Мистический новый мир Камаэн

Возвращаясь с очередной вылазки, а на деле с пресловутых уроков, я брёл по потрескавшемуся городу, который сочился всевозможной живностью, редкими монстрами и витающей в воздухе пыльцой. Само же небо как обычно было розово-сиреневой, с разноцветными облаками ярко светлых оттенков. Вспоминая трещины, они все забиты какой-то фигнёй растительного происхождения, словно знаменуя свою победу. Глянцевые, пушистые, острые, шипастые, розовые, синие, коралловые и переливающиеся, а запах, даже в уме не хочу их перечислять. К чему это? Да так, мистер я, просто очередной идиот решил попробовать дотронуться до одной из этих трещин. Я даже решил слегка замедлить свой шаг, несмотря на моё раздражение, в такие моменты любопытство всегда одерживает вверх. Трещина же стандартная, пять сантиметров в ширину и бесконечность в длину, в местах зиг-зага доходит до восьми. — Как думаешь, что произойдёт? – не заметно для себя, в прочем, как и всегда, рядом материзовалась Манака или просто Мана. По привычке хотелось добавить фамилию, но быстро себя одёрнул – от вредных привычек нужно отказываться. — Даже не знаю, может как в прошлые, эм, сто сорок пять раз, смерть? — Да ладно тебе, Макото, вдруг в этот раз… - но она не успела договорить, хорошо, что хоть смотрела, а то жаловалась бы на упущенную возможность знаний. Бедного, в прочем идиотов жалеть не стоит, парня после прикосновения к бирюзовой мягкой нэрции содрало одежду, ну и кожу вместе с ней, оставив после себя тело с красиво выступающими мышцами и редкими участками оголённых костей. От шока и боли, он упал и начал махать всеми конечностями – так он ещё раз прикоснулся к нэрции и вслед за кожей отправились мышцы, оставив скелет с сухожилиями на ней и валяющимися органами. — Сто сорок шесть. И это только те, что насчитали мы. — Дааа, а цвет то всего на пару тонов отличался. – на мой вопросительный взгляд, она напомнила прецедент. – Тогда бы он просто покрылся сиреневыми волдырями, хотя бы можно было отпилить руку. — И чтобы он тогда делал? Не отвечай, желания думать нет, я и так долго тут простоял. Я молча, а она рассказывая о своих новых заметках, брели сквозь каменные коробки, которые образовывали лабиринт. Каждый раз на лицо наползает мстительная улыбка, когда ещё до Цветения, мать решила приобрести квартиру в этом квартале, построенный красными "В знак дружбы и сотрудничества". Ох, сколько мы тогда хлебнули говна, одна часть знакомых и родственников нарекли нас предателями, а другая просто идиотами. — Вот только мы живы, а они нет. — Опять эту историю вспомнил? — А будто она тебе не нравиться? У самой же такая же, только в место сумашедшей матери одиночки, незамужняя двадцати трёх летняя дура. — Ахаха, с твоих уст это даже смешнее. Ты как, ещё не забыл своё обещание, хм? — Да помню я! Ох, угораздило мне тогда ляпнуть! — Даааа, это было мило. Я тогда жила одна в целом доме, и когда твоя мать переехала с тобой и твоим братом, я очень обрадовалась, и… — С дуру пересказала свою жизнь. Ты это уже в сотый раз говоришь. — Ну а что ещё рассказать? Мои исследования тебе не интересны, остаётся только это… -Так-то оно так, но хотя бы чередуй их, у тебя этих "забавных историй" больше одной, так не рассказывай одну и ту же историю два дня подряд! А это исследования? Допустим, что полностью бредовыми я их не считаю и отмечать какие-то отдельные факты ещё можно, как с нэрциями, но во-первых – все нэрции смертельные, а во-вторых, её эти попытки найти смысл там, где их нет меня раздражают. Причитая о её инфантильности, я замечаю отсутствие её жужжания над своим ухом, а ещё мерные стуки барабана… о нет. Доставая нож, быстрым, но тихими и аккуратным шагами возвращаюсь назад, чтобы застать картину акварелью: Мана, прыгает на корточках, приставив руки к голове на манер зайчих ушек, а перед ней в трёх метрах отбивала ритм эта тварь. Надо действовать аккуратно. — Макото, смотри, это розовая