Не люблю курильщиков

В следующую свою смену новичок пребывает явно в приподнятом настроении. Он нахмыкивает себе под нос весёлый мотивчик, и, похоже, даже слегка подтанцовывает. Пару раз даже что-то насвистывает, причём явно полноценную мелодию, но потом, похоже, вспоминает, что он на работе и сам себя прерывает. Встреча с друзьями ему точно пошла на пользу. - Они у тебя очень забавные, - выдаёт Гарри, пока они с Луисом с утра снова тусуются на кухне. - Придурки конченные, - счастливо отзывается парень. Тут, как бы, никто не сомневался. И Томлинсон в свою компанию отлично вписывается. - Куда приятнее видеть тебя таким, а не злобной колючей мразью, - зачем-то поддевает его Гарри. Ну а чего он, в самом деле, стоит такой довольный, весь светится. Из-за его лучезарного вида становится как-то тоскливо, а заодно и завидно. Стайлс оборачивается на своего многофункционального посудомойщика и с какой-то непонятной досадой обнаруживает на футболке парня красное блюющее солнышко, выглядывающее из-под фартука. Смотрится забавно. Парень и сам, как эта картинка: вроде и солнышко, но какое-то вредное и испорченное. Тем более сейчас, когда улыбается во все зубы, а потом показывает своему начальнику язык. Гарри сразу поспешно отводит взгляд. Но уже через пару секунд поворачивается снова, и чуть не отшатывается в сторону, потому что Луи неожиданно оказывается сзади, почти вплотную. - Шеф, расскажешь, чего ты тут колдуешь? – спрашивает он, задирая голову, и смешно поводя носом по воздуху: очевидно принюхивается. Да, первая партия булочек уже скоро будет готова. - Эээ...Зачем тебе? – уточняет Гарри, борясь с желанием куда-то отодвинуться. Между мойкой и столом расстояние небольшое: Луис мог и оттуда всё унюхать, и, если уж так интересно, увидеть. Но нет, приволокся поближе, очевидно поняв, что босса это нервирует. И он упорно щемится к столу. - Вливаюсь же в трудовые будни! - объясняет счастливо свои поползновения парень. - Может, буду помогать, если объяснишь, как. - Ну, нет, к выпечке я тебя не подпущу! - Да что я ей сделаю выпечке твоей!? – крикливо возмущается Томлинсон. Ох, этот парень звучит, как петух охрипший, который всю ночь орал с надрывом. Гарри морщится и чуть отшагивает, чтобы ему не вопили в ухо. Луис, похоже, это понимает и чуток приглушает звук. - Покажи хоть, чего тут лепишь, - просит он. А потом обхватывает Гарри за талию обоими ладонями и чуть сдвигает в сторону, располагаясь возле стола и сразу всё оглядывает, смешно сморщивая нос. - Пока сырые, выглядят, как личинки какие-то, - даёт он свою оценку увиденному. - Ты мне тут тесто пришёл оскорблять? - Ёб же матушки, все такие нежные, даже, блять, тесто оскорбить можно…, - фыркает Томлинсон. – Как его брать, и куда чего пихать? Да ну не нужно тут ничего никуда пихать!!! Видели ребёнка, который залез, куда не звали, и всячески творит откровенную хрень под предлогом помощи? Вот этим и занят Луи. Он резво хватает непромятое с мукой тесто сразу обоими лапами, визжит от того, что оно тут же прилипает к ладоням, отдирает их и поднимает на уровне с глазами. Оглядывает куски полужидкого теста на растопыренных пальцах с максимальной степенью отвращения, а потом с расстроенным видом показывает руки Гарри. Стайлс даже не находит, что сказать. Вот он зачем это сейчас сделал? Весело ему и решил подоставать начальника на ровном месте? - Фу, тесто противное, - отзывается паренёк, недовольно соскребая липкие белые кусочки с пальцев. - Это ты противный. Специально это сделал? - Нееее! Просто хотел потрогать тесто. - Потрогал. Полегчало? - Да, - сообщает тот, втягивая обе губы в рот, и показательно хлопая глазками. - Покажи, всё-таки, как делать. Могу я хоть одну скрутить? Гарри вздыхает, но всё же подаёт проблемному работничку промешанный кругляш теста, демонстрируя, как нужно раскатать блинчик, проделать в нём надрезы, а потом уже сложить ягоды и сделать «тарочку». Томлинсон слегка щурится и поджимает губы, видимо внимательно всё рассматривая. И, похоже, правда старается повторить. Но у него ничего не получается. Точнее получается, но что-то уродливое. Томмо просит ещё один кругляш, обещая в этот раз стараться более усердно, а пока он опять растягивает тесто в длинный непривлекательный парток, просит рассказать, почему они вообще на кухне торчат, если уже не утро. А сдобу ведь подают в начале дня. - Рано утром в меню только круасаны, - сообщает Гарри, ловко заполняя противень готовыми булками, пока его помощник криворукий мучает несчастный белый кусочек. - Потому что тесто слоёное, а не дрожжевое. И… эммм, оно брекетированное, я его сам не делаю. Оно вон в заморозке лежит. А на булочки я с утра ставлю тесто, скидываю в тестомешалку все ингредиенты, к обеду как раз поспевает. - Почему сразу не покупать готовое тесто? - Чтобы не наглеть. Да, легче купить готовое. Потому что нужно заниматься заказами