Трещит хрусталь

Странное, щекочущее ощущение длительное время раздражало сквозь сон, и София не выдержала, хмуро промычала, открыв глаза и встречаясь с дневным светом. — Проснулась? — послышался ласковый голос юноши, сидящего над ее головой, у изголовья кровати, и проводящего кончиком локон своих длинных волос по ее шее. Девушка увидела перед собой довольно улыбающегося, глядя на нее, Астера, и внутренне съежилась, испугавшись, будто в рефлексе. — Ты знала, что, когда спишь, говоришь во сне? — поинтересовался парень, наблюдая за тем, как Софи, оперевшись руками о матрас, принимает сидячее положение. Смотрел на нее кокетливо, начав играть уже с ее волосами. В голове Софии был полный сумбур. Картинки вспыхнули в голове и сердце снова бешено заколотилось, как и в тот раз, когда они с Астером…       «Что произошло?» При этом лицо ее оставалось недоуменным. Неужели ей все приснилось? Она бредила? Тонкая темная бровь изогнулась, когда девушка попыталась вспомнить прошлый вечер лучше, более отчетливо. Она вспомнила и пощечину, которую отлепила юноше, попытавшись выбить из него всю дурь в момент, когда градус повысился до предела.       «О нет… Это точно невозможно…» Ну не могла же она действительно ударить своего любимого героя, испугавшись близости с ним, верно? Тогда бы это получился очередной кошмар, нежели блаженный сон. — И что же я говорила? — спросила София с опаской, боясь, что успела наговорить лишнего. — Звала меня, — Астер ухмыльнулся, когда она вспыхнула от смущения. — Софи так скучала по мне даже во сне, — мечтательно вздохнул парень, пригладив девичий затылок. — О боже… — названная служанка прикрыла лицо руками, не зная, радоваться ли ей или грустить.       «По крайней мере, я не несла всякий бред» Литхи рассмеялся, схватившись за живот, весело произнеся: — Ты просто очаровательна, когда так обескуражена. — Да ты что… — не разделяя веселья, отозвалась Полякова. Она была занята тем, что безуспешно пыталась отвертеться от навязчивых картинок в голове. — Вижу, у тебя хорошее настроение? — А у тебя плохое? — задал встречный вопрос фаворит духов, закрутив ее волосы на указательном пальце. — Нет-нет, все в порядке. Просто мысли… А, эм… — девушка неловко отвернулась. — О чем же ты думаешь, Софи? — изогнув спину и приблизившись лицом к ее лицу, задал с хитрой интонацией Астер, чуть ли не переходя на шепот. От непозволительной близости их лиц у названной служанки перехватило дыхание. — Да просто… Т-твой… — начала лепетать названная служанка, засмотревшись. — Дедушка, — заключила она.       «Кстати о нем. Что же произошло с герцогом Литхи?» — внезапно вспомнила София. — Что с ним? — спросила, чуть нахмурившись. — Как… Как твой дедушка? Где он? — Он в своем кабинете. А что с ним должно быть? — Астер с искренним непониманием склонил голову набок, ожидая объяснений.       «Неужели ничего не произошло? Может, это все мне почудилось от стресса?» — Ничего, — брюнетка опустила взгляд, и голова ее отяжелела от раздумий. Все происходящее ее полностью дезориентировало, а непонятные ответы юноши окончательно запутывали.       «Я что, реально сошла с ума?» — чем дольше София об этом думала, тем сильнее ей казалось подобное похожим на правду. Астер же все это время тихо наблюдал за девчушкой, ничего не говоря, пока, в конце концов, не коснулся ее щеки, спросив: — С тобой все в порядке? Тебя что-то тревожит? — вопрошал он, делая самое невинное на свете лицо, наполненное волнением. — Нет, ничего. Правда ничего! — Соня заявляла слишком громко и возбужденно, активно мотая головой, а оттого ей едва ли можно было поверить. От прикосновений пальцев к лицу перед глазами вновь вспыхивали странные видения, и она полностью погружалась в непонятные будоражащие воспоминания. — Что ж, в любом случае, тебе нужно умыться и одеться перед обедом. Завтрак ты, к сожалению, уже пропустила, — Литхи выпрямился, убрав руку. — Наверное, мне стоило разбудить тебя утром, но ты так сладко спала, что я не осмелился потревожить твой сон, — он вновь улыбнулся как-то странно, словно думая о чем-то другом параллельно с тем, что говорил ей. Девушка неохотно встала и пошла в ванную комнату, посчитав, что холодная вода отрезвит ее, смоет остатки ночного наваждения и откроет дорогу для новых легких мыслей. Астер не стал уходить, терпеливо ожидая свою названную служанку, лежа на ее кровати и заняв ее место. Он неустанно улыбался и даже напевал веселую бодрую мелодию. Он так делал всегда, когда его настроение было