Путь Короля

Когда один из сопровождавших её магов споткнулся, и начал с опаской оглядываться назад, туда, где была крепость, Принцесса-Феникс поняла, что Герцог Лойс потерпел поражение. Увы, но она была готова к этому. Готова потому, что за то огромное, бессчётное время её бегства, девушка успела уяснить, что просто так мертвецов не остановить. И уж тем более не победить. Не людям уж точно. Да и другие расы и народы, бывшие намного сильнее, умнее, и могущественнее людей, так или иначе, проигрывали нежити. Ту вела злая воля их повелителя, а тяготы смертной жизни уже давно обратились для них лишь отголоском постепенно теряющейся памяти. Чем-то, далёким, и напрочь забытым. Да и сам король мог поднимать любых мертвецов к себе на службу, а потому его армия никогда не уменьшалась, но всегда пополнялась всё большим числом солдат, каждый из которых становился всё уродливее и смертоноснее прошлых. В прочем, это осознание не мешало ей таить в себе злобу и обиду. Хотелось бросить всё, дать волю своей силе, распахнуть огненные крылья, и вернуться к крепости, и сразиться с Королём Мёртвых лицом к лицу! И, может быть, у неё был получилось! Огонь всегда справлялся с умертвиями, ибо он есть сама жизнь. Её главное воплощение. Но, всё же, дать волю эмоциям она не решалась. Она понимала, что не справится с Королём Мёртвых так легко, как это было в её фантазиях. Такого врага нельзя недооценивать. А если она потеряет контроль над эмоциями, то и её сила вырвется наружу. А если это случится, кольцо на её пальце обратится металлической пылью, и тогда чары, скрывающие её душу спадут, и вся нежить, коей по округе наверняка бродило не мало, ринется к ней. — Идёмте, принцесса, — молвил один из магов, сопровождавших её, когда, наконец, перевёл дух, и оставил попытки смотреть назад. — Вы тоже почувствовали, как магия от резонировала в воздухе? — уточнила она, надеясь, что ощущение её подводит. — Увы, да… — выдохнул он, вновь начиная озираться. Видимо, он тоже решил, что предчувствие его обмануло, — Видимо, наш Герцог пал… — По крайней мере, он пал исполняя клятву, — вдруг заговорил второй колдун, до того всю дорогу идущий молча, — А это очень важно для людей чести. — Надеюсь, что он в конце думал также, — протянула девушка, глядя на небо, и выискивая Преследователя. Она знала, что после взятия крепости Король направит на поиски именно его. Но фигура в тёмных доспехах и с крыльями из чёрного пламени так и не появилась. Это обнадёживало. Когда они спустились с заросшего густым лесом холма, пред ними предстала огромная, кажущаяся бескрайней степь, поросшая невысокой, уже медленно увядающей к скорому приходу осени травой. Только небольшая река, больше сравнимая с ручьём, проходила сквозь каменистую землю, и также устремлялась в даль, откуда веяло прохладным, пахнущим солью воздухом. — Рядом море? — вскинула бровь девушка, понимая, что никаких признаков моря она не видит. — Да. Это травянистое плато находится на вершине утёса, который наши предки считали «Краем Мира». За обрывом, что в далеке, уже море, — объяснил ей один из колдунов, шумно вздыхая, и наслаждаясь прохладным ветром. — И зачем мы пришли именно сюда? — Мы подготовили в одной из пещер под горой корабль. На нём вы сможете уплыть в Ёзефку, — уточнил второй, не забывая при этом почтенно кланяться. Никто из тех, кто дал ей кров не забывал, что она принцесса. И от этого было забавно. Забавно от того, что сама она уже начала забывать об этом… Вдруг, все трое почувствовали, как само пространство исказилось. Словно недалеко от них появился разлом в самой реальности. Птицы затихли, а ветер, вдруг, переменился, и стал нехорошим. До носа девушки дошли нотки запаха гнили, тлена, и влажной могильной земли. Жуткое осознание показалось громом среди ясного неба: Её нашли. И правда, прямо из-за тех деревьев, где совсем недавно