ингредиентов с магазина. Но тогда можно бы было вообще просто продавать чью-то выпечку. - Так ведь легче. - Да. Но тут так здорово пахнет, когда я готовлю. Уверен, что многие идут сюда только на запах. - Пахнет и вправду потрясающе, - соглашается Луис. - Вскусенько так. Я ещё в первый день подумал, что у тебя какая-то туалетная вода слишком сладкая. Но, похоже, ты просто пахнешь ванилью от булочек. - Лучше ванилью, чем как ты – сигаретами, - огрызается Гарри. Он не очень понимает, почему при этом парне ему всё время хочется обороняться. Луис, вроде, ничего такого не сказал. Томмо лишь фыркает и укладывает на лист своё творение, даже не сумев его разместить так, как положено, чтобы не задевать остальные булки. - Как ты их так укладываешь, чтобы они не растеклись?! Они ж мягкие? – выдаёт он то ли с восхищением, то ли с возмущением. - Это дело опыта, - откликается Гарри, стараясь хоть как-то подправить тестовое растянутое нечто так, чтобы на противень хоть что-то ещё влезло. Он отирает измазанные в масле кончики пальцев, разворачивается к столу, и снова обнаруживает Томлинсона очень близко с собой. И парень на него уж как-то совсем странно смотрит. - Спасибо, что мне всё это объяснил и показал, - выдаёт он, кажется даже без привычной саркастической издёвки в голосе. - Для меня это очень важно, что ты тратишь на меня время. Ещё раз спасибо. – И неожиданно лезет к Гарри обниматься с какой-то крайне растроганной миной. Да, Стайлс знал, что Луис какой-то с приподъебой, но такая сентиментальность вводит его в ступор. Он скованно стоит и старается улыбнуться, пока растрогавшийся непонятно с чего парень хлопает его по спине, еще раз благодаря за то, что его работодатель такой добрый, терпеливый и понимающий.  – Ладно, шеф, дела не ждут, - подводит он итог, и смущённо возвращается к мойке, отворачивается к ней, явно стараясь скрыть своё лицо. Гарри не понимает, что произошло. Он решает тактично выйти ненадолго, чтобы дать Томлинсону время прийти в себя. Как раз нужно глянуть, как там его работнички: чего творят, пока он тут беседует со странными личностями. Он вылезает из своей каморки на свет белый, отмечая, что в зале всё тихо и комфортно, как он любит. - Ты чего опять такой забабашенный? – сразу тормозит его Ник. - Этот Луис – он странный такой. Вот очень странный. - Так вроде в первый день это было понятно. Гарри, ты как так всю спину в муке измазал? Чесался что ли весь? Стайлс останавливается и закатывает глаза. И, конечно, разворачивается и мчит, пылая праведным гневом, на кухню. - Вообще не смешно! Руки об меня вытер! – Гарри старается повернуть голову, чтобы увидеть спину, и там всё белым-бело. А значит не просто вытер, а специально извозюкал ладони в муке, пока шеф-недотёпа в тетрис на листе с выпечкой играл. - Ты же обещал адекватно себя вести! - Я просто пошутил, - как ни в чём не бывало улыбается мелкий пакостник. - Ну чего ты. Гарри только отмахивает от этого скалящегося дурака – у него таймер звякает, сообщая, что пора вынимать готовую выпечку из духовки. Томмо крутится рядом: приходится на него шикать, чтобы не своротить на него же горячий лист. Но как только Стайлс ставит его и накрывает жаркие булки полотенцем, парень почти сразу лезет под тряпицу, рассматривая, что получилось. - Слушай, командир кучерявый, а ты их считаешь обычно? Есть такое предположение, что вот теперь придётся считать… - Обычно их стандартное число на листе, - отзывается Гарри, следя за мимикой парня. Он совсем не глупый, а значит спросил это, прекрасно предполагая, какие выводы можно сделать из подобного вопроса. - Зачем спрашиваешь? Собрался незаметно булку стащить? Томлинсон сразу довольно кивает головой. - Сначала да. Но потом решил, что ты разрешишь съесть ту, что я лепил. Подумал, что если она будет максимально уёбищная, ты мне её отдашь. Вкус-то у нее не поменяется. Сама прямота и откровенность…Точнее дичайшая наглость, которая, увы, просто теряется под обаянием этого говнюка. Остаётся только глубоко вздохнуть и признать своё поражение. - Луи, для того, чтобы съесть булку, её не обязательно портить. Бери любую. Угощайся, но в разумных пределах. - Спасибо, - отзывается Томлинсон, и на этот раз, кажется, искренне. – Но я, всё-таки, подожду своё творение: вряд ли тебе удастся её продать. – Он снова ведёт по воздуху носом и мечтательно прикрывает глаза. – Пахнет, правда, обалденно. - Да, ты любишь сладкое, - хмыкает Гарри, глядя как Луи на самом деле облизывается. Тот сразу на него поворачивается с немым вопросом. - Коул так сказал, - поясняет Стайлс. - Зачем тогда тебе сигареты? Они ж горькие? - А зачем ты, дорогуша, к примеру, сперму глотаешь? Это же не какая-то наивкуснейшая нямка, да? Естественно, после этого ответного вопроса Гарри больше продолжать разговор не собирается. Он понял, что если с Луисом начинать говорить о его плохой привычке, он