однако ненадолго. Ей почему-то хочется увидеть Киллиана, посмотреть в глаза и понять всё.       С этой мыслью она идёт в ванную и пытается накрасить себя, чтобы не так сильно было видно заплаканное лицо.

***

      Выйдя с номера, она молится всем богам, чтобы Киллиан всё-таки был в отеле и никуда не ушёл.       Не сейчас, пожалуйста...       Стоит лифту открыться, как удивление появляется на ее лице. Прямо перед ней стоит Киллиан, который выглядит таким же, как и она минутами ранее.       — Киллиан... – шепчет его имя и делает шаги назад, упираясь в стену.       — Лима, я... – он запинается. — Ты плакала.       — Да, – соглашается и отводит взгляд в сторону. Смысл отрицать? — Ты почему здесь?       — Не хочется уходить. Я бы хотел поговорить с тобой, – наклоняет голову и делает шаги вперёд, слыша как сбивается её дыхание. — Конечно, если это возможно...       — Это возможно, – делает глубокий вдох и поднимает голову, чтобы видеть парня лучше.       Киллиан подходит всё ближе, а Лима понимает, что чувства становятся всё сильнее и сильнее...       Ладони касаются стены, перекрывая ход отступления, хотя это последнее, чего бы хотела сделать Лима в данный момент.       — Что между нами происходит?       Вместо ответа, Киллиан наклоняется, чтобы их лица оказались на одном уровне. Они опасно близки, что чувствуют дыхание друг друга, которое опаляет кожу и появляются приятные, трепетные мурашки. Киллиан близится вперёд, но когда губы едва соприкоснулись, спрашивает...       — Мне остановиться?       — Нет, – отрицательно мотает головой и первой целует Киллиана, кладя свои хрупкие ладони на плечи.       Парень моментально отвечает и углубляет поцелуй прежде, чем поднять девушку за ягодицы и впечатать её в стену.

***

      Тем временем...       Через неделю...       Калькутта, Индия.       — Киран, – зовёт девушка, которая излучает радость.       — Что случилось, Васанта? – отвлекаясь от чтения статьи по учебе, спрашивает парень.       — Я купила билеты в Турцию.       — Зачем? Я не хочу лететь к ним.       — Не поняла...       — Я не хочу.       — Но... Ты же сам говорил, что не хочешь, чтобы Амала была с Амритом, – радость меняется на смятение и садится на соседний стул.       — Послушай, я же не дурак. Думала, что я не догадаюсь, что ты решила сама убить Амалу, а заодно и Амрита?       — Откуда у тебя такие мысли вообще? – всё ещё не понимая, спрашивает Васанта, попутно доставая из-за спины раскладной нож.       Киран не отвечает, лишь прищуривается.       — Зачем тебе раскладной нож? Хочешь меня убить, потому что я раскусил тебя?       — Заткнись! – гнев и злость выходят наружу и та замахивается для нанесения удара, однако Киран останавливает эту попытку и Васанта оказывается прижата к стулу. — Отпусти!       — И не подумаю, – говорит Киран и вынимает из её руки холодное оружие.       — Когда ты понял, что я не та, за кого себя выдаю? – немного успокоившись, но все также прижатая к стулу, спрашивает девушка.       — Я желаю сестре счастья, однако я никакой не убийца. Это был её выбор, что выйдет замуж за Дубея. Ознакомившись с одной книгой, которая стояла у тебя на полке, я понял, что рано или поздно семьи Дубей и Басу всё равно бы вступили в брак. Любому брату или любой сестре не всегда может нравится выбранный партнёр, однако позднее можно к этому привыкнуть и всё будет хорошо.       — Чёрт, –фыркает. — Чёрт! А как всё хорошо начиналось...       — Вся твоя банда ты и, в первую очередь, твой отец, будут сидеть в тюрьме. Я это устрою.       Васанта больше не желала говорить. Всё то, что она придумала — пошло коту под хвост. Все из планы были разрушены.

***

      Всё, что сказал Киран — сбылось. Васанта, её отец и их приспешники сидели в камерах. Злость, ярость, недовольство и возмущение — все эти эмоции можно было прочесть по их лицам.       Киран понял, что больше никогда не сделает что-то в порыве сильной эмоции, будь то гнев или обида.       Казалось, что вот — это счастливый конец, но...

