Бездна

Глава 1: Бедствие De profundis clamavi ad te, Domine; Из бездны воззвах к Тебе, Господи; Domine, exaudi vocem meam Fiant aures tuae intendente in vocem deprecationis meae. Господи, услыши глас мой. Да будут уши Твои внемлюще гласу моления моего. — Псалом 130. — Ожидается, что движение будет затруднено на протяжении примерно трёх километров от центра города и через мост Кванан. Некоторое время назад недалеко от западной кольцевой дороги произошло ДТП, и только что было завершено устранение последствий аварии. Поскольку контроль за полосами движения в направлении Чоксан продолжается, устранение затора затруднено. Из динамиков раздавался монотонный голос диктора, освещающий ситуацию на дороге, но никто не обращал внимания на радиовещание. В нём не было ничего особенного: даже без радио им была видна дорога, затор на которой обещал продлиться ещё долгие часы. В один момент чья-то рука лениво потянулась к панели и переключила станцию. — Наконец были отменены меры по эвакуации, введённые в районе Мигван в Ёндо. В течение нескольких месяцев этот район находился на карантине после того, как в марте прошлого года в нём были обнаружены Врата и появились мутантные виды, что привело к жертвам в лице двух мирных жителей и семи пробуждённых. Югон неожиданно оторвался от игры-головоломки на своей приставке. Его отец сидел на водительском сиденье, положив руку на оконную раму, и по привычке постукивал пальцами по рулю. Его мать расслабленно откинулась на спинку сиденья, гладя в окно. На приборной панели были разбросаны обёртки от съеденных шоколадных батончиков и печенья. Эта сцена ничем не отличалась от той, когда они выехали из дома. — Сегодня утром на пресс-конференции Штаб-квартира по контролю за пробуждением объявила, что все опасности в районе Мигван устранены и что две команды эсперов класса С будут постоянно находиться на месте для защиты района до тех пор, пока Врата не будут полностью разрушены. Следом за этим объявлением охотничьи ордена «Тэгван» и «Хильлек», оказавшие содействие при зачистке, выразили намерение препятствовать... Это была их первая за долгое время семейная прогулка. В течение последних нескольких месяцев дороги в этом районе были перекрыты, и ограничения только-только сняли. Граждане, которые ранее не могли наслаждаться своим свободным временем из-за опасности, вызванной бродящими по городу мутантами, сразу же покинули свои дома, словно только этого момента и ждали. Яблоку негде было упасть от скопления людей повсюду. Прошли десятилетия с тех пор, как Вспышка охватила весь мир. Масштабные сооружения, такие как парки развлечений и зоопарки, стали пережитками прошлого, которые можно было увидеть только на фотографиях. Теперь же не было ничего хуже открытых пространств, на которых негде спрятаться при нападении мутантов. Число непригодных для жизни земель продолжало расти, а люди, бежавшие с них, стекались в тесные помещения. Плотность населения резко возросла, а здания взмыли опасно высоко. Однако Югон не был в курсе таких сложных вещей. Он был просто счастлив побывать на выходных в театре и крытом игровом центре в соседнем городе. — Мам. Проведя несколько часов в машине, Югон, который спокойно играл в приставку и за всю дорогу не устроил ни одной истерики, высунул голову вперёд. Его мать обернулась с раздражённым выражением лица. На неё в ответ смотрели тёмные, прищуренные глаза сына. — Когда мы поедем домой? — Когда поедет машина. Внезапно в разговор вмешался Хисон, который уже некоторое время жаловался, что его укачивает: — Ну езжайте уже скорее. Кажется, меня сейчас стошнит. И голова так сильно болит, что я сейчас умру... — Нетушки, не умрёшь... В тот момент, когда их мать собралась поворчать, машина заскользила вперёд. Дорога перед ними открылась, словно последние несколько часов на ней не было никакой пробки. Бесчисленные машины стали съезжать с шоссе, словно их засасывало в гигантский шлюз. — Почему мы вдруг стали падать? — Откуда я знаю? Может, впереди авария. Машина с визгом затормозила прежде, чем мать успела договорить. Югона, который наклонялся вперёд, резко отбросило назад. Он непонимающе моргал глазами от неожиданного поворота событий, а вот его родители выглядели