пуля-кролик! – не прекращая подпрыгивать на месте, она продолжила свою не уместную лекцию… ДУРА! — Розовые пуля-кролики на деле не такие опасные, несмотря на то, что благодаря своему строению могут прыгнуть со скоростью, которая пробивает человека на сквозь. Конечно на силу пробития влияет много факторов, от типа почвы, до усталости пули, но даже так, самая слабая атака сбивает дыхалу. На деле они травоядные, которые охотиться за ленточными корнями, шлёпая своей плоской попой по земле, взывая вибрации, в… — Да прекрати уже, ты… — Это ты заткнись, не видишь? Или моя лекция так тебя заворожила? – Не приятно признавать, но так оно и есть. На деле, пока она скакала и проводила ликбез, эта хрень уже вела не так агрессивно и допрыгнула в притык, что и позволило ей завалить его на спину, от чего тот сразу упал на сотню пунктов по шкале угрозы. — Ну вот, а ты волновался. Если знать подход, то окружение становиться не таким смертельным. — Да, хорошо, как скажешь, давай только уйдём уже.  

* * *

Пролезая через дырку в заборе, я пытаюсь пропускать мимо ушей её бред, но всё четно. Разумные растения. Эта гипотеза зародилась у неё год назад, и она с того момента всё пытается доказать, но её как обычно не воспринимают серьёзно. Сам был на её слушании, в Кордомоне. Тогда же она и усвоила для себя простую, я бы даже сказал банальную мысли: "Всё что было сказано до слова «но», собачье дерьмо", вот как можно делать такую длинную сноску со всеми её открытиями, и в конце всё равно сказать, что её умозаключения бред? Одно дело я, бывший гопник, которому до звания человек ещё работать и работать, но они-то… иногда мне кажется, что как таковых «людей» нет, есть только гопники, разница только в возрасте и прилегающему статусу. Дойдя до дома и войдя в лифт, со скрежетом мы доехали до моего этажа, где нас встретила мама с её подругой. Ох, да начнётся шоу. — Здравствуйте, госпожа Докуми, мисс Рейдоку, до завтра Макото. – и быстро нажала на кнопку, чтобы не мозолить свой взор этой, этой, ах, трудно описать неописуемое мерзость. — Ц, опять возишься с этой психичкой? Мир в руинах, мы тут выживаем, а она писаниной занимается. — Ну ладно уж, это тоже важное дело. К тому же её книги познавательны и с красивыми иллюстрациями. — Ага, книжки с картинками монстров, которые загубили моего Такаки. – С каждой минутой всё сложнее и сложнее сдерживать раздражение, но упомянутый Така смягчил моё раздражение. Великий Такаки, герой войны роз, приемник старейшины, по тупому умер в лесу. Мы с Маной его предупреждали, но всё четно. «Я знаю, что я делаю», последнее, что мы услышали. Мне если честно было всё равно, ну умер и умер, но Мана не быдло как я – быдлом, а человек с большой буквы и сперва хотела кинуться за ним, но в тот участок даже она не рисковала идти, поэтому она, предварительно прихватив меня с собой, направилась к посту Эконов. Стоит ли говорить, что они даже тела не нашли? Правда её матушка билась в истерике и обвиняла в том, что они трусы и не могут нормально лес обследовать, но поиски так и не продолжились, добились лишь того, что он бесрочно объявлен пропавшим без вести, а имя заморожено под него. — Да, да, понятно, хм, точно, мам, пошли, я тут гостинцев принёс, пошли. – и пока не опомнилась, затаскиваю в дверь, только и успела, что попрощаться. Уже закрыв дверь на шесть замков и дождавшись, пока эта не свалит, поворачиваюсь к матушке, которой уже нет, как и моей сумки. Тяжело вздохнув, снимаю лишнее и иду на кухню, где застаю её и кастрюлю с водорослями и розовыми яйцами. — Мам, когда ты перестанешь уже с этой дурой сплетничать? Она хоть и молодая, относительно, но уже старая перечница. У меня уже голова болит от её голоса. — Станет с тебя, она не так плоха, как ты о ней думаешь. Наверное, я была бы такой же, если ты или Томо пропадут, а то и… - Ну прекрасно, этого ещё не хватало. — Так, перестань, ты лучше посмотри, что принёс. – достаю нашего кролика пулю