Принцип бумеранга

За узорным окном весело танцуют снежинки, их ускоряет разгулявшийся ветерок. По телевизору идёт какая-то американская глупая комедия, над которой хохочет белокурая красотка с кукольным лицом. Глаза её зелёные, точь-в-точь как у ведьмы, а кожа мраморная, как мягкий фарфор. Недавно девушка в нежно-розовой пижаме съела целое ведро мороженого и пару шоколадных батончиков. О диете сегодня не было и речи. Говорят, сладкое поднимает настроение и дает ощущение прилива сил, которые естественно Яне не помешали бы. К своим двадцати пяти годам не научилась различать у мужчин влюбленность и желание удовлетворить свои потребности. Очередной парень из интернета пытался залезть к ней в трусы и бесцеремонно потрогать за пышную грудь. Все те придурки, с которыми она пыталась встречаться оказались именно такими. Чтобы доверить своё тело нужно быть, как минимум, уверенной в том, что это надежный человек. Когда-то ещё в школе она, может быть, и доверилась одному парню, да только Дашка, которую Яна не любила с первого класса, опередила её, тем самым переспав с самым крутым парнем в школе. И с тех пор поняла, что никому в этой жизни верить нельзя. Родители спать ложились в надежде, что их дочь образумится и перестанет посвящать всю свою жизнь свободе, но чудо не происходило. Желание с кем-то знакомиться приравнивалось к нулю. И вновь она в полном одиночестве сидела на диване, смеяясь сквозь слёзы, а за окнами продолжалась зимняя сказка. К какому времени уснула, Яна и не помнила, только открыла один глаз, потому что её сон прервал звонящий телефон. — Янулькин, ты спишь? — во всю трещала возбужденная Ритка, и не спалось же ей пятого января в девять часов утра. — Нет, освобождаю пленных, — съязвила девушка, заметив рассыпанные чипсы на полу. — Ты чего хочешь? — Ты чего такая злая, снова свидание провалилось? — с неким сочувствием спросила подруга. — Ещё как! Он оказался женатым кобелиной, — нашла силы, чтобы встать. — И как таких только земля носит? — Не расстраивайся, Янулька, пойдем сегодня в клуб, может отвлечешься, — как могла, пыталась подбодрить девушку. — Я пас. Никаких больше знакомств, ни в клубах, ни в интернете. Лучше умру старой девой и заведу сорок, хотя чего мелочиться, сто кошек! — разгневалась девушка. — Да ну тебя, просто твой принц ещё не родился, — засмеялась в трубку. — В твоей жизни ещё будет Галкин, — продолжила смеяться Ритка, вот только Яне и вовсе до смеха не было, ибо её фамилия впрямь была с рождения Пугачёва. Ритка Смородина не упускала момента, чтобы не посмеяться с подруги. Она привыкла к таким шуткам, но за десять лет они явно устарели, да и что скрывать, злили. — Ладно, прости, — после истерики всё же произнесла девушка. — Я чего хотела рассказать. Вчера мама мне позвонила и сказала, что Дашка замуж выходит. Сначала не поверила, а потом зашла к ней на страницу, у неё цветочки там, колечко. Представляешь? — не прерывисто говорила Ритка. Лишь только при одном упоминании Фроловой нервная система Яны закипала, как электрочайник. И вместо того, чтобы обрадоваться, Яна заметно занервничала. — Ну и что. Мне какое дело? — старалась быть равнодушной, но так хотелось спросить то, на что Маргарита, словно покопалась в её мозгах и выдала. — За Бурина. Марата, — тихо произнесла в трубку, чтобы её не услышали во дворе. В области груди как будто что-то треснуло, пошло по швам, а на глазах застывали слёзы. Зачем только Смородина сообщила ей об этом? Знала же, что причинит этим боль. Знала, как убивалась по Марату, как в три ручья рыдала, своими слезами могла полить весь дачный огород бабушки. Что такого в этой проклятой Фролове, чего нет у Яны? У Пугачёвой всё на месте, и даже лучше в каких-то местах. Чего не хватало? Уверенности? Смелости? Чего? — Ты это, Ян… — виновато произнесла подруга. — Не серчай, я не хотела умалчивать. И таким образом пыталась подтолкнуть тебя к разочарованию. — У тебя это получилось, — шмыгнула носом. — Хорошо, пойдем в клуб. Потанцуем, — последнее, что сказала подруге и отключалась. Весь оставшийся день пролежала, как бесполезный мешок со старыми игрушками, пытаясь настроить себя ненавидеть парня, который обещал быть рядом каждую минуту. Как он мог уйти от неё к некрасивой Дашке. У неё же шнобель длинный и глаза маленькие. Дымит, как самовар, и пьёт пиво, как папин друг – дядя Слава. Как же несправедлива эта жизнь всё же? Готовить совершенно не было никаких сил, поэтому ближе к вечеру подкрепилась «Дошираком», умылась холодной