встревоженными. — Югон! Шок быстро, подобно волне, распространился к заднему сидению. Со всех сторон раздавались оглушительные гудки, нетерпеливые водители опускали стёкла и громко кричали вперёд. Что-то было ужасно неправильно. — Пэк Хисон. Пристегни брата. И сам тоже. — Но я нехорошо себя чувствую. — Быстро! Хисон нахмурился и замолчал. Тогда он понял, что сейчас не время жаловаться. Он поспешно оттащил своего младшего брата и усадил его на место. Крепкий ремень пересекал крошечное тельце десятилетнего ребёнка по диагонали. Всё время, пока руки брата двигались над его телом, Югон тупо смотрел перед собой, не произнося ни слова. Его угольно-чёрные глаза были устремлены в одну точку, как у ненормального. — ... — Что такое? На что смотришь? — Хисон повернулся. И был слишком ошеломлён, чтобы молчать. — Ч-что, что это?.. Что происходит? — его отец пробормотал что-то себе под нос так, словно застонал. Но не было никого, кто смог бы ответить на этот вопрос, включая его самого. Сцена, развернувшаяся перед их глазами, была настоящим бедствием. Назвать это аварией было бы преуменьшением. Длинный мост, перекинутый через широкую реку, был разрушен посередине. Куски асфальта и бетона рассыпались в пыль, а автомобили, выстроившиеся вдоль проезжей части, беспомощно проваливались в трещины полуразрушенного моста. Сюрреалистичная сцена, которую можно увидеть только в фильмах-катастрофах. На кузов их машины незаметно легла тень. Югон уставился в окно, крепко вцепившись обеими руками в ремень безопасности. В воздухе над мостом что-то было: сперва он подумал, что это строительный кран, но, присмотревшись, понял, что это нечто иное. Это была часть тела какого-то живого существа. Чего-то настолько огромного, что при одном взгляде на него ощущался трепет. «Это что, какой-то мутант из новостей или обучающих роликов по технике безопасности?» — подумал Югон, слегка очарованный. Но для всего этого существо казалось слишком велико. Мутанты, которых он видел на низкокачественных записях с камер, не были настолько большими. Невозможно было понять его форму или как устроено тело. Югон не мог сказать, была ли видимая через окно часть тела мутанта — размером с дом — рукой, ногой, головой или торсом. Но, как ни странно, на мгновение ему показалось, что их взгляды встретились. Его разум помутился от безмерного ужаса. Передние конечности, антенны, щупальца, нет... что-то, что невозможно было чётко определить, рассекло воздух. Бабах! И у него заложило уши. Брызнули осколки бетона. Его зрение резко затуманилось, когда несколько из них ударилось о кузов их машины. — А-а-а! Кто-то кричал что есть сил. Был ли это папа, мама, хён, или кто-то ещё? Югон не мог сказать. Их окружало очень много ужасных звуков. — Мальчики. Милая! Папа поспешно обернулся. Его руки, сжимающие руль, дрожали. Он внимательно посмотрел на лица своих жены и детей, которые выглядели потерянными и ошеломлёнными происходящим, и стиснул зубы. — Не паникуйте и не двигайтесь. Тогда вся наша семья будет жить. Вы, мальчики, проходили это на учениях по чрезвычайным ситуациям в школе. Помните? Хисон, весь в слезах, кивнул. А вот Югон ответить не мог. Через лобовое стекло за спинами родителей, глядящими на своих детей, он вновь увидел падающую тень. — Вы должны первыми выйти из машины. Когда папа скажет: «Раз, два, три», тогда... — Ах. «Папа», — пытался сказать он, но прежде, чем успел произнести это короткое слово, мир перевернулся с ног на голову. Машина оглушительно загрохотала, а ремень безопасности, который всё ещё был пристёгнут, натянулся так сильно, словно мог сломать его грудную клетку. В какое-то мгновение он даже не мог дышать. Не выдержав атаки гигантского мутанта, потолок машины обрушился вниз. Толстый металл смялся так легко, будто был бумажным листом. После краткого провала в сознании Югон моргнул и открыл глаза, хватая ртом воздух, как утопающий. Его зрение было затуманено, он ничего не мог разобрать. Всё, что он мог разглядеть, — это окно машины, растрескавшееся, как паутина, и ужасно искорёженную дверь. — Кха-кха. Из-за опустившегося потолка ему тяжело было даже прочистить горло. Он склонил голову и с трудом откашлялся. Его глаза остекленели, а желудок скрутило от серии сильных