и… — Крысы-торпеды?! Как ты их поймал? — Мана подсказала. Я их и раньше ловил, но боялся отравить вас или что они окажуться не вкусные, но нет, на вкус как индейка. Кстати странно, что ты их по имени знаешь? — А что там запоминать? Мана что видит, то и пишет, и хорошо, что она, а то были бы у нас какие-нибудь, крысус-конусус. Кстати, когда свадьба? — Когда пчелиный дом на гору залезет. — Скучный ты, никак смутить тебя не могу. Пропустив мимо её подколку, мы принялись готовить обед из имеющихся запасов. Несмотря на «Конец света», продовольствия хватало. Конечно досыта обожраться не выйдет, но профицит в сто калорий удержать выходит. Мерно поедая бурый рис с крысиным мясом, я залип на книгу, которую читал Томохико или просто Томо, хотя я зову его Тома. Первое издание новой энциклопедии Маны, которая она подарила на день рождение брата, "Флора и фауна дикого нового мира", название красовалось на розово-зелёной обложке золотыми буквами. Одним слово – вычурно. Забавно, что это не оригинальное название книги. Сперва она хотела назвать его как "Мистический новый мир Камаэн", но название не приняли. В конце концов, это научная работа, оформленная в текст, а подобное название приуменьшает опасность окружающей природы и создаёт ложное представление. Она конечно возмущалась, угрожала, но смирилась. От её книги, кроме текста и иллюстраций, осталась розово-зелёная обложка с Ядерогом. Закончив с трапезой, мама пошла спать, а я просто улёгся на диван, листая какую-то книжку, не сильно вчитываясь в текст, пока Тома с упоением и в захлёб впитывал местных монстров. Это в какой-то мере было странно, особенно в первое время, но потом я осознал, что для него, весь этот новый мир – существующая действительность. Это для нас существующая действительность кошмар, а для него, новые возможности, целый мир, новая эпоха открытий и другого он не видел. В такие моменты я сам вспоминал, как читал про открытие новых континентов, погружения в глубины морских впадин и покорение космоса, но даже тогда, все возможные риски были контролируемы и сводились к минимуму. Сейчас же, любой, нет, не так, ЛЮБОЙ не верный шаг приравнивается к смерти или к очень серьёзным травмам, с которыми доживают в лучшем случае лет пять. Не заметив, как я снова погрузился в свои качели энтузиазма и хикканства, ко мне подошёл Тома, открыв книгу, или скорее что-то между справочником и атласом, на странице с нэрцией. Не поняв, чего именно он хочет, попросил подсказку. — Почему? – о ками… — Что почему? — У всех прочих растений и животных есть метод взаимодействия или устранения, а у нэрций их нет. Почему? — А, это, ну потому-что… - а действительно, почему? Нэрции появились относительно недавно, года два назад и тогда их посчитали своеобразными корнями деревьев, которые просто вылезли наружу, но когда они начали появляться на всех трещинах, даже на трещинах домов, то стало ясно, что это очередная угроза существования. Трещины активно начали замуровывать, дома и прочие жилые объекты с нэрцией отгородили и выпустили брошюры с памятками. Сейчас в таких заражённых домах обитают либо маргиналы, либо аскеты, которые просто, сука, не трогают эти нэрции. — Я, не знаю. А чего так? – но не ответив, он просто оставил книгу и побежал к полке, достав оттуда… — Учебник по биологии? Отку, а, не важно. Ну так что? — Вот. – открыв его на 98 странице, он показал на Венерину мухоловку и стал выжидающе на меня смотреть. — Всё ещё не понятно. — Она похожа на маленький ротик с зубчиками и умеет ловить насекомых. Но как оно знает, когда нужно закрываться, а когда нет? Я вычитал, что у неё внутри есть маленькие волоски. Если что-то касается только одного волоска, то растение не закрывается. Но если кто-то задевает второй волосок быстро после первого, тогда она быстро закрывается! Это как сигнал для неё: "О, это точно муха или жучок, надо ловить!". Значит, она не просто так закрывается, а по определённому правилу. Она проверяет, правда