Конечной станции нет, только багаж

      — Да уж, — говорит Стив, — как-то… неловко вышло.       Что касается наречий, неловко — это мягко сказано. Если бы перед ним был любой другой агент ГИДРы, окружённый ничего не подозревающими гражданскими посреди почтового отделения в обеденный час, Стив мог бы подобрать другое определение. Например, чрезвычайная ситуация. Или приведёт к грёбаным убийствам в большом количестве. Или он вообще мог бы пропустить наречие и перейти прямо к глаголу, в смысле действию, и засадить ему в челюсть.       Вот только тот, кто собирается захватить почтовое отделение, — это Зимний Солдат, а он постоянно появляется в самые неподходящие моменты, чтобы расстроить планы Стива. В такие моменты, когда, например, его друг погиб, или погибает, или Стиву нужно приземлить хэликэрриер, или когда у него был тяжёлый день и он не очень хорошо выглядит. Как сейчас. Сейчас, когда на нём вчерашний свитер, шорты-бермуды и кроссовки для бега, а в руках пакеты с покупками, потому что он был в супермаркете, когда Наташа прислала ему наводку на захват почтового отделения, и у него не было времени забежать домой.       По крайней мере, на этот раз он не залит кровью.       — Ну серьёзно, — продолжает он, когда Солдат только моргает, глядя на него, как котик, — кто, к чёрту, нападает на почтовые отделения? ГИДРе делать больше нечего?       На минуту Солдат задумчиво сводит брови. Не заметно, чтобы он был вооружён, и маски и защитных очков на нём больше нет, хотя он и одет в таком же стиле зомби-шик, как в прошлый раз: кожаная куртка, штаны-карго, берцы, весь в чёрном с головы до ног. По сравнению со Стивом, он выглядит как рок-звезда смерти.       — Я не с ГИДРой, — говорит он. — Уже нет.       — О, — Стив начинает понимать. — Оооо.       Он думает, но не спрашивает вслух, не связаны ли эти внезапные изменения в карьере с таинственной рукой, которая вытащила его из Потомака. Он не хочет сделать ситуацию ещё более неловкой, чем она уже есть.       — Ага, — говорит Солдат. — Я теперь на фрилансе.       — На фрилансе и занимаешься чем, ограблениями почтовых отделений?       Солдат кривит губы, нетерпеливо или, может быть, недовольно. Стив не ожидал, что его лицо под маской может быть настолько выразительным.       — Можно и так сказать. Под этим зданием закопан инопланетный артефакт, остался с тех пор, как приходили боги. Всю неделю он испускал странные тепловые сигналы. Если мы его быстро не достанем, рванёт.       — Да? — скептически переспрашивает Стив. Его пакеты с продуктами бьются о его бедро. — А кто это мы?       — Я, — отвечает Солдат. — И ты. Раз уж ты здесь. Как обычно мешаешься под ногами.       Его лицо — которое, на самом деле, должно принадлежать модели на подиуме, а не киборгу-убийце, — демонстрирует, что именно он об этом думает, с помощью очередной хмурой гримаски.       — Но, — начинает Стив, пытаясь найти уважительную причину, которая не сводилась бы к тому, что ты же буквально пытался меня убить пару месяцев тому назад. Он взмахивает пакетами с продуктами:       — Йогурт испортится.       Солдат пристально смотрит на гигантский контейнер замороженного йогурта. Он прищуривает глаза, словно перед ним сложная математическая задача.       — Может тогда, — начинает он, с чуть заметной надеждой в голосе, — мы его сейчас съедим?