Спас? А теперь - беги!

Гарри очнулся от острой боли в связанных за спиной и изрядно затекших руках. Он попробовал пошевелиться, и, к его огромному удивлению, ему это удалось, хотя оплетавшие лодыжки и запястья веревки сильно сковывали движения. Голова слегка кружилась и немного подташнивало, но в целом его состояние было вполне удовлетворительным. Гарри даже залечили рваную рану на плече, и теперь на ее месте виднелся свежий шрам. Кроме того, похоже, что наконечник копья пропитали не ядом, а неизвестным веществом, временно парализующим противника. Судя по всему, его не собирались убивать (по крайней мере пока), а хотели лишь обездвижить, чтобы, прежде всего, отобрать принадлежавший вождю посох. При этом туземцы почему-то не обыскали Гарри: сверток с куклой все еще находился под рубашкой, хотя и не заметить его было совершенно невозможно. Впрочем, вероятно, жители деревни попросту боялись прикасаться к темному артефакту. Гарри осмотрелся. Он лежал на голом земляном полу в одной из пустовавших хижин. Его голова упиралась во что-то мягкое, и, повернувшись на бок, Гарри увидел мертвое тело своего заместителя Джереми. Поттер закрыл глаза и чуть ли не до крови прикусил губу. Можно было привыкнуть к опасности, постоянно сопровождавшей авроров, но привыкнуть к смерти не получалось даже спустя столько лет службы. Он вспомнил о том, что у Джереми остались беременная жена и двое детей, и в кончиках пальцев закололо от готовой вырваться на волю сырой необузданной магии. Мордредовы туземцы! Спалить бы их дотла, вместе с останками Магоро, без всякого сомнения, как-то причастного к гибели Кингсли! Гарри подполз к стене, сплетенной из гибких прутьев, нашел участок, где плетение было не таким плотным, и выглянул наружу. Похоже, что если здесь и собирались кого-то спалить, то это его самого: местные жители с огромным энтузиазмом таскали хворост к толстому, вбитому в землю стволу дерева, о чем-то оживленно переговариваясь. Судя по уже довольно большой куче хвороста, собранной расторопными туземцами, времени у Поттера оставалось в обрез. «Думай! – приказал себе Гарри, не позволяя панике затопить сознание и парализовать волю. – Ты обязан выбраться отсюда! Хотя бы ради того, чтобы выслушать гневную отповедь Снейпа!» При мысли о Северусе сердце забилось о ребра, точно раненая птица. «Если мне удастся спастись, мы непременно будем вместе! – загадал про себя Поттер. – Должен же быть хоть какой-то выход из этой ситуации!» Однако рассуждать было гораздо легче, чем что-либо предпринять. Палочку у него отобрали вместе с волшебным посохом, а свой портал-монету он отдал Рону. Как бы Поттер ни жаждал вырваться отсюда, но положение казалось безнадежным. Гарри представил, как его выволакивают из хижины, привязывают к столбу, и под ликующие крики толпы вокруг него разгорается пламя... Нет, он не допустит, чтобы эти сволочи увидели, как он корчится в муках, услышали его предсмертные стоны! На такой, безусловно, крайний случай в уголок воротничка форменной аврорской рубашки зашивалась крохотная капсула с мгновенно действующим ядом. За все годы, что Гарри работал в Аврорате, был всего один-единственный инцидент использования этого радикального средства. Прочесывая в полнолуние весьма неблагополучный квартал, группа служителей правопорядка наткнулась на стаю агрессивно настроенных оборотней. Завязался настоящий бой, в результате которого почти все оборотни были уничтожены, кроме двух самых матерых. Они набросились на молодого аврора, не так давно окончившего Академию, а затем, искусав его, скрылись в темноте, ловко увернувшись от летевших в них проклятий. Не желая превратиться в чудовище, начинающий аврор