шли они, появились закованные в шипастую и уродливую броню тонкие сгорбленные фигуры. Хромая, и спотыкаясь о собственные ноги, они шатались, медленно крутили головами, пытаясь зацепить взглядом хотя-бы одно живое существо. А прямо за ними, на коне, ехал закованный в чёрную, местами покрытую белёсым налётом броню скелет. И именно этот скелет своими пустыми глазницами обнаружил беглецов. — Вот они! — прохрипел потусторонним голосом мертвец, и сопровождавшие его умертвия, тут-же, сорвались с места, совершенно забывая о том, что ещё мгновение назад путались в собственных конечностях, и двигались очень неповоротливо. Колдуны тоже побежали. Побежали от подступающей нежити. Их не волновала даже их старость, уже давно сделавшая их медленными и немощными, что уж говорить о той, кого они должны были защищать. Принцесса осталась на месте, и смотрела в бездушные глазницы скелета, ожидая узреть в них хотя бы отголосок присутствия их извечного господина. И мёртвый гвардеец это понял. В отличии от его сопровождения, и несмотря на то, что от его тела остались лишь иссохшие кости, его сознание было ясным. Вытащив меч из ножен, и спешившись, он начал медленно подступать к фениксу, не сводя взгляда. Солдаты же Неумирающей Армии ринулись за колдунами, дабы они не помогли девушке в самый неудачный момент. — На сей раз тебе не сбежать… — процедил скелет, — Наконец-то наш поход закончится, и мы обретём покой! — Я тебя разочярую, костлявый, но я не собираюсь становиться овечкой на заклание! — Боюсь, выбора у тебя нет! — молвил скелет, и сорвался с места, замахиваясь тонким лезвием клинка. Девушка едва успела увернуться от размашистого удара, и отступить в сторону. Следующий удар был уже за ней. Выхватив висящий на поясе топор, она сделала ещё пару шагов назад, и, что было сил, бросила его прямо в голову своего противника. С глухим стуком он вонзился в лобную кость. По ней, вплоть до глазницы, пошли трещины, и глазницы гвардейца погасли. — Проклятье… — прохрипел он падая на колени, и хватаясь за рукоятку топора. Решив не ждать, когда враг придёт в себя, феникс побежала. Бежать нужно было что есть сил, ибо она знала, что раз гвардеец здесь, то и Преследователь скоро прибудет. А вместе с ним и Король Мёртвых собственной персоной. Но, у мёртвых солдат были другие планы. Расправившись с колдунами, которые даже не пытались оказать сопротивление, мертвецы развернулись, и начали окружать девушку, лишая её возможности бежать. — Держать строй… Не сдаваться… За Империю… — бубнили они, глядя на принцессу лишёнными сознания, мутными глазами. Это были не команды, и не попытка сгруппироваться. Это были лишь отголоски их сознания. Их прошлых личностей, которые уже давно были стёрты. Либо самой их посмертной природой, либо тёмной волей их господина. Отступать было некуда. Позади, прейдя в себя, подступал гвардеец, а впереди ощетинившейся клинками стеной подступали солдаты. Она, конечно, могла взлететь. Могла распахнуть огненные крылья, и взмыть под пасмурное небо, оставляя врага позади, как делала это всегда, но сейчас это было опасно. Она боялась, что существо, бывшее ей братом, перехватит её в небе, и своим костяным хлыстом лишит её крыльев. Но деваться было некуда. Сложив на груди руки, она воззвала к самой своей природе. Природе самого огня. Самой жизни. На кончиках пальцев заиграли искры, стремительно превращаясь в языки пламени. Принцесса закрыла глаза, только для того, чтобы лучше визуализировать поток пламени, который обрушится от неё на врагов. И вот, настало мгновение. Мертвецы были достаточно близко. Распахнув глаза, которые, к тому моменту, наполнились золотым светом, она вскинула руки, и огненный шторм, поднявшийся от земли до самых облаков, тут-же подхватил мертвецов. Те не успели что-либо сделать. Пламя, своим жаром больше походившее на диск солнца, своими языками