водой, накрасила губы в ярко-алый цвет, надела блузочку с вырезом, короткую юбчонку, розовое пальто и сапожки на высоком каблуке. Пришло время перемен. Пора выходить из зоны комфорта! — Выглядишь бомбезно, — оценила подругу Маргарита, что выглядела ничуть не хуже подруги. Тёмные волосы идеально лежали на спине, цвет её карих глаз подчеркнули ровные стрелки и нарощённые ресницы, стройную фигуру облегало черное платье, а хрупкое тело согревала белоснежная мини шубка. — А сама-то, — хихикнула Яна, пытаясь казаться в хорошем расположении духа. — Нас ждёт такси, — поторапливала Яну Маргарита, вытащив в подъезд. Когда за ними закрылась дверь, а на улице дожидалась девушек белая Тойота. В клуб они попали быстро, им повезло, по дороге не было пробок. На что Ритка отметила: сегодня их ждал незабываемый вечер. Отдых начался с коктейлей, затем две красивые девчонки отожгли на танцполе, потом коктейли и так ещё пару кругов. Пока на столе не брякнул мобильный. — Кто там? — с любопытством спросила Рита, на что Яна пожала плечами. — Неизвестный номер, — чуть одурев от коктейля, произнесла девушка. Но ей продолжали настойчиво звонить. — Ответь, не отстанут же, — выдала подруга, кусая трубочку. Её стакан опустел. — Бармен, повтори-и-и! — крикнула Маргарита, да так, что в ушах Яны начало закладывать. — Слушаю, — наконец-то ответила на звонок надоедливого абонента. — Алло? Вас не слышно! — прокричала девушка с длинными светлыми волосами, закрывая одно ухо пальцем. В клубе играла громкая музыка. — Ян, это Марат, — расслышала она, после чего в груди забилось предательски сердце. И начали расцветать в душе цветочные бутоны. — Ты уже, наверное, слышала, что у меня скоро свадьба, — неожиданно произнес до дрожи любимый голос, но расцветающий сад начал темнеть. И она боялась что-либо говорить сейчас. — Звоню по поводу приглашения на свадьбу. 17 января ждем тебя в «Орхидеи», на восемь вечера. И всё в миг обросло сорняками. Рука с телефоном задрожала, а другая закрыла рот, чтобы не издать ни звука. Хотелось заорать вне себя и громко завыть. — До встречи, — бросил он трубку. Рита, что пыталась флиртовать с барменом, взволнованно посмотрела на подругу. — Что там? — поинтересовалась Смородина, да только Пугачёва её не слышала уже. — Бармен, виски! — со слезами возгласила. Сначала пошла первая стопка, а затем вторая. После пятой Яна сбилась со счёту. Её грызла обида, хотелось натворить каких-то ужасов, но чёртовы собственные рамки были выше. Она не смогла осмелиться на знакомство с кем-то. Деньги на такси кончились, все были оставлены в баре. Домой Яна решила отправиться раньше подруги. Девушка ещё успевала на последний автобус, который шёл до конца. За остановкой ей пришлось проблеваться, привлекая внимание присутствующих. — Всё хорошо, это лишние напитки, — пыталась отшутиться, придерживаясь за остановку. Её ноги устали от высоких каблуков. Хотелось поскорее лечь спать и забыть этот долбанный день. Люди с осуждением смотрели на блондинку. С виду была мила, но вот перегар её отвратный. Кто-то осуждающе качал головой. Ну и пусть. Автобус прибыл через двадцать минут, и к её огромному сожалению, заполнен. Она встала в самом конце, повернувшись к окошку. От её дыхания запотевало окошко в транспорте, пыталась вытирать рукавом своего пальто и по-дурацки улыбаться через силу, да только желание расплакаться было велико. С каждой остановкой автобус заполнялся людьми, и несмотря на позднее время, становилось тесно. Куда же могли все ехать сейчас? Яну начинало укачивать, ноги просили пощады, колени подгибались. Но её воодушевило что-то упругое, похожее на затвердевший снежок, только обжигающий её попу, как пламя. Ранее она ничего подобного не ощущала, и тут же выровнялась, только сделала ещё хуже. Ощущение стало плотнее. — Ты осторожнее, а то придется задрать тебе юбчонку, — приятный мужской голос заставил дыхание затрудниться. У Яны участился пульс. Она старалась не думать о том, что могло быть позади. И от чего её кружевные трусики повлажнели. Щеки начали полыхать лишь от одного осознания того, что это был мужской половой орган. Никогда ещё не испытывала адского прилива возбуждения. Она протерла ещё раз рукавом стекло, увидев искаженное отражение высокого человека противоположного пола. Кто-то с очень тёмными волосами тянул свои руки к девичьему телу. И Яна уверена, что будь она трезвой, завизжала на весь автобус. Но мысли, как проклятое наваждение, порождали дикие, нечеловеческие желания отдаться