ли это живая добыча. Если ты хочешь что-то положить в её ловушку, чтобы она не закрылась, надо быть аккуратным и не задевать два волоска подряд. Например, можно осторожно положить туда маленький камушек или кусочек листика, и, если не задеть волоски, она не закроется. — Это конечно всё так, но к чему ты? – но стоило мне задать вопрос, как всё встало на свои места. — Может нэрция так же работает? Может она не просто устраняет? — Я не… - но проснулась мама, и все разговоры о монстрах пришлось свернуть, ведь пора идти на сборы и урвать себе что-нибудь кроме мяса монстров. Мы конечно не брезгуем, спасибо Мане, но хочется к мясу побольше углеводов.  

* * *

  Около часа сражаясь в неистовой борьбе за батон, ещё час тоща всё благо в дом и оставшуюся часть дня работая носильщиком и грузчиком в одном лице, я просто завалился домой и бухнулся на кровать. Вертясь в ней и не находя удобной позы чтобы попасть ю'мэ, я сполз на пол, укутанный в плед на манер гусеницы, вертеться, пока не стукнулся головой об книгу. Тома! Сто раз говорили, убирай свои книги за собой! Решив, что сон мне не видать, как мою банду, я принялся собирать разбросанные книги, пока не наткнулся на ту самую. Сразу не сообразив, что я имел под ту самую, я включил фонарик и меня как холодной водой окатило. Это конечно быстро прошло, но тут медлить нельзя, срочно пересказать Мане, а то я забуду. Аккуратно выйдя из дома, я поднялся по лестнице на этаж выше и начал барабанить в дверь, а то дверные звонки громкие, разбужу ещё кого. И долбился я долго, даже хотел вернуться домой и записать всю на бумагу, но всё же дверь отварилась, дав пространство для визуального восприятия – в дверях стояла Мана, в халате и с чашкой чая, ну хоть не кофе, в руке. — Милый, я конечно понимаю, ты соскучился, все дела, но два часа ночи, я спать уже собиралась. — Понимаю и прости что потревожил, но это важно. – и сую ей в руки учебник по биологии, вроде как за восьмой класс. — Даааа, я конечно знала, что ты был главарём каких-то хулиганов, в следствии чего отставал по учёбе, да и я говорила, что никогда не поздно, но всё равно, два часа ночи, я сейчас не будут проходить с тобой биологию. Завтра суббота, зайди к часу, а там… — Нашутилась? А теперь впусти меня, я тебе кое-что расскажу.   20 минут спустя сбивчивые объяснения На кухне, не считая мигающей лампы, стояла гробовая тишина. Мана в этот момент она ни разу на себя не была похожа. Стоя над своими записями с суровым взглядом, она сверлила тексты, словно дожидаясь, пока они сами не выстроиться в нужном положении, отображая до селя не виданное решения. Так мы простояли ещё минут десять, пока она в шоке не раскрыла свои очи, после чего тяжело упав на стул, она схватилась за лоб и её суровое выражение приобрели знакомы черты озорства и капли безумия. Так, начав слегка похихикивать, она встала и обняла меня. — Макото, ты гений! – после этих слов, она меня прям расцеловало, но если сначала это было мило, то потом её поцелуйчики перестали быть невинными знаками благодарности, а когда она начала стаскивать с меня одежду, я опешил. — Так-так, стоять, Мана, мне кажется, что… — Ой, да не ломайся ты! Ты меня ТАК обрадовал, я не могу это оставить без внимания. – Так, нужно что-то придумать. — Вообще-то до этого Тома допёр, я тут считай не причём. — Не скромничай, просто у него очень одарённый брат, которого следует наградить. — Так, подожди, но сейчас же вечер, так ещё и у тебя дома, это же… — Нормально, ну почти, обычно это парни возят к себе. Да и как ты хотел иначе? Днём на улице? Не переживай, когда-нибудь и до этого дойдём. А покааа… – тааак, тревога, она уже в красной зоне. Точно! Ультимативное решение! — Ууу, у меня это, нет защиты! – тут она приостановилась, но только на мгновение, чтобы хихикнуть. — Глупый, в этой области ни у кого нет защиты. Да и я давно детишек хотела, так и ты наконец исполнишь обещание. А теперь всё, никаких больше оправданий.  

