Мы такие разные.

Однажды, после долгой и изнурительной миссии, Изуку возвращался в штаб. Он чувствовал усталость, но в то же время в его сердце горело желание узнать, как обстоят дела у его товарищей. Когда он вошел в помещение, его внимание привлекла необычная сцена: на полу, окруженный группой Хаширов, лежал мальчик. Его звали Тандзиро. В руках Санеми, одного из самых грозных Хаширов, находилась коробка, внутри которой прятался демон. Все вокруг выглядели напряженными, и Изуку сразу понял, что мальчику грозит серьезная опасность. Подойдя ближе, Изуку почувствовал, как нарастает напряжение в воздухе. Он заметил, что Тандзиро смотрел на них с широко раскрытыми глазами, полными страха и ожидания. В этот момент Санеми, заметив его, резко обернулся, и его лицо исказилось от недовольства. — Какого черта ты здесь делаешь? — грубо спросил он, не скрывая своего раздражения. Изуку, выдержав несколько секунд молчания, спокойно, но с холодком в голосе ответил: — Просто хотел узнать, что происходит. Санеми посмотрел на него с недоумением и подозрением, затем фыркнул и отвернулся. — Не твое собачье дело, — отрезал он, явно не желая слушать. Это вызвало у Изуку раздражение. Он пристально взглянул на Санеми и ядовито произнес: — А я тебя не спрашивал. Санеми резко обернулся, его глаза сверкнули гневом. — Слушай, умник… кем ты себя возомнил, чтобы разговаривать со мной в таком тоне? — произнес он, поднимая голос. Изуку проигнорировал его угрозы и перевел взгляд на Тандзиро. Мальчик, казалось, был на грани слез, и это чувство защищенности внутри Изуку только усилилось. Он понимал, что его вмешательство может привести к неприятностям, но не мог оставить Тандзиро в беде. Внутри него росло желание защитить мальчика, несмотря на опасность, исходящую от Хаширов. — Я здесь, потому что считаю, что Тандзиро не заслуживает наказания, — сказал Изуку, стараясь говорить уверенно. Санеми нахмурился, а остальные Хаширы обменялись обеспокоенными взглядами. В этот момент напряжение достигло своего пика, и все ожидали, чем закончится этот конфликт. — Ух ты... малыш Тандзиро в беде, да? — усмехнулся Санеми, словно они уже встречались раньше. Внезапно вмешалась одна из Хаширов — Шинобу, которая закричала на Изуку: — Он не просто в беде... его ждет казнь! Изуку бросил на нее короткий взгляд. — Нет, даже если он путешествовал с демоном, она никого не убила, — отстраненно произнес он, чувствуя, как его уверенность начинает колебаться под давлением окружающих. Обанаи прищурил глаза, внимательно смотря на Изуку. — Вы не собираетесь сказать, что его следует помиловать? — спросил он с явным презрением. Изуку встретил его взгляд и кивнул. — Именно так я и думаю. Обанаи тут же бросил на него ненавистный взгляд. — Вы заблуждаетесь, если думаете, что корпус позволит ему избежать наказания, — ядовито ответил он. Изуку холодно посмотрел на Обанаи. Нет, он не допустит этого. Он снова перевел взгляд на Тандзиро, который, казалось, искал в его глазах поддержку. — Тебя не казнят. Я поговорю об этом с Кагаей-сама, — сказал Изуку, уверенно сжимая руку Тандзиро. Мальчик смотрел на Изуку с удивлением, его глаза наполнялись надеждой. Остальные Хаширы обменялись недоверчивыми взглядами, не ожидая, что он скажет такое. — Мастер даже не станет слушать тебя, — сказал Игуро, и большинство Хаширов согласились с ним. Изуку просто бросил на них холодный взгляд, затем, взяв Тандзиро за руку, направился к особняку Убуяшики, который находился прямо перед ними. Внутри него раздавались крики и возмущения, но он игнорировал их, сосредоточившись на том, что должен сделать для защиты мальчика. Когда они вошли в особняк, Кагая-сама уже ждал их. Он обернулся, почувствовав присутствие Изуку, и на его лице отразилось удивление. — Здравствуйте, Мастер... — произнес Изуку, опустив взгляд на пол. Кагая-сама слегка улыбнулся в ответ. — Ты можешь встать… рад снова тебя видеть, дитя мое. Изуку встал, чувствуя, как волнение охватывает его. Он понимал, что сейчас зависит судьба Тандзиро. — Извините за беспокойство, но я пришел из-за этого мальчика, — сказал Изуку, указывая на Тандзиро. — Его несправедливо судят другие Хаширы за то, что его сестра — демон, хотя она никого не убивала... Тандзиро внимательно слушал, удивленный тем, что кто-то за него заступается. Он чувствовал, как в его сердце загорается искра надежды. Кагая-сама задумчиво кивнул. — Хм... Понятно... Я понимаю, почему другие хотят его казнить. Но вы говорите, что его следует помиловать? Изуку утвердительно кивнул, глядя на Мастера. — Да... если его сестра убьет хоть одного человека, вы казните нас обоих, — уверенно произнес он. Кагая-сама немного помолчал, затем слегка кивнул головой. — Хорошо, я доверюсь твоему суждению в этом вопросе... Тандзиро смотрел на Изуку большими глазами, полными удивления и благодарности за его защиту. Изуку сам был удивлен, но также рад, что ему удалось убедить Мастера. — Спасибо, Мастер... — Это не проблема, дитя мое, — улыбнулся он. Тандзиро, переполненный благодарностью, смотрел на Изуку, и в этот момент между ними возникла особая связь, основанная на доверии и понимании. Через несколько минут Изуку вышел из особняка Кагаи-самы, за ним следовал развязанный Тандзиро. Снаружи большинство Хаширов ждали их, глядя с различными выражениями на лицах: замешательство, гнев, недоверие и прочее. Как только Изуку вышел, Тенген широко раскрыл глаза. — Его не казнят?! Маленький негодяй будет жить?! — удивленно воскликнул он. Изуку взглянул на них. — Да, он будет жить. Большинство Хаширов уставились на него, ошеломленные тем, что ему удалось убедить Мастера помиловать Тандзиро. Обанаи свирепо посмотрел на Изуку. — Какого черта ты убедил хозяина помиловать его? — спросил он с ненавистью в голосе. Изуку холодно ответил, почти ядовито: — Потому что он доверяет мне больше, чем вам, садистам. Слова Изуку повисли в воздухе, и напряжение, которое царило вокруг, стало почти осязаемым. Каждый из Хаширов понимал, что на кону стоит не только судьба мальчика, но и их собственные убеждения. Тандзиро, стоя рядом с Изуку, чувствовал, как его сердце бьется быстрее, полное надежды и решимости.