объяло кружащих в воздухе умертвий, и их броня начала плавиться. Когда огненный шторм стих, на землю с глухим грохотом, и лязгом расплавленных клинков рухнул огромный ком металла и мёртвой плоти. На удивление, нежить даже тогда не погибла. Они корчились, стонали, и извивали не вплавявщиеся в общую массу конечности. Но, что феникса радовало, уже ничего не могли сделать. — За Империю… Держать строй… — продолжали хрипеть некоторые из них, но девушку это не волновало. У неё была другая причина для беспокойства — её кольцо, скрывавшее до этого её душу от Короля Мёртвых, после использования её природной силы, обратилось стальной стружкой… — Проклятье… — только успела выдохнуть она, как воздух рассёк гулкий свист. Что-то рассекало небо, несясь с огромной скоростью. И принцесса понимала что. А точнее, кто. Подняв взор, она начала очень быстро осматривать бескрайнее небо, пока не заметила фигуру человека… Точнее Феникса в облике человека. Его истинную природу выдавали огненные крылья. Но и они были развращены тёмным влиянием Короля мёртвых, ибо пламя Великого Феникса, дарованное её народу их великим прародителем, заменил собой чёрный, шипящий, и дурно пахнущий огонь скверны. Демоническое пламя. Это и был Преследователь. Завидев Принцессу, он тут-же снял с пояса свой хлыст, состоящий из заострённых позвонков, сухожилий и иссохших мышц, и начал заходить на снижение. Его цель была прямо перед ним. Оставалось только подхватить её. Но девушка знала, что это уже не её брат. Король Мёртвых не оставил в нём ничего, чтобы роднило его с ней. Мёртвая оболочка, в которую заложили всего одну задачу — поймать её. Жуткая кукла. Насмешка над её родом. И сдаваться ему она не собиралась. Как только Преследователь оказался достаточно близко, из-за её спины выросли бушующие языки пламени, в то же мгновение принявшие форму крыльев. Взмахнув ими, девушка играючи увернулась и от преследователя, и от его хлыста, коим тот нанёс удар по тому месту, где она только что стояла. Из утробы чудовища послышался громкий визг, и она начал разворачиваться. Несмотря на магическую природу крыльев Фениксов, они всё равно подчинялись правилам полёта. Тонкому искусству покорению воздушных потоков. И теперь, эта погоня перерастала в соревнование. В соревнование по мастерству полёта и маневрирования в воздухе, потоки которого всегда норовили поменять своё направление в любой момент. И природа была отнюдь не на стороне принцессы. Взмывая как можно выше, она столкнулась со встречным порывом ветра, дующим прямиком с моря. Её огненные крылья едва справились с этим, чуть не схлопнувшись, обрушивая девушку прямо в руки умертвия. Но и Преследователь не отставал. Его новый владыка отсёк всё лишнее, оставив только самое необходимое. И умение летать, и рассчитывать полёт было именно самым необходимым. А при жизни он был одним из самых умелых летунов в её семье. Закрутившись, и сложив крылья, он усилил потёк тёмного огня, превращая себя в настоящую ракету, которая летела с неимоверной скоростью, не взирая ни на потоки ветра, ни на то, что перед ним его сестра. Девушке пришлось пойти на отчаянный шаг, и сложить крылья, дабы земное притяжение сделало своё дело. В тот самый момент, когда закованная в стальную перчатку рука схватила её, она устремилась к земле, падая с неимоверной скорость. Преследователь среагировать не успел, улетев значительно дальше, и Принцесса, распахивая крылья вновь, приземлилась, выжидая, когда её брат вновь нанесёт удар. В это мгновение она чувствовала себя маленькой птичкой, на которую охотится огромный, и голодный коршун. Только вот, маленькие птички бывают очень быстрыми. Когда Преследователь развернулся, и, подхватив поток ветра, начал стремительно на неё пикировать, Принцесса не нашла тактики лучше, кроме как взмыть вверх, ему навстречу. Всё дело в том, что она уже давно