Последний год

Тело с грохотом проехалось по карнизам и окончательно скатилось на середину многолюдной улицы. Женщина в брючном костюме с глазами, полными ужаса, покачнулась и, отступив несколько шагов назад, упала в обморок. Рядом с ней кто-то пронзительно закричал. Вокруг трупа начала собираться любопытная толпа зевак, забывшая окончательно, куда направлялась. Спустя несколько минут, тянувшихся для Неро невероятно долго, приехали измотавшиеся за последние два месяца полиция и медики. Труп погрузили в машину, и ту несчастную женщину привели в себя работники скорой помощи. Полиция оцепила место происшествия, оттолкнув толпу вырвиглазного цвета лентой. И лишь когда мигалки скорой затихли, люди неожиданно вспомнили про свои дела и, выйдя из оцепенения, направились в разные стороны. Блондинка еще раз взглянула на лужу крови и куски плоти, разбросанные по улице, и, развернувшись на пятках, направилась в школу. Первый учебный день не хотелось омрачать таким событием. Ей даже было жалко все службы их города, это уже десятый человек за два месяца. Столько мертвецов она давно не видела. Но их ей и в обычной жизни хватало, вот недавно в зеркале в ванной видела. Слишком многое произошло с прошлой зимы, все сместилось, и теперь ей приходилось смиряться с новой реальностью. От здания школы несло отвратительной аурой еще за километры, но в этот «ад» ей пришлось зайти. Ей оставалось пережить последний год средней школы, и потом, она обязательно постарается найти старшую школу с более приятной атмосферой. И как можно скорее, Неро переобулась и, поправив волосы, поднялась на третий этаж. Дверь с противным скрипом отъехала в сторону, Неро огляделась. Все одноклассники, как обычно, должны были разбрестись по кучкам, но сейчас, все столпились у передних парт, активно обсуждая, судя по отрывкам, утренний инцидент. Девушка выдохнула и поплелась к своей парте. И только усевшись поудобней, ее парта жалобно заскрипела, и перед лицом блондинки появилась рожа ее одноклассника, что настолько сильно сжимал края ее парты, что та грозилась сломаться. — Хэй, Кояма! Ты уже слышала? — с широкой улыбкой спрашивал парень. — Новый труп! И прямо недалеко от школы. Девушка выдохнула. — Ничего там интересного не было, — отмахнулась девушка. Парень загорелся от ее короткого ответа. — Ты видела это?! — закричал он. Неро потерла ухо, что заболело от такого громкого возгласа. — К сожалению… Кажется, она впервые начала ловить заинтересованные взгляды своих одноклассников. От них хотелось спрятаться, и девушка вжала голову в плечи, опустив глаза на парту. Парень хотел было продолжить, как передняя дверь хлопнула. — Все по местам! — сказал учитель. Неро впервые была рада видеть эту противную старую каргу. — Хватит болтать об этом инциденте! — она пыталась успокоить взбудораженный класс. — Лучше бы, учебой так интересовались… — выдохнула она, сжимая переносицу.

