Молоко кокоса

      – Я видел наших матросов, капитан, – не теряя ни минуты, сразу, как только зашел в домик и увидел капитана, выпаливает старпом.       Это ведь первый раз, когда Тэхён увидел их здесь, всех десятерых, помимо матросов и боцмана он также заметил и Хосока. Со всеми все было в порядке, поэтому Тэхён искренне обрадовался, видя своих подчиненных. Внутри разрождалась надежда, что и с остальными его коллегами все в относительном порядке.       – Что? – капитан присел на все ту же кровать, на которой до прихода старпома лежал – делать ведь больше нечего в этой комнатушке.       Тэхён прошел к своей кровати, чтобы взять полотенце и сменную одежду в небольшой тумбочке рядом.       – Да. Я случайно вообще их увидел. Мы просто гуляли вокруг очередного кустарника, и вдруг я услышал, как матерится боцман, – Тэхён закатил глаза, что еще можно ожидать от боцмана? – А когда я повернулся на звук, увидел всех. С ними все в порядке, капитан.       – Ты говорил с ними? – Чонгука вот, сколько уже водят по разным «углам» острова, но он ни разу не пересекался со знакомыми лицами.       – Нет, они были далеко от меня. Да и рядом было много местных, не хотелось нарываться на неприятности.       Взяв уже все необходимое, Тэхён скрылся в душевой, он такой грязный, а все из-за клоунов, которым показалось забавным заставить его чистить бананы – много бананов. Как ему объяснили позже, из почищенных бананов, местный повар будет готовить жареные лепешки, поэтому необходимо было подготовить главный ингредиент. Но грязный он вовсе не из-за бананов, которые довольно аккуратно почистил и сложил в большой таз. А из-за того, что Аарен разбросал кожуру вокруг их рабочего места, а Тэхён запнулся, когда проходил мимо. Итог: грязная и липкая от банановой кожуры одежда, и такая же грязная и липкая кожа, ведь ткань его одежды тонкая.       Тэхён вернулся в домик намного позже за Чонгука, Чонгук заметил, что уже начало вечереть. Восемь вечера? Он мог бы посмотреть на часы Тэхёна, которые тот прятал под матрасом – очевидно плохая идея для тайника, но другого места не было, а если учесть то, что на время они смотрели часто, то под матрасом было самое удобное место. Но рыться в чужих вещах, Чонгук себе не позволяет. Когда Тэхён сообщил о том, что видел матросов, Чонгук облегчено выдохнул во второй раз – первый был тогда, когда о матросах говорил Юнги.       – Капитан, я вот о чем задумался, – спустя минут десять после того, как вышел из душа, заговорил Тэхён, стоя у окна и выглядывая местного парнишку, который должен уже принести обещанные банановые лепешки.       – О чем?       Чонгук лежал на спине, держа руки за головой, и смотрел в потолок.       – Какая наша роль в их празднике? – Тэхён хотел об этом поговорить.       – Быть их компромечидо? – усмехнулся капитан. Это слово не называл в их сторону разве что ленивый.       – Я серьезно, капитан.       – Я тоже.       Тэхён повернулся в сторону капитана, и встретился с тем взглядом. И вправду серьезен.       – Но, что нам нужно будет делать? – секунд через тридцать их гляделок, Тэхён увел взгляд и повернулся обратно, смотря в окно.       – Завтра как раз узнаем, нет смысла угадывать.       Чонгук если бы знал, что конкретно для них готовит завтрашний день, то поделился бы этим без раздумий. Но проблема в том, что он не знает, а придумывать и сочинять неизвестное он не в состоянии.       Тэхён кивнул. Капитан прав, какой смысл гадать, если итог все равно будет иным.       Мальчишка с едой прибыл к домику, быстро сгрузив на столик тарелки с едой и напиток, после чего молча удалился. После того, как капитан и старпом насладились едой – банановые лепешки были очень вкусными – они погрузились в сон.       Завтра будет важный день.       Но для местных ли?

***

      – Охренеть просто! Я тащусь сюда, дважды едва ли не попадаясь местным и трижды запутываясь в кустарниках, из-за чего расцарапал себе все руки, и все для того, чтобы что? – возмущался боцман, стоя посреди комнаты в домике капитана и старпома. – Для того чтобы увидеть вас, искренне ждущих меня, а не пускающих слюну и глядящих пятый сон!       Первым среагировал капитан, которого вырвали из сладкого сна, и нет, он не пускал слюну.       – Юнги, ты чего здесь? – удивился Чонгук.       – Издеваешься? – охреневает боцман, не ожидая такого расклада. – Сам же позвал меня!       – Я? – выгибая бровь, указал пальцем на себя. – Да я даже не видел тебя с того раза, как мог позвать?       – Тэхён, блять, вставай! – не выдержал Юнги. Это что ж получается, не капитан его звал, а сам Тэхён. Не может быть, Юнги был уверен, что Тэхён позвал его, так как капитан! Капитан хотел его увидеть для разговора, но никак не наоборот.       – Боцман Мин, что ж вы так орете посреди ночи, – возмутился Тэхён, который так хорошо спал.       – Вставай, говорю!       Юнги, оставив Хосока на стреме, максимально быстро добирался сюда, да он даже спать не ложился, а эти двое даже глаза свои раскрыть толком не хотят. И это такая благодарность?       Тэхён потер глаза, в которых словно песок был, он так хотел нормально выспаться. Честно говоря, он не надеялся на то, что боцман поймет те знаки и придет сюда, поэтому сейчас даже не знал, что сказать.       – Не кричите. Вы забыли, где находитесь? – неужели снова нужно обо всем напоминать? Тэхён не удивлен, что боцман не меняется даже если учесть то, что находится отнюдь не на грузовом судне.       Блять. Снова поучает. Юнги терпеть это не может.       – Не охуел ли ты часом, Тэхён! – нет, ну а как по-другому? Сам позвал, а теперь еще права качает.       – Юнги! Прекрати! – грубо прервал остальной поток слов боцмана капитан, который уже сел на кровати, опустив ноги на пол. Это безумие каждый раз начинается, когда эти двое видят друг друга. Что Тэхён, что Юнги, не могут вовремя остановиться. Но вот раньше, Чонгук не так остро реагировал на выпады в сторону старпома.       – Да, боцман Мин, прекратите, не всегда нужно напоминать о том, как вы вспыльчивы, – нехотя оперся о стенку Тэхён, подмяв ноги под себя, – об этом и так все в курсе.       – Ты сам знаки те показывал, зовя меня сюда, а сейчас что? Я думал, это срочно, думал, это капитан через тебя, меня зовет! А ты тут снова спектакли разыгрываешь.       – А да, капитан, – Тэхён посмотрел на капитана, поймав ответный взгляд, – я не рассказал вам об этом. Я когда увидел матросов и боцмана, жестами показал ему, чтобы он к нам заглянул. Не подумал, что тот все правильно поймет, поэтому я тоже удивлен, что он сейчас здесь.       Юнги только закатил глаза.       – Не подумал он, ага! – Юнги тяжело выдохнул и решил действительно чуть поубавить пыл. – Что хотел-то? – присел рядом с капитаном на кровать.       – На самом деле, – Чонгук повернулся в сторону боцмана, – Тэхён мне кое-что рассказал о тебе.       – Что? – Юнги прикусил губу, чтобы вновь не съязвить.       Нет, ну что тот мог дельного рассказать? Только о каких-то косяках.       – Оказывается, – протянул капитан, – ты знаешь португальский, и даже словом не намекнул нам о том, что понимаешь этих людей! – Чонгук не знает наверняка, прав ли, но увидев расширенные зрачки боцмана, понял, что не прогадал. Он прав.       Юнги немного сжался, не от страха, а от неожиданности. Не то чтобы, он хотел скрывать это от капитана, просто в прошлый раз как-то и не подумал об этом рассказать.       – Так это правда? Эти люди говорят на португальском языке? – Тэхён тоже заметил, как сменились эмоции боцмана. Получается, капитан был прав.       – Эм, да? – и почему он спрашивает. – Да. Они говорят между собой на португальском.       – И ты молчал! – возмутился капитан, это ведь важно.       – А что, предлагаешь мне об этом на каждом углу кричать? – Юнги ведь не мог показать местным, что понимает их. А вдруг те услышали бы.       – Нет, конечно, но нам то мог сказать.       – В прошлую нашу встречу, я даже забыл об этом, капитан. Да и что поменялось бы, знай, вы наверняка, что я понимаю местных?       Юнги прав. А что поменялось бы? Капитан и Тэхён от этой новости не начали бы понимать местных.       – Боцман Мин, и что вы поняли? О чем говорят местные? – Тэхёну стало любопытно, получилось ли у боцмана узнать о чем-то. Возможно о других матросах?       Юнги тяжело вдохнул и сразу выдохнул. Он много чего слышал. Чаще всего, это были какие-то отрывки фраз, когда местные, которые следили за ними во время сбора фруктов, переговаривались между собой. Юнги старался всегда браться за работу, находясь ближе всего к местным, чтобы услышать, о чем те шепчутся. Что-то стоящее из уст местных, можно было услышать крайне редко.       – Начну с того, когда мы были еще на нашем судне, – Юнги ведь изначально понимал местных, но не показывал виду. – Тогда я и услышал о том, где будут наши матросы, пираты говорили об этом на португальском.       – Об этом капитан уже догадался, – прервал его Тэхён. – Что насчет местных? О чем они говорят?       – Местные хрень какую-то говорят, – Юнги уже устал слушать о том, как те говорят об одном и том же, – Праздник, праздник, праздник – это если коротко, – покачал головой.       Значит, они всех матросов тоже готовят к празднику? Тэхён хотел подробностей.       – А если не коротко? Матросов тоже готовят к празднику? – Тэхён выдержанно смотрел на боцмана.       – Что представляет собой сам праздник, об этом говорили? – Чонгук также в упор смотрел на боцмана.       – Сам праздник начнется завтра к вечеру, – начал Юнги, он ведь что-то, да слышал. – Кокосы, вот из-за чего организовали это мероприятие. Местные какие-то фанатики, не думаю, что подобные праздники помогут им с увеличением количества кокосов, которых и так здесь очень много, – Юнги даже слушать подобное не хотел, но местные словно на повторе, говорили об одном и том же.       – Тоже слышал о легендах? – капитан согласен с боцманом. Организовать праздник для увеличения кокосов, серьезно?       – А, так вы, в курсе уже?       Юнги тоже слышал эти легенды, но не на португальском, а на английском языке.       – В курсе, – кивнул капитан.       – Еще они говорили, что самое важное будет проходить без нашего присутствия, – с грустью в голосе проговорил боцман. Но почему без них? Юнги может, тоже хотел посмотреть, что это за праздник такой.       – Странно, нам совершенно другое говорили, – заметил Тэхён, им ведь каждый день говорят о том, что без них не будет никакого праздника, что они важны для него.       – Это то, что я подслушал, когда местные говорили между собой на португальском, – пожал плечами боцман.       – Скорее и нам говорили не то, что будет на самом деле, – предположил капитан.       – Аа! – слишком громко крикнул боцман.       – Будьте тише! – приструнил его старпом.       – Я еще слышал, что к острову должны прибыть парусные барки где-то через день, – вот это уже что-то стоющее.       Капитан на эту новость весь подобрался. Какая цель будет у прибывших судов? Или они возвращаются за своими пленниками, чтобы в дальнейшем увезти куда-то дальше?       – И у меня плохая новость, – сам не в восторге от того, что услышал сегодня днем, – Я слышал, что там будет Адан и еще несколько важных лиц.       – Вот черт! – выругался капитан, его рана только успела затянуться после их первой и жаль, что не последней встречи. Этот человек не такой, как местные. Тот жестокий и сумасшедший. А те слова Хосока, о которых рассказал Юнги. Адан заинтересовался его старпомом. Тэхёном. Это была дерьмовая новость. Стало жутко, от осознания того, что догадки Хосока окажутся истинными.       – Что? – осторожное от Тэхёна.       – Тэхён, не волнуйся, он тебя не тронет, – Юнги в такие моменты не до шуток, он сильно переживает за него.       – Да, не тронет, Тэхён, – прямо в глаза сказал капитан.       – Интересно, они надолго сюда? А вдруг, они хотят забрать всех нас? – Тэхён не боится возможной встречи с пиратом. Он просто хочет понять, в чем цель их визита.       – Если захотят, заберут, только вот вопрос, куда? – рассуждал вместе со старпомом капитан.       – А еще я слышал голос, – решил перевести напряженную тему Юнги, – на этом острове есть женщина.       – Сколько меня водили туда-сюда, – удивился капитан, – я ни разу не видел здесь женщину, только одни мужчины.       – Я тоже не видел, – Тэхён видел многих, здесь достаточно много мужчин, но откуда женщина? – Вы уверены, может это был мужчина с более мягким голосом? Вы же не видели ее.       – Нет, это точно женщина, – Юнги может различить, такой нежный голосок мог принадлежать только женщине. – Это было в первый день, когда мы только прибыли сюда, после этого я ее больше не слышал нигде.       – Интересно, – протянул старпом.       – Юнги, мы у тебя хотели спросить, – вспомнил капитан. Они ведь хотели поинтересоваться переводом некоторых слов.       – Да, точно, – покачал головой Тэхён, он чуть не забыл об этом. – Можете перевести нам слово: компромечидо? Оно ведь португальское?       Юнги понял. Его позвали в качестве переводчика. Немного даже обидно, но он был рад этой встрече.       – Компромечидо? – произношение Тэхёна было немного смазанным, поэтому Юнги решил уточнить.       – Да, именно так, – нетерпеливо кивнул Тэхён. – Что это значит?       Чонгук тоже заинтересовано ожидал пояснений, было любопытно.       – Ну, – задумался Юнги, – есть несколько значений. Нужно понимать в каком контексте произносят это слово для того, чтобы определить правильный перевод.       Какой контекст. Все, что было произнесено местными это: «наши компромечидо».       – Просто назовите все варианты, – попросил Тэхён.       – Первый вариант, – решил объяснить Юнги, – так говорят о человеке, который слишком предан какой-то идеи.       – Что это значит? – не понял Тэхён.       – Ты не понимаешь, что такое преданный или идея? – не удержался боцман.       – Очень смешно, – Тэхён подумает об этом сам. Ему просто не понятно, как это связано с ним и капитаном, а не значение каких-то слов.       – А второй какой? – спросил капитан, в принципе, первый вариант вполне понятный и подходит им. Местные, наверное, считают их преданными идеи, которая касается их праздника. Все было так просто.       – Второй вариант значительно отличается по смыслу от первого, – Юнги хорош в этом, он знает португальский очень хорошо, поэтому для него не проблема перевести какие-то слова.       – И какой там смысл? – бросил Тэхён, его начинает напрягать то, как тянет Юнги.       – Там все проще, ты точно поймешь, – поддел его боцман, на что Тэхён мысленно закатил глаза.       – И? – желая услышать уже значение слова.       – Обрученный, помолвленный.       – Что? – широко открыв глаза, переспросил Тэхён.       – Остров на тебя плохо влияет, Тэхён. Уже позабыл значение родных слов, – не понимая к чему столько удивления, Юнги просто продолжил подъебывать его.       Тэхён медленно перевел взгляд на капитана, который кажется, совсем не понимал, почему Тэхён так напрягся.       – Первый вариант идеально подходит в той ситуации, в которой было использовано это слово, – подытожил капитан, но Тэхён с чего-то не расслаблялся. Было же еще что-то.       – Капитан, как там было, – все же поймав взгляд капитана, Тэхён пытался вспомнить, что им говорили еще. – На пляже помните, как они сказали… – замялся, вспоминая. – Хасыкадс? Нет, не так. Хасыкадус?       Чонгук понял, что Тэхён имел в виду ту прогулку ночью, когда местные говорили им, что после праздника, они станут теми самыми «хэсыкадус».       – Я не совсем помню, но да, что-то такое они говорили, возможно, хэсыкадус?       – Я тоже не запомнил, – а ведь это было важное слово, Тэхён ведь знал, что нужно запомнить.       Юнги послушал нелепые попытки Тэхёна и капитана произнести слова на португальском, и решил предположить:       – Хэсым-касадус?       – Да! – Тэхён уверен, это оно, он ведь помнил какую-то часть этого слова.       – Верно, – Чонгук согласен, это оно.       – Боцман Мин, – обрадовался Тэхён, оказывается боцман не так уж и глуп – не глуп боцман на самом деле, просто у Тэхёна точно такая же привычка поддевать того. – Как переведете? Здесь тоже несколько переводов?       – Нет, здесь только один перевод, – пожал плечами боцман, – просто понять не могу, с чего вам нужен перевод именно этого слова. Это же не могли вам сказать, тоже подслушивали?       Чонгук переглянулся с Тэхёном. А чего это Юнги уверен, что это не могли им сказать. Как раз наоборот, Чонгук четко слышал: «наши компромечидо, после праздника вы станете нашими хэсым-касадус». Кому, как не им, это предназначалось, если говорили, смотря в их глаза.       Тэхён напрягся еще сильнее. Во-первых, значение первого слова, не дает ему покоя. Во-вторых, удивленный взгляд боцмана, который уверен, что второго не могли сказать им. Что это? Он был прав, и их принесут в жертву?       – Почему это подслушивали, – Чонгук решил пока не говорить, что это говорили им. – Просто стало интересно, о чем местные говорят, – нам, не было произнесено.       – Там что-то страшное? – угадывать не хотелось, но боцман не спешил с ответом, Тэхён уже не знает, что и думать.       – Что? Нет, ничего страшного, – хохотнул боцман, не пытаясь в это все вникать. Он тоже много чего слышал, ведь ему тоже было интересно, о чем говорят местные. – Хэсым-касадус переводится, как молодожены.       Почему-то никто не реагирует. В комнате образовалась гробовая тишина.       Об этом нужно подумать.       – Боцман Мин, – прокашлявшись, обратился первым Тэхён, – эм… спасибо за помощь, уже поздно, а нам рано вставать…       – Понял, снова выгнать решил? – попытался пошутить Юнги, но нутром почувствовав, как поменялась атмосфера в комнате, решил не продолжать. – Хорошо, ухожу.       – Доброй ночи, боцман Мин, – пожелал старпом, который находился полностью в своих мыслях.       – Спокойной ночи, Юнги, – обратился к боцману капитан, продолжая смотреть на старпома.       – Ага, бывайте, – бросил боцман, и тихо покинул домик.       Спустя десять минут тишины, Чонгук не выдержал.       – Тэхён, – как-то слишком мягко протянул капитан. Они так и продолжали сидеть на своих местах. Чонгук прожигал своим взглядом старпома, а тот смотрел куда-то в стену. – Тэхён, – настойчивее, – о чем ты думаешь?       Тэхён думал о многом. О том, о чем вслух говорить странно. Не может же быть такого.       Повернув голову, Тэхён прошелся взглядом по капитану, тот сидел, как и прежде, опустив ноги на пол, на нем была все такая же белая рубашка и штаны, в которых все здесь ходят и днем. Медленно ведя взглядом снизу вверх, Тэхён на миг остановился на родинке под губой капитана, а потом поднял взгляд выше, встречаясь с темными, в ночном свете, глазами.       – А вы?       Чонгук сейчас думал только о том, что думает Тэхён. Видя, как тот сжался и неподвижно смотрел в стену, практически не моргая, он начал волноваться.       – О тебе.       Чонгук уже несколько дней думает только о нем.       – Я тоже, – отстраненно произнес Тэхён, – думаю о вас.       Снова повисла тишина.       Чонгук догадывается, что именно имел в виду Тэхён, но нарушать тишину первым не торопился.       – Капитан? – тихо позвал Тэхён, он решил прилечь на бок, лицом в сторону капитана, чтобы видеть того в ночном свете.       – Что?       Чонгук оперся на свои колени локтями, и пытался всмотреться в лицо старпома, чтобы считать хоть какие-то эмоции.       – То, что сказал боцман Мин, – Тэхён говорил тихо, отстраненно, словно его сломали. – Это правда?       – Я не знаю.       – Но он ведь сказал, – Тэхён повернулся и лег на спину, смотря в потолок. – Компромечидо – обрученные, хэсым-касадус – молодожены. Это что получается, завтра не праздник кокоса вовсе, а наша… – сглотнул, – свадьба?       Чонгук не был готов к такому вопросу. Он ведь только накануне принял свои чувства к Тэхёну. Признал, что тот его привлекает. Признал, что у него не интерес, а именно чувства к нему. Признал, что хотелось попробовать с ним построить что-то значимое. Признал, что тот является его морем.       А сейчас тот, к которому Чонгук так многое чувствовал, на глазах сломался только от мысли, что может с ними случится завтра – точнее уже сегодня. И как быть Чонгуку.       – Тэхён, может, мы не так поняли что-то, или у местных совсем другое значение имеется под этими словами, ты ведь сам слышал боцмана, он говорил, что слова имеют несколько значений.       – А если нет? Если все правильно, и завтра мы… сыграем свадьбу? – снова посмотрел на капитана.       – Если нет, – Чонгук смотрел в ответ, – Тэхён, скажи, для тебя имеет значение свадьба, которую ты не желал?       – Нет?       – Вот видишь. Если это и будет свадьба, то она будет важна только этим людям, не нам. Мы просто сделаем вид, что, как и прежде ничего не понимаем.       – Но…       – Нет никаких но, – Чонгук не хочет, чтобы Тэхён думал об этом, как о чем-то значимом. – Мы пленники, Тэхён, какая свадьба?       Тэхён облегченно выдохнул. Почему он воспринял эту информацию в штыки? Все же намного проще. Все что происходит здесь на острове, здесь и останется. Капитан правильно говорит, они пленники, их мнение никого не интересует в этом месте.       – Вы правы капитан, я был слишком потрясен, когда боцман Мин перевел эти слова, – он удобнее устроился на кровати, ощущая как тело начало действительно расслабляться. – Да и какой брак? – задумчиво хмыкнул. – Мы ведь оба мужчины.       – Видишь, – Чонгук отвел взгляд подальше в угол, пытаясь рассмотреть там что-то в темноте. – Разве может между нами, мужчинами, быть что-то подобное, – там, в углу ничего нет. Пустота.       Не может. Чонгук почувствовал, как кольнуло что-то внутри. Больно. От осознания того, что ничего между ними никогда не будет.       – Не может.       Тэхён ведь знает. Капитан в крепких отношениях со своей девушкой уже год как, а он тут своими мыслями, наверняка унизил его.       – Тэхён, я…       Чонгук ведь может сказать это?       – Капитан, я…       Стоит ли попросить прощения?       – Говори, – Чонгук внимательно слушал.       – Мне немного неловко от своей реакции, прошу прощения, если унизил вас подобными мыслями о нашей свадьбе.       Идиот, что он вообще сказал, какая еще «наша» свадьба.       Что? Тэхён думает, что Чонгука это могло унизить. Но почему?       – Как бы ты меня унизил, о чем ты говоришь? – Чонгук в который раз замечает, как Тэхён говорит не я и вы, а мы, не моя и ваша, а наша. Это так хорошо звучит.       Тэхён замялся, голос капитана был выжидающим, он точно ждал объяснений.       – Так вы… – сглотнул, – вы же в отношениях, а я тут с этим браком. Вам, очевидно, было неприятно это слушать.       Так вот оно что. Чонгук ведь сам дал понять Тэхёну тогда, что в отношениях. Но это не так! И он обязательно должен об этом рассказать сейчас. Для Чонгука это важно.       – Слушай, Тэхён, тогда, – Чонгук продолжал смотреть на лежащего Тэхёна, до которого хотелось дотянуться рукой, чтобы убрать спадающую на лицо прядь волос, – когда я говорил об этом, нас прервали. Я говорил о том, что целый год отношений были…       Тэхён не хотел этого слышать. Почему? Что с ним?       – Вам необязательно говорить о своих отношениях мне.       – Но я хочу. Я встречался с Сэён где-то год, но на самом деле наши встречи можно сократить к двум-трем неделям, я ведь постоянно в рейсах. Мы не любили друг друга, просто друг друга использовали.       Тэхён смотрел на капитана, внутри чувствуя, как неприятно слушать о том, как капитан говорит о своей девушке, хоть они и виделись редко, но как-то до года отношений дошли. Что это за чувство внутри?       – Она меня для денег, а я ее, – Чонгук увел взгляд в сторону, – для секса.       