Allow me to be

2016 год.

Государственный университет Кореи.

      Омега не спал ровно три дня и три ночи, потому что его волнению, казалось, нет предела. Так он не переживал даже когда подавал документы в университет в котором уже обучается на третьем курсе. Феликсу, так зовут нашу омегу, двадцать лет и он ещё никогда так сильно не влюблялся, как сейчас.       Именно поэтому он на всех парах спешит на репетицию по чирлиденгу, чтобы выступить и поддержать баскетбольную команду его университета, в которой будет он — Ли Джи-Хён, самый горячий и амбициозный альфа по мнению всех омег, включая Феликса. У него были коротко стриженные каштановые волосы, тёмно-карие глаза, под лисий разрез, и тонкие ровные губы — слишком идеальный для омеги, но помимо всего этого альфа был в отличном теле, занимаясь баскетболом порядка пяти лет.       Альфа не раз бросал косые взгляды на омегу и подмигивал ему, что Феликсом уже расценивалось, как некое признание или прямой намёк на что-то большее. Даже дышать рядом с таким парнем, как Джи-Хён, было тяжко. Он так и испускал феромоны сексуального альфы, на что омега вёлся практически всегда. Его тело странно реагировало: постоянно потело, всё что ниже живота приятно тянуло, а между ног, в его присутствии, было очень влажно.       Феликс успевает последним залететь в спортзал, слишком запыхавшийся, и громко поприветствовать собравшихся игроков и других чирлидерш, отчего несколько людей, обернувшись в его сторону, похихикали. Сегодня крайний день подготовки к межвузовским соревнованиям, а завтра уже трибуны зала заполнятся людьми и их возгласами. Очень важный матч для альфы Джи-Хёна, который, при победе его команды, поможет ему в будущем, а конкретнее для дальнейшей карьеры спортсмена, так как приедут важные люди для отбора потенциальных новичков в сборную.       Омега застенчиво проходит мимо альфы. Его щёки начинают пылать, как только Джи-Хён начинает смотреть в его сторону, а после того как он приветствует его своей ослепительной улыбкой и словами: «Омежка, ты почти опоздал. Больше так не делай», — то Феликс теряет дар речи на пару секунд и не может даже пару слов связать. Просто, быстро промямлив что-то невнятное в ответ, убегает.       Феликс идёт до своей команды чирлидерш и тут же принимается за растяжку, так как остальные уже её сделали. Через пару минут к нему подходят и слабо шлёпают по попе.       — Эй, ты, маленькая сучка, хватит так растекаться перед ним, — слышится тихий смешок от друга, такого же омеги.       — Ничего не могу с собой поделать, — отчаянный вздох Феликса не сулит ничего хорошего, он уже на грани. На грани того, чтобы дать этому альфе в ближайшее время, так как скоро намечается его течка.       — Контролируй свою вагину! — восклицает напарник по команде и тут же тихо добавляет, так как уже словил пару недовольных взглядов за свой шум. — Она что у тебя проходной двор?       — Нет конечно! Я вообще-то, — Феликс краснеет и отводит взгляд в сторону. Говорить о том, что он ни разу не чувствовал член альфы у себя внутри как-то неловко, даже близкому другу.       — Я понял, — подмигивает напарник и так ехидненько улыбается. — Ах, ты многое теряешь, мой невинный омега!       — Да тихо ты, — шикает Феликс и налетает на друга, чтобы заткнуть ему рот лентой для растяжки. Тот немного брыкается, но вскоре сдаётся, и они снова начинают разминаться, чтобы начать полноценную тренировку.       Через пару часов никто уже не может стоять на ногах и координация у всех просто на нуле. Феликса раз сто, не меньше, поднимали в воздух, где он делал несколько отрепетированных ранее трюков. Иногда его резко могли подбросить на большую высоту, чтобы эпично словить в самый последний момент. А кто говорит, что чирлидинг — это просто красивые омежки в юбках, тому надо по лбу стукнуть.       Феликс так много и упорно тренировался, чтобы попасть в самую крутую команду его университета, которая уже не раз выигрывала различного рода награды, выступая и поддерживая своих игроков. В один момент ему даже показалось, что это и есть дело всей его жизни, что он немного забил на учёбу, но родители быстро ему вставили мозги на место, сказав, что тряска задницей его не прокормит, а вот диплом международных отношений вполне.       Тренировка закончилась, и он на ватных ногах плетётся обратно в общежитие, хорошо что до него нужно сделать пару шагов, а точнее перейти дорогу от университета. Омега нажимает на кнопку у светофора и смело шагает вперёд, когда ему начинают сигналить машины. Его резко тянут назад, что он даже не успевает опомниться.       — Что такое? — омега утыкается в широкую грудь напротив и вдыхает освежающий ароматом мелиссы. Он чувствует руки на своей талии и вздрагивает.       — Тш, детка. Ты хоть по сторонам смотри, — альфа кокетливо улыбается, притягивая омегу ещё ближе к себе. — Привет, Феликс, — тихо добавляет он, смотря прямо в глаза.       — П-привет, Джи-Хён, — Феликс пытается собраться с мыслями, но всё, что занимает их сейчас находится в паре сантиметров от его рта. Омега кусает нижнюю губу и снова отводит взгляд в сторону. Айщ, течки не миновать.       Джи-Хён выпускает омегу из своих объятий и выравнивается с ним, переходя дорогу вместе. Они расстаются на лестничной площадке в самом общежитии, так как Феликсу нужно на этаж выше.       — Детка, удачи нам в среду! — улыбается альфа, смотря снизу вверх. Феликс кивает и тихо добавляет, что-то по типу: «да, удачи нам». Джи-Хён становится на одну ступеньку выше, почти вплотную к омеге. — Можно после пригласить тебя на свидание?       Внутри себя Феликс готов пищать, и чуть ли не на голове стоять, но снаружи держиться стойко, глубоко вдыхая воздух, перемешавшийся с ароматом альфы и спокойно отвечает.       — С удовольствием, — он разворачивается и быстро убегает до своей комнаты, чтобы там проораться во всю мощь.