ощетинивается, и начинает очень агрессивно обороняться. А ещё Гарри просто устал от него. И его напрягает то, что парень, похоже, теперь собирается использовать против него те знания, которые получил случайным образом. Вот нахрена Стайлс брякнул ему тогда, что спит с мужчинами??? *** Неделя была такая сложная! До невозможности изнурительная. Но каждый раз, как Гарри хотел кого-то прибить (есть конкретный субъект), он всё шире натягивал улыбку, стараясь показать, что всё хорошо и его вообще ничего не задевает. Он пытался следить за тем, чтобы эта натянутая улыбка не сворачивалась на лице в карикатурный оскал. И это, честно, достало. А главное он очень тщетно всё время старался не смотреть. Почему-то казалось, что Луис специально прописался у него перед глазами, словно собирался не дать Гарри забыть о себе хоть на минуту. (Или это Стайлс целенаправленно таскался на кухню, а потом и сам всё время начинал искать парня глазами чуть ли не через каждые десять минут, когда тот выходил в зал?) Да, приходилось прятать не только свою раздражённость, но и заинтересованность. И невозможность оторвать от парня взгляд бесила так же сильно, как и его мелкие выходочки. Как же сложно с ним работать! И как сложно на него не залипать, не изучать! Принимаешь заказ, но вместо латте и мафина думаешь о том, как же этого Томлинсона красит его лёгкая небритость. И эти словно игривые почти незаметные усики. А разве кому-то вообще идёт эта тоненькая волосатая полоска над губой? ДА! ЛУИСУ! И, видать, Стайлс так часто пытался разгадать загадку сего обстоятельства, что Томлинсон раз даже заметил, что он на него пялится. И прибежал разбираться, злобно искря глазами. - Что, кудряшный босс, следишь за мной? Не доверяешь мне? – шипел тогда Луис, благо тихо, чтобы не привлекать постороннее внимание. - Боишься, что я у тебя тут солонки со столов поспизжу? - Эм, нет, - отнекивался Гарри, понимая, что действительно пялился. Но лишь потому, что парень такой горячий. И это когда он просто по залу с подносом ходит. А что было, когда Томмо на заднем дворе разгружал товар…Слегка вспотевший, в этой растянутой майке, обнажавшей татуировки и волосы на груди… (Да, Луи просто заносил коробки, а озабоченному начальнику казалось, словно это начало сюжетного постановочного порно.) Вот, собственно, так тяжко проходила неделя. И Луис, непонятно по какой причине, назначил сам себе свой график, беря только один выходной, а не два, так что видеть его приходилось слишком часто. Да, Гарри казалось, что новый работничек провокационно околачивается везде, куда бы Стайлс не посмотрел. Вот и сейчас он рядом. Томлинсон выходит из боковой двери, начиная что-то говорить, но задумавшийся Гарри вздрагивает и чуть вскрикивает от неожиданности. - Босс, ты чего? – спрашивает Луи, и ещё и отступает от Стайлса, как от заразного. - Совсем нервишки беда? Гарри заторможено машет головой. Он нервничал из-за того, что парень здесь появится, теперь, естественно, нервничает от того, что он появился. Конечно, они удивительно быстро выяснили всё и Луис действительно ведёт себя весьма дружелюбно, пока при нём не говоришь запрещённое имя на букву «С». Но нервозность Гарри, по обозначенным выше причинам, никуда не делась. - Не знаю, - выдыхает он и трёт лицо, чтоб, размять мышцы. - Что-то я, капец, устал… - Может сходим выпьем? - Я же говорил, что мы не пьём в рабочее время. - Ох, а я решил, что если прибухиваешь с шефом, то не считается, - улыбается Луис, и ещё и шлёпает Гарри по плечу. - Расслабься, Кудряшка. Закроем смену и сходим куда-нибудь недалеко, на пару часов. Парни, что думаете? - А? Чего? – переспрашивает Ник, как будто он здесь ошивался не для того, чтобы подслушать. - Предлагаю шефа нашего заёбанного немножко споить, а то он от нервов, вон, кажется, скрючился. - Скрючился? – переспрашивает Гарри, сразу разгибаясь и стараясь приосанится. А он и вправду ну не то, чтобы скрючился, а просто задумался и облокотился на стойку. Ну да, подсогнулся маленько. - Я поддерживаю! Про споить! – отзывается даже быстрее Ника Эд. Хотя да, Эдди – любитель провести время с алкоголем. - Тоже поддерживаю, - соглашается и Ник. – Давно же вместе не ходили выпить. А ты последнюю неделю слишком дёрганный, нужно расслабиться. - Может мне лучше на массаж сходить? – не разделяет Гарри общих решений. А, хотя, впрочем, чего бы, действительно, ему тоже не отдохнуть немного, а не размышлять о том, как весело проводит время один его подчинённый. И они и вправду с парнями давно не тусили вместе из-за того, что Стайл был взвинчен из-за нового проявления Коуэла в его жизни и всех вытекающих из этого последствий. – Впрочем, пойдёмте. Только в тот, что с караокошной. *** - Полагаю, что вы тут - частые гости, - смеётся Луис, когда Гарри и Эдди возвращаются к столику. Стоило парням осилить по две пинты на рыло, они стойко прописались возле