толчков, которые следовали один за другим. Его старший брат, сидевший рядом, потерял сознание в той же позе, в какой сидел. Заднее стекло машины разбилось, оставив несколько царапин на его щеке. И на коленях тоже были порезы. К счастью, других ран, кроме этих, вроде бы не было. А что с мамой и папой? Он рассеянно посмотрел вперёд, туда, где было водительское и пассажирское сиденья, где всего секунду назад были его родители. Впереди всё было смято, как скомканный листок бумаги. Потолок прогнулся до такой степени, что почти касался сидений, а между ними... — ... Югон застыл. Лицо ребёнка, сплошь покрытое кровящими порезами, стало белым как мел. Он перевёл свой расфокусированный взгляд и посмотрел вниз. Весь пол был красным. Кровь капала на пол и стекала к задним сиденьям. Она пропитала крошки от печенья и текла к ногам Югона. Трескающийся бетон стал рассыпаться на куски и падать в реку. Вместе со всплеском воды раздался громкий, оглушительный рёв. Когда земля, поддерживающая передние колёса, внезапно исчезла, кузов автомобиля накренился вперёд. Машина с семьёй теперь балансировала на краю обрушившегося моста. — Хён... Югон забыл, что был пристёгнут, и начал отчаянно трясти Хисона в попытке его разбудить. Но поскольку они сидели далеко друг от друга, коротким рукам маленького ребёнка был предел. Только сейчас он вспомнил о ремне, который его удерживал. Дрожащими руками Югон искал защёлку. Но стоило его отстегнуть, как машина громко заскрежетала, наклоняясь вперёд под ещё более сильным углом. Югон резко схватил Хисона за руку, чтобы его поднять. И только теперь Хисон, потерявший сознание в холодном поту, пришёл в себя. Первым, что он увидел, была река, несущаяся за окном. — Где мама? И папа? — спросил Хисон. Вместо ответа Югон стиснул зубы и покачал головой. Всё, о чём он мог думать, — это не дать брату увидеть передние сиденья, отчаянно молясь про себя, чтобы он туда не смотрел. — Хён, давай отсюда выбираться. Скорее. Он со всей силы, что у него была, попытался толкнуть дверь. Но кузов машины деформировался до такой степени, что дверь была перекошена, она не открывалась, как бы он ни старался. Ручка только бесполезно тряслась. От кнопки, предназначенной для опускания стекла, тоже не было толку. — Дверь не открывается. — Что... что нам тогда делать? Их снова накрыл ужас. Братья прижались друг к другу, их лица были в слезах. Югон крепко обнял Хисона всем своим телом, словно пытаясь защитить старшего брата, хотя тот был гораздо крупнее и выше его самого. Одно из стёкол машины пошло трещинами и лопнуло, осыпав салон осколками. — А, ай! Стекло оцарапало Югону руки и ноги. Из разодранной нежной кожи хлынула кровь. Хисон, который своими глазами видел, как становится больно его младшему брату, задрожал настолько сильно, что было слышно, как стучат его зубы. На месте разбитого стекла осталась дыра, но она была размером самое большее с два или три кулака. Им не хватало решимости протиснуться через зазубренные осколки и сбежать через эту узкую щель. От одной только мысли, что он сам может пострадать, как его младший брат, у Хисона по спине пробежал холодок. Но оставаться на месте им было нельзя. Машина теперь накренилась почти вертикально, и весь вид из окон заполняли воды реки. Кто-то наверняка должен был уже доложить о случившемся. Всё происходило на мосту в центре города, до него было не добраться без вертолёта или лодки. Кроме того, единственная дорога через мост была полностью разрушена, что вызвало масштабные пробки в обе стороны. Они не знали, как долго им пришлось бы ждать помощи. Если они останутся в машине, то умрут. Нужно было что-то делать. Кровь Хисона мгновенно вскипела. Он со всей силы заколотил по окну. Вспых! Его глаза сверкнули. Осколки разбитого стекла, остававшиеся в раме, аккуратно вывалились. Но произошло не только это, металлическая дверь тоже вдруг оказалась сильно повреждена. — Что... что это было? Только что... я... Хисон опустил взгляд на свои руки. Они были в порядке. Нет. Вместо человеческих ногтей у него были острые длинные когти, лезвия, растущие из костяшек. И он помнил ощущение, которое только что испытал. Вероятнее всего, это его руки и искорёжили дверь. Прежде, чем он успел о чём-либо