Я усыновил тебя когда мне было двадцать...

—Пик, прошу, отдохни уже…—раздался уставший голос в телефоне. А какой он должен быть? Сейчас пять утра, Пик не спит уже какую ночь подряд. С момента пропажи Коула прошло полгода. Как по вашему мнению будет выглядеть человек, у которого похитили сына несколько месяцев назад, а его так и не нашли? Наверное он будет сильно замучен, уставшим, грустным. Внутри себя он будет молится, умолять чтобы с его ребёнком ничего не случилось. Чтобы он был жив и помнил что у него есть отец, который не помнит, когда он последний раз спал. На его лице появилась щетина, пол глазами огромные мешки, да и сами глаза красные от недостатка сна. Волосы конечно будут лохматыми, ибо кто за ними будет ухаживать? Вот именно, некому. А как же Вару? Он не приходил к Пику с мая, а на дворе июнь, скоро июль. Не потому что у него нет времени, а потому, что Пик сам попросил. Он не отвлекается от работы и продолжает искать сына. —Вару, нет, я найду его…—ответил мужчина, еле как смотря на карту области и зачёркивая очередное место, где он уже все обыскал. —конечно найдёшь, но прошу, иди спать… —сам иди спать…—убрав ручку, король начал тереть свои глаза руками. —мне бесполезно тебя отговаривать, ты упрямый как баран… Спокойной ночи, Пикушь…—после этих слов послышались гудки. Пиковый тяжело вздохнул через рот и закрыл лицо руками, промычав. Сейчас он жил у родителей, потому что их дом загородом и сосредоточиться легче. Почти. Убрав от лица руки, он взял пустую кружку из под кофе. Поднявшись с кресла, мужчина вышел из комнаты и направился на кухню. Пока он лениво заваривал кофе, то в дверь тихонько постучали. Король посмотрел в сторону прихожей, отвлёкся от приготовления бодрящего напитка, вышел и открыл дверь. От увиденного он распахнул глаза и приоткрыл рот.

