Губительные последствия проявленного милосердия

Гермиона замерла на месте, когда Малфой прошёл в её комнату. Она устремила взгляд на стену позади него, смотря через фигуру Слизеринца, словно она была прозрачной. Снова… – промелькнуло в её голове. Девушка медленно поднялась с места, откладывая книгу на стол. Аристократ мучительно долго проходился по комнате, томя её ожиданием неизбежного. Он рассматривал книги, стоявшие на полке, цветы, стоящие в вазе, занесённые в комнату домовиком. Внезапно Малфой сел на кровать. Он жестом указал Грейнджер, чтобы она принесла ему книгу лежащую на столе. – Стой рядом, – приказал Драко, взяв книгу, ложась на кровать. Он медленно пролистал несколько страниц и уставился взглядом на девушку. Он сощурил глаза, всматриваясь в её фигуру, о чём-то задумывшись. – Повернись, – вдруг приказал он, и девушка послушно выполнила его приказ. – Повернись лицом ко мне. – снова исполнила приказ. – Подойди ближе. – Наклонись. Малфой потянул Гермиону на себя и уложил на кровать. Девушка смотрела в потолок, не выражая ни единой эмоции. – Расстегни пуговицы на груди. – очередной приказ. В тоне и взгляде Малфой читалась заинтересованность, такая непривычная для него, слишком сильная, через чур открытая. Пальцы Гриффиндорки медленно перешли к верхним пуговицам. – А если я прикажу тебе… – он что-то тихо прошептал с улыбкой на лице на ухо девушки, всё ещё пялящейся в потолок, –… ты тоже выполнишь? – Тебе четырнадцать лет? – совсем пустым голосом произнесла девушка, убирая руки от расстёгнутого платья. Малфой оттянул ткань с её груди и принялся пристально исследовать тело девушки. Гермиона прикрыла глаза, когда рука Драко медленно скользнула к её груди и вдруг, несколько раз очертив её, сжала её в руке, затем вторую и обе вместе. – Тебе чертовски идёт быть топлес, Грейнджер, будь у меня чуть меньше совести и человечности, я бы приказал тебе ходить по поместью только голой. – Ты не выспался, а ещё выпил, Малфой. – вдруг тихо произнесла она, без единой эмоции, лишь с усталостью во взгляде смотря на аристократа. – Как определила? – он лишь улыбнулся. – Обычно ты немногословен, а сегодня развязен и в общем ведёшь себя как пубертатный подросток. Драко громко рассмеялся. – Мне так нравится то, что я имею власть над тобой. Гермиона вновь прикрыла глаза, когда рука Драко снова скользнула к её груди. Он жадно исследовал её и рассматривал словно заворожённый. Внезапно Грейнджер судорожно вдохнула и задержала дыхание, почувствовав кончик тёплого влажного языка Малфоя, поднимающийся от её груди к горлу. Она резко распахнула глаза и уставилась со страхом в глаза аристократа. – И меня пугает изменчивость в твоём поведении, – вдруг произнесла она, когда он оторвал язык от её шеи и улыбнулся, остановив взгляд на её губах. – Мне было бы интересно послушать тебя, – вдруг произнёс он. Гермиона смотрела в его почерневшие серые глаза. Он находился слишком близко к ней сейчас. Непозволительно и незаконно близко. – Я должна что-то прочитать? – она попыталась придать голосу серьёзность, но внутри бушевала необъяснимая паника, разносящая по телу невыносимый жар. Он вёл себя слишком по-другому, слишком непривычно, слишком не по-Малфоевски. Где же то привычное презрение? Презрительные и ненавистные взгляды? Надменный тон? Куда всё это подевалось? Она отчаянно нуждалась в этом, чтобы, не дай Мерлин, ничего в ней не переменилось. – Но я воздержусь. – вдруг произнёс он, оторвав взгляд от неё, быстро проморгавшись. Внезапно глаза Малфоя сверкнули, он улыбнулся, переместив руку на её колено, медленно задирая ткань платья. Грейнджер с ужасом посмотрела на него, когда он, не отрывая взгляда от её глаз, начал медленно вести ладонь по её ноге вверх. Девушка остановила его руку, но он, шлепнув по её ладони, улыбнувшись ещё шире, повёл свою руку выше. Его ладонь перешла на внутреннюю сторону бедра девушки. Гермиона свела ноги вместе, отрицательно мотая головой. На её лицо наполз жар, щеки раскраснелись. – Прошу тебя, Малфой, не продолжай… – судорожно прошептала она, сжимая ноги сильнее. – Я только хочу убедиться. – губы, растянутые в улыбке, обнажили ровные ряды белых зубов. – Нет, пожалуйста… – её голос был пропитан безысходностью. В голове мелькали абсолютно противоположные мысли. Не правильно! Нет! – Ноги, Грейнджер. – настойчиво проговорил он, и ей пришлось подчиниться. Малфой мучительно медленно вёл руку вверх. Он отодвинул ткань белья девушки и