приподнятым, бывало, даже шел в вприпрыжку в такт песни, будто малое дитя от доброй вести. Однако мажорную гамму нарушил испуганный крик, доносящийся из ванной, и Астер почти блаженно потянулся на кровати, полностью удовлетворенный реакцией девушки, которая уже спустя несколько секунд выбежала в спальню. — Так это был не сон! — А что же должно было быть сном? — спросил фаворит духов, словно действительно не ведал. При воспоминаниях София раскраснелась и стыдливо отвернулась, не в силах объясниться. — Ты и сам прекрасно понимаешь. Я про то… Про это! — бывшая гимназистка обернулась и указала на свою бледную шею, на которой теперь отчетливо виднелось несколько засосов, словно ярких меток. — Ты и я… Мы! — Софи, ты говоришь загадками. Как же мне тебя понять? — Астер все не унимался и продолжал дразнить, любуясь очаровательной реакцией. Он перевернулся на живот и начал махать ногами, наблюдая за сменяющимся выражением лица названной служанки. Все было явью, абсолютно все. И подтверждением то были отметины на ее теле, которые девушка пыталась стыдливо стереть ладонями. Хотя, что уж там, ничего уже не выйдет стереть, разве что прикрыть от людских неготовых к подобному глаз, в частности ее собственных.       «Поверить только, как он мог меня…» Но если ей ничего не приснилось, значит в тот вечер она действительно назвала Астера извращенцем, ударив его драгоценное красивое лицо. Осознание этого ранило колким чувством сожаления. — О нет, что же я наделала, — пробормотала она. — Как же я могла? Ах, Астер, прости меня, — после чего подбежала к юноше и встала на колени перед ним, аккуратно коснувшись его правой щеки, — я не знаю, что на меня нашло. Я… Неужели это все-таки был не сон? — спросила она у него, взглянув почти отчаянно. — Это же не могло были взаправду…       «Хотя бы потому, что я бы никогда на свете Астера не…» — Ты про то, что мы целовались? От внезапных слов, которые кратко описывали то, чем они занимались прошлым вечером, сердце девушки сжалось и словно облилось кровью от дикого смущения, через которое ей приходилось проходить. Тем временем Астер говорил об этом без капли стеснения, словно его это совершенно не волновало. — Скажи… А это правда? — спросила София, преодолевая неловкость и пытаясь унять нервную дрожь в голосе. — Что же? — То, что ты мне говорил… — тихо произнесла она, стыдливо улыбаясь и опуская взгляд. — Не понимаю, о чем ты. — Я тебе… — она судорожно выдохнула. — Я тебе действительно нравлюсь? — с каждым словом она говорила все тише и тише. Астер нахмурился. Что-то в вопросе собеседницы ему не понравилось. — Ты мне не нравишься, — холодно ответил фаворит духов, принимая сидячее положение.       «Ах, ну конечно…» Девушка почувствовал боль в груди даже физически, и словно в животе все бабочки моментально зачахли. Ее до этого раскрасневшееся лицо потеряло краски, а улыбка спала. Что ж, этого стоило ожидать. София разочарованно выдохнула, когда ответ выбил из нее вместе с кислородом и надежды.       «Ну конечно я ему не нравлюсь. Это было очевидно…» Так чего же теперь удивляться, верно? Она не могла ему понравиться хотя бы потому что у него есть Кайла. Это же ясно как день, но она все равно наивно полагала, что, возможно, в его сердце найдется место и для нее. Это слишком глупо. Когда же она поймет очевидное и перестанет строить иллюзий?       «Но зачем ты тогда сказал обратное?» — спросила она, но только мысленно. Главное не заплакать из-за каких-то глупых слов. Она ведь знала все заранее, нечего тут обижаться. Ну верно же? Да только больно было очень, и Соня никак не сумела сдержать слез, что начали заполонять глаза. — Ну конечно… — произнесла она с печальной улыбкой. — Я люблю тебя, — ответил после паузы Астер, и от сердца словно отлегло. — Что? — Соня вздрогнула. — Я люблю тебя, — повторил он еще раз, расставляя акценты четче. Из глаз скатились горячие слезы, одна за другой. Только непонятно, отчего те были: от грусти или радости, а может и те и другие перемешались в ней и теперь хлынули градом. — Что с тобой, Софи? Почему ты плачешь? — он нагнулся к ней и покровительственно провел ладонью по щеке, стирая влагу, но это не возымело должного эффекта, ведь названная служанка не прекращала плакать, вгоняя парня в ступор. — Я сказал что-то не так? — теперь взволнован был уже он. — Ты просто… Просто полный придурок… — хныкая, ответила чужеземка.       «Тебе это неприятно?» — хотел задать вопрос он, да только не хотел знать на него ответ, страшился услышать правду. Неужели она его совершенно не любила? Он не понимал ее реакции. Пускай ранее он и говорил, что ему все равно, любит она его или нет, все же это оказалось не так. Ему было важно узнать, что таилось в ее хрупком юном сердце, что на самом деле она испытывала к нему. Но, даже услышав неутешительный ответ, он не смог бы отпустить ее. Все равно это ничего бы не изменило, она уже принадлежит ему. Зачем же он тревожился из-за ее слов?       «Снова эти проклятые слезы», — как же он их ненавидел. Все бы отдал, лишь бы она никогда больше не плакала. А она как назло плакала все чаще и чаще. — Софи… — Так испугал. Я подумала, что ты солгал мне. Кто же так, черт его дери, издевается над чувствами людей? — она начала скоро стирать слезы, смеясь. — Так можешь только ты, идиот. — Что тебя расстроило? Что именно я сказал не так? — Ты серьезно придурок или притворяешься? — буркнула она. — Я уж подумала, ты хотел сказать, что я тебе не нравлюсь. — Ты из-за этого заплакала?       «Так дело было в этом. Как сложно ее понять без помощи духов» — Я тоже… Очень сильно люблю тебя! Простые искренние слова, произнесенные в ответ, не должны были его разволновать столь сильно. Однако, услышав их, он, наконец, осознал, как же долго желал их услышать, как же долго в нем томилось и крепло желание найти человека, который однажды откроет ему свою душу, протянет свою руку и скажет эти обыкновенные ласковые слова. В груди и по всему телу растеклось тепло, и щеки на юношеском лице почти слились с розовой цвета его волос. Такие странные, приятные ощущения трепета в сердце прокатились волной при виде заплаканной Софи, что сейчас признавалась ему в любви в ответ на его недавнее признание, признавалась так же нежно, какой был ее тихий голосок. Он и не думал, что будет настолько счастлив услышать эти слова от нее. Быть любимым в ответ, знать то, что твои чувства взаимны — это великое счастье, которое открылось ему теперь. Он не мог сразу поверить в услышанное. Хотелось, чтобы этот момент повторялся вновь и вновь, ведь он упивался каждой интонацией при произнесении ее признания. — Повтори, — попросил он, — что ты сказала… — Я… Я люблю тебя, Астер. Тоже очень люблю тебя. Возможно, — София смущено улыбнулась, — даже больше, чем ты можешь себе представить. Я любила тебя всегда, с первой нашей встречи. Все это время… Ему стало так приятно, но вместе с тем неловко, отчего его одолела робость, и Астер отвернул взгляд, чувствуя, как жар приливал к щекам все сильнее. И чего это с ним? Как сложно было осознать, что он тоже может быть окружен любовью. Раньше ему хватало и того, чтобы кто-то просто принимал его чувства и оставался рядом. Однако получать их в ответ — эти нежность, ласку и заботу — он не смел и надеяться. Все-таки его чувств вполне могло хватить на них двоих, он мог окружить Софию такой любовью, что она бы не нуждалась абсолютно ни в чем, он бы создал ей самые комфортные условия и радовался одному ее присутствию. Но теперь… Теперь он не был уверен, что смог бы не быть еще более жадным, ведь потребность в ответной любви родилась в нем и укоренилась столь быстро, что это было даже опасно. Теперь он хотел, чтобы его любили в ответ так же сильно, как и он. Это было очень опасно, если на самом деле сейчас девушка лгала ему, лишь притворялась. — Ты говоришь правду? — спросил он отчаянно. — Ты правда любишь меня? — Любила всегда только тебя, — произнесла Софи шепотом, а затем потянулась и в знак искренности аккуратно поцеловала юношу в лоб. Сердце его совершило кульбит. Астер тут же нагнулся вперед, руками обвивая тонкий девичий стан, и уже было намеревался поцеловать девушку в ответ, как в двери постучались, нарушив всю атмосферу. Укол раздражения парень постарался проигнорировать, и в итоге с огромным усилием отстранился и сухо произнес: — Войдите. Спустя несколько секунд в комнату вошла Бель. София, до сих пор заключенная в объятия, смутилась ни чуть не меньше личной служанки и тут же попыталась отпрянуть, но Литхи не позволил ей этого сделать, прижимая к себе еще крепче. — Его Светлость… — начала с неловкостью Бель, тут же опуская взор к полу, делая вид, что не заметила увиденное. — Просит подойти к обеду. Стол накрыт. — Да, конечно, скоро мы подойдем! Правда же? — обратилась к юноше Софи, слабо отталкивая от себя. — Мы наверняка опаздываем. Думаю, нам пора, — продолжала лепетать она.       «Я сейчас от стыда сгорю! Отпусти, кому намекаю!» — Да, — в итоге Астер сдался и встал, освобождая девчушку.