* * *

  Лежа на правой части кровати, прикрытый по пояс, я чувствовал себя... изнасилованным? Понятно, что это мне только так кажется, но ощущение, что мною просто воспользовались, не покидало меня. Мда уж, услышь кто мои мысли из банды, высмеяли бы и назвали дураком, если не педиком. Да и я сам бы так себя назвал, даже сейчас, но раз чувство не пропадает, то это означает, что моя интуиция бьёт тревогу, но насчёт чего… Почувствовал шевеление на кровати, претворяюсь спящим и не зря, ко мне в упор подходит Мана. Постояв так пару секунд, она меня нежно целует и после торопливо начинает копаться в шкафу, а я силюсь не открыть глаза, хотя это и было трудно, она же сейчас прям тут, голая виляет задницей! Найдя то, что она искала, та начинает одеваться, продолжая копаться уже в полках книг. Устав ориентироваться на слух, приоткрываю один глаз и замечаю не привычную форму, словно она собралась в путешествие по амазонским джунглям: коричневые походные ботфорты, плотные бежевые брюки, белая рубашка, кожаный жилет с кармашками, шляпа каменка и тёмные очки. Закину в сумку всякую всячину, она достаёт телефон и набор инструментов и мачете. Откуда? Ладно мачете, это хоть и не легально, но достаточно формально, так что можно легко договориться или откупиться, но телефон!? Они же не работают, считай обычный высокотехнологический кирпич, так почему? Уже у входа, она оглядывается и замечает меня, смотрящую на неё. Слегка шокировано, она сдёргивает ключи и запирает дверь, с другой стороны. Ох не нравиться мне такая реакция, ой как не нравиться. Кинувшись к одежде, начинаю собирать её по всему дому, но тут интуиция снова засигналила, и я остановился. Одежда. Вернее, снаряжение, почему она так собралась? Это же не просто так. Не смотря на опасность, она всегда одевалась в лес как на пикник, а тут она идёт как на войну. Реши притормозить, начинаю осматривать дом и не зря – в шкафу я нахожу такой же наряд, но для мужчины. Решив рискнуть, облачаясь в него и понимаю, что он на пару размерчиков больше, но не беда, ремешки спасли ситуацию. Остальные подготовления прошли стандартно, и я даже закинул пару кусков сгущённого мяса, видимо торопилась и забыл забрать. В дверях же я застыл как истукан: запасных ключей нет, а выламывать дверь буду долго, так что достав крюк кошку, бегу к балкону. Выглянув и примерившись, как его зацепить, замечаю шевеления у границы леса и тут меня настигает дрожь. Ну да, кто же в 4 часа ночи будет бегать по лесу, да и ещё по направлению к нэрции. Наплевав на аккуратность, цепляю за тяжёлый хлам и за три прыжка очухиваюсь на улице, сразу с места спринтанув за ней. Несмотря на фору, расстояние между нами я сократил быстро, но не настолько, чтобы её поймать. Максимум виднелся её силуэт в дали, отдаляющийся всё дальше, пока она не дошла до трещины с нэрцией. Взгляд точно не мог описать, что она делала, постоянно мелькающие ветки постоянно нарывали врезаться в глаза, но одно я замечаю отчётливо – как она склоняется на одно колено и дотрагивается да неё. Всё таки шальная ветка впивается в глаз, а голос предательский засох, выдав в место возгласа отрицания сухое шипение. С диким ужасом я добегаю на место… но никого нет. В панике осматриваюсь вокруг, попутно протирая глаз, держась за считай несуществующую надежду, что она всё ещё тут и мне просто показалось… но нет. Он, что она сделала, почему? Печаль навалилась на меня, сбив