Тропой сиреневой бестии

Хан Лим заходит в кабинку неторопливо, не сводя глаз с юного лица. Девушка же, не в силах справиться с давлением, отступает, но уже скоро голая кожа упирается в гладкий кафель. Мурашки идут по всему телу и она не может сказать от холода или же от хищного взгляда. Глаза сами опускаются ниже в попытке спрятаться, но натыкаются на большую грудь, подтянутый живот, спортивные бёдра и.... — Нравится? — Им Хан Лим издевательски выгибается навстречу любопытному взгляду. Ë Ри резко поднимает голову в растерянности. Через секудну она делает непоколебимое лицо с неизменной надменной улыбкой, хоть щеки всё так же продолжают гореть: — Тебе так важно знать моё мнение? Молчание длится недолго, ровно столько, чтобы женщина полностью смирилась с фактами и без тени шутки, чётко ответила: — Да . Сердце пропускает удар. Ë Ри смотрит в ответ уже даже без ухмылки, но вскоре снова улыбается, теперь искренне: — Да, мне нравится твоё тело — смущение всё же проявляется красными пятнами на щеках и отведённым в сторону взглядом — Всё? Мы решили этот вопрос? Ты довольна? Не в силах удержаться ползущие вверх кончики губ, Хан Лим склоняется к над торчащим ухом и от вкрадчивого голоса у Ë Ри всё сжимается внутри: — Вполне. Тело само начинает подаваться вперёд и, когда девушке уже показалось, что она вот-вот поцелует женщину, та разворачивается, аккуратно закрывает кабинку и включает тёплую воду. Хан Лим продолжает стоять спиной к Ë Ри и поджимать пухлые губы в размышлениях. «И нафига я это делаю? Строю глазки подростку. Какой позор...» Всё же с такой правдой мириться страшно, а молчание длится слишком долго и только капли разрезают тишину. — Гель для душа внизу — холодный голос разрезает воздух и Ë Ри, поражённая, язвит: — Думаешь я не найду гель? Я тут не первый раз. — Я лишь хочу помочь. — Как заботливо с твоей стороны. Женщина сжимает губы сильнее. Слишком много вводных. Слишком спорная ситуация. Слишком опасно для каждой. Сжимая пальцами кран, она берёт себя в руки: — К чёрту всё это. Быстро развернувшись на мокром полу, Хан Лим нависает над своей... девушкой? Если бы она знала. Да и какая разница? Сейчас, в этом небольшом помещении, полном густого пара, она целует Ë Ри со всей страстью. Струи тёплой воды щекочут спину. Тело к телу. Кожа к коже. Требовательная рука на талию. К себе. Ещё теснее. В ответ юные, нежные ладони обнимают за шею. Хан Лим смотрит в серые глаза напротив взглядом ласковым, но жгучим и таким по-детски лучистым, будто ей снова семнадцать. Сейчас ей кажется, что она готова остаться здесь — в этом моменте — надолго, если не навсегда. Ë Ри смотрит удивлённо, не ожидавшая такого поворота. Впервые она видит эти карие глаза такими нежныминежными. Однако в этом взгляде прослеживается не только мягкость: страсть, желание, искорки надежды. Хан Ë Ри понимает — она готова быть рядом с этой женщиной, так долго, как только сможет, всегда чувствовать прикосновение её немного грубоватых рук. Черт возми она готова на всё, лишь бы всегда быть с Им Хан Лим. Но Ë Ри знает, что совсем скоро это закончится. Совсем скоро у неё не будет той радости, что она успела познать за эти пару дней. Она вернётся в тюрьму и с Им Хан Лим видеться будет очень редко, если ей вообще повезёт с ней встретиться. Эти мысли огорчают. Она не хочет расставаться - не сейчас. Поэтому сейчас она обнимает Лим так крепко, как только может. Ещё крепче. Ещё теснее. Чтобы та не смогла вырваться, даже если захочет. Женщина и не хочет. Она никогда не чувствовала, чтобы кто-то в ней так нуждался. Для неё это чувство было новым. Крепкие руки обнимают Ё Ри в ответ и женщина прислоняется щекой к сиреневой макушке. «Кто ты для меня?..»