подумать, его осенило. Они могут отсюда выбраться. Могут выжить. Воля к жизни заполнила его разум. Подпитываемый отчаянием, он дико замахал руками. Вскоре петли сломались и дверь полностью отвалилась. Раздавленный автомобиль в конце концов соскользнул в реку, едва братья успели из него выбраться. Оба распластались на земле. Чёрный силуэт автомобиля погрузился под воду. Нигде не было видно гигантского бедствия, обвивавшего мост своими конечностями. Несмотря на их успешный побег, Хисон всё ещё был чрезвычайно взбудоражен. Он рухнул на землю и беспорядочно замахал руками, словно в конвульсиях. Слой асфальта на дороге был неглубоким, и от него во все стороны разлетался гравий каждый раз, как мальчик задевал когтями дорожное покрытие. Затем Хисону вдруг показалось, что его голова вот-вот взорвётся. Все его чувства — зрение, слух, осязание и обоняние — обострились до предела. Это было невыносимо больно. — Ха-а... Ха-а-а. Ах, больно. Он поднял руки и зажал ими уши. Все капилляры в его глазах полопались, окрасив кровью белки, и каждый мускул в теле сокращался. Кому угодно было понятно, что это ненормально. Югон не знал, что случилось с его старшим братом, но понимал, что произойдёт что-то ужасное, если он оставит его в таком состоянии. Он бросился вперёд и схватил Хисона. — Хён! Но сейчас Хисон даже не мог разглядеть своего младшего брата. Взмахом руки он отбросил прильнувшее было к нему крошечное тельце. И хотя оба они были ещё малы, старший из братьев учился в средней школе и собирался поступать в старшую, в то время как младший всё ещё был младшеклассником. Разницу в пять-шесть лет и разницу в телосложении было тяжело игнорировать. Югон легко и беспомощно повалился на землю. Однако тут же вскочил на ноги и снова подошёл к брату, не показывая и намёка на испытываемую боль. — Хён, что случилось? Ты в порядке? — Пусть всё прекратится, мне больно! Больно! Он бешено размахивал руками, царапая ключицы Югона. Футболка с изображённым спереди щенком была разорвана и запачкана кровью. Югон, стиснув зубы и терпя боль, сократил между ними расстояние. На этот раз когти царапнули уголок его глаза. В этом месте вспыхнула жгучая боль, следом за которой через ресницы и щёки потекла струйка горячей крови. Кровь из длинного пореза на веке попала в глаз, мешая видеть, но Югон не отпускал своего старшего брата. Он обнял его всем телом, двигаясь так, словно рядом с ним была бомба замедленного действия, вот-вот готовая взорваться, и терпел боль так, будто был готов умереть. Он чувствовал, что должен был это сделать. — Уф... Хисон, слишком долго корчившийся от боли, начал кашлять кровью. Его ноги и руки, одеревеневшие и выкрученные во все стороны, как если бы его ударило током, стали слабеть. «Всё действительно кончено? Мама, папа, хён и я — неужели мы все вот так умрём?» — задумался ошеломлённый Югон, весь покрытый кровью и рвотой — своей и своего брата. В этот момент в глубине его тела будто открылся небольшой проток. «Вода», которая до этого находилась в неподвижном состоянии, стала двигаться в одном направлении. Ощущалось это так, словно к резервуару подсоединили шланг. Тепло нежно потекло через вены его тела. Медленно, но верно Югон терял сознание, чувствуя, как по его телу проходят волны. Сколько прошло времени? Вскоре к мосту один за другим подъехали автомобили с государственными номерными знаками. Надпись на боках транспортных средств была чёткой. Штаб-квартира по контролю за пробуждением. Все люди, высыпавшие из машин, были одеты в тёмно-красную форму. Они двигались невероятно слаженно, контролируя место происшествия и вызволяя пострадавших. — Сейчас мы находимся на месте моста Кванан. Мост был полностью разрушен, и нет никаких признаков присутствия мутантных видов. Врата также... Ах. Пробираясь сквозь завалы с рацией в руке, мужчина коротко вздохнул. Его взгляд был устремлён в одну точку. — Обнаружены двое выживших гражданских, один из них пробуждённый. Он не зарегистрирован, но, полагаю, этот инцидент и спровоцировал его пробуждение. Есть также следы симптомов буйства. Оба несовершеннолетние. Родителей в поле зрения нет. Других выживших, кроме них, нет... Да, понял. Займусь их спасением. Пилик. Связь с электронным писком прервалась.