с ног, бросая меня на землю рядом с трещиной, пока влага предательски покидала меня через глаза. — Почему, Мана, почему!? Это же была глупая гипотеза, зачем!? – интуиция пыталась до меня достучаться, намекнуть, что всё не просто так, но я был глух и хотел простых ответов. Почему мне так хреново? Так не должно быть! Дурацкое обещание! — Сто сорок семь, ты стала сто сорок седьмой, ДУРА! – и я бы дальше убивался, если бы лёжа на сырой земле, краем глаза не заметил бы слабую вспышку света на небе, после которой с того места начало что-то падать. То, что падало сверху было выше леса, но скоро, что бы это ни было, быстро оказалось у верхушки леса, где по очереди начало ловить все ветки, звуки боли и раздражения стали слышны всё отчётливее, пока туша, предположительно парня, не оказалось на земле. Я даже в шоке привстал, а когда он стал кряхтеть и вставать, оказался на ногах быстрее него, мало ли. — Долбаный Арукас, в который раз ему говорил, не ставь порталы так высоко! – не веря своим глазам, оглядевшись, я упёрся в дерево и стал разглядывать новоявленного персону. Парень, лет шестнадцати, в белых шортах и майке, сандалях, отряхивался и попутно оглядывался вокруг. Волосы его были платиновыми, такие я видел только в фильмах, торчавший беспроводной наушник в ухе и глаза, которые были серыми. Каких-то прочих особенностей я не заметил, ну кроме того, что он словно общался сам с собой. — Ладно, посмотрим, что у нас тут. – Встав чуть ровнее, его глаза засветились и теперь в место двух серых глаз, словно никуда и одновременно во все направления смотрели два ярко голубых, почти белых ока. Проморгавшись, свечение пропало, и он повернулся к кроне дерева, где рос один противный цветок. — кхаа – мне хотелось его предупредить, но горло всё ещё было сухое и ничего путного сказать не вышло. Подойдя к этому дереву и сорвав цветок, моё сердце пропустило удар, ведь этот красивый и безобидный цветок, после того как его срывает, выпускает маленькие шипы, которые впиваются либо в почву, чтобы его было труднее сорвать, либо в плоть, чтобы избежать погибели и подпитаться от нарушителя покоя. — Хехе, щекотно. – Но этому парню было всё равно! Он просто покрутил его, присмотрелся, а потом склонил его в бок и другой рукой накрыл его, создавая прозрачный чёрный шар. Еле касаясь, он приложил ладонь к верхушке шара и тот пропал, словно отправился куда-то верх, и через пару секунд, он радостно воскликнул. — Да, повезло повезло, плюс один АП, интересно, а тут много таких уникумов? – но дальше игнорировать себя я не дал, обозначив свою присутствие возмущённым хрипом. — Да успокойся мелкий, на попей. – Выставив палец в виде пистолета, он натурально стрельнул ВОДОЙ прямо мне в рот! Я даже отреагировать не успел, как вода с привкусом мяты перетекла мне в горло, и я в шоке выпил её, убирая сухость. — Ну вот, не за что, а теперь не мешай. – Вытянув вперёд и скрестив рука на груди, тот оттопырил указательный и средний палец вместе с большим прижимая к нему, после чего раздвинул их. Вместе с этим жестом, на лбу у него вертикально раздвинулись веки оголяя глаз, третий, но не обычный, я знаю его! — Это блядь что, риннеган!? – Но риннеган не простой: он был розовым, круги концентрации были ярко розового, почти что белого цвета, а в место томоэ были зелёные лепестки. И не смотря на два других закрытых глаза, он одними бровями показал свой шок. — Надо же, наконец-то! Сперва