***

Кояма лишь мечтала, чтобы учебный день скорее закончился, и тогда, она, наконец-то, пойдет домой, но перед этим, обязательно зайдет за теми самыми вкусными булочками с черникой. От мысли о них, она впервые за день улыбнулась и перевела взгляд на противоположную сторону школы. Сколько еще сидеть здесь? Часа три точно, возможно, она поступит впервые в своей жизни безответственно и сбежит с последних уроков. Голубые глаза вновь прошлись по соседнему корпусу, но взгляд задержался на крыше. Девушка приподняла брови и протерла глаза, но картинка не изменилась. У Неро задергался глаз. — Минако, — она тихо позвала одноклассницу, сидящую спереди, — Мне же не кажется? — блондинка указала на стоящего на крыше человека. Глаза одноклассницы расширились в ужасе. Она посмотрела на Неро, а затем снова перевела взгляд на крышу. Кояма внимательно следила за ее эмоциями. На девичьих глазах навернулись слезы, пока в них плескался страх. А затем ее губы дрогнули, и она закричала. Не удержавшись на стуле, Минако завалилась назад, оттолкнув парту, что с грохотом упала. Недовольная учительница развернулась к ней, явно желая высказать недовольство, но, увидев ревущую девушку, что уже не пыталась справиться с истерикой и, указывающей куда-то на противоположное здание, сама испугалась. Минако, вечно хохочущая по причине и без, сейчас выглядела так непривычно. Дети начали стекаться к окнам, кто-то умный даже открыл его. Возле второго корпуса, на клумбе лежало тело. «Уже второе за день, раздражает. Хотя, может, отпустят пораньше?» — подумала блондинка. И отпустили. Неро, чуть ли не мурча от удовольствия, переобувалась. Даже недовольство от этих самоубийц, падающих с самого утра, отошло на второй план. Девушка нацепила наушники и, включив музыку погромче, с широкой улыбкой направилась домой. У выхода из школы ей пришлось затормозить, да так, что она услышала скрип подошвы. Тело по инерции полетело вперед, и Неро уже никак не могла это остановить. За капюшон, накинутой перед выходом ярко-красной кофты потянули, и она снова приняла стоячее положение. — Прости, — послышалось сзади. Неро недобро сверкнула голубыми глазами из-под очков, но, увидев перед собой высокого парня, не самой дружелюбной наружности, уже и не захотела ругаться. Они несколько секунд смотрели друг на друга. — Эй, Кен-чин! — парень перевел взгляд. — Мы идем или как? Кояма вздохнула и натянула на лицо улыбку. — Все в порядке. Всякое бывает… — она сделала несколько шагов к выходу. — Спасибо за спасение лица от расквашивания об асфальт! — и, уже куда тише продолжила. — Тел на земле, нам уже достаточно… — Кен-чин, кто это? — спросил Манджиро. — Ты смотри, куда летишь. Выскочил прямо перед ней. Она могла и упасть! — сказал парень. — А? — он уловил уже удаляющую фигуру девушки. — Я ее даже не заметил… — Смотреть на сторонам надо! — Рюгуджи тяжело вздохнул. Неро забыла о происшествии спустя несколько минут. Девушка танцевала под музыку в наушниках, отпугивая своим поведением редких прохожих. Небольшой магазинчик появился в поле ее зрения, и девушка ускорила шаг. Продуктовый встретил ее приятной прохладой. Неро завернула налево и взглядом начала искать ее любимые булочки. Взяв сразу несколько, она расплатилась и пошла в сторону дома. Дома тихо. Дома холодно. Неро — это ненавидела, но терпела. Обувь преспокойно нашла свое место в коридоре, как и кофта, что слишком сильно выделялась на вешалке среди темной верхней одежды. Девушка стянула школьную форму и, несколько раз запутавшись в юбке, все же залезла под горячие струи воды. Кожу неприятно обожгло, но она не сдвинулась с места. В каком-то умном журнале про психологию она вычитала, что мыться в слишком горячей или холодной воде — тот же самый селфхарм. Надо поменьше всякого такого читать, а то станет как те псевдопсихологи. Но, если она не примет душ, от которого чуть ли не кожа слезает, значит, будет чувствовать себя плохо весь оставшийся день. Она вышла из душа и провела рукой по запотевшему зеркалу. Она слишком сильно похудела, кости уже видно. Явно, нужно перестать пропускать приемы пищи. К ее радости, можно было и налечь на любимые ей черничные булочки. Синяки уже было сложно скрывать, даже плотным консилером. Вторым делом — нужно отоспаться. Эдак, часов двенадцать, чтоб уж точно. Еще и губы все искусала до крови. И все это, вкупе с ужасной бледностью, которую она приобрела после событий злополучной прошлой зимой, делало ее похожей на мертвеца. Нет, ну, если она постарается, накрасится, то сможет походить на очень болезненного, но миленького призрака. От представленного в голове образа девушка передернула плечами. Неро схватила со стиральной машины спортивные теплые штаны и лонгслив, с каким-то дурацким принтом кото-Годзиллы. Она нашла ее в секонде еще года три назад, и либо она была гением моды, либо вкус у нее все же отсутствовал. Хотелось быть первым, но она догадывалась, что подходит больше второй вариант. Как говорится, я уже не такой долбоеб, что был раньше, теперь, я совершенно другой долбоеб. Любимым местом в доме, после кровати, она определенно считала кухню. Кто уж не любит поесть? Вчерашний рис с овощами был не самым плохим перекусом. Если отсутствие запаха и вкуса — было чем-то нормальным. Девушка тяжело вздохнула.

***

Ночной воздух определенно помогал справиться с плохими мыслями, но и пронизывал насквозь. Девушка посильнее укуталась в куртку. Весна в этом году прохладная. Неро это не нравилось. Но несмотря на это, она упорно выходила гулять по вечерам. Ноги сами несли к знакомому месту. Небольшой парк возле дома был одновременно и самым любимым ее местом, и самым ненавистным. Тело и разум прекрасно помнили, насколько здесь может быть холодная земля и, насколько сложно всплыть из небольшого озера, почти в самом конце парка. У последнего — громко смеялись двое парней. И девушка не решилась их отвлекать и облокотилась на дерево, укрываясь от света фонаря. Из спокойствия вырвал отвратительный запах гниения и резкий порыв ветра. В нескольких шагах от нее прошаркал мужчина. Вся его одежда представляла клочки, ели как держащиеся на нем. Кусок головы отсутствовал, давая прекрасно разглядеть уже подгнивший мозг. Неро прикрыла нос рукой. Она этих тварей так не любила. Развелось в последнее время их слишком много. Девушка следила, как мертвец движется к парням у озера. Они успели обернуться до того, как челюсти сомкнулись на плече одного из них. Парень пониже отскочил в сторону, оттолкнув мертвеца. Кояма отвернулась. Смотреть на избиения, хоть и мертвого, желания не было. Но самой главной проблемой борьбы с таким существом было то, что убить его непросто. Оторви голову, рань в сердце — не умрет. Минут десять девушка терпела, но у парней не очень-то и получалось его уложить. Неро выдохнула и не спеша направилась в их сторону. Она схватила мужчину за остатки одежды и дернула на себя. Рука легко вошла в тело. Блондинка схватила небольшой теплый сгусток энергии и выдернула его. Человек мгновенно перестал двигаться и, уже не удерживаемый Неро, упал к ее ногам. Парни в шоке переводили взгляд от девушки к мертвецу, тело которого с поразительной скоростью начало иссушаться, пока не превратилось в пыль. Неро взглянула на пульсирующий ярко-красным сгусток энергии. Кто-то снова балуется воскрешением мертвых. Совсем с ума посходили. Она сжала его в ладони. Послышался глухой взрыв. Парни вновь посмотрели на нее. — Ты! — воскликнул высокий блондин. Неро простонала. — Да твою же мать! Опять вы… — она развернулась. — Вы, ничего не видели, — уверенно сказала блондинка. — Хотя, — она хмыкнула. — Вам все равно никто не поверит. И вновь, вставив в уши наушники, пошла в сторону дома.

Оставалось 296 дней