***

—я хочу к отцу…—мальчик сидит в углу, закрывая руками, на которых были бинты и пластыри, заплаканное лицо, он ловлям посмотреть на ту, что сейчас стоит неподалёку от него с ремнём. Прежне зелёные волосы малыша были покрашены чёрной краской, которая уже немного смылась. На янтарных глазах были ядерно зелёные линзы. Его зимнюю одежду отобрали, со временем та одежда, в которой он был, испортилась. Она порвалась, была в крови и грязи. Именно поэтому мальчик сидел в старой, большой футболке и серых шортах, которых не было видно из-за футболки. —поганец, ты своему отцу не нужен! Я тебя родила! Я тебя и убить могу, если захочу! —крикнула на него брюнетка. Её волосы были короткие, даже очень, прическа под мальчика. Глаза были ядерно зелёные. Она стояла в зеленых джинсах и чёрной толстовке. Мальчик просто прохныкал, ведь побоялся ещё что либо говорить ей. Он боялся её и боялся её маму. Как только он начинал говорить про отца, что скучает, что любит его и что хочет к нему, то его избивали и сильно ругали. Коул уже начинал верить, что отец действительно отказался от него. Кристина, так звали брюнетку, лишь закатила глаза и ушла, громко хлопнув дверью. Вечером мальчика выпустили на прогулку. Коул вышел за забор и направился по тропинке леса. Напевая под нос песенку, он вышел на поле и столкнулся с девочкой. Оба ребёнка упали и захлопали глазами, рассматривая друг друга. Перед мальчиком сидела девочка. Её кожа была светлая, а щечки румяные, носик слегка вздёрнутый, а губки пухленькие. Волнистые, блондинестые волосы были заплетены в два высоких хвостика, ярко изумрудные глаза внимательно рассматривали мальчика, пока пышные ресницы то и делали, что хлопали. На девочке была белая футболка с котиками и стразами, а снизу были голубые джинсы с синими кроссовками. Дети улыбнулись друг другу и начали играть. Через несколько встреч, Коул сообщил подруге что хочет сбежать. —может я тебя заберу? Мой папа детектив, он всё поймёт. —нет, а вдруг проблемы будут у моего отца? Он ведь и так по мне скучает…—вздохнул мальчик. —хорошо, я достану тебе карту местности… На прощание они обнялись и разошлись. Коул убежал в лес, а Ника, или же Вероника, подбежала к папе, который разговаривал с другом по работе. —папа, поехали домой? —девочка улыбнулась и взяла его за руку. —да, поехали. Всё, давай, завтра поговорим.—сказал Рид, убрал от уха телефон и убрал его в карман своих брюк. —а отец уже дома? —твой отец, после того как у его босса случилась беда, не работает очно.—Гевин посадил её в машину и пристегнул к детскому креслу. Уже на следующий вечер девочка отдала другу карту. —спасибо! А где ты её достала? —ну… *** —отец.—Ника подошла к родителю. Валентин ел клубнику в шоколаде и смотрел смешные видео с котами, посмотрев на дочку, он промычал, задавая немой вопрос: «тебе что то нужно?» —у тебя есть карта области? Мне в садик её нужно! —ммм, угу.—жуя ягоду, ответил блондин. Встав из-за стола он ушел в свой кабинет, а вернулся уже с картой. Вероника улыбнулась, взяла её, обняла отца за ногу и улежала. *** —Дома нашла, она без дела лежала. —понятно… Но спасибо ещё раз! Через несколько минут Ника уехала, а Коул посмотрел на карту. Девочка позаботилась о нём, поэтому красным фломастером нарисовала путь от леса, до города. Там же дорога пересекается с местностью, где был дом дедушки и бабушки Коула. Но как она обозначила это? Опять же с помощью отца, вновь сказав ему что это для садика. Коул посмотрел в сторону леса, боязно сглотнул, но потом нахмурился и отвернулся. Посмотрев вновь на карту, он побежал по тропинке, которая появилось из-за того, что Рид приезжал сюда каждый вечер. Надо же ему где то дочь выгуливать. *** —Коул…—прошептал мужчина, после чего резко подбежал к сыну. Мальчик заплакал и выронил карту, ноги были стёрты практически в кровь, потому что обуви у него не было. Потянув руки к отцу, он крепко обнял его за шею, ведь тот взял его на руки, начал целовать и плакать, говоря, как он скучал и как боялся за него. Но нельзя оставлять ребёнка в таком виде. Поэтому Пик помыл его, отработал все раны и повязал новые бинты. Смотря на то, как Коул кушает макароны с сыром и куриной котлетой, король тихонько спросил: —вкусно? —он говорил не резко, спокойно и плавно, чтобы лишний раз не напугать сына. Коул несколько раз положительно кивнул, продолжая кушать макароны, заедать их котлетой, а котлету заедать черным хлебом и овощами. Его в том доме совсем не кормили, могли дать только раз в день, и то, за хорошее поведение. —не торопись, подавишься. Хочешь сок? Мальчик снова несколько раз кивнул и начал хрумкать свежим огурчиком, который его дедушка сам выращивал. Мужчина кивнул, встал со стула и подошел к столешнице, достал из шкафчика стакан и взял коробку сока. Открыв, он налил яблочный сок в стакан и отдал сыну. Тот проглотил огурец, взял стакан двумя руками и сделал несколько глотков. Когда мальчик наелся, то Дарлинг взял его на руки и ушел в свою спальню. Там он уложил сына в кровать и сам лёг рядом, потому что оба этого хотели. —отец… —что такое? —я тебя люблю…—зевнув, мальчик прижался к груди родителя и уснул. —и я тебя люблю…—мягко улыбнулся пиковый, обняв его и тоже погружаясь в мир Морфея, понимая, что теперь его сын в безопасности.