зразы

руки искусаны. в синяках. она бьёт о себя предметы. иногда себя о предметы. за плохие мысли. квартира постоянно мигает красным. она помнит свой голос. вой. писк. стон. кажется, один из передних зубов слегка развернулся. разглядывая его в зеркале, хотелось сесть челюстью на стекло. прошла неделя. она засыпает на полу. падает в обморок. и спит. тоже отметины. алёна не придаёт значения. её голова не может заткнуться. стала ложиться по пути на кухню и кричать. один раз соседи вызывали полицию. когда подступило в следующий раз, алёна пошла и засунула голову в морозилку. не вылезала, пока её слёзы не заледенили и не обломились с ресницами. это не жизнь. она стояла на коленях у стены. разговаривала с ней. что-то просила у неё. перестала, когда стена стала отвечать. снова пошла к холодильнику. она вынула полки и залезла целиком, закрывшись. один раз она заснула в ванной. чудом не захлебнулась. проснулась под водой. пузыри шли к поверхности. достав голову, её вывернуло водой вместе с соплями. возможно, это тоже было её наказание. она не смогла убрать после себя. дела копились горой пока она сидела и думала. била себя. вставала. и продолжала думать. мир. она пыталась забыть. она не смогла. алёна засовывает иголку в ботинок. ещё 2. протыкают палец на её ноге. 3 иголки. алёна снова идёт к его дому. прихрамывая. это не так больно, как была одна когда-то. наверно, поэтому это её не остановило. на мокрой улице белый день. холодно? она бы не сказала. мир должен быть на работе. в университете. живёт свою жизнь. он выглядел самодостаточным. каким она его помнит. она скучала. надо... узнать. как там. как он. перед ней бордовое железо. прыгая на забор, алёна бьётся лицом. приземляется на землю. встаёт. и пробует ещё. ей не остаётся другого. пока на получится. ещё. когда ей удаётся перелезть. не без травм. алёна не помнит, насколько больно боль? она идёт по дорожке, выложенной из серого камня. не то, чтобы у алёны был план. её пронзает дрожь. шаг за шагом. вот так выглядит дворик внутри. ничего особенного. буквально, здесь ничего нет. кое-где трава, истончавшая и пожелтевшая. ограничивает то же ограждение. просторнее, чем коридор в её подъезде. если сравнивать. зачем-то. но это всё мир. мир видит это каждый день. возвращаясь домой. когда его сознание расслабляется после тяжёлого дня, видя родное бордовое железо. алёна останавливается перед тёмной входной дверью. она тянет руку, касаясь холодной ручки. там, где мир каждый день. она опускает её вниз. дверь открывается. тёмные глаза алёны увеличиваются. он не закрывает её? алёна оборачивается. потому что здесь высокий забор. её берёт волнение. что-то же может случиться. алёна всегда проверяет замки. иногда встаёт посреди ночи, чтобы проверить закрыта ли дверь. потом спускается в подъезд и смотрит открывается ли входная дверь. просто так. без кнопки. потом выходит и тянет за неё снаружи. откроется ли. а мир даже не закрывает вход в дом? а дверца на ограждении? вроде бы он использовал ключ. каким-то образом тот день одновременно в тумане и единственное, что алёна помнит за свою жизнь. детали сливаются, но она видит чёткую картину. из чего-то сливочного, вьющегося. так ли она представляла это место? что за изгородью. мир ушёл в белое небытие. алёне кажется, что она больше не на земле. она заходит в дом. алёна разувается на коврике на пороге. входная зала большая. шкафы стоят по каждой стене. такая большая, в ней пусто. под ногами алёны блестит гладкий пол. её тянет к запаху мебели. кто-то зовёт это место. она верит. алёна склоняется, выдёргивая иголки из обеих ног. она не приглядывается. бросает их обратно в ботинки. ступает. под проколотыми мозолями образуется кровавый след. алёна кладёт руки на узор дверцы, чувствуя гладкую обработку по дереву. касается его носом, вдыхая. нежный. едва уловимый. обжитый. алёна оглядывает залу. на улице светло, через окна комнат и открытые двери всё проходит в коридор. всё видно. алёна чувствует себя призраком, практически паря над линолеумом. она заглядывает на кухню, в зал. здесь так много всего. вещей. мир однажды заполнил нижнюю полку в комоде. интересно, какая из трёх закончилась быстрее? набор предметов очень... разнообразный. на столике возле зелёного дивана стоит пустая тарелка. забытая со вчера, позавчера. что надо было есть, чтобы тарелка осталась чистой? алёна обходит зал. чего мебели надо от неё? они подозревают друг друга в чём-то. оба скрывают друг от друга информацию. тёмная мебель не проявляет энтузиазма алёны. стоит. бузит. кухня была дружелюбнее. большинство серо-коричневых шкафчиков заполнены продуктами. крупы, специи, коллекция чая, полкой ниже кофе, банка сладостей. возле раковины стоял недопитый цикорий. по запаху. алёна берётся за перилу лестницы и толкает последнюю дверь на первом этаже. спальня. аккуратно заправленная, тёмно-синяя. двуспальная. всё такое... осторожное. она смотрит обратно на залу. алёна ужасается, когда видит кровь. повсюду. сколько она оставила на полу. дёргаясь, алёна кидается открывать шкафы. где-то должна быть швабра, ведро, тряпка. вода. бормотание в её голове переходит в вибрирующий гул. навязчиво предупреждающий. обвиняющий. время, время. повторяющий. пятки алёны всё ещё хлюпают по полу. она смотрит на свои следы. точечные. большую часть она оставила у шкафа с узором на дверце. внутри была обувь. как на витрине. алёна никогда бы не подумала, что у мира всё так строго с порядком. большая часть поверхностей пустая. всё стоит по своим местам. кроме тех одиноких тарелки и кружки. спальня была как будто выставочной. от интерьера не пахло новизной и не исходило этой магазинной пустоты. кто-то любил это место. любил возвращаться в него. на паре шкафов алёна находила потёртости. даже следы. обычно на углу. от использования. она проводила пальцем по ним, запуская ноготь. только ноготь доходил до основания царапины. это была старая мебель. может быть, винтажная. или бюджетная. люди экономят с частным домом? организованно. бирюзовые стены не волновались о тесноте. как будто было всё, что надо и оставалось место только для ненужного. что бы она ни находила. всему было применение. алёна давно не видела дом в таком состоянии. и она его заляпала. что она натворила? глядя на окровавленный пол, кислое нытьё в её ступнях, это было ей ближе. словно она обустроила дом мира под себя. дёргая дверцы из раза в раз алёна натыкалась на новую партию организованных вещей. в конце залы, в углу остаётся последний вытянутый. алёна распахивает дверцы. из него с грохотом вываливается швабра. алёна слышит это в своих костях. громкого звука достаточно, чтобы всё замолкло. алёна поворачивается. её хватают.