***

      Стамбул, Турция.       Наконец-то пришло время уезжать. Амала с Амритом были неимоверно счастливыми, что вернутся домой. Амала очень скучала по своей семье: по маме, бабушке и брату, который поговорил с ней и они остались в тёплых, родственных отношениях.       Конечно, он не обещал, что будет очень хорошо относится к Амриту, однако толика уважения будет присутствовать.       Ребята были счастливы за Лиму и Киллиана, которые решили официально вступить в отношения, хотя Винсента было жаль...       Но видя, как у Лимы блестят глаза, когда смотрит на Киллиана, как и у него — всё менялось.       Как говорят, глаза не могут врать...

***

      Калькутта, Индия.       Как только Амала с Амритом вступили на родную землю, тревога и все переживания остались позади. Басу бежит к бабушке, крепко обнимая.       — Бабушка, мама! – искренне улыбается и обнимает. — Как же я скучала по вам.       — А мы как по тебе. Надеюсь, что ты больше так надолго никуда не уедешь, – говорит Индира, которая выглядела очень сдержанно, однако в глубине — сердце радовалось и ликовало.       — Мы с Амритом сейчас поедем к его семье, а потом я обо всём вам расскажу.       — Хорошо, дочка, – говорит Джотсана и ещё раз крепко-крепко обнимает. — Мы будем ждать тебя.

***

      Резиденция Дубей.       Служанка открывает двери, пропуская прибывших господ внутрь. Амала ловит себя на мысли о том, что родственники Дубей очень сдержанные и сохраняют хладнокровие во всём, когда Басу — полная противоположность им.       Отец Амрита находится как всегда в своем кабинете, сверяя важные документы.       — Входите, – откладывает очередную папку в сторону. — Амала и Амрит. С возвращением.       — Здравствуйте, господин Дубей.       Девдас встаёт, огибает стол и приглашает прибывших присесть на диван.       — Вижу по глазам, что вас что-то беспокоит, Амала Дубей.       — Скорее, я бы хотела задать несколько вопросов.       — Про прошлое вашей бабушки Индиры?       — Почему всё так вышло?       — Амала, вы умная, мудрая женщина, но сейчас задаёте такие детские вопросы. К сожалению, тогда были сложные времена... Так просто отказаться от перспективы и сделать всё по любви и согласию — выглядело на тот момент такой глупостью, поэтому боги решили попытаться всё исправить, подкинув нам писание о том, что в будущем суждено породниться двум могущественным родам, таким как Басу и Дубей.       — А где сейчас ваш брат? – спрашивает Амала и видит, как тот на мгновение поменялся в лице.       — Амрит, как ты себя чувствуешь?       — Всё хорошо, отец.       — Вы знаете о случившемся?       — Конечно, знаю. Мои люди везде, – складывает руки на груди. — К тому же сейчас Вимал Дубей вместе со своим сыном Риши в долгосрочной командировке.       — То есть?       — Да, Амрит, твой дядя действительно отравил тебя, но это было сделано только потому, что бы вы не помешали ему договориться с господином Йылдыз о поставках. Если что ничего криминального в том нет... – Девдас замолкает, а потом добавляет: — Звучит бредово, признаюсь, однако, таков мой брат.       — Спасибо вам.       Девдас кивает и возвращается к своим обязанностям, а супруги быстро выходят из его кабинета, чтобы не мешать.

***

      Выйдя на улицу, решают прогуляться по саду.       — Ты думал, что всё так обернётся?       — Обернётся в то, что мой дядя на самом деле ничего плохого не замышлял?       Амала закусывает губу и отворачивается.       — Но я тогда за тебя очень сильно испугалась.       — Я ценю твою заботу, – улыбаясь от смущения своей жены, говорит Амрит. Останавливается.       — Что-то не так? – спрашивает Амала, поворачиваясь.       — Я говорил, что люблю тебя? – парень берёт ту ладонь и подносит к своим губам.       — Нет, не говорил...       — Говорил и не раз, – множество раз целует её костяшки и тянет к себе, прижимая. — Я люблю тебя, Амала.       — Перестань, ты меня смущаешь, – специально не смотрит тому в глаза и любуется цветущими растениями, кустами разных роз и не только.       Амрит приближается ближе к её лицу и мягко, с такой осторожностью и нежностью, целует ту в губы, постепенно углубляя.       — Скажи, что любишь меня, – отрываясь нехотя, просит Амрит.       Амала прикусывает свою губу и быстро чмокает того.       — Я люблю тебя.       — И всё? – с наигранной печалью уточняет Амрит.       — Я люблю тебя, Амрит. Сильно, сильно, – поднимает руки, одной прикладывает к шее, а второй — к щеке. И вновь сливаются в желанном, ярком поцелуе.