заметила на уродливой стальной маске мертвеца странный гвоздь. Он проходил сквозь маску, вонзаясь прямо в лобную кость бывшего принца. И на шляпке этого гвоздя сияла странного вида руна. Феникс надеялась, что вытащив этот гвоздь она сможет даровать бедному родственнику покой, и тот перестанет исполнять жуткие повеления Короля Мёртвых. Поравнявшись с братом, и летя на него с неимоверной скоростью, она призвала в свою руку пламя. Когда до столкновения оставались считанные мгновения, это пламя стало плотным, и необычайно горячим, после чего приняло форму слегка загнутых, острых когтей. Этими когтями принцесса вонзилась в руну во лбу Преследователя, и что было мочи потянула на себя. Умертвие начало дёргаться, извиваться, и визжать. Его крылья начали гаснуть, оставляя за собой только шлейф зловонного серого дыма. И вот, задумка удалась. Гвоздь оказался в руках девушки, оставляя за собой в голове врага глубокую чёрную дыру. Тело мертвеца обмякло, а хватка ослабла. Он грохотом рухнул на землю, не подавая никаких признаков жизни. — Наконец-то… Спи спокойно… — выдохнула она, понимая, что и её силы на исходе. Прежде, чем крылья начали гаснуть, теряя возможность держать принцессу в воздухе, она выбросила проклятый предмет, и приземлилась. Преследователь был повержен, а значит, что она могла продолжить путь уже спокойно… Вернее, она так думала. Воздух похолодел. Почувствовался аромат гнили и могильной земли. Странный гул, похожий на вой множества неупокоенных душ, оглушил небосвод. Прямо над ней открылся разрыв реальности. Нет, не портал, а именно разрыв. Хаотичный, рокочущий, и больше похожий на жуткую трещину или рану на теле мироздания. Это была технология, которую Король Мёртвых измыслил для путешествия между мирами. Недопорталы, созданные конструкциями, названными «Тёмными Якорями». И прямо из него, галопом, по воздуху поскакал конь. Он не казался исхудавшим скелетом, обтянутым кожей. Его плоть была массивной, несмотря на бледность, и признаки разложения. Копыта были объяты призрачным пламенем, которое, также, заменяло и гриву мёртвого животного. Но лошадь, в данный момент, интересовала принцессу меньше всего. Когда она взглянула на всадника, её глаза расширились, и в них заиграла странная смесь ненависти, злобы, и страха. На призрачном скакуне, медленно спускающимся с неба, величаво восседал сам Король Мёртвых. — Здравствуй, Маленький Огонёк… — не скрывая усмешки протянул он, когда копыта его скакуна коснулись жухлой травы. Впрочем и та, соприкоснувшись с ними, высохла, и посерела, теряя последние искры жизни. — Т-ты? Как ты меня нашёл? — не верила своим глазам принцесса. Она была уверена, что Владыка Нежити достаточно далеко, и преследователь был единственным её препятствием. — Нежить тоже не стоит на месте… Особенно та, что ещё сохранила сознание, — молвил он, кладя закованную в стальную перчатку руку на круп своего коня. Тот, тут-же, угрожающе заржал. Девушка заметила, что у животного, вместо нормальных зубов, были жёлтые клыки. — О, это я заметила! Особенно тогда, когда ты превратил погибших вампиров в жутких чудовищ! — процедила она, снимая с пояса второй топор, который оставила именно на такой случай. — Вурдалаков, — уточнил он, делая шаг на встречу. И Принцессе- Фениксу это очень не понравилось. — Я победила то чудовище, в которое ты превратил моего брата! Думаешь, что я с тобой не справлюсь? Думаю, ты заметил, что я отчаянная мадам! — О, да, — почти рассмеялся тот, — Я заметил. Ещё тогда, когда ты, отказавшись от моего предложения, обрекла свою родину на раскол… Напомню, что всего этого можно было избежать, если бы ты, Маленький Огонёк, не ерепенилась, — тон Короля был нарочито снисходительным, словно тот разговаривал с ребёнком. И это раздражало ещё сильнее. — Не заводи старую песню! Уже слышала! — процедила она, угрожающе крутя в руке