я подумал, что это какой-то триповый фентезняк, но на деле это современный постапок. И откуда же ты знаешь про этот глаз? — Из комикса про Мэнму. – и чего это меня на откровения понесло? — Ясно, но да не важно, я уже закончил. – замкнув свой глаз на лбу и открыв обычные, он достал из ладоней два драгоценных камня, один бирюзово-голубой, другой – красно-оранжевый. Бросив их на землю, те засветились и начали из этого самого света образовывать силуэты, где в конце формирования на их месте появился хомяк и суслик, метров сто в росте. Что за нахрен тут твориться!? В шоке, я пропустил момент, когда он потянулся к центру рёбер, чуть выше желудка, где достал матовый чёрный камень овальной формы и только после я заметил на месте, где у него располагалось сердце ещё один камень, розовый в форме сердца. Кинув и этот камень, оттуда появилась бледная, высокая мрачная леди, по типу гота, после чего та поклонилась ему. — Ситуация один на миллион! Этот лес кишит неведанными ранее цветами! Разбиться на группы и собрать всё что не приколочено и приколочено! А я пока чекну задание. – дав честь, гигантский суслик и хомяк скрестили руки и во вспышке дыма появилось где-то двадцать их копи! И ладно если только теневые клоны – эта готичная мадам скрестила руки в виде ромба на груди и из камня так же появились двадцать её копий и все вместе они пропали, словно тут их и не было! — ЧТО ЗА ЧЁРТ ТУТ ПРОИСХОДИТ! – но словно меня не замечая, тот вчитывался в, никуда? Он просто пялился в воздух, делая вид что читает, а потом в его глазах вспыхнуло узнавание, и он повернулся ко мне. — Скажи, как, приятель мой милый, а тебя случаем не Макотой кликать? — Да, но отк. – и меня снова перебивают. — И ты недавно гонялся за леди Маной, так? — Да откуда ты знаешь! — Меньше знаешь, крепче спишь. – хлопнув в ладоши, он уже полноценно повернулся ко мне, не переводя взгляд куда-то в даль. – Ох, как же тесна мультивселенная, знала бы это Роза… так, кхм, могу тебя поздравить Макота, ты вытянул счастливый билет и помогу вернуть твою женщину. Согласен. – сперва я хотел на автомате поправить его, что она не моя, но я зацепился за другой фрагмент предложения. — Постой, она жива!? — Ну да, никто ещё не умирал при телепортации, если соблюдал правила конечно же. Она конечно рискнула, но её риск окупился с лихвой. Ну так что, идём? – . . . — Да! – к чёрту пустые мысли, к чёрту аккуратность, в этом заповеднике я совсем потерял себя, но пора Макото’Оками вернуться в строй! — Вот это настрой, не то что некоторые… так, нам надо попасть в, это, как его там, да не важно, главное куда, а имя потом вспомним. – подойдя к трещине, тот поклонился к нему или ему и постучал рядом. — Здрасте, нам бы пропуск… да, понимаю… ой и не говорите, сам знаю, лезут и лезут… действительно, предупреждение — это важно, как и вежливость… не могу не согласиться, сдирание кожи — это хорошее предупреждение… не переживайте, у других просто нет вашей мудрости и терпения… да, этот со мной, хочет к своей подружке… да да, молодые, всё торопиться куда-то… спасибо, и ещё одна просьба, можно немножко вашей частицы? ... вы безмерно щедры, премного благодарен… — Вы что, с ним говорили? — Ну да, мудрые ребята, не то что вы, лезете без спросу, ещё и обвиняете честных Палудорий, вот они и ругаются. Ладно, не будем испытывать терпение, погнали. – и взяв меня за шкирку закинул меня в трещину. Жди меня, Мана!