микрофона, кажется втиснувшись во все свободные места. Так что они в основном горланят что-то со сцены, а потом набегами возвращаются к своим коллегам, чтобы ещё немного выпить. Гарри, который больше других упирался по поводу вечернего загула (ага, две минуты целых), теперь настаивает на том, чтобы они задержались ещё на час. И он уже достаточно повеселел и повысил градус, так что и наличие в компании раздражающего субъекта не так напрягает. А Нику, очевидно, под синьку становится сложно уследить за языком, так что он несёт всё, что у него на уме, в массы. - Хазза решил, что вы с Коулом – пара, - делится он с Томлинсоном, хохоча, видимо, над тем, как Гарри открывает рот и просто машет возле него руками, словно призывает слова выйти и возмутиться, но те отказываются сформировываться и помочь Стайлсу хоть немного меньше выглядеть сейчас идиотом. Луис давится пивом, а потом вообще его выплёвывает. - Чего, блять??? Чего? Вот чего? - надрывается он примерзким голосочком. - Ой, фу! Фу-фу-фу. Нужно перекреститься, чтоб во сне такое не увидеть! Новый работничек пялится на Гарри с таким лицом, словно поражен тем, что после таких предположений он вообще в адекватном состоянии, а не где-то в закрытом учреждении сидит в смирительной рубашке. Гарри решает, что нужно защищаться. - А Ник, придурка кусок, вообще решил, что вы мне троечка хотите предложить, - вопит он, стараясь перекричать наигранные вздохи-ахи Томлинсона. - Троечка? – переспрашивает Луис, кажется ещё больше косея. – С кем? - Ну…типа, вы с Коулом. И я сбоку бантиком, - отшучивается Гарри. Теперь Луис на всех своих собутыльников смотрит, как на конченных. - Да вы чё все ёбнулись что ли? – хохочет он, а потом вообще словно начинает подвывать. - Ну фу. Да ну, блять, фу. Да как вообще в голову такое пришло!? - Ты же сам говорил, что от Коула можно ожидать любых предложений. - Тут я не спорю! – гогочет Луис, очень забавно выпучивая глаза. - Но каким креном меня к нему прилепили!? Я могу лишь на его могиле счастливо сплясать, но не что-либо ещё больше…Ахуеть! Расскажу парням – уссутся. Так, дайте, сейчас, погодите, - он выставляет вперёд палец, мол, погодите, сейчас, момент, не пиздите, ухватывает бутылку и целиком её осущает. А потом весь надувается, словно готовится выдать какую-то речь, но начинает снова ржать и давится. А потом вновь выставляет вперёд палец, все же намереваясь свозь смех и кашель чего-то родить. – Так, а что, Гарольд, ты бы согласился, если бы это было правдой? У Гарри непроизвольно уголки губ ползут вниз, сооружая на лице страдальческую гримасу с нотками праведного отвращения. - Я бы уж точно не полез в треугольник, где один из углов – Саймон. Луис крвится, но, очевидно, кивает с одобрением. - Раз у нас день некорректных вопросов, - выдаёт он, и оскаливается, давая понять, что он как раз по некорректным вопросам мастер. - Правда, мог бы поучаствовать в троечке? Стайлс понимает, что вопрос направлен именно ему: Томлинсон пристально на него смотрит, чуть прищуривается и выжидает. В принципе, Ник с такой же рожей сидит. (Эд просто сидит, делает вид, что не с ними). А что, это всем так интересно? Стайлс напускает на себя то ли загадочности, то ли душноты, и решает поумничать. - Каком именно? - выдаёт он так, словно имеется миллиард вариантов. - Ну, три парня, - восклицает Луис и ещё и так фыркает, словно, очевидно же, о чём речь. - С двумя девушками мы бы тут все смогли поучаствовать. - Ну-у-у, как бы, - отзывается многозначительно Гримшоу. - Конченные пидорасы не в счёт, - усмехаясь, отмахивается Луис. - А ты мне только начал нравится совсем слегка. Но вот снова нет. - Как же это печаааально, - саркастически пропевает Луи, показывая, что ему всецело пох. - Так что, вы оба: у вас был когда-то секс втроём? - Мы с Ником не спали! – возмущается Стайлс. - Да я не вас имел в виду, - хрипло также возмущается Луи. И он хоть и не произносит слово «тупой» вслух, но очень красноречиво качает головой. - По отдельности, но ещё с двумя самцами. - Ты зачем это спрашиваешь вообще? - Интересно! Все натуралы, типа, мечтают о сексе с двумя девушками. А геи мечтают о сексе с двумя парнями? Гарри задумывается. - Эээээ, - выдаёт он для начала. Для него вопрос и впрям такой не из простых. К тому же, он не гей, а би. - Нет, наверно. Эм…Чтобы хотеть быть сразу с двумя партнёрами, нужно, наверное, быть универсалом, а иначе зачем кто-то дополнительный. Так ты просто выполняешь чьё-то желание. - О, я понял тебя. Очень доходчивый и подробный ответ. - Да, конечно, доходчивый: унылую пургу навёл, - возмущается Ник. – Секс - это секс. Да хоть толпой, главное, чтобы эта толпа была классной. Не нужно выполнять чьё-то желание. Если я тебя правильно понял, а я тебя правильно понял, то тот, что по серединке, может просто кого-то заставить себя ублажать со всех сторон. Эгоистично, но не похер ли. Гарри, ты, как