Если бы не ты

***

Когда полночь со всей своей таинственностью окутала город, Столас остался один на балконе, закуривая сигарету. Лунный свет мягко заполнял пространство, наполняя его ощущением ностальгии. Каждый день, когда-то, он пытался найти слова, чтобы объяснить свои действия Октавии, но страх потерять её окончательно сковывал его. Теперь же он действительно потерял еë. И вероятно уже навсегда. Время шло, и ощущение вины лишь возрастало. Столас понимал, что каждому слову предшествовало множество непринятых решений. Он вспоминал тот вечер, момент, когда всё было так беззаботно, и как один неверный шаг разрушил светлую картину его жизни. Ему очень хотелось вернуть всё назад, чтобы еще раз увидеть улыбку своей дочери. Он сотню раз напоминал себе, что это был его выбор, но, будто специально натыкаясь на телепередачи о том, как из-за любовника они потеряли свои состояния, Столас чувствовал лëгкое раздражение. В какой-то непонятный момент в его голове родилась мысль: "если бы не он, этого бы всего не было". Он испугался таких мыслей, откидывая их в самые недры сознания. Блитц не виновен. Блитц не виновен. Он задумался о том, как легко свалить ответственность на другого человека. Блитц был удобным козлом отпущения. Столас понимал, что, несмотря на свои внутренние колебания, истинная причина всех бед заключалась в нем самом. Он боялся смотрить в лицо своим страхам и слабостям, продолжая прятаться за иллюзиями. Луна светила ярко, освещая ту часть ночи, когда все могли бы находить утешение. Вместо этого, он лишь усугублял свою тоску, заставляя себя снова и снова переосмысливать каждое слово, каждый поступок. Октавия была не просто дочерью; она была его отражением, его надеждой, его звëздочкой. Понимание этого факта причиняло ему боль. Сигарета догорала между его пальцами, а холодный ветер пронизывал волосы. Он вспомнил их последнюю беседу: как она смотрела на него с недоумением, злостью и обидой. Сердце сжималось от воспоминаний. «Ты выбрал не меня. Ты выбрал его» Затушив сигарету, бывший принц решил зайти обратно в помещение. Тем более, скоро вернется Блитц с Луной, когда закончат очередной заказ. Сова не решил пока вернутся к предполагаемой работе. Не было настроения. «Ты не любишь маму. Ты не любишь меня. Ты любишь его» Сова зажмурился, потирая виски. Входная дверь в этот момент захлопнулась. — Хей, Столс! — бес был в хорошем расположении духа. Заказ прошел удачно. — Луна сегодня придет позже... Ты как? Не затух здесь? — продолжал говорить тот. — Я пожрать приготовлю. И, кстати, наскрëб денег на что-то из диетической херни... Он заметил состояние возлюбленного. — Столас? — Ничего. Порядок, — нервно ответил он, отмахнувшись. Но не смотрел на него. А затем выдохнул, проведя руками от макушки до затылка. — Как прошел твой день? — Столас посмотрел в направлении беса. — Да так. Грохнули пару пидорасов, — гремели сковородки, пока тот хозяйничал на кухне. — Как оказалось, при жизни у них был тройничок, но одного случайно прикончили, пересыпав кокаина... Короче, долгая и нудная история. Усмехаясь, он заметил, что бывший принц его даже не особо слушал. — С тобой точно всë нормально? — Все нормально. «Пиздит, как дышит. Его Величество ещë привыкает к холопским харомам» Теперь тут было два беса, но этот был видимым лишь для самого Блитца и был практически полной его копией. Разве что напряженной в клоунский наряд из прошлого, и имеющий полностью черные глаза. — Ты тут откуда? — прошипел недовольно Блитц. — Отъебись! — Прости? — выгнул одну бровь сова, недоумëнно посмотрев на своего сожителя. Он подумал, что это обращаются к нему. «О, сейчас решит, что ты шизик. Я б тоже от такого бежал. Допиздишься же» — А? Я разве что-то сказал? А, ты про это... — если и говорить, то говорить от части правду. — Люблю попиздеть сам с собой, психолог советует. Или я зря трачу на него свои бабки, раз всë это кажется какой-то мутной хернëй... А... Ты ещë переживаешь по поводу дочки? — бес решил осторожно поинтересоваться. Воспоминания о ней вновь больно врезались в сердце. — И о чëм я тогда только думал? Идиот, — фыркнул, отвернув голову, бывший представитель королевской знати. — Надо было меньше смотреть дерьмовых мелодрамм, раз не воспринимаю реальность и фантазии отдельно друг от друга. Моя дочь осталась одна с этими... Этими... Ргх! — разведя руки в стороны, он разгорячëнно посмотрел на Блитца. — А ведь если бы не ты, этого бы всего никогда не произошло! Столас поздно осознал, что высказал лишнего, когда увидел ошарашенный взгляд беса, которого словно ошпарило адским огнëм. Подобные слова он когда-то услышал от своего единственного выжившего родителя. «Если бы не ты, мелкий ублюдок, этого всего бы не произошло!» Тяжело задышав, он взялся за черепок на шее, смотря куда-то вниз, перед собой. Столас ранее никогда не видел его настолько напуганным из-за каких-то словечек. Но укол совести в сердце совы присутствовал теперь. — Блитц?.. «Браво, пернатый. Теперь добей его уже окончательно, а то слишком жалкое зрелище...» Но зная, что его не услышат, иная сторона личности беса испарилась. Сам Блитц долго молчал, прежде чем его заключили в теплые объятья. — Прости... Прости, милый, я... — шептал он, разаестив ладони на его щëках, и с сожалением смотря в глаза. — Бесëночек мой, я не хотел этого говорить. Не после всего, что ты сделал, и продолжаешь для меня делать. У меня просто... не лучшие дни. Блитц по прежнему молчал, пока его обнимали и клювиком дарили довольно нежные поцелуи, особенно бережено касаясь старых белых шрамов на лице. Но сам он задумался насчет другого - пора выполнить обещанное и вернуть Октавию еë отцу..