Клаустрофобия

— Если ты играл в эти игры, значит, уже получил свои 46,5 миллиарда вон? — Да, но я вернулся, чтобы всё остановить! — Что за бред! Игроки окружили Ки Хуна. Голоса сливались в шум: обвинения, недоумение, злость. Нам Гю сидел на краю кровати. Таблетка все еще действовала — мир вокруг стал мягким, туманным. Ему было хорошо. Он наблюдал, как толпа разгорается, переключаясь с паники после игры на что-то новое. Танос кричал громче всех: — Ты что, герой нашелся? Мы тут жизнь на кон ставим, а ты решил всё испортить? — Думаете, я вернулся просто так? — Ки Хун смотрел прямо на Таноса. — Если мы продолжим, нас всех убьют. Толпа заволновалась. Кто-то засмеялся. — А если остановим, что? Пойдем домой к долгам и кредиторам? — крикнул кто-то сзади. Нам Гю смотрел на это спокойно, почти равнодушно. Он поудобнее разместился и прилег на подушку. — Если ты уже играл, значит сможешь подсказать нам, как пройти все игры! — сказал Танос, сделав резкий выпад вперед. Розовые надзиратели нарушили спор. Началось голосование за продолжение или окончание игр. «Странно, что это входит в правила, — подумал Нам Гю, подходя к стенду. — Если мы закончим, то сможем рассказать всё полиции». Сквозь сонную пелену он смотрел на разноцветные кнопки, они казались гораздо ярче, чем на самом деле. Парень был уверен, что синий круг излучал ледяной холод, а красный квадрат — жар. Он едва дотрагивался до кнопок ладонями, стараясь почувствовать ауру каждой. — Эй, Нам Су, ты чего копаешься? Faster! — кричал Танос из толпы. Эти слова подействовали моментально. На экране добавился голос в пользу кружков, желающих продолжить игры. — C'mon, bro? — раскрыл руки Танос, встречая Нам Гю. — Что это было? Думал сдаться? — Нет, конечно, — собрав все силы в районе голосовых связок, произнес тот. — Отойди, я хочу прилечь, — он крепко вцепился в поручень, почти повисая на нём. — Убило? Парень наклонил голову набок, отчего фиолетовые волосы спали вниз. Нам Гю не мог отвести взгляд от его вздернутых бровей. Каждая волосинка двигалась плавно, будто часть гусеницы. — Не сильно, — он пожал плечами и попытался пролезть к своей кровати через Таноса, но тот не сдвигался. — Вижу, — усмехнулся репер, оглядывая его с ног до головы. — Закроешь глаза — отрубишься до завтра. Нам Гю лишь хмыкнул. Ки Хун, стоящий рядом с закрывшимся дверьми, снова подал голос, стараясь перехватить внимание. — Я проходил через это. Вы не представляете, что вас ждет. — Ну давай, скажи это нам еще раз, — усмехнулся Танос, спрыгивая на пол. — Тебе нравится повторять одно и тоже? Нам Гю радостно дополз до своей койки на втором этаже. Расположившись на кровати, он начал наблюдать за перепалкой внизу, чувствуя как тело расслабляется. Танос двигался плавно. Он размахивал руками и шел в сторону Ки Хуна, настраиваясь проучить старого умника. Ки Хун пытался говорить спокойно, но напряжение нарастало. — Вы не понимаете, — продолжал мужчина. — Это не просто игры. Это мясорубка. И вы в ней всего лишь мясо. Танос шагнул ближе, его лицо перекосило от ярости. — Мы все — мясо. Даже вне этих игр. Ты только сейчас это понял, дядя? — он улыбнулся и обернулся в сторону Нам Гю. Тот поднял большой палец вверх и невольно улыбнулся, когда Танос ему подмигнул. — Нам нужны деньги. Всем нужны. — А ты думаешь, деньги помогут, если ты мертв? — Ки Хун закричал. — Игроки, голосование окончено, — громкий голос надзирателя, доносящийся из динамиков, заставил всех замереть. — Напоминаю, что большинство решило продолжить игры. — Вот и всё, — сказал Танос, бросив взгляд на Ки Хуна. — В следующий раз подумай, прежде чем возвращаться сюда. — До отбоя осталось пять минут, — механический женский голос прошипел из тех же громкоговорителей. Шум разговоров медленно стихал. Танос уверенной походкой направлялся к своему месту. Железная лестница скрипела и качалась вместе с конструкциями многоэтажных кушеток. — Как я его, а? — задорно мотнул головой он. Смотрит на Нам Гю. Но тот всё же уснул. Поджимает губы, а затем поднимается на третий ярус. Резко падает поверх одеяла и закидывает руки за голову. Улыбается, думая о том, как грозно выглядел со стороны, когда разговаривал с этим сумасшедшим. Свет отключается. Танос смотрит в темноту над головой, затем переводит взгляд левее, предполагая, что