покончил с собой на глазах у своих товарищей. Теперь это же предстояло сделать и Гарри. Он попытался дотянуться до воротника рубашки, но у него ничего не вышло. Тогда он подполз к мертвому Джереми, в надежде воспользоваться его капсулой с ядом. Действовать со связанными за спиной руками было очень неудобно. К тому же в хижину в любую минуту могли ворваться туземцы. Гарри чувствовал, как пот катится по лбу, заливает глаза. Он моргнул и в ту же секунду увидел прямо перед собой цепочку от портала, так и оставшегося висеть на шее Джереми. Не веря собственной удаче, Гарри осторожно сжал монету зубами и что есть силы рванул цепочку. Гомон толпы раздавался уже совсем близко от хижины. Вероятно, его палачи пришли за своей жертвой. «Давай же! Давай! Скорее!» – молил Гарри, глядя на наливавшийся мягким синим светом портал. За мгновение до того, как дикари ввалились в хижину, Поттер ощутил знакомый, не слишком приятный рывок в районе солнечного сплетения. Пока его несло через подпространство, в голове билась одна-единственная мысль: «Северус! Я все-таки увижу Северуса!» *** Получив от Кричера весьма обрывочную информацию, Снейп поспешил в Аврорат, надеясь услышать там более подробные разъяснения о том, куда направился Поттер. Несмотря на ранний час, Главный аврор Роббинс уже явился на службу, и это не предвещало ничего хорошего. Похоже, Поттера в очередной раз послали выполнять какое-то особенно важное и не менее рискованное задание. – Снейп! Замечательно, что вы уже на ногах. Я собирался отправить вам Патронуса с просьбой немедленно прибыть в Министерство, – вместо приветствия обратился к нему Роббинс. – А что случилось? – ощущая неприятный холодок тревоги, с деланым спокойствием поинтересовался Северус. – Аврор Поттер и его группа быстрого реагирования командированы в Африку – арестовать одного довольно опасного темного мага, судя по всему, причастного к таинственной смерти покойного Министра Шеклболта. Если все пройдет без эксцессов, они должны вернуться ровно через час. Проблема в том, что мы не представляем, с чем им придется столкнуться... Возможно применение неизвестных нам проклятий, – Роббинс носовым платком вытер пот со лба. Вид у него был усталый и очень взволнованный. – Поэтому я подумал... – Правильно подумали, – отрезал Снейп, – но не понимаю, почему меня нельзя было предупредить об этом заранее. – Операция держалась в строжайшем секрете. Я уже направил в Атриум Министерства группу целителей, надеюсь, вы согласитесь присоединиться к ним? – Разумеется, – коротко кивнул Снейп, нащупывая в кармане мантии сложенный вчетверо лист пергамента со сбивчивым и неуклюжим, но таким искренним признанием в любви. Больше всего на свете Северусу хотелось увидеть Гарри, убедиться, что с ним все благополучно, и, может быть, даже сказать ему... Прервав ход его мыслей, в здании неожиданно завыла сирена. – Борода Мерлина! – вздрогнул Роббинс. – Неужели они уже вернулись? *** Пока они с Роббинсом по каминной связи попали в Министерство магии, Северус уже мысленно трижды проклял идиотов, запретивших аппарацию в стенах официальных учреждений. Снейпу казалось, что за время его возни с летучим порохом с Гарри произойдет нечто ужасное. Впрочем, когда они наконец прибыли в Атриум, на оцепленном аврорами пятачке не было ни души. Вместо этого там лежала связка порталов, красноречиво свидетельствуя, что с группой Поттера случилась беда. Однако не успел Северус осознать это, как в центре пятачка возникло синее свечение, и на пол в полном изнеможении рухнули несколько человек, крепко державшихся за Рона Уизли. Поттера среди них не было. Северус с огромным трудом пробился сквозь плотное кольцо