топор. Но ему, словно, было всё равно. — Ты же знаешь, что это права… Когда я пришёл на бал, в честь твоего совершеннолетия, я предупредил тебя обо всём, — продолжил мертвец, подходя всё ближе. Его голос становился всё зловещее, а воздух вокруг холодал. Сила его души, больше напоминающая скопления множества неродственных душ, начинала давить на феникса уже почти физически. Голова начинала кружиться. От этого чувства её отвлёк визг. Знакомый, и уже рефлекторно вызывающий желание бежать. Визг Преследователя. Оглянувшись в ту сторону, где упало его тело, девушка узрела, как её мертвого брата обступили солдаты Короля Мёртвых… И тот отбивался, и пытался взлететь, что есть мочи взмахивая чёрными крыльями. Но, гарпунёры не давали ему. Тело преследователя было насквозь пронзено тремя гарпунами, и они неуклонно тянули его к земле. — Что за… — только и смогла вымолвить девушка, не веря своим глазам. — Ты думала, твой брат потерян навсегда? Святая простота… — Что ты имеешь в виду? Я же вытащила твой гвоздь! Он должен быть мёртв! — Мне не нужны артефакты, чтобы поднимать мертвецов… А вот чтобы контролировать сильнейших из них, пожалуй, не помешают, — пожал плечами мертвец, и она заметила в его руке тот самый пресловутый гвоздь, — Вы, фениксы, существа сильные, а после смерти становитесь прахом. Единственное, на что я мог рассчитывать, это создание из вас Порождений Пепла… — И ты, прежде чем мой брат испустил дух, наполнил его демоническим огнём… — цедила она, и по ещё щекам текли горячие слёзы. — А ты учишься! Да, и этот процесс позволил ему сохранить часть разума… И волю. Такую волю сломать тяжело. Именно поэтому мне нужен Гвоздь Господства… — И зачем ты мне это рассказываешь? — За тем, Маленький Огонёк, что у тебя есть выбор! — начал он, и девушка была готова поклясться, что под стальной маской мертвец ехидно ухмыляется, — Ты принимаешь моё предложение, и я отпускаю твоего брата! — И стать жертвой? Что, хочешь печать Феникса? Хочешь мою душу? Хрен тебе, жук могильный! — девушка не желала больше слушать. Печаль за брата тут-же сменилась гневом. Её не устраивало стать батарейкой для планов Короля Мёртвых, пусть о самих планах она и мало знала. А такой дешёвый шантаж раздражал ещё сильнее. Одним стремительным, но неимоверной силы ударом, она метнула топор прямо в мертвеца. По обыкновению, она метила в голову. Тот не успел отреагировать, и тяжёлое топорище с лязгом прошло сквозь железную маску… И череп её извечного врага. Мертвецы, которые уже успели пригвоздить Преследователя к земле, тут-же затихли, и обернулись. Нужно было бежать. Король же пошатнувшись, тут-же вцепился в рукоять топора, и шипением, полным ярости, вырвал его из своей головы. Расколотая железная маска пала на землю, и девушка узрела лицо извечного врага. Даже с глубокой раной, проходящей поперёк лба, он отличался от своих слуг. Признаков разложения было значительно меньше. Кожа не иссохла, облепляя череп, нос не отпал, и губы не обратились в прах. Только могильная бледность кожи, впалые щёки, серые синяки под мутными белёсыми глазами выдавали его истинную природу. — Проклятая женщина… — процедил он, вытаскивая из-за спины меч. Девушка узнала его. Имя ему Тленный Клинок. Когда рана на голове мертвеца затянулась сама собой, Принцесса поняла, что сражаться ним не имеет смысла. А потому, бежать нужно было сию секунду. Учитывая, что его солдаты уже сорвались с места, и стремительно приближались. — Прости, но вынуждена откланяться! — молвила она, не забывая театрально поклониться, в знак насмешки над врагом, после чего распахнула крылья, и, как можно быстрее, взмыла в небо. Да, силы её покидали. Крылья слабели, а их пламя становилось всё тусклее, но иного выхода не было. Несмотря на всю браваду, и искреннее желание сражаться, она понимала, что из этого сражения ей не выйти победителем. Но, Король