именно там, под потолком, висит стеклянная свинья с желанными деньгами. «Скоро их станет еще больше». Зачем он вообще вкладывался в новую крипту? Закусывает губу, вспоминая, что здесь он видел и Мин Ги, чёртова создателя Долматина. «На следующем испытании ему конец, — думал он. — Если он не может расплатиться за падение своей валюты, пусть хотя бы его жалкая жизнь принесет несколько пачек банкнот наверх». Если бы он не вложил в Долматин все свои сбережения… Он бы не был здесь, да более того: не пошел бы в тот клуб инкогнито и не нарвался бы на новый скандал. Танос вспоминает, как его не пропустили на фейсконтроле. Он пытался пройти без паспорта, в очках и капюшоне. Но охранник был непреклонен. Нам Гю не хотел его пускать, вышвыривал через толпу и угрожал вызвать полицию. «Но полиция всё равно приехала попозже,» — с горькой улыбкой вспоминает он. Пробраться внутрь всё равно удалось, когда Нам Гю отвлекли другие гости. Танос сразу устроился за баром и начал опустошать один стакан за другим. Это продлилось недолго, ведь Нам Гю заподозрил неладное, и поменявшись на входе с напарником, тоже поспешил в клуб. Сначала он пытался по-хорошему выпроводить Таноса оттуда. Но стоило сорвать с него очки — всем вокруг стало ясно, что в клуб пришла звезда. Налетели фанаты. Нам Гю пришлось одновременно отбиваться от них и продолжать пытаться выпроводить Таноса прочь. Разгорелась жестокая драка. Причем основными участницами были девушки, не самые трезвые и не в том состоянии, чтобы держать себя вдостойно. Аппаратура и мониторы разбивались звонче стаканов. Параллельно с этим видео вирусились в сети. Вся охранная группа подключилась к тому, чтобы привести ситуацию в порядок, но хаос было уже не остановить. Вишенкой на торте стал разъяренный начальник, лупасящий Нам Гю по щекам, и кровь последнего на барной стойке. Танос улыбается, чувствуя, что это было правда весело. Веселее, чем он планировал, желая просто пройти в клуб незамеченным. «Да после скандала с криптой вообще не хотелось никуда выходить, — подумал он, вздыхая. — Получилось как получилось». Хор из разных храпов доносился со всех сторон, уснуть не получалось и оставалось только перекидывать одну мысль за другой в своей голове. Танос потерся головой об подушку, слыша как к мерзкому набору звуков добавляется скрипение матраса. — Бэнг-бенг-бенг… — донесся сонный голос снизу. На секунду Танос допустил, что засыпает, но это точно было не его воображение. Он осторожно опустил голову вниз и посмотрел на едва освященное лицо Нам Гю. Тот продолжал напевать под нос текст песни. «Моей песни!» — Да, мне тоже нравится этот трек. Качает, да? — громко произнёс он, пытаясь привлечь его внимание. — Да… Но мне больше нравится Фрэнд… — тихо пробормотал Нам Гю. — Или Тёнрн ит оф… — Так, погоди, — удивленно хмыкнул Танос, спускаясь на этаж ниже по лестнице. — Are, u, my fan, bo-o-oy? — залезает на койку и резко наклоняется ближе. Нам Гю открывает глаза и вздрагивает. — Нет! — он залился краской, но в темноте этого не было видно. — Даже такой, как ты, наизусть знает мои хиты, — усмехается, устраиваясь на края, и свешивает ноги вниз. Кто-то со стороны недовольно шикнул, но Танос пригрозил соседям средним пальцем. — Почему же мой главный поклонник не хотел впускать своего своего кумира просто развлечься субботним вечером в скромный сеульский клуб? — Ты не показал паспорт. И я не твой, кхм, поклонник. Скорее наоборот. Танос улыбается, вспоминая непреклонное выражение лица Нам Гю на входе. Эту строгую форму, бейджик. — Ну свою работу ты выполнил тогда хорошо, — он посмотрел в его сторону, отчего Нам Гю отвел взгляд. — Хорошо? Именно поэтому меня уволили. — Ты не стал брать взятку на входе, — Танос начал загибать пальцы, — ни первую, ни вторую. До конца пытался меня выкинуть оттуда, вызвал, в итоге, полицию… — Ага, — равнодушно выкинул Нам Гю, смотря наверх. — Ты вообще честный человек, да? — Танос повернулся к нему и перевалил ноги на кровать. — Что ты хочешь от меня? — Хочу убедиться, что нанял в телохранители достойного человека. — Не называй меня так, — нахмурился он, стараясь не встретиться взглядом. — Лучше просто охранник. — Личный охранник. — Ладно. Танос пристально вгляделся в его сверкающие в темноте глаза, не оставляя выбора