Трещит хрусталь

— Ха-ха-ха! Так и знала! — Чего смеёшься? — О нет, что за адский стыд… Астер какое-то время молча наблюдал за не пойми откуда взявшимся приступом безудержного смеха. Казалось бы, личная служанка должна была молча прислуживать и не мешать. Однако эта девица совершенно не знала своего места. Она лежала на кровати своей госпожи и читала книгу. И Астер не был против, пока та вела себя спокойно, не создавая лишнего шума. Но в какой-то момент Софи начала пищать, кричать в подушку и бить кулаком матрас. А вскоре и вовсе залилась истерическим хохотом. — Кошмар! А-а-а! — вопила во все горло Соня, уткнувшись лицом в кровать, чтобы на ее крики не прибежала стража. Поняв, что его вопросы игнорируются, юноша в девичьем обличии присел рядом и нагнулся над девушкой, пытаясь прочесть книгу, которая вызвала столь бурные эмоции. — Что тебя так впечатлило? — поинтересовался парень, убирая прядь розовых волос за ухо. — Это просто стыдоба какая-то. Я так умру молодой. Какого черта она творит? Астер ничего не понимал и решил просто прочесть раскрытые страницы. — Джульетта упала на публике? — Ненавижу такие неловкие моменты. Эта девчонка пыталась сделать вид, что ей очень весело, так как главный герой пришёл на вечеринку с другой девушкой. И по итогу все обернулось полным позором. Ну почему-у-у-у? — Соня вновь начала кричать, хватаясь за волосы на голове. — Я похожа на человека, который имеет железные нервы? — спросила она, поднимая голову и указывая на своё лицо указательным пальцем. — Ты похожа на сумасшедшую. Растрепанные волосы начали электризоваться, а лицо выглядело помятым. Можно было подумать, будто с ней приключилось что-то нехорошее. — А про что книжка? Подвинься, — потомок короля духов лёг на живот. — Ой, да типичная романтическая сказка. Он — богатый, крутой, опять же таки богатый герцог, герой войны с характером брутального альфа самца, — брюнетка протянула правую руку, словно воспевала оды. — Она — бедная кроткая рабыня, которая по непонятным причинам ведёт себя невероятно дерзко с опасным главным героем. Все время ставит палки в колеса и доводит главного героя до истерики, — на этот раз потянута была левая рука. — Почему он не убьет ее? — Дело в том, что она спасла его больную мать в детстве. А ещё в итоге оказывается, что она новая Святая. — Святая? — Ага. В этом вымышленном мире раз в сто лет рождается Святая, которая имеет божественные силы. Она типо круче самого императора. — И что по итогу? — Я ещё не дочитала, но уверена, что главные герои спустя миллион недопониманий будут вместе. Классика. — Разве это не хорошо? — Хорошо. Но неправдоподобно. — Почему? Они же любят друг друга. — Ну и? Разве любви достаточно, чтобы быть вместе? Почему все складывается в угоду их романтической линии? А если бы его мать спасла любая другая девушка, он бы тоже в неё влюбился? А если бы она не оказалась Святой, он бы женился на ней, несмотря на запреты? Отдал бы своё состояние, свой титул? Мне непонятно даже, а любовь ли это. — По-моему, ты усложняешь. Разве для любви должны быть основания? Ее обязательно необходимо доказывать? Астер лениво болтал ногами, перелистывая страницы и пробегаясь по предложениям глазами. — М… Ты мыслишь как главный герой. Ах, ну да. Ты же тоже главный герой, только другой истории, — вспомнила Соня с неким пренебрежением, будто мнение парня более не учитывала. — Ну, а ты, Софи? — Что? — девушка взглянула на юношу, который заговорил внезапно серьезно. — Как ты представляешь любовь? Девушка округлила свои злато-карие глаза, нервно поджала губы. Уста лежащего бок о бок с нею юноши проговаривали слова, которые ей хотелось понять неправильно, не с тем подтекстом, не с тем намёком. Однако приходилось спускать себя с небес на землю и не зазнаваться. — Работа. — Работа? — Да… Работа над собой. Отношения, семья… Сложная работа. — По-твоему, перед тем, как начать любить нужно подготовиться, а затем уже работать? — Не