колдомедиков, окруживших авроров, и принялся, старательно игнорируя панику, буквально накрывавшую его с головой, диагностировать прибывших на предмет наличия темных проклятий. Когда дошла очередь до Рона, тот отпихнул руку Снейпа с зажатой в ней палочкой, сгорбился и закрыл лицо ладонями. – Они убили Брэкстона и Маквея... и мы не смогли вытащить Гарри, – глухо произнес Уизли, ни к кому конкретно не обращаясь. – Он отдал нам свой портал, а сам остался там. Я видел, как в него попало копье этих мордредовых туземцев и он упал на землю. – А Магоро? – спросил появившийся рядом с Северусом Малфой. Вместо ответа Рон отрицательно мотнул головой. – Думаю, надо немедленно организовать спасательную операцию, – подскочил к Малфою Роббинс. – А вдруг Поттера еще можно спасти?! – Вы думаете! – гневно отозвался Люциус. – Раньше нужно было думать! Я приказал расследовать обстоятельства гибели Министра Шеклболта, а не посылать наших лучших авроров на верную смерть! Вам мало Поттера, Брэкстона и Маквея? Вы хотите положить в Африке еще десяток людей? Кроме того, даже если на миг предположить, что я позволю вам отправить новую группу с этой самоубийственной миссией, на настройку порталов уйдет несколько часов. За это время от Поттера и остальных останутся одни кости, а дикари как следует подготовятся и перебьют всех, едва они прибудут на место. Если таков ваш план, то я очень разочарован в вас, Роббинс! Лицо главы Аврората, которого только что при всех отчитали, как мальчишку, пошло некрасивыми красными пятнами. – Вы правы, мистер Малфой, – пробормотал он. – Ответственность за провал операции беру на себя. Готов понести любое наказание, вплоть до увольнения. – Вы с ума сошли? – прошипел сквозь зубы взбешенный Малфой. – Собрались в отставку именно тогда, когда ваш заместитель погиб? И кого, скажите на милость, я поставлю вместо вас? Не Уизли же! – он свысока взглянул на совершенно убитого горем Рона. – Так что возьмите себя в руки и займитесь исправлением собственных ошибок. Снейп слушал эту безобразную, абсолютно не подходящую для такого момента перепалку, и ему хотелось вцепиться в глотку обоим чиновникам, которым не было дела до того, что прямо сейчас Мордред знает где мучили и убивали Поттера. С огромным трудом сдерживаясь, чтобы не сорваться, он закончил свою работу, отошел подальше от сгрудившихся вокруг авроров волшебников, прислонился к мраморной колонне и закрыл глаза. Он уже понял, что Поттера никто не собирался спасать. Воображение тут же немилосердно подкинуло картину изувеченного, истекающего кровью Гарри. Вероятно, теперь его уже не было в живых. Если бы не необходимость держать лицо, Снейп завыл бы в голос от отчаяния. Восемь лет он любил мальчишку и потерял его, так и не сказав самого главного. Еще никогда в жизни Снейп не ощущал такого вселенского одиночества, как в этом до отказа набитом людьми зале. Он стиснул зубы и тихо застонал от невыносимой душевной боли. – Северус, что случилось? – Малфой обеспокоенно и взволнованно смотрел на него. – Ты неважно выглядишь. – Все нормально, – безжизненным голосом отозвался Снейп. – Просто немного устал. – Ужасно, что операция провалилась! – продолжал сетовать Люциус, словно беседуя сам с собой. – Да еще с такими огромными потерями. Лучшие авроры погибли. Поттер, Брэкстон, Маквей... И потенциальный виновник не схвачен. Похоже, теперь следствие об убийстве Кингсли – если это, конечно, было убийством! – придется закрыть. А какой подрыв имиджа Министерства и моего лично! Мертвые авроры, безутешная беременная вдова с маленькими детьми – что может быть хуже для моей будущей предвыборной кампании?! – он сокрушенно покачал головой. – Ничего, – с