У Тэхёна горит лицо, хорошо, что в их комнате сейчас темно, иначе капитан бы увидел, как он смутился от таких подробностей. Знать что капитан в отношениях это одно, но слышать о таких деталях это совсем другое!       – Мне казалось, что у нас все хорошо, я не напрягаю ее, она меня. Но этого казалось мало, поэтому мы расстались.       – Что? – Тэхён себе в голове уже такую историю придумал, и что, получается зря? – Как расстались?       – Ладно, – решил признаться Чонгук, – она меня бросила.       Чего? Как такого как капитан можно бросить? У Тэхёна даже открылось второе дыхание от таких поворотов. И почему он вдруг почувствовал облегчение от услышанного?       – Как можно было бросить такого как вы? – действительно как?       – Ты бы не бросил? – как бы, между прочим, проронил капитан, несерьезно.       – Конечно, не бросил! – слишком быстро вырвалось само.       Тэхён резко замолчал. Он только что, что сказал?       У Чонгука внутри у потрепанной бабочки начали оживать крылья, он не ослышался? Это что-то значит для Тэхёна, или он к слову сказал? Но будет ли правильным об этом говорить сейчас.       – Не стоит меня подбадривать, я не расстроен этим расставанием. Эти отношения держались на двух константах: деньги и секс.       Почему Тэхён краснеет, когда капитан затрагивает эту тему.       – Но вас же обоих все устраивало, с чего вдруг ваша девушка решила вас, – замялся, – бросить?       Чонгук же не расскажет ему правду. Это же затронет его мужское эго. Ну как можно сказать о том, что он плохой любовник? Особенно, если говорить это придется тому, с кем бы хотелось, хотя бы в мечтах попробовать разное. С Сэён таких желаний никогда не возникало. Чонгука ведь сносило, когда он удовлетворял себя рукой с мыслью об оголенных ягодицах и голой спине Тэхёна, о том прогибе, и… Он еще никогда не ощущал такого сильного удовлетворения. И это была только его рука, и воображение!       – Она сказала, что я плох в сексе, не удовлетворяю ее, – он не хочет врать, пусть это и представляет его в плохом свете.       Капитан настоль плох? Тэхён не верит.       – Она так сказала, чтобы задеть вас.       – Настолько веришь в меня? – усмехнулся Чонгук.       Тэхён даже в такой ситуации остается на его стороне. Мужская солидарность?       – Просто знаю, на что способны женщины, – да верит. Не может быть такого, что капитан плох в постели, если Тэхёна так сильно развело только от того, как он слышал стоны капитана в душе, то сложно поверить в то, что его девушка не заводилась от подобного. Это было горячо, только представляя того стонущего капитана, Тэхён вновь признает, что это было чертовки горячо. Поэтому не верит словам той девушки.       – Ты же говорил, что не встречался с девушками, откуда знаешь, на что они способны в отношениях?       Чонгук ведь правильно тогда понял? Не встречался, но Тэхён же не говорил, что не спал с ними, очевидно из личного опыта и делает такие выводы.       – Я изучал психологию поведения людей. Целый том был посвящен поведению женщин и все в этом роде.       – И что говорит этот том о моей ситуации? – Тэхён так много изучал психологии, что Чонгук может только позавидовать, однако он не завидует, а гордится им.       – Ваша девушка скорее нашла вариант получше, – сразу осекся, – я не говорю, что вы плохой вариант, не подумайте.       Чонгук засмеялся, Тэхён такой милый, когда пытается оправдаться. Кажется, Чонгук рад, что Тэхён раньше практически никогда не оправдывался, ведь Чонгук не выдерживал бы этого, и зависал бы во время работы от такого старпома. Милого.       – Не исключено, – все же согласился капитан, от Сэён это было ожидаемо. – Но, я рад, что все так сложилось.       – И почему? – зачем только спросил.       – Я смог понять, кто на самом деле для меня важен, а кто нет, – пожал плечами капитан. Признался.       Тэхён кивнул на эти слова. Иногда людям это необходимо. Что-то потерять для того, чтобы что-то найти.       – Капитан, – Тэхён посмотрел в его сторону, – вы же что-то хотели сказать.       Сказал уже.       – Не волнуйся об этом празднике, мы с этим справимся вместе, – по крайней мере, праздник не самое страшное, что их ожидает.       «Ты мне нравишься», – так и осталось не озвученным.

***

      Юнги ожидал, что утро будет интересным, ведь у местных праздник, но какого было его удивление, когда его, Хосока и матросов отправили на пляж. При этом вручив небольшие сетки и несколько палок с острием на окончаниях. Юнги не понял, с чем связана такая смена их деятельности, но подумал, что это лучше, чем получать кокосами по голове.       – Хосок, ты рыбу ловил когда-то? – Юнги вот не ловил, не было желания.       – Не ловил, – Хосок не любитель так развлекаться.       – Парни, – обратился к матросам, которые точно также как и он, стоят по колено в воде, понятия не имея, что делать дальше, – кто-то из вас ловил рыбу раньше?       – Никак нет, – ответили хором, когда уж им таким заниматься, они еще слишком молоды для такого вида отдыха.       – Тогда поставлю вопрос по-другому, – снова обратился к тем боцман. – Кто знает, как ловится рыба, в таких местах как это? Дэик, ты точно должен знать!       – Я читал об этом, – Дэик, как и все, смотрел на боцмана. – В таких местах очень опасно, можно наступить на медузу и обжечься, или на краба, который может откусить клешнями палец, про акул, думаю, очевидно, а еще здесь могут быть змеи или опасные водоросли.       – Черт, ты издеваешься! – закричал боцман. – Я попросил рассказать о том, как ловить рыбу, а ты мне всех запугал!       – Но вы должны знать об опасностях до того, как с ними встретитесь, – пожал плечами Дэик, – а рыбу поймать легко. Если есть сеть, нужно просто правильно ее расставить. А этими палками можно ловить рыбу просто глядя в воду и целиться в нее, все просто.       – Тогда, вы шестеро вместе с Хосоком ловите палками, а остальные вместе со мной идут дальше расставлять сети.       Вокруг очень жарко, но они справятся.