знаю… Я не разбираюсь в этом. У всех все так легко получается. Может, это я просто какая-то неправильная. Вот ты, Астер, знаешь же, каково это? — Что именно? — Любить. Ты же про любовь мне глаголишь. — А чего тут знать? — недоумевал фаворит духов. — Как ты можешь любить Кайлу, если видел ее лишь единожды? Лицо Астера стало безэмоциональным, а губы разомкнулись, но остановились на полуслове. — Я… Что за глупый вопрос? Почему он ввёл его в ступор? Были ли у него ответы? Да, однозначно были. Но почему он не решался их озвучить? — Люблю и все, — в итоге ответил он. Это был не тот ответ, который должен был занять почти минуту молчания. — Чего? — Соня опёрлась локтем, чтобы приподняться. — Как вы, главные герои, вообще это делаете? Любовь с первого взгляда что ли? Магия какая-то? Девушка пыталась достучаться до закрытой двери, совершенно не обращая внимания на реакцию собеседника. Наверное, потому что ей действительно было интересно узнать о чувствах Астера. Потому что они ее очень интересовали. Но чего она добивалась своими вопросами? Что бы дали ей ответы? Может, где-то глубоко в душе ей хотелось услышать, что Астер не любит Кайлу? Или просто хотелось до конца убедиться в том, что ей никогда ничего не светит, ибо чувства парня сильнее всего на свете? — Вы даже нормально не общались. Откуда ты знаешь, нравится она тебе как личность или нет? Окей, я понимаю, что она главная героиня и попросту не может быть плохой. Вся такая идеальная: красивая, умная, сильная. Но все равно!.. — Заткнись. — Что? Внезапный холодный тон и грубое слово испугали, остановили. Взгляд фиалковых глаз стал ядовитым, убийственным. Под тяжестью его взора София больше не сумела произнести ни единого слова, позабыв все на свете. — Закрой свой рот. Девушка вздрогнула. Ей стало так больно от его резкой холодности, проявленной грубости, что захотелось расплакаться как маленькая девочка. Но она подавила порыв, сглотнула накопившийся ком в горле и опустила голову. Она почувствовала стыд за саму себя. Снова позволила своим жалким чувствам вырваться наружу. Наверняка ее слова были Астеру неприятны. А она как дура все говорила и говорила. Прямо как тогда отцу. Пыталась что-то донести, но по итогу все портила. Спустя несколько секунд она попыталась встать с кровати, но ее руку удержали. — Отпусти, я ухожу, — голос как последний предатель дрогнул, выдавая обиду. — Куда? — Подальше отсюда. Но вместо того, чтобы отпустить ее, Астер сжал запястье в ладони крепче. — Отпусти же! — потребовала Соня, не оборачиваясь к нему. — Почему ты плачешь? Как он, черт возьми, заметил? На ее лице выступили слезы. Но он не мог их увидеть, ведь она стояла спиной к нему. — … — Софи? Астер и так прекрасно понимал, что задел девушку. Но он не знал, что делать, чтобы успокоить ее. Извинения бы не помогли. Надо было отпустить, оставить ее наедине с собой. Дать немного личного пространства. Однако что-то ему подсказывало, что, отпусти ее руку сейчас, упустит момент. И она не выскажет ему то, что может высказать только сейчас. И почему он внезапно вспылил? Он и сам не понял. Просто что-то в нем резко отреагировало, как только попаданка начала говорить о Кайле. — Ты же сказал мне заткнуться. Я просто уйду, чтобы не докучать тебе своими разговорами. И впредь больше не буду говорить лишнего. Это моя вина, что я стала слишком откровенной. Прости, такого больше не повториться. — Нет. Зачем? Не отдаляйся, не уходи, не обижайся. — Начала говорить тебе своё ненужное мнение. Кто я такая, чтобы вмешиваться в твою личную жизнь, верно? Я понимаю твой гнев… — сквозь слезы она усмехнулась. София говорила одно, но отчеканивала слова с трудом, вкладывая в них совершенно иной смысл. Астер хотел возразить, но не находил слов. Злиться на неё не мог. Удерживать тоже не было смысла. И, как бы ему не хотелось оставить ее, закрыть в своей комнате и никуда не выпускать, он расслабил руку, позволяя ей освободиться.