Я в твоей власти!

      Минутное успокоение и радость, которые поселились в сердце уже бывшего короля сменились горьким осознанием того, что жизнь Эвтиды он спас, да вот только будет ли это жизнью? Как она сможет существовать в данной реальности? Сможет ли спокойно отреагировать на его смерть? Мысли вихрем крутились в голове, пока сердце кровоточило от мысли, что его Эва будет страдать. Уж лучше бы он убил себя, набрался сил, встал и покончил собой, чем обрёк бы любимую на подобное…       Эмоции Амена на тот момент были столь сильны, разум же притуплен, что он не раздумывая принял предложение таинственного существа не подумав о последствиях. Да и кем он был? Ангел пришедший помочь? Или демон? Может вовсе сам дьявол явился за его душой?       — Как сильны порой бывают человеческие чувства, — эхом отразился в голове знакомый голос, однако его обладателя Амен не видел, — Не старайся. Не увидишь, — глухо засмеялся голос, — Ведь я в твоей голове.       — Зачем вновь явился? Чего хочешь? — вслух прошептал Амен.       — Подарок желаю сделать, — ответил он, — Слышал как переживал о своей королеве. Думал каково ей будет. Что же, спешу сообщить, ничего она не помнит. Для неё вы не знакомы, я стёр тебя из её мыслей и сердца. В этой вселеной вы никогда не виделись, не дружили и уж тем более не любили.       Слова существа вызвали противоречивые чувства. С одной стороны Амену было больно от одной мысли, что Эва не знала даже о его существовании, а с другой мужчина понимал, что это лучший исход для неё…       — Спасибо, — опустив голову проговорил Амен, мечтая поскорее покинуть этот бренный мир, оставляя позади унижение и боль… ***       Ближе к полудню крепко спящая принцесса нехотя разомкнула веки, проснулась она из-за шуршащих слуг, что приводили покои и ее вещи в порядок. Устало, будто не спала так долго, она повернула голову в сторону окна и удивилась.       Как же поздно она встала! Ведь привыкла просыпаться с первыми лучами солнца… Что же, видимо дальняя дорога действительно утомила её.       — Доброе утро, госпожа, — поклонившись произнесла молоденькая служанка, что держала в руках кувшин с водой и небольшой тазик, дабы принцесса не вставая с кровати помылась.       После завершения всех процедур, Эва, что приехала вместе с семьей в замок короля Филиппа, нехотя встала с кровати, дабы спуститься вниз и провести дивный день в окружении заботливых сыновей короля.       — Принцесса, не Вы обронили? — испуганно пробормотала прислуга поднимая с пола золотой кулон с инициалом «А»… Странное чувство резко возникшее в груди при виде украшения исчезло также внезапно, как и появилось. Отрицательно покачав головой, Эва предположила, что кулон могла потерять другая дама, что гостила в этих покоях… ***       Покинув спальную комнату, Эвтида вновь ощутила незнакомые чувства. На сердце было неспокойно, тело же почему-то покрывали мурашки. Почему? Что это с ней? Ведь все вчера было нормально, да и утром, пока она не увидела…       — Принцесса, — донёсся до Эвтиды голос старшего сына Филиппа и по совместительству будущего короля…       — Добрый день, — мило улыбнувшись, произнесла Эва, дозволяя парню поцеловать тыльную сторону её руки.       Обычный жест, к которому она привыкла чуть ли не с раннего детства неожиданно поселил тоску и страх в душе. Увидит… обозлится…- возникли странные мысли.       Кто увидит? Почему обозлится? Ответа Эва не знала…       — Вы так долго спали, я успел соскучиться за Вами, Эвтида, — проговорил старший брат Амена, который особо над ним изымался.       — Дорога утомила, — отстранено ответила она, чувствуя как сердце неистово бьется сильнее.       Да что это с ней?       — Ничего, сегодня после казни сможем провести вечер за чтением Вашего любимого романа, — попытался пригласить он девушку на встречу в саду, да только вызвал лишь интерес к…       — Казни? — спросила Эва.       Не желая вдаваться в подробности Остин поведал Эве по секрету тайну, что все это время в темнице находился их брат, что был рождён от другой женщины.       — Брат? — широко распухнув глаза переспросила принцесса.       — Да, — кивнул Остин, — Наш отец прекрасно о нем заботился, однако Амен, так зовут моего брата, все равно пошёл против него и тогда отец вынужден был заточить его в темнице. Вчера же ночью, — нагло врал принц, — Амен сбежал и попытался вновь убить отца, вот и сейчас король устав бояться за свою жизнь принял решение казнить.       — Собственного сына? — ужаснулась Эвтида.       — Бастарда, — поправил Остин, что мечтал поскорее избавиться от младшего, но такого сильного, высокого брата…       В голове Эвтиды не укладывалось две вещи, почему несмотря на то, что Остин назвал брата революционером, страха и неприязни перед названным Аменом она не испытывала, и почему узнала о его существовании лишь сейчас? Где он был все эти годы? Почему никто о нем ни слова не говорил?       После разговора с Остином, Эвтида встретилась с отцом, который также подтвердил, что сегодня состоится казнь и попросил дочь, зная ее доброе сердце не идти туда, однако Эва воспротивилась, чем удивила отца. Девушка будучи мягкой никогда не присутствовала на публичных унижениях и казнях, отказывалась и весь день ходила угрюмая, однако сейчас, что-то подсказывало ей идти… ****       Ближе к вечеру, когда все местные крестьяне подошли к плахе, палач же надев на голову маску принялся точить огромных размеров топор, короли со своими семьями и свитой явились на карете и усевшись на заранее подготовленной трибуне, стали ожидать приезда «предателя». Через некоторое время Эвтида, которая была сама не своя, увидела повозку, где впереди сидел кучер и двое стражников, позади же находилась небольшая клетка, в которой закованный в кандалы сидел широкоплечий альбинос, опустив голову вниз.       Дыхание Эвтиды остановилось. Все казалось таким неправильным…       Из-за того, что голова приговорённого была опущена, лика его девушка не видела, однако горела желанием встретиться с ним взглядом! Почему? И сама не знала…       Подойди! Подойди! Подойди! — науськивал внутренний голос. Навязчивая мысль сводила с ума. Хотелось немедля встать с места, отправиться к предателю и… дальше что? Не знала…       Иди! Иди! Иди!       Зарывшись пальчиками в волосы, Эва вновь посмотрела на Амена, повозку которого остановили возле плахи.       — Хочу поговорить с ним, — не ожидала она от себя подобной дерзости.       — Что? — ошеломлённо спросил её отец, что сидел подле короля Филиппа.       — Незачем юной принцессе говорить с преступником, — вмешался в разговор «отец» Амена, который строго настрого запретил кому-либо подходить к клетке.       Как бы Эвтида не просила, её никто не послушал и теперь она с пугающим чувством вины наблюдала за тем, как еле стоящего из-за глубоких ран альбиноса вытаскивают из клетки и тащат в сторону плахи.       Боже, пошли несчастному быструю смерть, — взмолилась Эвтида, жалея его.       Неужели он действительно хотел убить и свергнуть отца? Но, зачем? Не похож ведь на жёсткого, хоть и выглядит устрашающим.       Мысленный поток Эвтиды был остановлен, тот час, как на шее узника она увидела почти точно такой же кулон, какой нашли у неё в покоях утром, только на нем был инициал «E»       Холодок вмиг прошёлся по телу, когда Амен поднимаясь по ступенькам к плахе, бросил ненавистный взгляд на отца. Его губы. Очи…       Сердце забилось с бешеной скоростью, когда она встретилась с Аменом взглядом. Его глаза, что были полны гнева и ярости в миг сменились и теперь с любовью и болью глядели на неё.       Он улыбнулся мне? — тело пробило дрожью…       Находясь будто на грани сна и бреда, Амен, что готов был сейчас же наброситься на отца и убить на месте, продолжал изображать из себя слабого, зная, что если спасётся, то Эва погибнет вновь. Существо ясно дало понять, что жить его королева будет только если он падет от рук отца…       Все эти дни ужасного заточения, Амен грезил и молил лишь об одном, увидеть возлюбленную хоть на миг перед казнью! И вот теперь глядя на трибуну и видя там ее, мужчина с радостью осознал, что сердце его успокоилось.       Эва была жива!       Вновь смотрела на него своими невероятно добрыми глазами, сжимала до крови нежные уста, которые он так сильно любил целовать.       Прости, что не защитил! Не выслушал! Не уберёг тебя и плод нашей любви.       Амен и сам не заметил, как слабо улыбнулся Эвтиде.       Зачем? Он и сам не знал. Возможно хотел, чтобы она запомнила его таким? Не напуганным предателем, а смелым мужчиной. Бросив последний взгляд на ту, ради которой он сейчас шёл на смерть, Амен наконец оказался подле палача.       — За неоднократные попытки убийства, — начал читать вслух глашатый «грехи» Амена, — Богохульство, желание свергнуть нашего доблестного короля, бастард приговаривается к казни.       Начался гул который тут же был приглушен криком короля Филиппа.       — Молчать! — строго приказал он, после чего обратившись к Амену, добавил, — Последнего слова не заслужил, щенок!       