***

      – Вы же говорили, что сегодня праздник, почему мы снова делаем то же самое? – нагибаясь от очередной ветки колючего кустарника, Тэхён не понимал этого. Разве сегодня не важный день для них? Почему Аарен и Нейт снова увели его из домика с самого утра, и продолжают таскать его – он уверен, что специально – по колючим кустарникам.       – Разве? – остановился Аарен, оглядываясь по сторонам. – Но мы же здесь еще не были, почему для тебя это то же самое?       – Я уже карту острова составить могу, – обобщил, – может хватит таскаться по этим местам? – Тэхёну не нравятся подобные места, где нужно чуть ли не ползти, чтобы остаться без царапин.       – Ладно.       Что? Так просто, что ли? Тэхён ожидает подвох.       – Не будем возвращаться тем же путем, сейчас выйдем отсюда, обратно по пляжу пойдем, хорошо? – Аарен продолжил идти в сторону выхода из их колючего «туннеля».       Нейт только пожал плечами, он тоже не против вернуться.       Когда они шли по песку уже на пляже, Тэхён заметил слишком много народа в метрах двести от них. Было интересно, что там происходит.       – Что они делают? – спросил, кивая головой вперед, не особо надеясь на ответ.       – Это наши гости, – захихикал Нейт, от чего-то веселясь, – они веселятся.       – Ага, – подхватив веселье, хохотнул Аарен, – один из них во второй раз нарушил правила, из-за чего теперь все вынуждены ловить рыбу весь день.       Тэхён ближе подходя, заметил, что там – в море, находились их матросы.       – А что за правила? – получается, если кто-то один делает ошибку, то наказывают всех?       – Побег из домика.       И зачем было так глупо поступать. Им с капитаном тоже говорили, что покидать домик запрещено, еще и говорили, как там было? «Не рискуйте друг другом». Тэхён ведь только сейчас понял смысл этой фразы. Дважды сбегать из домика… Его матросы не рисковали бы так.       Боцман!       Он даже запнулся на ровном месте. Боцман Мин! Это ведь тот дважды сбегал к ним. В первый раз он ведь говорил, что попался. Получается, местные знают не только о том, что тот сбегал, но и том, куда тот приходил?       В первый раз, вчера днем Тэхён видел матросов вокруг кокосовых пальм, когда те пытались сбивать кокосы, очевидно, это было первым наказанием за первый побег боцмана. Удивительно, а ведь боцман точно не догадывается что к чему. Иначе не было бы второго раза, который был сегодня ночью. Именно из-за него наказание изменили на это. А ведь это Тэхён позвал вчера боцмана.       Но тогда почему не наказывают их с капитаном? Они же тоже их «гости». Хосока то тоже, как заметил Тэхён, заставили ловить рыбу.       – Это старпом! Старший помощник капитана Ким Тэхён! – на корейском затараторил матрос, когда заметил подходящих троих мужчин.       Говорил удивленно и громко, поэтому все матросы начали смотреть по сторонам, а когда нашли названого, то так и застыли. Матросам никто не говорил, что на этом острове есть еще кто-то, кроме штурмана Чон Хосока, который не понятно как, оказался на этом острове вместе с ними. А ведь никто и не задумался, что здесь может быть кто-то еще.       – Старпом тоже здесь! – удивленно пробормотали матросы, глядя на то, как старпом кивнул в их сторону, и прошел мимо, даже не остановился. Его сопровождающие громко смеялись и что-то шептали их старпому, отчего тот беспристрастно их игнорировал, все еще глядя на матросов.       – Боцман Мин! Вы знали, что старпом здесь? – Вахё подошел ближе к боцману.       Юнги проводил Тэхёна взглядом, при этом чуть не упустив сеть. Не то чтобы, он его хотел видеть, однако вчерашний разговор был каким-то странным, поэтому да, Юнги хотел его увидеть. По виду Тэхёна ничего не скажешь – как обычно держит маску безразличия. Но это даже хорошо, может все в порядке и тот уже не такой встревоженный, как это было вчера. Из раздумий вырывает вопрос матроса. И что говорить? Видел, но вам не говорил. А тогда последует много вопросов, почему не говорил, почему скрывал. А если те еще и про капитана узнают…       – Нет, – максимально удивленно произнес боцман. Пусть лучше его матросы не знают большего, ведь пока они не видят капитана, у них разрастается некая надежда на то, что капитан что-то придумает, спасет их.       – Вам не кажется это странным? – с подозрением в голосе произнес Вахё.       Неужели так быстро раскусил?       – Странным? Ты о чем? – Юнги вернул внимание сети, нагибаясь к воде, чтобы не смотреть в глаза матросу.       – Сначала появился наш штурман Чон, – кивнул он в ту сторону, где в метрах десяти от них стоял с палкой Хосок и улыбался от того, что получилось поймать уже вторую рыбу, – а ведь его с нами не было, не в камбузе, и даже не на парусном судне, – рассуждал Вахё. – А теперь появился наш старпом! Возможно, все наши парни здесь? На этом острове, – пришел к выводу.       Юнги не хотел развивать эту тему. Не стоит сейчас об этом говорить.       – Если бы были все, мы бы пересеклись, так как это произошло с старпомом, – Юнги посмотрел на Вахё, – не думай в этом направлении, лучше помоги мне.       Матрос понимающе кивнул. Он не должен в это лезть.       Кажется, матросы понимают боцмана даже не с полуслова, а с полувзгляда.

***

      – Как идет подготовка к празднику? – Рио смотрел на своего подчиненного. К празднику осталось пять часов, он хочет удостовериться, что все в порядке.       – Замечательно, все готово, ожидаем темноты и начнем, – довольный проделанной работой, с восторгом говорил Паило.       Праздник всегда начинался вечером, когда вокруг начинало темнеть, а луна брала на себя главенствующую роль.       – Ты же помнишь, что выбранные компромечидо должны все сделать правильно, надеюсь, ты позаботился об этом, – Рио не потерпит, если праздник пройдет не так, как положено.       – Не сомневайтесь!       Паило в деталях рассказывал о том, что было подготовлено еще несколько минут, пока Рио одобрительно не кивнул и не отпустил его.       – И еще, – Рио остановил Паило почти у выхода, – парусные барки на подходе, позаботься о домиках, подготовьте все необходимое.       Паило только согласно кивнул, перед тем как покинуть домик.