всегда, всё не на обычный секс равняешь. Ты прекрасно знаешь, что секс может быть без каких-либо чувств. - Знаю, практикую, отвали, - сразу отзывается Гарри. И он очень хочет, чтобы эта тема ушла от него. И он не про секс втроём, а про то, что Ник считает его размазнёй. Так что он решает перевести вопросы на Луиса. - Твоя Эль предлагала тебе такие утехи? Томлинсон в ответ снова выпучивает глаза. - О, Эль, нет, - скрипит он радостно, и посылает сигнал Эдду, который старается привлечь внимание к тому, что очередь на песню подходит. - Втроём – не моя тема, я бы не смог справится с сопутствующей истерикой. А она бы была. Уж простите, парни, но вы и нихрена и не парни, так что я поделюсь с вами личным – у меня просто никогда бы не хватало сил противостоять или перечить, если дело касается отношений. Я просто такой: ох, блять, ладно, что угодно, только мозг мне не еби. - Вот даже не знаю, на что из сказанного ответить, - с недовольным лицом проговаривает Ник. – Тебя давно не били, мне интересно? - Побить меня часто пытаются. Мы с Зейном буквально на днях подрались. Опять на меня разозлился, - сообщает Луи, присасываясь к бутылке, и даже сквозь глотки старается послать собеседнику угрожающий оскал. - Но это не значит, что у всех страждущих выходит мне вьебать. Я бы, если что, не советовал. Гарри сидит, и, помалкивает. Да, когда парни встречаются в баре, любой разговор все равно перейдёт к сексу. Тут он не удивлён. Но его удивляет, как Луис выдаёт им какую-то подоплёку своих отношений. И, Гарри это цепляет. Он хочет к этому вернуться, пока Томлинсон не поменял тему и не перешел к шутливым историям мордобоя с его другом, с которым они, похоже, не только огрызаются через раз, но и до кулаков, оказывается, дело доходит. - Мне не показалось, что Эль истеричная, - проговаривает Стайлс тихо. Конечно, он видел её минут десять от силы, но принятие всего вокруг на лице девушки, когда её парень чудил и бесоёбил, заставило его подумать о её очень лёгком характере. - Не всё так, как кажется на первый взгляд, - философски подводит Луи. Но слушать его уже не стоит, потому что он, очевидно, уже выпил столько, что уже не особо понимает, кто такая Эль. - Да, ты вот не кажешься каблуком, но с учётом сказанного… - старается поддеть его Ник. Томмо запихивает в рот сигарету, освобождает руку, и сразу складывает пальцы в фак, который с кривой усмешкой демонстрирует Нику. А затем он крехтя скорабкивается со стула, ухватывает Ширана за плечи и, похоже, пытается согнать его с места. - Эдвард, - басит он дурным голосочком, - наше время для песен, бро. Эд сразу кивает, соглашаясь. Вообще он сигнализировал Гарри о подошедшей очереди, но он совсем не против, что Луис решил Стайлса подменить. Ширан также уцепляется Томлинсону за плечи и вместе они ползут до сцены. - Уёбок! – возмущается Ник, как только эта парочка удаляется. - Слышал, что он сказал!? - Слышал. И уверен, что он сказал специально, потому что предположил, что ты заведёшься. Я уже понял, что ему нравится бесить людей. - Считаешь это забавным? Такое ощущение, что ты так хочешь его трахнуть, что уже не видишь, какой он ублюдок. - У меня выхода нет: я должен его терпеть, ты же знаешь. - Но ведь ты бы, правда, его трахнул, да, будь возможность? – фыркает Ник, заискивающе улыбаясь. И это выражение лица явно выдаёт мнение Гримшоу об его паршивом вкусе. - Ну да. Но зачем об этом говорить, ведь этого не будет. - Эй, друг, чего тебя в нём так цепляет? Гарри задумывается. И смотрит на то, как Луис чего-то втолковывает Эдди, жестикулируя слишком сильно руками, а потом заливаясь хохочет, активно тыкая пальцем в экран монитора перед сценой – похоже песню для исполнения он выбрал какую-то дурную. Так что же его так цепляет? Всё, его цепляет абсолютно всё. Для него в этом почти незнакомце всё притягательно. Просто он такой…жгучий. Необычный. Красивый. Даже опасный. И совершенно недоступный. - Пожалуйста, не нужно меня спрашивать о нём, а? – стонет Стайлс, снова славливая то настроение, в котором прибывал сегодня весь рабочий день. - Не хочу о нём даже думать хоть чуть-чуть. Тебе ли не знать, что это конченное дело – мечтать о сексе с натуралом. - Ладно ты! Все же не крайне критично. Я вот как-то развёл бухого натурала на минет. А ещё некоторым из них бывает всё равно, кто именно на них насаживается, особенно если хорошенечко их напоить. А этого, - он кидает взгляд на Луи, который в ожидании очереди на песню подплясывает рядом с Эдди, как-то придурошно потряхивая руками, словно где-то встал на оголённые провода, - вообще споить запросто. - Блин, Ник, ну, заткнись. Не буду я никого специально спаивать. И нам с ним ещё три недели работать. К тому же ты знаешь же, что у меня другие позиции. Да и вообще, правда, кончай! Зачем ты об этом говоришь?! – снова стонет он. - Зачем ты хочешь, чтобы я об этом думал. Хочешь, чтобы я