Заявив, он победоносно посмотрел на Амена, что стиснув зубы едва себя сдерживал, а затем ухмыльнувшись, велел палачу убить бастарда…       Пока все с улыбкой на лице смотрели как Амен садится на колени, Эвтида, которая вначале не подавала виду, теперь наплевав на этикет, ухватилась за голову, которая будто раскалывалась. Хотелось кричать, звать на помощь, отдать все, что угодно лишь бы боль прошла. Не выдержав, несчастная прикрыла очи, чем совершила роковую ошибку… Яркая вспышка, что моментально возникла перед глазами усилила боль столь сильно, что Эвтида, вскрикнула, вызвав всеобщее внимание.       — Эва? — невольно тихо прошептал Амен, который тут же забеспокоился о любимой.       Каков абсурд сидя на коленях, перед палачом, он боялся за неё…       Стиснув зубы, отец Амена, который мечтал поскорее избавиться от сына, закатив глаза и посчитав, что нежная Эва лишь испугалась казни, велел увести принцессу в безопасное место. Знал бы только, что дурно ей было не из-за страха.       Перед глазами несчастной стали появляться отрывки будто из сна… Из прошлого которого она не помнила, но так хорошо чувствовала…       Нежные объятия, страстные поцелуи. Любовь, забота, нежность, брак, мечта о детях…       — Мой король… — услышала она свой голос, прежде чем весь ее мир рухнул и перед взором возник туман с красными глазами, который поведал ей о сделке…       Боже! — руки застряслись.       Охваченная паникой Эвтида, которую взяв под руки фрейлины пыталась увести как можно дальше, резко оттолкнув их, хотела крикнуть, взмолиться о пощаде, а затем и вовсе броситься к плахе, да только поняла, что не может произнести ни слова, ноги же вовсе приросли к полу.       Нет! Нет! Нет! — слёзы тут же выступили на глазах, однако несчастная принцесса лишь открывала и закрывала рот подобно рыбе, не имея сил говорить.       Ухватившись за горло, она попыталась вскрикнуть, но все опять было тщетно.       — Тебе не остановить казнь. Таков был уговор, — услышала она в голове пугающий голос.       — Молю! Спаси! Я не хотела этой жертвы! Пусть погибну я! Не дай ему умереть!       Рухнув на колени прямо перед удивлённой толпой взмолилась Эвтида, из глаз которой текли горькие слёзы. Кого несчастная мысленно просила о жизни она не знала, однако так сильно умоляла, взывала к совести, будто это могло ей помочь…       — Поражён тем, что воспоминая твои вернулись, — вновь раздался голос, — Однако, даже несмотря на мою возникшую симпатию к вашим чувствам, сделать что-либо не смогу. Бывший король будет казнен!       Казнен…       Приложив руки ко рту, Эвтида, которую пыталась поднять с пола фрейлины, родители, лила горькие слёзы и смотрела в глаза Амена, который прекрасно понял, что она вспомнила…       — Прости, — прошептал он, после чего хотел одарить её последней улыбкой, да только не смог. Палач отрубил голову…       В этот раз крик Эвтиды эхом прошёлся по всей местности.       — Нет! Не трогайте меня! — кричала она, желая погибнуть здесь и сейчас.       Что же он сотворил? Почему так обошёлся? Вначале не выслушал, поверив Габриэлю, а потом даровал ей жизнь, не подумав как она проживёт её? Как будет просыпаться утром зная, что друг детства, любимый принц, король, супруг мёртв?       — Нежная моя, я же говорил не идти, — бережно погладив по голове, произнес её отец не зная, причину истерики дочери… ***       Забыть все, что было, как и вычеркнуть из сердца Амена, Эвтида так и не смогла. Находясь в глубокой депрессии, девушка потребовала немедля покинуть замок короля Филиппа, не желая видеть жёсткого убийцу.       Долгие годы Эвтида мечтала о мести. Уговаривала отца, а затем и брата, что занял его трон начать войну против Филиппа, однако те, не имея никаких оснований отказывались, потому Эвтида придумала иной ход. Доверившись близкой прислуге, которая стала ей другом, Эва послала её в замок отца Амена, где та устроившись на работу и проработав чуть ли не год, для того, чтобы заслужить доверие, в один из дней преподнесла на подносе Филиппу отравленную еду, после чего сбежала…       Едва узнав о гибели убийцы любимого, Эва, которая так и не смогла прийти в себя, отправилась в монастырь. Убить себя она не осмелилась, ибо Амен погиб во имя её жизни, но выходить замуж, делить ложе и рожать детей от другого она не желала, потому Эва став монахиней, провела весь остаток своей недолгой жизни в монастыре, где каждый день молилась и просила о встрече с любимым королём…