Мёртвых не собирался просто смотреть на то, как его цель в очередной раз ускользает от него. Гарпунщики уже навели свои орудия, и по очереди начали обстреливать Принцессу, дабы погасить и без того ослабшие крылья. Но она играючи уворачивалась, совершая в воздухе невообразимые пируэты. И мертвец понял, что действовать нужно самостоятельно. Он вскочил на своего коня, и тот, без какой-либо команды, поскакал вперёд. Сначала он бежал по земле, но чем быстрее он разгонялся, тем скорее его копыта окутывало призрачное свечение, и вскоре, замогильный скакун тоже поднялся в воздух, скача по нему как по земле. — Я не дам тебе уйти, Маленький Огонёк! — кричал он в след девушки, стремительно её настигая. Сил её крыльев не хватало для того, чтобы оторваться. И в этот раз она вновь решила пойти на отчаянный шаг. Многие века бегства научили её рисковать с выгодой для себя. Когда-то давно, ещё в другом мире, мире Сенваллов, существ похожих на кошек, чьею силой тоже был огонь, она увидела, как Король Мёртвых поглощает души. Не важно мертвых или живых, он был способен поглотить силу чужих душ, делая себя сильнее и преумножая свои знания. Мерзкий, противоестественный демонический ритуал, который, по словам самого короля, воссоздали люди его мира ещё тогда, когда тот был живым и цветущим… Возможно это и стало причиной его конца. Принцесса не знала, как точно действует этот процесс, но ей было и не нужно. Для существа её порядка, которое носит в себе наследие первичного духа, можно было просто визуализировать, представить процесс, почувствовав энергию души. В её сердце теплилась надежда, что так она сможет победить того, кто не может умереть. Опустошить его. Вернуть в ничто… Ну или хотя-бы низвести на уровень Полых Солдат, составляющих костяк Неумирающей Армии. Развернувшись на месте, она взмахнула крыльями, и устремилась на врага. Того, кого хотела победить всем сердцем. Она уже представляла, как его жуткая, уродливая, противоестественная душа утекает к ней, и сгорает в пламени Великого Феникса. И именно эта мысль помогла ей. Эта мимолётная фантазия. Когда она оказалась в плотную с мертвецом, она ухватила его за шею объятой пламенем ладонью, а другую руку приложила к его голове. И поток энергии, поддавшись её желанию, сделал остальное. Она коснулась его души. Ощутила её физически. Лицо мертвеца исказилось. Застыло в немом крике. И сознание девушки провалилось в него. Множество образов проносилось сквозь её разум, пронзая душу холодными когтистыми пальцами. В нём был не только он. В нём было множество существ, чью силу он поглотил и подавил, приумножая своё могущество… И многие из них были мертвецами… Жуткая женщина, пожиравшая демонов и другую нежить… Король, чьё тело поглотил расплавленный металл… Но один образ поглотил её окончательно. Даже не образ, а воспоминание. Отголосок души уже не тех, кого поглотил Король… А его самого. Она оказалась в месте, до боли похожем на тронный зал. Но выглядел он неподобающе для монарха. Пустой, мрачный, с потрескавшимися стенами, и наглухо заделанными окнами. На полу лежал вековой слой пыли, и паутина свисала с каждого угла, превращаясь в гротескные, уродливые занавески. — Подойди… — услышала она скрипучий голос со стороны трона. И правда, трон не пустовал. На нём сидел иссохший, ставший мумией старик. Маленький и ничтожный. Его кожа настолько сильно высохла, что больше напоминала костные наросты, а движения больше подходили для сломанной деревянной куклы. Принцесса не была уверена, что обращаются именно к ней, но, тем не менее, сделала шаг вперёд. — Значит… Пророчество исполнено… Почти… — продолжал мертвец, и с его головы съехала покрытая пылью корона. — Пророчество? — услышала девушка до боли знакомый голос позади себя. Обернувшись, в открытом дверном проёме она узрела никого иного, как её извечного врага. Короля