провёл пальцами по её лону. Гермиона зажмурила глаза, сглатывая волнение. – Да ты вся мокрая, – с улыбкой произнёс Драко. – и горячая, – он невинно улыбнулся. – Хватит, пожалуйста… – судорожно прошептала она, но Малфой совсем аккуратно ввёл в неё средний палец. Тело Гермионы вздрогнуло, когда к среднему пальцу присоединился безымянный. – Малфой! Малфой! Малфой! Я прошу тебя, остановись. Ты же знаешь, что так не должно быть. Грейнджер закусила нижнюю губу, когда Малфой ввёл пальцы глубже, во всю длину. Девушка прикрыла глаза, дыша через едва разомкнутые зубы. Аристократ медленно вытащил оба пальца. Внезапно он склонился к Гермионе и очертил большим пальцем её нижнюю губу. Палец проскользнул в рот. Она обхватила его губами и аккуратно очертила его кончиком языка. – Это чертовски возбуждает, – он бесшумно усмехнулся. Она создала во рту вакуум, сильнее обхватывая губами его палец. Малфой уставился на неё. – Просто вопрос, можешь не отвечать, но тебе когда-нибудь приходилось делать кому-то что-то ртом? Гермиона помотала головой. – Тогда откуда тебе известно о том, что ты сделала сейчас? – Если подумать, я предположила, что чисто теоретически, это могло бы кому-то понравиться. Отодвигаясь от Грейнджер, Малфой указал кивком головы на пол. Не ожидав от себя столь быстрого подчинения, Гермиона сползла с кровати на пол, прикрывая грудь рукой. Драко встал перед ней. Он убрал её руки от груди. – Ты знаешь, о чём я сейчас думаю? – задумчиво спросил он. – Мне кажется, я могу предположить, – негромко ответила она, переводя взгляд от его лица, опуская глаза ниже. Он был возбуждён и не заметить это было невозможно. – Как бы ты отреагировала, если бы я попросил? – вкрадчиво спросил он. – Приказал, – поправила его она. – Попросил. – Если бы ты прямо сейчас приказал мне, я бы сделала то, о чём мы оба думаем. – она не ожидала от себя такой откровенности. Откровенности, которая поглотит её с головой, заставив за себя расплачиваться. Цена будет слишком высокой. – А если бы не приказал, а попросил? – он поднял её подбородок и продолжил смотреть точно в глаза. – Я бы сказала, что это неправильно. – Тогда я приказываю. Руки Гермионы перешли к кожаному ремню брюк Малфоя, и она замерла, вспомнив вчерашний вечер, вчерашнюю рыжеволосую девушку, так же стоявшей перед Малфоем на коленях, усердно работая ртом. И внезапно Гермиону накрыла необъяснимой силой обида. – Вчера… – тихо начала она, – у тебя… ты и… – она не могла договорить. – Тео… ты до сих пор держишь его в своём подвале? – Тео, говоришь? – он усмехнулся. – Иди к столу, Грейнджер, я пришёл сюда за этим. Поняв свою оплошность, Гермиона подошла к столу, застёгивая пуговицы на груди. – Нагнись над столом, – приказал он, и она, закусив от обиды щеку, сделала то, что от неё требовалось. Малфой улыбнулся. – Ты в последнее время такая послушная, прямо как собачка. В глазах Гермионы отражалось непонимание. Слишком резко его тон и его голос переменились. – Я и не знал, что тебя так быстро можно выдрессировать, осталось только купить тебе ошейник. Девушка прикрыла глаза, сжимая одну ладонь в кулаке. – Какая же ты покорная, Гермиона. Гермиона? Девушка впервые слышала от него, чтобы он назвал её по имени. Драко медленно подошёл к ней сзади. Его ладонь скользнула по её обнажённому позвоночнику Гриффиндорки. По спине девушки побежали мурашки. – Малфой… – прошептала совсем тихо она. – Готова даже на колени встать передо мной, если я прикажу. – он усмехнулся, его ладонь медленно спустилась ниже. – А может, я сама могла захотеть, чтобы ты приказал об этом? – вдруг произнесла она, и он замер. Он несколько секунд молчал, а после рассмеялся, дёрнув девушку за локоть, разворачивая лицом к себе. Он что-то хотел сказать, но долго молчал. Внезапно выражение его лица полностью изменилось, больше не было того интереса, той развязности в его глазах. – Не забывай, что ты не больше чем… – он задумался и по-издевательски улыбнулся, – моя шлюха. Твои желания не имеют здесь абсолютно никакого значения. – Шлюха… – она горько усмехнулась, вторя его словам, смотря в его глаза, – Ты можешь командовать мной, потому что я ничего не могу тебе ответить, ведь я заперта в твоём доме. Я бы посмотрела на тебя, указывай ты любому другому. – Я предоставлю тебе такую возможность. – он коснулся ладонью щеки девушки, – Занеси в мою комнату две порции зелья, Кикки тебе их даст, а после иди к себе и готовься, к восьми вечера мы кое-куда отправимся.