загнулся от спермотаксикоза? - Мне нравится над тобой издеваться. - У меня для этого вон он есть, - фыркает Гарри, указывая на всё так же хохочущего и дрыгающегося Томлинсона. – А ты меня должен поддерживать. - Ладно, друг, держись, что ещё сказать, - саркастически выдаёт Гримшоу. И, как и Гарри, поворачивается к сцене, куда уже вскарабкались два перепитых дуралея. Даже не понятно, кто кого придерживает: Эд Луи или Луи Эдда. Стайлс даже подумывает, что их сейчас с помоста выгонят, чтобы они с него не пизданулись. Но с другой стороны – это бар, тут все так выглядят, и почти всегда тут слышны вопли ужранных в стельку. Вот и эти кадры пытаются что-то прохрюкать, микрофончики вон хватают. Вообще, Эдди поёт идеально. Всегда. Ширан в этом плане – потрясающей. Но то, что и Луис начинает очень мелодично петь – становится неожиданностью. – Мать вашу, он ещё и поёт! - шипит Гримшоу. – Идеальный, прям, блять. Если не считать тёмных делишек с Коуэлом, и того, что его скоро за решетку посадят. Слушай, - радостно выдаёт он очередную тупую чернушную идею, - а может тебе его из тюрьмы дождаться? После неё он станет весьма сговорчивым, ему же уже нечего будет терять. - Ой, Ник, блять, заебал! - шипит Гарри, переходя на маты. Ну вот, правда, достал. И, честно, Гарри весь этот вечер достал. И ему не нравится думать, что будет с этим парнем в заключении. И не нравится думать о том, как красиво он поёт, и как мило сейчас цепляется за микрофончик, и облизывает губы, словно смущённо улыбаясь и делая вздох перед новой строчкой куплета. Он вообще не хочет о нём думать. Нахрена ему о нём думать? Гарри поднимается из-за стола, решая, что пора сваливать. – Я домой поеду. *** Свалить незамеченным не выходит. Пока Стайлс таскается перед входом туда-сюда, ожидая такси, Томлинсон, уже успевший выступить, тоже вылезает на свежий воздух. - Хей-ей, шеф, куда собрался? - уточняет он хрипливо. Парень становится чуть поодаль, поднимает свою джисовку и старается прикрыть огонёк зажигалки и прикурить сигарету. - Подальше отсюда, - произносит Гарри устало. - Задрали вы меня сегодня, особенно Ник. - Ах, ну, да, Ник этот твой, - улыбается Томлинсон сквозь сигарету. - Его самого, полагаю, ни раз отлично так прикладывали об асфальт. – Луис достаёт изо рта сигарету, скособоченно оскаливаясь, а потом ещё и прикусывает краешек губы, отчего его улыбка приобретает ещё более странную форму, словно персонажа из комикса. – Хочешь, поехали ко мне? Зачем? Гарри аж рот открывает от поступившего предложения. Но его ведь, очевидно, зовут совсем не для того, для чего он сперва подумал. А он, ясно дело, уже думает только членом. - О, нет, - отказывается он, стараясь отогнать непрошенные мысли. -  Эль точно не будет рада меня видеть. Мы ведь пьяны, зачем ей такая радость средь ночи. Гарри вообще не понимает, для чего ему к ним ехать. Его так и подмывает пошутить про секс втроём. Ох, он знает, как бы именно он в этом поучаствовал. (Блять, нахрена он это представил?) - Мы с Элеонор не живём вместе, - сообщает Томмо, как-то неопределённо фыркая. Теперь ещё более странно. Теперь ещё больше непонятно, зачем ему вообще тогда к нему ехать? Видимо глобальное непонимание отражается на лице Стайлса, потому что Луис начинает недовольно верещать. – Эй, я просто предложил! А у тебя такое недовольное хлебало. Какой же вы, всё-таки неприятный человечек, начальничек. А я всего-то хотел помочь избавится от общества Ника и у меня есть дома пиво. Ну да и ладно, ну и пошёл я нахер. Пока Луис своей возмущённой экспрессией искрит, пожелав сделать людишкам добро, которые этого не оценили, Гарри задумывается. А, может, правда, поехать? Непонятно, для чего. Напиться он вон в любом из этих многочисленных пабов может. Но…может, действительно, пока этот взъерошенный паренёк прям очень сильно пьян, предложить ему сделать минет? (Ой, блять, Ник, со своими долбанными идеями!) Ну, нет! К натуральным полуженатикам он ещё не гонял средь ночи с мыслями о том, что можно будет ему, при удобных стечениях обстоятельств, отсосать! Да нахрен ему такое нужно? Вот теперь Стайлс начинает действительно злиться. За свои мысли. И от Луиса он теперь хочет как можно поскорее отойти подальше. - У меня появились планы на этот вечер, пока, - отзывается он даже немного грубо, как раз замечая своё такси. И побыстрее старается к нему отойти, принимая от парня скучающий прощальный взмах. Но уже в салоне Гарри решает, что домой не поедет, называя другой адрес. Он едет почти на окраину в …гей-клуб. А куда он ещё поедет в таком настроении? Ему прям срочно нужно снять напряжение. Немедленно! Как только Стайлс добирается до стойки бара, сразу поворачивается лицом к залу, блуждая взглядом по посетителям. Не будет он себе врать. Он точно знает, что ему нужно. Он изучает толпу, стараясь высмотреть хоть что-то схожее. Кого-то невысокого, худощавого, но