Мёртвых. Но… Он не обращал на девушку внимание, и она поняла, что в своём воспоминании он и не попытается её атаковать. Он медленно подошёл, смотря на восседающего на троне старика со странной смесью жалости и презрения. — Старый король… — прохрипел он, — Тот, кто должен был стать правителем своего народа после своей жуткой ошибки… — в голосе будущего правителя нежити играли нотки разочарования. — Да… Ныне меня нарекли Забытым Королём… Как-же меня звали раньше…? — последние слова Старый король произнёс не без боли не без растерянности. Его память утекала. Стиралась, поддаваясь единственной силе, которая способна покорить даже мёртвых — времени. — И ты опустошаешься, — так-же не без боли произнёс мертвец в стальной маске. — Да, это и есть проклятье нежити… Мы теряем себя. Но ты, я смотрю, смог это преодолеть. Пусть, ходит слух, что опустошение останавливает «смысл жизни»… Но мы то с тобой знаем, что это не так, правда? — Верно… Но… Я всё равно не понимаю. Зачем ты создал пророчество об Истинном Правителе? Зачем ты создал Путь Короля? И почему сам им не прошёл? — Всё просто, Юный Мертвец… — начал король, и на его лице вновь заиграла печаль, — Я не справился… Я не справился с долгом, который преследует каждого истинного правителя. Я не смог спасти своих людей. И не смог найти лекарство от их проклятья… Вернее, я не способен дать им его. Путь короля должен был выявить того мертвеца, который сможет найти достаточно силы, чтобы свергнуть Правителей Нежити. Объединить Проклятых под своим правлением… И справиться с опустошением самого себя. — Но почему я? — При жизни ты отличался… Ты не помнишь, ибо Смерть забрала эту память. Но ты уже тогда повелевал мёртвыми. Говорил с ними. Тебя казнили, и похоронили на острове проклятых как раз тогда, когда проклятье дало о себе знать. — И ты, поняв, что потерпел поражение, решил вытащить меня из могилы? — с яростью процедил будущий король, подходя к трону ещё ближе, и, буквально нависая над маленьким, иссохшим трупом, — Ты решил просто взвалить на другого своё бремя! — Но ты же справился! Ты нашёл достаточно силы, и смог её применить! Тебя от господства над нежитью отделяет только демон, засевший в столице! Осталось только его убить… И исполнить пророчество… — Твоё пророчество –лож! — выкрикнул юноша, и схватил короля за шею, поднимая его тело с трона. Казалось, что оно ничего не весило. — Но оно имеет смысл… И ты уже не сможешь избавить себя от этого бремени. Я наблюдал за тобой глазами Привратника. Ты слишком добр к нежити. Юноша отвёл взгляд, а затем с яростью бросил бывшего короля на пол. С иссохшего лица того не сходила умиротворённая улыбка. А затем, он выдохнул, и схватился за голову. — Да, — молвил юный мертвец, — Ты прав. Я не брошу тех, кого взял под опеку, и кто помог мне пройти этот путь. Ошибки старых правителей слишком много принесли страданий их несчастным душам… Но ответь мне, Старик, как мне даровать им покой? — Я точно не знаю, — ответил тот, и юноша, было, замахнулся мечём, — Но есть легенда! — Опять легенды? — Эту легенду принесли Великаны. На чёрном Континенте есть место, где чувствуется пульс самой жизни. Биение Сердца Мира. Нужно вернуть ему силу, и тогда, проклятье спадёт. Жизнь войдут в свои права, и нежить обретёт покой. — Но как? Как мне это сделать? В ответ старый король только рассмеялся, и от этого смеха Принцессе стало очень грустно. Он был похож на смех уже давно отчаявшегося человека. Человека, который не видит смысла в своих же собственных советах. — Очень просто, Юная нежить. Так-же, как ты прошёл путём короля! Нужно искать Силу! А остальное… Остальное приложится… И я с большим облегчением передаю тебе бразды правления своей павшей империей! Я верю, что ты справишься, ибо понимаешь все тяготы народа, которым будешь править… Юноша в очередной раз вздохнул. И девушка буквально