***

      Чонгук не понял, почему за ним никто не пришел, ведь Тэхёна увели еще с самого утра. Думать о сегодняшнем празднике не хотелось, но как не думать тут? Юнги со своим переводом только запугал вчера Тэхёна, Чонгук в самом деле не видел никакой проблемы. Если для местных организовать «свадьбу» для своих пленников так важно, то пусть делают что хотят. Да, он убедил вчера Тэхёна, что это ничего не значит, что может это и вовсе не то, о чем они подумали, но на самом деле, был не против такого расклада. Почему нет то? Они пленники, и вместо того, чтобы заставлять их адски работать, держать в ужасных условиях и лишить еды и воды, им предложили что?       Хороший домик с условиями, ежедневные прогулки по острову, стабильный прием пищи. Взамен требуя только присутствовать на празднике. Праздник, на котором вроде как будет его с Тэхёном свадьба. Чонгук только ухмыльнулся от подобной мысли. Жаль, что это все не на самом деле. Да и что от них потребуют?       Чонгук задумался о том, а как вообще проходят свадебные церемонии. Он не был ни на одной свадьбе. Все на что он может опираться это фильмы, которые видел. В фильмах обычно все просто: невеста в свадебном платье и жених в свадебном костюме стоят у алтаря и клянутся в верности, обмениваются кольцами и закрепляют все поцелуем.       А что если?       Чонгук подскочил с кровати, на которой до этого сидел в одиночестве, и начал нервно ходить по комнате. Что если сегодня вечером им придется поцеловаться? Чонгук почувствовал, как внутри начало быстрее биться сердце только от мысли о подобном.       Чонгук хотел бы почувствовать, какие на вкус губы Тэхёна. Но Тэхён. Для него это будет огромным ударом, Чонгук видел, как тот расстроился вчера только из-за мыслей о свадьбе. Каким тогда Тэхён станет, если узнает, что им нужно будет целоваться? А нужно ли будет?       Прежде всего, это праздник кокоса, какой смысл с их так званой свадьбы? Чонгук сбросил наваждение, тряхнув головой. Нет, определенно у местных другие планы на них, это не может быть свадьба. Свадьба никак не вяжется с кокосами. Каким образом, по мнению местных, свадьба пленников поможет увеличить урожайность кокосов на следующий сезон? Все так нелогично.       Это что-то другое.       Чонгук еще пометался по комнате, потом снова присел. Где Тэхён? Почему его забрали? А вдруг его уже забрали для какого-то обряда? Чонгук начинал волноваться. Но им ведь говорили, что они вдвоем важны для этого праздника, значит ли это, что Тэхёна просто увели, как и в другие дни до этого?       В комнату постучали, Чонгук успел только встать с кровати, как дверь распахнулась.       – Мы не забыли про тебя! Просто были немного заняты, – кажется, за ним пришли.       – Поведете меня гулять или уже закончились истории с легендами? – Чонгук подошел ближе, Фруен и Демид распахнули перед ним дверь шире.       – Ты не прав! Легенды никогда не могут заканчиваться.       И вправду, не могут.

***

      Приняв душ, Тэхён ожидал вернуться в комнату и если не увидеть капитана, которого не было в комнате когда он вернулся, то хотя бы прилечь. Но, какого же было его удивление, когда он увидел тех, с кем вроде как попрощался около часа назад.       – Вы же ушли, почему вернулись? – Тэхён кожей чувствует, что услышанное ему не понравится, слишком счастливыми выглядели эти клоуны.       – Мы принесли все необходимое, – глупо улыбались и смотрели на Тэхёна с ожиданием.       – Что? – после того, как Аарен и Нейт вдоволь навеселились, они протянули Тэхёну коробку.       Тэхён не задавая вопросов, взял коробку в руки и сразу же открыл. Внутри было ничего необычного.       – Одежда? Но на мне такая же, – с какой целью ему принести еще один комплект одежды?       – Не такая. Посмотри внимательнее, на этой присутствует вышивка, – разочаровано произнес Аарен. Как можно было сравнить такой ценный для их острова наряд с обычной одеждой.       Тэхён вытащил из коробки белую льняную рубашку, на которой действительно были вышиты узоры, больше похожие на какие-то знаки и символы, красной нитью. На штанах не было никаких вышивок, но они тоже отличались от тех, в которых сейчас находился Тэхён.       – Почему красный? – поинтересовался Тэхён, проводя кончиками пальцев по узорам на рубашке.       – Так как в каждом циркулирует такого цвета жидкость – кровь. Красный считается цветом жизни человека. Символом гнева, мести и любви.       Тэхён не хотел проявлять неуважение к незнанию чужих традиций, поэтому без дополнительных вопросов понял, что для местных эта одежда была ценной, поэтому аккуратно сложил все обратно в коробку.       – Что ты делаешь? – Нейт двинулся ближе к Тэхёну, который проводил все манипуляции на капитанской кровати.       – А?       – Зачем убираешь? Надевай, – как само собой разумеющееся.       – Мне нужно быть в этом, на празднике? – Тэхён догадался об этом еще сразу, но внутри была надежда, что все обойдется.       – Разумеется! – Нейт взял в руки коробку с соседней кровати с целью вручить ее в руки Тэхёну, но тот не спешил снова взять ее.       – А когда начало? – Тэхён хотел иметь представление, сколько еще времени будет проводить в непонимании происходящего.       – Так уже скоро, как стемнеет, так и начнем, – улыбнулся Нейт.       Тэхён слишком резко посмотрел в сторону окна, по его ощущениям осталось часа два. И почему в этом месте так рано становится темно? Он слишком сильно дернулся, что не осталось незамеченным.       – Ты боишься, что ли? – непривычно мягко поинтересовался Нейт.       – А есть чему? – выгнул нервно бровь Тэхён.       – Нет. Абсолютно нет, – переглянулся со своим компаньоном Нейт, отчего тот тоже подскочил.       – Наш компромечидо, это нормально волноваться, особенно, когда случается что-то важное, как сейчас, например, – не успокоил Аарен.       Тэхён напрягся еще сильнее. О чем он говорит? Почему это, какой-то праздник кокосов, должен быть для него важен?       – Почему это важно? – только спросив, возможно найдет ответ на свой вопрос.       – Ну как же, – замялся Аарен, глядя на него с неким удивлением, – не каждый же день такое происходит. Да и это же навсегда.       В смысле? Что навсегда?       – А что если я скажу, что для меня это неважно? – неужели они имеют в виду свадьбу?       Тэхён заметил, как те изменились в лице и переглянулись с неким непониманием.       – Но ты же сам согласился, – Тэхён уставился на них с еще большим удивлением. Когда это он на что-то соглашался? Разве его спрашивали?       – Но я не соглашался! – чуть громче, чем хотелось бы, выкрикнул Тэхён.       – Этого не может быть. Наши компромечидо дали свое согласие, об этом все знают.       – Но когда? – Тэхён почти уверен, что это неправда, но видя уверенность в глазах этих парней, начал предполагать, что обманутыми были они. – Когда мы давали свое согласие? – повторил, капитан же не мог дать согласие за них двоих, да и вообще не мог, он вообще об этом не знает.       – В море, – произнес Аарен шепотом, словно раскрыл секрет.       – Что? – Тэхён ощутил, как его начало трясти. Что происходит?       – В море, тогда, когда за вами пришли, ты без раздумий коснулся крови своего компромечидо.       Шестеренки Тэхёна работали в ускоренном режиме. Единственный раз, когда кто-то мог видеть, как Тэхён касался раны капитана, был тогда, когда капитана ранил пират. Но разве об этом могут знать местные? Да и пираты, с которыми они прибыли на остров не говорили долго, вряд ли успели бы о таком рассказать, они быстро их оставили и ушли. Да и из тех пиратов, которые были в то время с ними на грузовом судне, сюда прибыл только один. Неужели он?       – Откуда вы об этом знаете?       – Когда вас привезли на этот остров, люди, которые вас сопровождали не ушли сразу, с ними провел беседу Паило чуть позднее. И вот, все подтвердилось. Вы дали согласие.       Тэхён смотрел на них как на душевнобольных. Какое согласие? Он просто обработал капитану рану. Это обычное дело, в этом нет ничего необычного. Разве так поступил бы не каждый?       – В чем, по-вашему, проявляется так званое согласие? В том, что я помог избежать заражения крови человеку, с которым не один день знаком? – Тэхён и не заметил, как начал раздражаться. Эти люди настолько далекие? Они видят то, чего нет, и в то же время не видят того, что есть на самом деле. – А капи… Чонгук, – быстро исправился, – как согласился?       – Почему ты злишься? – Аарен, не привык к такому грубому Тэхёну, он и раньше на них злился, но та злость была мягче.       – А почему я не должен злиться? Вы говорите, что мы с капи… Чонгуком, дали какие-то согласия, о которых сами были не в курсе и теперь должны участвовать в каком-то празднике. Праздник, который для нас не имеет никакого значения. Совсем! – Тэхён не сдержался от всего того, что на него навалилось, и обрушил все, о чем думал на этих двоих.       – Ты зря злишься! – возмутился Нейт. – Ничего изменить уже нельзя! Вы согласились стать нашими компромечидо, мы уже все подготовили, назад пути нет! – его голос был серьезен, даже грубоват, Тэхён заметил эту перемену сразу же.       – Да как согласились? Я просто помог обработать ему рану! – не собираясь уступать, раздраженно произнес Тэхён.       – Кровь – источник жизни человека, позволяя тебе, – Нейт решил дать ответы, – прикоснуться к собственной крови, твой компромечидо дал тебе согласие. А ты, дал согласие в тот момент, когда к ней касался. Предотвращая твои вопросы, – поднял ладонь вверх, видя то, что Тэхён хотел возмутиться, – скажу следующее, вы находитесь на нашей территории, плыли в наших водах, соответственно здесь действуют наши законы, традиции и все остальное. Уважать их или нет, выбор за вами. Но прежде чем начать ими пренебрегать или им сопротивляться, помни, где конкретно вы находитесь.       Тэхён шокирован такому повороту, получается, он сам виноват, так как решил помочь капитану и все что сейчас с ними происходит в роли компромечидо, из-за него. Услышав последние слова Нейта, а если быть точнее угрозы – это были именно они – Тэхён решил поумерить пыл, все же они находятся в заточении, и идти против этих людей будет крайне глупо.       – Хорошо, что насчет «навсегда»? Почему все это, для нас – навсегда? И вообще что собой представляет этот праздник? – сыпал другими вопросами Тэхён, чуть менее раздраженно, он взял себя в руки.       – Потому что обряд, который будет проводиться, связывает ваши жизни навсегда! Это не просто традиция, которую мы соблюдаем, это серьезнее, – пытался внушить правдивость своих слов Аарен. Тэхён только хмыкнул, естественно для них это серьезно, они могут верить во все что угодно, но это не поменяет тот факт, что для него и капитана этот праздник и его последствия не имеют значения.       – Кажется, ты не понимаешь серьезности наших слов, – Нейт кивнул сам себе, решаясь озвучить то, что было припасено на самый крайний вариант. – Сейчас ты должен сделать выбор, наш компромечидо.       Тэхён сглотнул, интонация, с которой к нему обращались, была крайне пугающей.       – Или ты вместе со своим компромечидо будешь следовать всем традициям, и выполнять все, что от вас необходимо, – глаза в глаза, Тэхёну уже не нравилось второе «или», которое он еще даже не услышал. – Или кому-то из вас следует принести жертву. Разорвать связь компромечидо возможно только при условии, что один из них навсегда перестает живиться собственной жидкостью.       Кровью.       Жертвоприношение. А Тэхён ведь говорил об этом. Говорил! Ужаснувшись от услышанного, он вздрогнул и присел на капитанскую кровать – ноги не держали.       Получается или они участвуют в празднике, а Тэхён уверен, что это абсолютно точно свадьба, иначе нет смысла в подобных словах про «навсегда» и вообще все складывается именно так, их точно решили выдать замуж друг за друга. Даже звучало странно. Или кто-то из них должен умереть, причем скорее принужденно, больше никаких отваров и напитков! Нет-нет умирать никак нельзя. Он и капитан справятся со всем, что бы от них не требовалось. Их матросы, они ведь потом могут и на них перекинуться со своими традициями. Тэхён смотрел на двоих, которых раньше называл клоунами, но сейчас ощутил, что клоуном все время был сам. Эти двое изначально знали, что к чему, и знали, что у Тэхёна не будет выбора, поэтому и вели себя расслабленно, шутя и улыбаясь. Какие же лицемерные.       – Делай выбор сейчас, – давил Нейт, желая поскорее решить возникшую проблему.       Все знали, каким будет выбор, но его необходимо озвучить.       – Давайте сюда, – встав с кровати, потянулся к коробке Тэхён. – Мне нужно только переодеться?       Нейт одобрительно кивнул и расслабился, принимая выбор компромечидо.       – Ты прав, – вклинился Аарен, – переоденься и выходи, мы будем ждать тебя на улице.       – А как же, – поспешил поинтересоваться Тэхён, пока никто не ушел, – мой компромечидо?       Аарен засиял, как же приятно звучал голос принятия.       – Ты с ним встретишься на празднике, не волнуйся, – одобрительно улыбнулся, и вместе с Нейтом покинул домик.       Тэхён решил больше не думать ни о чем, молча переодеваясь. Сегодняшняя ночь будет длинной.