трудом соображая, что следует отвечать в подобной ситуации, успокоил друга Северус, – имидж – дело поправимое. В отличие от смерти... – Ты, бесспорно, прав! – спохватился Люциус. – Безумно жаль Гарри! Победить Волдеморта, чтобы вот так сгинуть в лапах у дикарей... – он не договорил, махнул рукой и направился обратно к аврорам, которых все еще осматривали целители, чтобы подробнее расспросить их, что же произошло в Африке. Северус понимал, что Малфой, скорее всего, прав. Без портала у Гарри не имелось ни единого шанса выбраться из этой переделки живым, и все же разум отказывался поверить в очевидное. Наверное, именно поэтому, когда через час толпа наконец разошлась, а участвовавших в неудачной операции авроров на всякий случай отправили до вечера в больницу Святого Мунго, Снейп остался стоять, где стоял. В лаборатории от него сегодня все равно не было бы никакого толка. *** С момента возвращения проваливших операцию авроров прошло уже два часа. Мимо Северуса сновали чиновники и посетители, бросая на него недоуменные взгляды – не понимая, что в разгар рабочего дня делает в Атриуме начальник секретной лаборатории. Некоторые здоровались, и Северус даже невпопад что-то отвечал. Он чувствовал себя абсолютно опустошенным. Все, что у него осталось от Гарри – это жалкий кусок пергамента с объяснением в любви. Любви, которой не суждено было стать реальностью. По крайней мере, в этом мире... Часа через три, когда от усталости у Снейпа уже подкашивались ноги, неподалеку от восстановленного фонтана Магического Братства внезапно появилось голубоватое сияние. «Тебе просто мерещится, – подумал Снейп с горечью, – это не может быть портал. Гарри отдал свой Уизли, а остальные с них, по всей видимости, сорвали туземцы. Именно эти порталы после активации вернулись в Атриум первыми». Свечение между тем разрасталось, и Северус, не веря своим глазам, увидел на полу связанного по рукам и ногам человека. – Гарри! – Снейп бросился к Поттеру, все еще сжимавшему портключ зубами, опустился перед ним на колени и, напрочь забыв о волшебной палочке, принялся трясущимися руками распутывать мудреные узлы, сдирая в кровь пальцы. – Ты жив... – бормотал он как заведенный, – жив... – Кажется, да... – выплюнув наконец монету, сказал Гарри. Вид у него был совершенно измученный, но в устремленном на Снейпа взгляде плескалась радость, смешанная с неверием. – Не ранен? – покончив с веревками, Снейп схватился за палочку и начал водить ею над телом Поттера. – Был, – несмотря на нервную дрожь, избавленный от пут Поттер уже пытался сесть. – В плечо попало копье, но они там, – он мотнул головой в неопределенном направлении, – уже все залечили. – Целители мордредовы! – выругался сквозь зубы Северус и вдруг, не сдержав порыв, не обращая ни малейшего внимания на собравшихся вокруг них министерских служащих, прижал Поттера к себе. – Я думал, что потерял тебя навсегда! – Честно говоря, я не сомневался, что сдохну там, – прошептал ему куда-то в шею Поттер, – и никогда больше тебя не увижу. Если бы ты знал, как я тебя люблю! И как сожалею, что не сказал об этом раньше... – Аврор Поттер, – романтическое признание в самый неподходящий момент прервал пробившийся сквозь толпу Роббинсон, – рад, что вам удалось выбраться. Что с Брэкстоном и Маквеем? – Мертвы, сэр! – Гарри с трудом отлепился от Снейпа и с его помощью, пошатываясь, поднялся на ноги. – А Магоро? – спросил мрачный как туча Роббинс. – Тоже, – отчеканил Гарри, – но в его хижине я нашел вот это... – он достал из-за пазухи форменный плащ и, развернув его, продемонстрировал присутствующим куклу, уложенную в куфи, принадлежавшую покойному Министру магии Кингсли Шеклболту.