подкаченного. С буйным вихром волос на голове и густой чёлкой. С хитрыми смеющимися глазами и вредной озорной улыбкой. И находит. Издалека силуэт и вправду похож. И у парня даже весьма приятная улыбка. Правда губы очень пухлые, что парня несомненно красит. Но у Луиса они не такие: у него верхняя губа очень тоненькая, почти незаметная, в отличии от нижней. Хотя, очнись, это и не Луи вовсе, какая претензия к парню, если он не копия того, кого ты хочешь! Парень замечает, что на него глазеют и подходит. - Скажи-ка, симпатичный незнакомец, ты так меня изучаешь, потому что я тебе приглянулся, или потому, что хочешь спросить, где я купил свою кофточку? Гарри, немного погрязший в своих раздумьях, отмирает. И фыркает. Парень забавный: сразу решил так ненавязчиво, но в лоб, выяснить расклады. - Кофточка меня, определенно, не волнует. Но я, скорее, завис в своих мыслях, чем действительно тебя рассматривал. - Это у тебя флирт такой? Или мне, действительно, уйти? Честно - не люблю людей, которые строят из себя таких загадочных недотрог, чтобы вызвать интерес. Гарри теперь открыто улыбается. А парень ему нравится. Не из робких. Очевидно, знает себе цену, но не борзеет. - Интерес я уже вызвал, - отзывается Стайлс. Очень заносчиво так с его стороны говорить. И он так обычно и не делает. Но с незнакомцем можно и поиграть. Да и он прекрасно знает, что привлекателен для большинства масс, хоть и не особо это понимает и принимает лично для себя. – Но я сюда пришёл совсем не для того, чтобы заводить новые знакомства. У меня сегодня есть конкретный запрос. - А, ты, типа, честный? - закатывает глаза парень, а потом смешно их совсем слегка прищуривает. Совсем не так, как это делает Луис. Но выглядит мило. И у Гарри в голове проносится: «Хочу». Он бы и вправду мог неплохо с ним развлечься. - Я, правда, честный. Мне нужен секс. Только сегодня. Никаких обязательств. - Ты замужем или есть постоянный партнёр? - произносит незнакомец, теперь хмурясь. Похоже, парень совсем неплохой, раз его это волнует, и он совершенно не желает портить чьи-то отношения. - В таком случае я был бы со своим возлюбленным, а не здесь. Незнакомец что-то прикидывает и кивает, мол, ладно, принято, я готов поверить. Он присаживается рядом и Стайлс сразу заказывает ему выпить. - А какой у тебя случай? – интересуется паренёк, забирая у бармена коктейль. Да уж, Луис такой бы точно не взял. Гарри знает того совсем немного, но уж точно понимает, что тот будет хлебать что-то покрепче и сразу из горла. - У меня случай такой, что сегодня суббота, а я скучаю в одиночестве. Как и прошлую субботу, и прочие до нее. Сегодня мне показалось, что я скучаю слишком долго. - Что-то личное? – уточняет парень. (Да что ж ты за такой: вот сразу всё хочет выяснить на подлёте. Видать, тот уже погорел на чём-то, раз вопросы задаёт вполне конкретные.) - У меня нет времени на что-то личное. Всё моё время отдано исключительно работе. - Деловой парень, - с пониманием хмыкает незнакомец. - Как тебя зовут? - Хазз. - Что ж, Хазз, так вышло, что я свободен, и тоже хотел бы, чтобы этот субботний вечер закончился сексом, а не так, как прошлый. Гарри улыбается и вновь подзывает бармена: им явно нужно больше выпивки. *** Случайный любовник, в итоге, оказался весьма хорош, и они отлично провели вечер. Но утром Гарри постарался поскорее свалить с номера, что они сняли на ночь. Парень попытался его окликнуть, но Стайлс, мило улыбаясь, напомнил ему, что он очень занятой и ему срочно нужно бежать, ибо работа зовёт. Парень отпустил его с пониманием. Боже, Гарри даже так и не спросил у него, как того звать. Но оно и не нужно, в принципе, если встреча была разовой. Что ж, а день, действительно, неплох. Но так только кажется. Стайлс думал, что так реагирует на Луиса из-за недотраха. И теперь, после ночи секса тот уж не будет восприниматься через призму воздержания. Но, увы, нет. Луис выглядит всё таким же желанным, как и в тот день, когда Гарольд впервые засмотрелся на курящего прохожего через витрину. Он улыбается, едко шутит, достаёт из-за уха сигарету, прикладывает её к своим губам, указывая жестом, что сходит покурить. И Гарри несколько минут не может ни о чём больше думать, как об этих губах: очевидно горьких, но таких манящих. *** Утром следующего дня, подготовившись к смене, Гарри открывается и сразу внутрь вламывается целая гвардия молодежи, явно навеселе. - Спасайте, - хохочет один, обращаясь к Гарри, - нам бы живительного кофе! Ленты уже скоро начнутся, а мы только с клуба. - Сейчас сварганим, и плюс крепче, - сразу с пониманием отзывается Стайлс, принимаясь за работу. Когда напиток готов, владелец сам подносит чашки к столику: он открылся раньше, так что кроме него ещё никого нет, и поэтому Гарри сам за официанта. Посетители радостно и при этом вяло верещат (бодрятся как могут, бедняжки), хватают чашки и заодно стараются растолкать одного из своих друзей, который спит уже сладким сном на столешнице. Тот нехотя поднимается, потряхивая головой, тянет нос в направлении аромата от кофе. И поднимает на Гарри взгляд. И Стайлс с сожалением узнает в нём того, с кем недавно спускал пар. - Эй, это ведь ты?! – восклицает он, привставая. - Эм, да, привет, - мямлит Гарри, мимолётно улыбаясь, оставляет заказ и сразу топает к стойке. Парень явно не из понимающих: он идёт следом.  - Ты дал мне неправильный номер. - Эм, да... - Так, может, дашь правильный? - Нет. - Ты казался таким милым, а на деле - просто очередная мразь. Просто трахнул меня и слил. - Прости, но я тебе же сразу сказал, что мне нужен был только секс, и ты был согласен. Парень решает, что да, с обвинениями он загнул и избирает другую тактику. - Но ведь было так круто, ты был так нежен, я решил, что мы на самом деле друг другу понравились. - Да, но… - Эй, утречка, шеф, - неожиданно раздается рядом голос Луи. Черт, только его не хватало! Похоже, что зашел с черного хода. - Да ты шеф, прям деловой парень. А я уже решил, что и в вопросе занятости своей соврал, - недовольно выговаривает парень. Похоже, он правильно понял, что могло бы последовать за стайловским «да, но». И он, очевидно, начинает психовать. И похоже, Томлинсон замечает, что что-то не так. - Босс, всё в порядке? – уточняет он, когда Гарри старается, чтобы на фэйсе не отразилось хоть какое-то подобие чувства вины. Парень оглядывается на Луи, а затем ещё раз, но более внимательно. И понимание наплывает на его лицо. - Я понял, какой у тебя на самом деле случай, - выдаёт он явно раздосадовано. И снова оглядывается на Луи, теперь злобно на него зыркая. - Какие-то проблемы? - уточняет Томлинсон. - Нет, Луи, всё прекрасно, - отзывается Гарри привычным тоном и пытается улыбнуться. Все как обычно. Обычный день. Обычный клиент. Только клиент этот себя обычным не считаем, и совсем не считает нужным заткнуться. - Да, всё прекрааасно, Лу-и-и, - фыркает тот. - Не понял…, - чеканит Томлинсон. И лицо с вполне добродушного становится маской маньяка-серийника. Очевидно, это имеет эффект. Такой неудобный клиент замолкает. Кажется, теперь он косится на Луиса немного опасливо. Они одного роста, но голос и лицо этого нерадивого работничка как-то намекают парню, что с ним не стоит связываться. - Извините, он не работает с клиентами, - цедит Гарри сквозь зубы. Он не имеет права забывать о том, что занимается сферой обслуживания. Но ситуация упорно уходит за рабочие рамки, переходят на личное. - Но могу поработать! – холодно отзывается Луис. - Прямо сейчас! К примеру, вышибалой. - Луи, иди… - осаживает его Гарри. Он отчаянно пытается придумать, чем занять своего подчиненного, зашедшего в такой неподходящий момент, но в голову ничего не приходит, - чем-нибудь иди уже займись. Сходи покури! Томмо закатывает глаза, похоже, в очередной раз определив мистера Стайлса самым несуразным начальником. Он уходит, но увы, почти сразу на его месте оказывается Ник, тоже желающий разобраться в ситуации. Ребята, с которыми пришёл этот партнёр на одну ночь, хоть и перепитыми мозгами, но тоже, наконец, понимают, что происходит что-то неладное. - Это тот гандон, с которым я спал позавчера, - раздосадовано шипит парень, когда его компания тянет его обратно к столику, пьяно извиняясь за то, что они все просто немного не в кондиции, и сейчас своего друга утихомирят. Но тот явно негодует. Так что парни поскорее всё допивают и утягивают набычившегося приятеля на улицу. Как только эти посетители исчезает за дверью, Стайлс облегчённо вздыхает. Но рано он решил радоваться. - Гарри, - привлекает его внимание Ник. – Ты что творишь!? Ты палишься просто вкрай. Даже мысли не может быть иной, о чём, собственно, речь. - Да я ж уехал на самую окраину! – стонет Гарри, поражаясь свой «везучести» и такому тупому совпадению. - Не думал, что мы снова встретимся, ещё и в моём кафе. - Ну, даёшь… - Эй, шеф, - снова влезает Луи, опять возникая невесть откуда, - не думай, что я не заметил! Так, а на сегодня неудобные разговоры, похоже, ещё не закончились… Гарри таращится на Луиса, Ник таращится на обоих и, похоже, они оба сейчас своими тупыми рожами всё подтверждают. Неужели парень, и вправду, понял, что Стайлс выбрал себе мальчишку на ночь так похожего на него? -Че-го? - почти с заиканием выдаёт Стайлс. – Не нужно считать меня совсем неадекватом и выгонять из зала, - возмущается Томлинсон, скрещивая руки на груди. - Думаешь, что я не смог бы тебе, действительно, помочь, если бы началась потасовка? Гарри снова поворачивается на Ника. Ну, может они переоценили умственные возможности Луиса? Или это просто Гримшоу хорошо знает Гарри и его закидоны, но не Томлинсон, который в том парне увидел только неприятного клиента. Стайлс ещё раз вздыхает, но никакого облегчения не чувствует. Месяц, давай уже заканчивайся поскорей!