уклониться. — Нам Гю… то есть, Ким Су. — Да знаешь ты как меня зовут. — А чем ты на самом деле хочешь заниматься в жизни? — с интересом продолжил тот, игнорируя возникшее напряжение. — Ну я имею в виду: вряд ли тот клуб был вершиной твоей мечты. — Какая разница? — Мне спать не хочется. Повесели меня немного, — произнес он и потянулся к кресту. — Или тебе нужно еще подзарядиться? — Нет, — мотнул головой Нам Гю, чувствуя, что еще одна таблетка подряд после долгого пребывания в трезвости будет лишней. — Так вот! Кем бы ты стал, если бы у тебя было много бабок? — он кивнул в сторону стеклянной свиньи. — Что бы купил? — Я бы… — задумался тот, а затем после долго молчания ответил. — Стал продюсером для сестры, помог бы ей построить карьеру в музыке и купил бы все, что она захочет. — Пхахахаха, — не выдержал Танос. — Оу, man, это так благородно. Можешь записать плюс себе в карму. Но вопрос остается тем же. Что бы ты ДЛЯ СЕБЯ купил, если б имел почти бесконечные деньги? — Я не знаю. Отдал бы долг, — Нам Гю вновь задумался. — Положил бы остальное на вклад. И тогда моя семья никогда бы ни в чём не нуждалась. Может быть, ездил бы отдыхать иногда. Пару раз в год. Заказывал бы хорошую еду. Но я бы не хотел превращаться в жирного старика, жрущего икру и каждый день с высока смотрящего на остальных. — Ты бы покупал кучу наркоты? — Нет. — Ну да точно сестренка бы не одобрила, ха ха, — предположил Танос. — Это она фанатеет по мне? От неё ты песни выучил? — Вроде того. — А сколько ей лет? Она секси? Может познакомишь нас, как выберемся? То есть, как выиграем. — Ей двенадцать! — Нам Гю привстал, недовольно смотря на собеседника. — Ну ничего, — отклонился тот, я подожду. — Хотя вдруг она подрастет и не будет симпатичной… Не люблю девушек с пластикой. Хотя, если ты ничего, то и она не должна вырасти уродиной. — Не говори так про нее. — Да ладно тебе, я же шучу. Танос попытался разглядеть взаимное веселье в глазах Нам Гю, но тот лишь сильнее обозлился. — Скучный ты какой-то. Выспись получше, чтобы завтра развлекать меня. Нам Гю закрылся одеялом. Танос грустно вздохнул и полез обратно на свой этаж.

***

— Какая игра будет? Какая? Нам Гю проснулся от голоса Таноса, котороый вновь прицепился к Ки Хуну. Он протёр глаза. Голова гудела, но любопытство взяло верх. Танос стоял напротив Ки Хуна, сверля его взглядом. Народ вновь собирался вокруг них. Едва проснувшиеся лица воодушевленно наблюдали за перепалкой. — Я не уверен… — Ки Хун явно нервничал, но старался сохранять хладнокровие. — Но, возможно, это будут сахарные соты. Толпа зашумела. Кто-то перешептывался с соседями, кто-то с недоверием покачивал головой. — Соты? — Танос прищурился. — Что ещё за бред? Нам Гю почувствовал, как напряжение в комнате растет. Он осторожно слез с кровати, стараясь не привлекать внимания. — Так зачем говоришь, раз не уверен? — Танос шагнул ближе к Ки Хуну, готовясь к нападению. — Ниче тот факт, что мы тут все уже второй день слушаем твоё нытьё? К нему со спину начал подходить игрок 001. Он был встревожен и сжимал кулаки. Нам Гю ускорился, понимая, что вовремя успевает предотвратить драку. — Не трогай его. 001 игрок удивленно смотрел на свое запястье, которое перехватил Нам Гю. — Вы слишком молоды, импульсивные действия ничего не дадут, — произнес он спокойно. Мужчина казался почти одного возраста с Ки Хуном. «Старпёры защищают друг друга, как мило,» — язвительно подумал Танос. — Он обещал! Обещал сказать! — не мог успокоиться репер, отходя за спину напарника. — Возможно, он ничего и не знает, — ответил Нам Гю, стараясь сохранять ровный тон. — Да я его! — Тш, — Нам Гю серьезно посмотрел на него, а затем отвел в сторону. — Давай оставим это настроение для игр. Нет смысла сейчас устраивать цирк прямо здесь, — сказал он, глядя так, будто останавливал не только Таноса, но и всех вокруг. Танос разочаровано взмахнул руками, а затем опустил их в карманы. В этот момент двери распахнулись. Розовые надзиратели вошли в комнату, катя перед собой тележки с завтраком — булки и молоко. — Еда, — произнес кто-то, и это мгновенно переключило внимание большинства. — Принеси мне завтрак, — бросил Танос, кидая взгляд на Нам Гю. — Сам возьми, — безразлично ответил тот, направляясь занимать очередь. Танос фыркнул, но спорить не стал.