Среда.

Межвузовские соревнования по баскетболу.

      Вот и настал тот день, ради чего студенты спортсмены готовились не покладая рук, но если быть точнее и всех своих конечностей, начиная с головы и заканчивая ногами, потому как первое болело из-за дикого стресса, а второе гудело из-за долгих и упорных тренировок.       Феликс не был исключением, вдобавок ко всему у него в этот период начались красные деньки, а за ними тут же должна была начаться первая в его жизни течка. Как он это понял? Не сложно. С самого утра у него буквально всё горело между ног и зудело. Он, конечно, мог всё списать на сухость в эти дни, но нет, его смазки становилось наоборот ещё больше. Благо до начала мероприятия он успел быстро сгонять в аптеку за специальными тампонами предусмотренными в течку, которые могли впитывать в два раза больше всех выделений. Омега был на готове. Сегодня ничего не должно было испортить его выступление и их команда альф должна была выиграть эти соревнования…

* * *

      Тело буквально горит, даже прикасаться к своей коже было сродни пытке. Феликс выбегает из спортивного зала, где в разгар игры у него начинается течка. Слава богу, он, хотя бы отвёл своё выступление по чирлиденгу, настраивая команду на победу.       Омега влетает в ближайщий туалет, даже не посмотрев кому он принадлежит, и опускается над умывальником, окатывая себя холодной водой. Он чувствует как по его ляжкам течёт. Чёртовы маркетологи говорили, что их тампоны впитывают до 30 мл смазки — чушь собачья.       Феликс сгибается, опираясь руками по обе стороны от раковины, невыносимо терпеть эту боль, которая сопровождается острыми покалываниями внизу живота и диким желанием альфьего узла внутри себя. Да не абы какого, а конкретного. Хотя если омега проведёт ещё пару минут в этом аду, то и любой уже может сойти, но не сегодня.       Двери туалета резко распахиваются, откуда следом появляется альфа, который сейчас так необходим. Его запах чувствуется моментально и Феликс вдыхает его полной грудь, жалобно постанывая от новой резкой боли и внезапно нахлынувшего возбуждения.       — Феликс, детка! Что ты тут делаешь? — Джи-Хён подходит так близко, его самого ведёт от сладкого запаха омеги, что-то на подобии персика, но вперепемешку со сливками — чудно. Альфа облизывается, ведёт языком по внутренней стороне щеки и подходит сзади омеги, шепча уже тому на ухо. — У тебя течка, омега, и ты в туалете для альф. Ты в курсе?       — Джи-Хён, — жалобно скулит Феликс и сам подаётся назад, чтобы потереться об пах альфы. — Помоги мне.       Альфа начинает борьбу внутри себя. Не так он, конечно, представлял их первый раз. Да и к тому же через пару минут начнётся второй тайм, который ему не следует пропускать, так как его позиция — разыгрывающий защитник. Джи-Хён мечется между тем, что бы уйти и присоединиться к своей команде и тем, что бы сделать этого омегу своим — раз и навсегда. К тому же Феликс сам его об этом просит. Альфа подпирает двери туалета рандомной шваброй, что была по близости, и снова пристраивается сзади омеги, чтобы приподнять его юбку, вместе с этим спустить его нижнее бельё до колен, и увидеть того в неглиже.       Альфа проводит рукой по одной из сочных половинок, сжимая её, и оттягивает в сторону, чтобы посмотреть на влажные половые губы, по которым уже стекает сладкая смазка. Пальцы скользят по нежным и столь чувствительным складкам, мягко их раздвигая. Джи-Хён опускается на колени, чтобы быть ближе к этому чудному местечку, и высовывает свой язык, чтобы добраться до малых губ и слизать с них соки.       Феликс вздрагивает и издаёт приглушённый писк, кусая обратную сторону ладони, чтобы не шуметь.       — Ммм, такой вкусный. Самая сладкая киска, которую я когда-либо пробовал, — бормочет альфа, когда его язык достигает клитора и начинает его неспешно стимулировать круговыми движениями.       