незнакомцу с горячим телом. Человек понял, что пьяная девушка, которая развязно выглядела в отражении того же автобусного окна, была не прочь чего-то экстремального. Да и он из ряда «оторв». Его ладонь легла на внутреннюю сторону бедра, задирая её кашемировую и без того короткую юбку. Такое с ним происходило впервые. Никогда ещё не вызывали у него такой сексуальный интерес, как эта невысокая барышня, пахнущая парфюмом спелой вишни и вместе с тем перегаром дешёвого виски. Но эта была малость того. Его заводили хорошо очерченные изгибы талии. Была женственной и в тоже время хрупкой. Что заставило её так напиться? Мужские пальцы касались полосочки трусиков, если бы не капроновые колготки, то Игнат прямо здесь и сейчас прижал к окну автобуса и до конца поездки трахал, совершенно не стесняясь пассажиров, что ехали с ними. — Какой ужас, что вытворяют, — шептала какая-то горбатая старушка, сидящая за креслом. — Это уже ни в какие социальные рамки не входит, — выдала та. — Зоя, ты только глянь-ка. Чего удумала молодёжь, — продолжила осуждать, да только парню с агрессивным видом было всё равно, что о нём скажут люди, в отличая от Яны, что краснела, пуще варёного рака. — Ишь развели тут Камасутру. Бесстыдники! Водитель, здесь извращенцы! — противно заверещала вторая, начиная размахиваться своей деревянной палочкой. Парень опустил подол юбки. Яна выдохнула, но транспорт резко затормозил и парень повалился на незнакомку. Его каменные мышцы ощущала девичья спина. — Эй, ты как? — зачем-то спросил у неё об этом, но в этот самый момент, Яна не смогла сдержать себя и содержимое желудка оставила на какого мужика, сидящего впереди. — Простите, — заговорчески произнесла она, а в желудке происходила революция, сопровождающаяся урчанием. — Эй! — возгласил мужчина, чьи ботинки были сейчас заблёваны. — Ты мне вылежишь их! — возмутился мужик в пуховике, затем Яну настигла ещё одна волна тошноты. Ей ужасно стыдно. Сегодня самый отвратный день в жизни. Человек, которого она любила на протяжении восьми лет, женится на девчонке, которую не переваривает с первого класса, какой-то чувак возбудил её в автобусе и ей неожиданно захотелось отдаться ему, а ещё теперь и это. — Хлебало завали, дятел! — голос того же парня прозвучал угрожающе. — Не видишь, девчонке плохо? - заступился за неё молодой человек. — А ты вообще рот закрой, малолетний извращенец! — огрызнулся мужик, после чего разгорелся конфликт. Дело чуть не дошло до драки. К партии «не закрывающего рта» присоединились бабки. Следующая остановка стала для неё последней. Девушка выскочила из автобуса и как можно скорее пошагала вперёд. Ей бы не хотелось принимать участие в транспортном водевиле, да и чувствовала себя весьма противно. — Эй, Белочка! — окликнул её тот же парень. Он вышел следом за ней. Не хотел отпускать просто так девушку, что с умела возбудить его, при этом не прикладывая особых усилий. Всё это время Яна прятала глаза от незнакомца, и боялась смотреть на того, кто прилюдно лапал её в автобусе, и даже собирался нагнуть. Но она уже пьяна, и ей нечего было бояться! Нужно действовать решительно. Пока пьяна. В другой раз не решиться. — Давайте переспим! — для того, чтобы сказать о таком, пришлось сжать руки в кулак. Это не просто было стыдно, это было невыносимо позорно. Но она хотела переступить через себя, попытаться забыть Марата и ощутить в себе мужскую плоть, ведь человек из автобуса воспалил в ней скрытое желание. Резко повернувшись к незнакомцу, она не ожидала увидеть перед собой такого парня. Мало того, что был выше на две головы, так ещё и агрессивной внешности: с виднеющимися тату на шее, которые еле скрывал воротник косухи и торчащее горлышко чёрной водолазки. Свободные штаны того же цвета и берцы. Левую рассеченную бровь закрывала чёлка тёмных, как смоль, волос. Несмотря на готический стиль и бледную кожу, был плечистым и крепким. Яне вдруг стало не по себе. На неё смотрели выразительные голубые глаза, а уголки полных губ изобразили улыбку. Игнату всегда везло с противоположным полом. Но чтобы хоть одна девушка предложила первой подобное — впервые. — Мне нравится твоя смелость, — коснулся острого подбородка Яны, и накрыл девичьи губы дерзким поцелуем, заталкивая язык в рот, давая понять незнакомке всю свою решительность. Её волосы в танце развевались на ветру, его тело становилось напряжённым. Снова прохожие глядели на бесстыжих безумцев. Эта история о тех, кто верит в любовь с первого взгляда, но не с первого поцелуя…