***

Выходя из душа Хан Лим поддерживает девушку под локоть и смотрит как раскрасневшееся от жары лицо блаженно раслабляется, овеянное прохладой: — Как ты себя чувствуешь? — По-лучше. — Мда, не стоило заниматься этим под горячей водой. «Жалеет — думает девушка — Наверняка жалеет что мы вовсе это всё делаем. Я видела твой взгляд». Хан Лим прерывает неловкое молчание не менее неловким вопросом: — Ну так... идём спать? — Угу — кратко раздаётся в ответ. Уже в комнате женщина отпускает локоть девушки и идёт поправлять простыни на диване. Она садится на край и ожидает пока Ë Ри ляжет у стенки. Девушка на мгновение останавливается, смотря на Хан Лим, но вскоре ложится на своё место лицом к стене. Ë Ри почувствовала, как приподнялся диван, когда Хан Лим встала, и услышала шаги, отдаляющиеся от неё. «Вот и всё? На этом всё закончится?». Но через секунду погас свет и вскоре на диване прогнулись пружины под чужим весом. Женщина ложится рядом и обнимает со спины, легко прижав к мягкой груди. Она зарылась носом в ещё влажные волосы с отросшими каштановыми корнями, умиротворённо вдыхая запах собственного шампуня. От такого Ë Ри заливается румянцем и чувствует своё сердце как минимум половиной тела. Лёгкая приятная дрожь в пальцах и горящее лицо. Не в силе удержать соблазн, девушка пытается успокоиться, чтобы почувствовать спиной чужое сердцебиение тоже, но, когда своё дыхание становится ровнее, она слышит только мирное сопение спящей Хан Лим. « Как ты смеешь оставлять меня наедине с вопросами? Неужели у нас что-то большее, чем "дружба с привилегиями"? Хотя сомневаюсь, что тв и до этого считала меня другом. Что же ты чувствуешь? Чувствуешь ли то же, что и я? Это любовь или дружба? А может просто секс без обязательств? Кто же я для тебя?» Пока Ë Ри пыталась найти ответы, незаметно для себя она начала поглаживать руки Хан Лим и проваливаться в сон.

***

Будильник. Опять на 07:35. Женщина глубоко вдыхае воздух и чувствует приятный запах чужого тела, лежащего под боком. Утреннее солнце согревает кожу не хуже, чем спина, прижимающаяся к груди. Она убирает руки с чужой талии, разминая их. Потягивается, поворачивает голову на бок и улыбается, столкнувшись с серыми глазами: — Доброе утро. — Угу — сонный прищуренный взгляд. Девушка потягивается, заманчиво натягивая ткань футболки. — Сегодня нам на задание — Хан Лим ухмыляется грустно — Он ответил? — Я вчера вечером настояла, чтобы сегодня встретились. Пока не видела ответ — Ë Ри поворачивается, перетягивается через женщину и та чувствует чужую мягкую грудь, пока глазами стреляет под чуть задравшуюся футболку. «Твою мать, девочка, что же ты со мной делаешь?» — Да, вот, написал — голос отвлекает от мыслей и Хан Лим заглядывает телефон — Встреча около хостела «Коралл». В 20:00. — Уже стемнеет. Нам только на руку, тогда выедем пораньше для подготовки. — Как знаешь. Но не забудь про обещание! — улыбается заговорщицки, так по-детски. — Да-да, рубашка и пиджак. Будь готова к подколам На Хва Джина. — Даже не начинай... И не смей меня вместе с ним подкалывать! — Так уж и быть, не буду — смеётся по-доброму, садится на край дивана и Ë Ри скептически заглядывает в лицо: — Ну ладно, поверю на слово. Женщина смотрит в ответ, прикрыв один глаз, с широкой улыбкой и девушка только сильнее сводит брови в задумчивости: — Мне кажется или ты стала чаще улыбаться? Женщина отводит взгляд, погрузившись в мысли, но уже через секунду поворачивается обратно, улыбаясь ещё откровеннее: — Благодаря тебе. — Правда? И что же я такого сделала? — Много чего. Достаточно, чтобы заслужить благодарность. — Но что? Ну переспала с тобой чуточку.. . — Нет, больше. Поймёшь когда вырастешь — смеётся, уходя в свою комнату за одеждой для утренней тренировки.