Феликс ложится на раковину и оттопыривает свой зад ещё выше, чтобы альфе было удобней вылизывать его. Громкие чавкающие звуки, вместе с гортанным рыком альфы, разносятся по всей комнате.       Как же омеге сейчас хорошо. Пусть он и не думал о том, что его отымеют в туалете университета, да к тому же в туалете для альф, но Феликсу уже абсолютно всё равно, лишь бы этот юркий язык не останавливался и делал своё дело. Бёдра сами пошатываются, насаживаясь на влажный и горячий орган, а омега уже думает о том, что хочет большего, не просто язык между ног.       — Джи-Хён… Альфа, — зовёт Феликс. — Прошу вставь мне его. Я больше не могу это терпеть.       — Ты точно этого хочешь? — Альфа отстраняется, на полпути стягивая с себя баскетбольные шорты. И так невзначай уже начинает тереться своей горячей плотью о складки, собирая с них вязкую смазку с запахом персика. Феликс тихо постанывает. Он чувствует, что с каждым касанием альфы, по его телу проходят короткие колющие разряды — это так возбуждает.       — Д-да, сейчас, — постанывает омега.       Джи-Хён входит в эту узкую дырочку с особой осторожностью, зная, что у Феликса он первый и ему сносит крышу от этих мыслей. Он кладёт свои ладони на такую тонкую и изящную талию омеги и начинает неспешно двигаться, проталкивая свой член глубже. Феликс течёт во всех смыслах этого слова. По его внутренним сторонам бёдер льётся липкая смазка, а голова становится сахарной ватой, такой воздушной и лёгкой, что омега не думает ни о чём кроме узла альфы в себе.       — Быстрее, Хён. Хочу твой узел, ну же, — Феликс говорит быстро и едва разборчиво, потому как к словам подкрепляются его стоны и отчаянные мычания.       Альфа начинает набирать скорость, но всё так же аккуратно толкаясь в мокрое влагалище, которое вместе с половыми губами сжимает его до невообразимых приятных ощущений. Пальцы альфы находят заветное местечко — клитор и начинают неспешно массировать его в темп своим размеренным, но уже глубоким рывкам. Каждый раз, когда Джи-Хён проникает ещё резче, омега громче всхлипывает, впадая в раж. Живот уже не так тянет, по крайней мере, это уже не те острые ощущения боли, а скорее он чувствует жар внутри и лёгкое покалывания клитора, когда пальцы альфы ловко кружат там.       — Джи-Хён, я скоро… Совсем чуть-чуть, — омега задыхается, быстро хватая воздух ртом. Его бёдра сами начинают толкаться назад и вперёд, предшествуя скорое окончание. Феликс чувствует, как член альфы внутри него становится всё более твёрдым и это доводит его до финала слишком быстро. Он так сильно сжимается вокруг его члена, что тот громко рыкает и следом добавляет.       — Я тоже, я тоже. Держи, детка, мой узел. Прими его всего, — с натяжкой заканчивает Джи-Хён.       Феликс чувствует, как стенки его влагалища, буквально, начинают распирать изнутри. Он становится таким заполненным и это ощущается так приятно и так правильно, что он закатывает глаза, пропуская узел альфы всё глубже и глубже, давая ему кончить в него, заполняя целиком своим семенем.       Оба отрывисто дышат, когда приходят к общему финалу и остаются в сцепке на некоторое время.       — У нас ведь будет свидание? Это ничего не отменяет? — тихо спрашивает Джи-Хён, дыша куда-то в затылок омеги, тот вполоборота поворачивается к нему лицом.       — Конечно, ты от меня так просто не отделаешься, — хихикает Феликс и становится прав. Через пару свиданий, совместных вечеров и страстного секса, они оба понимают, что не могут теперь друг без друга. Проходит ещё пару лет, которые понадобились им для окончания университета и устройства на работу, но это не помешало им обвенчаться где-то на Мальте и принять решение о том, что их должно быть больше, чем двое.