По крупицам

      — Научишь меня замки вскрывать?       Ритина просьба обескураживает. Но ещё больше волнует то, что она бросает её как будто бы между делом. В реальности — едва переступив порог буфета и даже и не подумав говорить что-то общепринято приветственное.       — Чего? — хмуря брови, Данилов разворачивается к ней лицом. — Зачем тебе это?       Он смотрит на неё неотрывно, не спеша выбраться из-за стола. Как будто бы опасаясь, что малейшее его неудачное, пусть даже кажущееся выверенным движение способно отпугнуть Риту. Заставить замкнуться, так и не сказав ещё ничего толком. Не объяснив.       За внешней беззаботностью и привычной рабочей маской он слишком отчётливо видит её напряжение и тревогу. Над пропастью едва удерживаемую. И через чур старательно скрываемую.              — Ты ведь сам говорил, что всякое может пригодиться, — пожимает плечами Власова и, кажется, не собирается и шага сделать. — И про курсы взрывников… тоже ты говорил.       Она говорит почти что без эмоций. Без ярких эмоций. Отчаянно удерживая их где-то в глубине. И Данилову это не нравится. Совершенно не нравится.       Долго сдерживаемая волна пробивает сильнее. Он знает это совершенно точно.       — Что случилось? — не сомневаясь, главное спрашивает капитан. Поднимается на ноги и, не отводя от Риты пристального взгляда, в глубине которого скрывается взволнованность, делает небольшой шаг навстречу.       Не спугнуть…       — Ничего особенного, — слишком криво для беззаботности усмехается Рита. Плечами нервновато подёргивает вместо пожатия. И фокус взгляда, кажется, удерживает через силу. — Мы с Олегом и похищенной девочкой едва на воздух не взлетели. Всего-то.       Власова вновь попытку усмехнуться предпринимает… но вместо этого сглатывает, как будто бы вместе с рвущимися наружу эмоциями, да глаза прикрывает. Сил предательски остаётся всё меньше. На то, чтобы маску непробиваемости держать — в первую же очередь.       — Ри-и-т… Ритка.       Её как током прошибает. И сначала кажется, что земля из-под ног уходит — то треклятое здание всё-таки взлетает на воздух, безжалостно всех погребая. И только после осознание приходит, что Стёпа крепко сжимает плечи, безапелляционно прижимая её к себе.       — У меня руки трясутся, — признаётся Рита едва слышно. Стёпе как будто бы просто чудится. — Сильнее, чем могли бы над бомбой.       — Ты молодец, — не многим громче отзывается Данилов. У самого Ритиного уха. Теплом своего дыхания создавая уверенность того, что ей всё это не снится. — Слышишь? Большая молодец. Ты справилась.       Его ладонь проскальзывает по её спине — такое важное сейчас тепло, спокойствие и чувство защищённости разгоняя по её телу. Проходится по напряжённому позвоночнику вверх — невольно мурашки вызывая от прикосновения к шее. И наконец зарывается в растрёпанные Ритины волосы.       Власова выдыхает. Протяжно и как-то рвано в то же время.       И вместе с ощущением того, как ткань рубашки безжалостно сминается в Ритиных сжатых у него за спиной кулаках, Данилов всем телом чувствует, как она дрожит в его руках. От переизбытка эмоций. От слишком долго удерживаемого внутри напряжения…       От чувства защищённости в его руках.       Данилов поддержит. Поймёт. Совладает с её эмоциями. Рита ни капли не сомневается.       — Всё-всё-всё, — шепчет, даже и не думая размыкать объятий. — Не волнуйся. Всё хорошо. Ты молодец.

--

      — А Воеводин молодец, — заключает Власова, когда её отпускает. Прижимается лбом к Стёпиному плечу, покачивает головой и, не меняя положения, уже совершенно привычно усмехается: — приказа правда ослушался, засранец… но принял решение, что если подрываться — так вместе.       С мгновение Стёпа медлит. Как видится ему самому — давай Рите договорить всё задуманное. Как считывается по тени эмоций на его лице — в который раз убеждаясь, что Ритиного доверия нужно как следует заслужить.       — Ты в шаге от взрыва ещё и на вшивость его успеваешь проверять?       Голос у Данилова звучит со строгостью и несогласием. Как будто бы не он сколько раз ошибался и зарекался не верить каждому, кто предстаёт в светлом образе.       — Ри-и-и-т, — встретившись с Власовой взглядом, качает он головой.       В её карих нет ни капли смущения, какого-нибудь раскаяния или намёков на то, что она может быть неправа. В своих мыслях и действиях она уверенна совершенно. Впрочем, как и всегда.       — Неправильно это. Столько времени уже знакомы, столько прошли вместе… Тебе всё не хватает очков в его копилке? Олег — отличный парень!       — Я знаю, — кивает она в ответ. И полных уверенности глаз от Данилова не отводит. — И он это продемонстрировал. Чего такого-то?       Рита выпутывается таки из его объятий и, разведя воздух руками, как ни в чём не бывало продолжает заглядывать Стёпе в лицо. Где-то в глубине души он её понимает. Соглашается безапелляционно — Рита убеждена. Но вслух Данилов всё же резюмирует:       — Людям доверять нужно.       — Доверчивый ты мой… поехали домой, а?