чувствовала все те эмоции, которые его переполняли. Несмотря на его природу, несмотря на то, что эмоции он проявлял очень редко, он чувствовал боль. Боль и смятение. В его разуме возникли образы всех тех, кого он встретил на своём пути, и кому нужна была его помощь… Несчастная монахиня, некогда заведовавшая приютом, а теперь, держащаяся только за свою веру, и на протяжении множества столетий поющая колыбельную мёртвым детям, лишь бы не слышать их жалобных криков. Маленький мальчик, как и многие съеденный Пожирательницей Нежити, а после исторгнутый, и обратившийся мерзкий бесформенным созданием из множества мёртвых тел. Лучница, некогда служившая королевскому двору, а теперь изо всех сил борющаяся с опустошением… И это только некоторые из них. Он чувствовал за них ответственность, ведь они преклонились перед ним, доверили себя ему. И теперь он обязан обеспечить их благополучие. Дать им долгожданный покой… Но вдруг, ощущение чужих эмоций исчезло. Словно их и вовсе не было. Воспоминание начало темнеть, а окружение искажаться. Только один образ остался неизменным. Образ того, кто стал Королём Мёртвых. Внезапно, он повернулся, и через секунду оказался прямо перед ней. Его рука сжала шею девушки с неимоверной силой, и белёсое свечение тут-же окутало их обоих. — Тебе меня не взять, женщина! — процедил он. Его голос звучал в голове принцессы, и заглушал все прочие мысли. И наваждение спало. Спало внезапно, и она обнаружила, что в её захвате мертвец пробыл не больше, чем секунду. Если вообще не меньше. Маска немого крика спала с его лица, глаза вновь налились потусторонним свечением, и она почувствовала, как его душа ускользает от его хватки. Одним ударом он отбросил её в сторону, только для того, чтобы соскочить со своего коня, и схватиться за голову. Благо, её саму обошла эта участь. В крыльях было достаточно сил. С оглушительным лязгом своей брони, повелитель мёртвых рухнул на землю, не отпуская головы. И только после приземления издал истошный крик. Крик боли и ярости. Его же конь, лишившись контроля хозяина, сначала встал на дыбы, а потом силы покинули и его. Призрачная дымка исчезла, и лошадь, громко и протяжно заржав, рухнула на землю вслед за своим наездником. Это был прекрасный момент, чтобы сбежать… Но Принцесса не могла этого сделать. Соитие её души с чужой не прошло бесследно. Она не понимала, правда ли её эмоции и мысли принадлежат ей, или это мысли того, в ком она побывала. Ну и жуткое осознание истинной цели Короля Мёртвых, оказалось не менее обескураживающим. Да, она и до того знала, что он хочет принести её в жертву… Но не знала, что за этим стоит. А стоит за этим ни что иное как долг. Долг монарха перед его народом. Нет. Она не приняла это. Ей по-прежнему не хотелось жертвовать собой в угоду кому-то. Именно поэтому она не любила, когда правители скрывают от неё факт вторжения мертвецов. Но теперь она могла лучше понять владыку нежити. Он, как и она, заложник ситуации. Заложник долга и собственной природы. Природы, о которой не просил. Теперь, эта извечная погоня не будет прежней. Маленькая толика симпатии поселилась в душе несчастной принцессы, к тому, кто лишил её дома. Ну и она поняла, что он сам относится к ней с уважением… И с неким стыдом воспринимает то, что делает. Они оба заложники ситуации. Но они оба монархи, и не могут отступить. Пока Принцесса-Феникс осмысливала это, Король мёртвых пришёл в себя. И смотрел на неё немигающим взором. Но не было в нём злобы, или азарта охотника. Только грусть. Грусть и понимание. Он кивнул ей. Словно, в знак уважения, и доброй воли. Он позволяет ей уйти. И она тоже кивнула. И тоже не без уважения. Так и должны приветствовать друг друга короли, даже если в следующий раз они встретятся на поле боя. Путь короля неисповедим. Особенно, если им движет благополучие его собственных подданных.